Глава 9

Илья проснулся поздно. Спал как убитый. Протянул руку к Лаванде, но наткнулся только на пустоту. Сколько же сейчас времени, что она, не дождавшись его пробуждения, ушла? Наверное, её разбудили псы своим голодным повизгиванием. Молодой человек улыбнулся, переворачиваясь на другой бок. Вдохнул запах девушки, исходящий от подушки. Взгляд упал на часы. Ещё нет семи. А почему тогда такая холодная простыня?

Илья сел на кровати, встряхнул головой. Натянув одежду, поплёлся вниз.

В столовой было тихо, и, Илья удивился — не пахло кофе.

— Лаванда! — окликнул.

Ответа не последовало. Вместо этого вылез из-под стола Циник.

— А ты почему не на улице?

Открыл дверь. Выйдя на веранду, огляделся в поисках девушки.

Неужели отправилась на пробежку без него? Дурочка. Не захотела его будить.

Илья вошёл обратно в дом. Насыпал в кофеварку молотые зерна, налил воды. Звонок телефона, раздавшийся сверху, заставил его вздрогнуть. Ну кто может звонить в такую рань?

Он не собирался отвечать, но, замолкнув на минуту, телефон затрезвонил снова.

Нехотя Илья поплёлся наверх.

Удивился, когда увидел высветившееся на дисплее имя. Дядька.

— Доброе утро, дядь Слав.

— Доброе. Ты как там?

Илья пожал плечами.

— Да нормально. Только проснулся.

— Ну и прекрасно. Я скоро буду.

— Что значит скоро? Чего же не сказали? Мы бы вас встретили.

— Илюш…

— Через сколько будете?

— Полчаса от силы.

— Ну дела… Тогда мне надо срочно найти Лаванду. По-видимому, в лес убежала.

— Илюш, тут такое дело… В общем, не ищи её.

— В смысле?

— Дождись меня, я тебе все объясню.

Илья почувствовал, как что-то сжимается у него в районе солнечного сплетения. И эти мурашки по коже…

Он молча нажал на кнопку отбоя. Телефон выскользнул из руки, но Илья не заметил этого. Что-то случилось. Страшное. Пока он спал.

* * *

Казалось, прошла минута, а не полчаса. Илья так и остался стоять на веранде. Чёрная «Ауди» дяди Славы вылетела на подъездную дорогу, резко остановилась. Вячеслав Сергеевич выскочил оттуда, быстро пошёл к дому. Лицо его чересчур сосредоточенно. Не видно было радости от предстоящей встречи с племянником.

— Дядь Слав… — Илья оторвался от перил.

— Илья, — мужчина остановился напротив юноши, взял обеими руками его за плечи. — Похоже, твой отпуск заканчивается.

Затем поглядел на вход.

— Кофе есть?

Они прошли внутрь. Илья вдруг почувствовал, будто он наблюдает все это со стороны. Да и вообще, казалось, он уже переживал точь-в-точь такую сцену во сне. Дежавю.

— Лаванда должна вот-вот прийти. Сейчас за ней сбегаю. Она, наверное, на пруду. Я вас познакомлю…

Вячеслав Ильич махнул рукой, затем серьезно поглядел на юношу.

— Она не придёт. Не жди.

Илья почему-то уже это понял. Внутри все оборвалось. Закусил дрожащую губу.

— Почему?

— Она уехала.

— Бросила меня? — голосок вдруг стал тоненьким, сорвался.

— Нет, не бросила. Просто уехала.

— Я не понимаю.

Дядя протянул Илье чашку с кофе.

— Ну чего непонятного? Молодой ты все-таки, Илюх, жизни ещё не знаешь. Ты что, думал, у тебя так и будет с ней райское наслаждение? Девочка сделала своё дело и все.

— Какое ещё дело? О чем вы?

— Научила тебя всему, что должен знать мужик. Настоящий мужик. А теперь Родина-мать зовёт. Отпуск закончился, и впереди у нас много задач. Я тебе расскажу подробнее.

Илья не слышал. У него в ушах только стояла фраза: «Она уехала».

— Как уехала, дядь Слав? Почему?

— Господи, — мужчина нахмурился. — Ты все ещё об этой девчонке?

Махнул рукой.

— Где Лаванда?

— Ну ты же должен понимать, что все это несерьезно. Она даже имени тебе своего не сказала. Кличка какая-то. Как у кошки. Да она, эта Лаванда, и есть кошка. Тебе её просто подсунули, чтобы она из тебя мужика сделала. Получилось?

Илья почувствовал пустоту в животе и тошноту, подступающую к горлу.

— Ей хорошо заплатили за это.

— Как заплатили?

— Купили её для тебя, пацан, купили.

— Но… Она, Лаванда, говорила, что любит меня…

Вячеслав Ильич громко расхохотался.

— Сказать можно, что угодно. Слово не воробей. Короче, забудь про неё. Помни только, как надо пользоваться своими причиндалами. А вообще, Илюх, запомни — все женщины одинаковы. И разницы нет, Лаванда это твоя или Настька, или ещё какая. У всех одинаковые дырки, и только сиськи отличаются размером.

Илья швырнул чашку в раковину. Послышался звон разбитого стекла. Схватился за голову.

— Черт побери! Я не хочу больше ничего слышать!

Он сдернул свою куртку с крючка.

— Ты куда?

— В лес. На охоту.

— Не надо, Илья. Просто иди прогуляйся. Ружьё оставь здесь.

Тот криво усмехнулся. Дядя подал неплохую идею. Но нет, Илья не собирается стреляться. Зачем? Он и так уже умер. Внутри.

* * *

Он должен был остаться один. Мысли метались в мозгу как заблудившийся рой пчёл. Илья не мог поверить, что Лаванды с ним больше нет. Несколько раз щипал себя — вдруг это просто сон, и он проснётся, а она рядом. Тёплая, нежная. Улыбается ему. Эти искорки в синих как небо глазах. Запах земляники.

Илья простонал.

Он сидел на берегу пруда, где ещё два дня назад они любили друг друга. До сих пор ощущал тепло её податливого тела когда они танцевали вчерашним вечером. Неужели именно поэтому Лаванда просила его практиковаться в танцах каждый день? Илья помнил, как удивился. А она знала. Знала, что уйдёт.

Молодой человек распластался на траве, уткнул лицо в ладони, пытаясь сдержать слезы. Не сдержал. Самые различные страсти бушевали в душе как море в штормовую погоду. Злость, разочарование, любовь к этой девчонке. Да, он по-прежнему её любил. И так сильно, что готов был взорваться от этого чувства. Неужели все это время она лгала ему? Какой же он дурак! Готов был положить к её ногам весь мир.

Илья стиснул кулаки, зарычал словно раненый зверь. Лаванда самая обыкновенная шлюха! Продажная шлюха.

* * *

Солнце уже было высоко и нещадно палило. Дядя Слава сидел как ни в чём не бывало на веранде, читал газету. Илья молча прошёл мимо. Войдя в дом, остановился. Все здесь изменилось. Лаванды больше не было. Только её запах по-прежнему витал в помещении.

Он прошёл в спальню. Взгляд тут же наткнулся на блузку Лаванды. Которую снимал с девушки только вчера.

Илья схватил её, прижал к лицу, втянул носом такой родной аромат. Опять эти дурацкие слезы… К чему сдерживаться? Пошло все к черту!

Этот человек что-то говорил, но Аня не слышала его. Она просто сидела, безмолвно уставившись в предрассветный серый пейзаж за окном. Наконец, осознав, что девушка его не слышит, мужчина остановил машину. Несколько минут молча сидел. Затем вышел, открыл заднюю дверцу.

— Выходи.

Аня не двигалась.

Он взял её за руку и вытянул из машины. Ноги отказались слушаться, и девушка упала бы на дорогу, если б мужчина не удержал ее.

Поставил перед собой.

— Что вы хотите от меня? Ещё…

Тот с силой встряхнул Аню.

— Приди в себя, ну!

Девушка наконец-то сфокусировала свой взгляд на лице мужчины. А он ничего такой. И брови очень выразительные. Хотя ей абсолютно по фигу.

— Ты не слушала меня, — констатировал он.

Аня помотала головой.

— Слушай внимательно…

— Оставьте меня в покое. Что ещё вам от меня надо? Зачем, ну зачем вы меня мучаете?

— Хватит плакаться, Аня, — он строго посмотрел на неё. — Ты знала, на что шла.

Увидел, как скривились ее губы.

— Нечего реветь. Просто думай, что ты сделала хорошее дело. Помогла мальчику справиться с комплексами. Это очень пригодится ему в жизни.

— Илья возненавидит меня.

Мужчина пожал плечами, ухмыльнулся.

— Какая теперь разница? Ты все равно его больше не увидишь. А он, благодаря тебе, сможет воспользоваться своим приобретённым опытом. Таких, как ты, немало. Не думай, что ты какая-то особенная.

В глазах девушки что-то мелькнуло. Она подняла подбородок, даже со своим маленьким росточком неожиданно показавшись высокой.

— Зачем вы мне это говорите? Чтобы унизить меня, да? А мне теперь все равно. Говорите, что угодно.

Он молчал. Подполковник Воинов хотел, чтобы эта девчонка разозлилась. Это гораздо лучше, чем затянувшаяся депрессия. Злость, ненависть — вот что является двигателем. Пусть бесится. Ей будет легче.

— А Илья, — она на секунду отвела глаза в сторону. — Он знает, что я люблю его.

— Ты должна уехать из этого города.

Девушка усмехнулась.

— Конечно. Я не собираюсь здесь оставаться. Слишком больно.

— Ты сама согласилась, Аня.

— Я ошиблась, — вздохнула. — Ну так валяйте, говорите, что ещё вам от меня надо. Надеюсь, больше никогда вас не увижу.

Мужчина пожал плечами.

— Садись в машину, я отвезу тебя на вокзал.

Девушка судорожно схватилась за пуговичку на воротнике.

— Вокзал?

— Ты должна уехать отсюда сегодня же. Куда ты хочешь?

— К черту на куличики.

— Ань, — мужчина открыл дверцу. — Ты свободна ехать, куда угодно. Только не обратно в Рязань.

— Я учусь в институте.

— Всегда можно перевести тебя в другое учебное учреждение. То же самое и с жильем.

— Да кто вы такие!? — воскликнула девушка.

— Это не полагается тебе знать, равно как и искать встречи с клиентом. Жильем ты будешь обеспечена. И деньгами.

Аня закрыла лицо руками.

— Я чувствую себя Иудой. Продажной.

— Успокойся, у тебя не было выбора. И помни, ты очень помогла своему клиенту.

— Какому, к черту, клиенту?!

— Все это пойдёт ему на пользу, — продолжал мужчина. — Даже то, что ты ушла.

Девушка резко повернулась.

— Везите меня, куда хотите.

— Куда?

— Да откуда я знаю?! — крикнула. — Мне все равно!

* * *

Подполковник Воинов вёл машину, изредка поглядывая в зеркало заднего вида.

Он уже решил. Отвезёт девчонку в Москву. Там легче затеряться. Коли ей все равно. А уж как там её жизнь сложится…

Она сидела все в той же позе, на лице никаких эмоций. И слезы перестали литься из глаз. Уже прошла стадию горя, злости, непонимания. Сейчас стадия апатии. С ней ещё предстоит бороться. Значит, надо устроить ей какую-нибудь хорошую встряску.

Зазвонил телефон. Генерал. Черт.

Он быстро кинул взгляд на девушку, нажал кнопку.

— Слушаю.

— Паш, как там?

— Почти на месте.

— Ты присмотри уж за ней. Не бросай одну. Это моя личная просьба.

— Хорошо, тов… — Павел Воинов поперхнулся. Чуть не проболтался. Нажал на кнопку отбоя.

— Голодная? — спросил он.

Она ничего не ответила.

Подполковник прибавил скорость.

* * *

Аня смутно помнила последующие несколько дней. Казалось, мозг отказывался воспринимать информацию. Двигалась, ела, говорила, всё словно на автомате. Как ни странно, но этот мужчина все время находился с ней рядом. Оказалось, что его звали Павлом. Аня поначалу не обратила внимание на его постоянное присутствие. Только про прошествии нескольких дней, она вдруг осознала, что этот человек не отходит от неё ни на шаг. Даже ночью, когда она забывалась в поверхностном сне.

Все эти дни они куда-то ездили. Аня помнила, заходили в какие-то дома, квартиры. Павел ей что-то говорил, показывал. Какой-то сумбур.

Мужчина часто кому-то звонил, потом расспрашивал Аню. Насколько она помнила, что-то про учебу. Вечером молча сажал ее в машину и возил в рестораны. Павел заказывал ей еду и молча наблюдал, как девушка, давясь, ела.

А ей хотелось остаться одной. Просто лежать, отвернувшись лицом к стене, спать. Закрыть глаза. Так холодно. Везде. Вокруг. Внутри.

* * *

Вячеслав Ильич прошёлся по гостиной, словно вбивая тяжелые шаги. Он был недоволен. Недоволен происходящим. Уже почти неделя, а Воинов до сих пор не справился с заданием. Пашка звонил каждый день, отчитывался. Анюта ещё не пришла в себя, и это очень тревожило генерала. Он уже сто раз пожалел, что именно Анечка попала в эту ситуацию.

Но больше всего Вячеслава Ильича беспокоил Илья. В тот день генерал Волков собирался вернуться обратно в город. Дел было воз и маленькая тележка.

Однако, когда Илья вернулся после длительной прогулки по лесу и заперся у себя в спальне, Вячеслав Ильич понял, что ему придётся провести ночь на даче своего друга. В тот день Илья так и не вышел из комнаты. На следующий повторилось то же самое. Мужчина предлагал своему племяннику спуститься вниз, поесть, да и поговорить, в конце концов. Ответом была тишина.

* * *

Илья лежал на кровати, уставившись в потолок. Ему совершенно не хотелось двигаться. Вообще ничего не хотелось. Главное было не закрывать глаза. Едва он смыкал веки, тут же перед глазами возникала Лаванда. Словно она никуда не уходила. А он знал, что это не так. Илья больше не хотел ее видеть. Его сразу же начинало трясти от желания схватить ее за горло и сжать так, чтобы навсегда стереть улыбку с ее лица. Обманчивая улыбка.

«Тебе достаточно знать, что я готова для тебя на то, чего никогда не позволю себе ни с кем другим. Я твоя Девочка-Лаванда. И я очень-очень люблю тебя. И чтобы ни произошло, всегда помни об этом».

Эти ее слова крутились у него в голове словно магнитофонная лента — снова и снова. Он хотел их стереть, но они, как назло, постоянно повторялись. Как хотелось бы вернуть все вспять! Или хотя бы, чтобы то, что она говорила оказалось правдой. Но нет.

Дядя Слава опять постучал в дверь. Наверное, уже десятый раз за пять минут. А может за пять часов? Или за пять дней?

Проклятые сучки! Ведь знал же, что нельзя им верить. Ещё тогда, когда эта дура Альбина смеялась над ним в баре. Года три назад. Ничего, он ещё рассчитается с ними. Твари…

Илья резко поднялся. Хватит киснуть. Та часть его «книги жизни» позади. Пора перелистнуть эти замурзанные страницы.

* * *

Дядя Слава сидел в кресле и с кем-то разговаривал по телефону. Увидев племянника, спускающегося по лестнице, попрощался с собеседником.

— Ну наконец-то! Уж устал ждать тебя, — усмехнулся. С удовлетворением отметил, что парень опрятно одет, волосы ещё влажные. По-видимому, принимал душ.

Илья прошёл к холодильнику. Достал оттуда банку пива.

— Что нового? — спросил. На самом деле его это не особо интересовало. Просто надо было разговаривать. Обещал же себе начать все с чистого листа. Вот теперь и надо заполнять страницы.

— Серега приезжает. А с ним, может, и Настька приедет.

«Ещё одна дырка», — подумал Илья. Тут же одернул себя. Стыдно. Все-таки он не мог так назвать свою Лаванду. Пока не мог. Пока любил.

Вячеслав Ильич заметил тень пробежавшую по лицу парня. Промолчал. Может, и рано клин клином выбивать, но Настасья сама рвётся в бой. Несмотря ни на что, она всё-таки запала на парня.

— Шашлыки будем делать или птицу? — спросил Илья.

— Я смотрю у тебя целый холодильник дичи. Надо её использовать.

Илья рассмеялся.

— Каждый день на охоту ходили, — начал он, потом запнулся, нахмурившись.

— Ну и отлично. Настасья приедет к вечеру, приготовит.

Илья вышел на улицу. Оперся о перила веранды, глядя вниз. Циник и Тайга бегали по кругу за мячом. Всё было такое же, но при этом другое. Интересно, собаки ещё помнят Лаванду?

Настя улыбнулась в предвкушении интересного приключения. В тот день дядя Серёжа был у них в гостях, ему позвонил его давний друг. Из их короткого разговора она уяснила себе, что Илья теперь свободен. А после того как дядя пригласил ее к себе на дачу, девушка поняла, что у неё действительно появился шанс. Она не была в восторге от Ильи, но у Насти давно уже никого не было и ей было скучно. Девушка нуждалась в острых ощущениях. В последнюю встречу с Ильей она словила от него какие-то новые флюиды. Почувствовала на каком-то другом уровне. Что ж, вполне возможно, у неё появился шанс.

И вот девушка уже в нескольких километрах от дядиного коттеджа. Главное, чтобы не сломалась машина как в тот раз. Ещё одну прогулку по грязи Настя не выдержит.

Она улыбнулась, увидев зеленоватую черепицу крыши. Оглядела себя в зеркало. Ничего лишнего. Свежий румянец, блеск на губах. Стянула резинку с волос. Пусть они спускаются по плечам.

Внезапно почувствовала странное возбуждение от предстоящей интрижки. Этот смешной валенок Илюша. Она, пожалуй, с удовольствием поучит его кое-чему.

* * *

Илья обернулся на звук открываемой двери. В гостиную влетела Настя, и сразу помещение наполнилось запахом ее духов, шумом.

— Привет, Илюшка!

Девушка кинула дорожные сумки на пол. Стянула тоненький жакетик, бросив его на стул. Осталась в одном топике, обтягивающем ее большую грудь.

Илья на этот раз не отвёл взгляда. И Настя, по-видимому, это заметила.

— Ну вот я и вернулась. Не прошло и недели.

Илья подавил вздох. Неделю назад он был ещё так счастлив.

Девушка подбежала к нему с озорным смехом, обхватила руками за шею.

— Ох, как же я рада тебя видеть!

Молодой человек снял ее руки с себя, отстранился.

— Вовсе не обязательно на меня вешаться. Я тоже рад тебя видеть, Настя.

— Ну ты и бука. Оттащишь мои сумки наверх?

Молодой человек кивнул.

— Ого, ну и тяжесть. Что ты там такое навезла? — он поднял одну из сумок.

— Вещи. Куртку потеплее. Может, на рыбалку похожу. С тобой.

Молодой человек скептически хмыкнул.

— Куда тебе?

Они остановились напротив дверей в спальни.

Девушка открыла первую.

— О, это моя любимая комната.

Вошла. Илья за ней.

Она подошла к окну, раздвинула шторы.

— Ой, тут кто-то был? — поддела рукой кружевное неглиже. — Твоей девушки?

Илья протянул руку.

— Дай сюда.

Но Настя, развернув тонкую кружевную сорочку, рассматривала ее.

— Так себе. Дешевая китайская тряпка.

Молодой человек почувствовал, как его щеки заливает румянец.

— О-о, ты так смешно смущаешься! На, держи свой фетиш.

Он выхватил из Настиных рук неглиже, вышел из комнаты.

Как же сильно разозлила его эта девица!

У себя в спальне он бросил этот кусочек одежды, оставшийся от Лаванды, в мусорную корзину. Прошёлся по комнате. Затем достал сорочку. Положив на кровать, разгладил. Поднёс к лицу. Этот чертов запах Лаванды. Он что, въелся в эту тряпку?

Илья вздохнул, аккуратно свернул кружево и, открыв шкаф, положил в пластиковый пакет, в котором уже лежала блузка девушки.

* * *

Настя действительно была неплохой хозяйкой. Шустрая, ловкая. Илья удивлялся, как она успевает одновременно готовить еду, болтать и ещё накрывать на стол. Все это у неё получалось очень споро. Пока она занималась готовкой, мужчины ушли к костру. Сидели втроём, пили водку, закусывая охотничьим колбасками и чёрным хлебом. Илья говорил мало, в основном молчал. На языке у него вертелся вопрос про Лаванду, но он все не решался задать его.

— Ну, Илюх, вот твой отпуск и подошёл к концу. Скоро на службу, — Чистяков похлопал парня по плечу. — Я смотрю, ты тут поздоровел, загорел, силой налился.

— Мужской, — дядя Слава поднял вверх указательный палец. Илья смутился.

— Это хорошо, пацан. Работа у тебя такая. Надо многое знать. И психологию человеческую. Мужскую и женскую.

— Не только психологию, Серёг, — поправил его генерал. — Баб надо знать хорошо. И знать, как ими пользоваться.

Илья встал с лавки. Как же ему надоело слушать об этом!

И так больно думать, что все это было запланировано и разыграно. Получается, он был просто студентом, изучающим женскую анатомию. А чувства? Неужели чувства уже никого не волнуют?

— Илюш, ну ты чего? Расстроился? — оба мужчины уже изрядно выпили.

— Почему вы купили для меня Лаванду? Почему именно ее?

— Ну а какая разница? Баба, она и есть баба, — Чистяков рассмеялся. — Вон Настька вокруг тебя вьётся как похотливая пуделиха. И знаешь что, Илюх, — мужчина подмигнул парню. — Пора уже ответить на ее желания. Не смотри, что она моя племяшка. Так лучше с тобою, чем девка будет на дискотеках с какими-то хачиками отираться.

Илья хмыкнул, покачал головой.

— Я что, похож на племенного быка?

Мужчины громко расхохотались.

— Нет. Тебя разводить ещё слишком рано.

Илья почувствовал, что устал. Впервые за все время общения со своим дядей и его другом молодой человек понял, что ему невыносимо слушать все это. Эти их циничные рассуждения про женщин, скептицизм. Вздохнул, вспомнив, как мог часами сидеть рядом с Лавандой и молчать. И ему было так хорошо, чт и слова не требовались.

* * *

Костёр погас, Сергей Игоревич и Вячеслав Ильич, уже порядком подшофе, удалились во флигель. Илья безмолвно глядел на переливающиеся темно-красные угли. Он мог бы так и сидеть всю ночь. В голове была наконец-то приятная пустота. Никаких мыслей — ни плохих, ни хороших. Словно он на самом деле умер, и его уже ничего не волнует.

Илья не заметил, как Настя вышла из дома и спустилась во двор. Вздрогнул, почувствовав прикосновение ее пальцев к своему затылку.

— Пойдём в дом. Здесь холодно.

— Не-а, — покачал головой. — Мне хорошо здесь.

Илье хотелось, чтобы она ушла. Но девушка присела рядом.

— Почему ты такой задумчивый? — спросила она, заглядывая парню в лицо.

Илья с неприязнью посмотрел на Настю.

— Потому что у меня есть мозги, и я умею думать.

Даже в темноте почувствовал возмущение девушки. Ну и пусть. Прилипла со своими дурацкими разговорами.

Зато теперь она молчала. Наверное, с ними так и надо поступать. Чтобы знали своё место.

— Илья, — не выдержала, прикоснулась к его руке. — Завтра суббота. А давай вместе завтра куда-нибудь сходим?

— Например?

— Ну хочешь, я пойду с тобой на охоту? Ну или пойдём рыбу половим.

Молодой человек не выдержал, рассмеялся.

— Тебе же неинтересно, Насть. На фига тебе это надо?

Девушка закусила губу.

Илья встал. Костёр почти потух.

— До завтра.

Он направился к дому.

* * *

Настя вскочила и бросилась за ним. Черт. Она не даст ему просто так сбежать. Девушка сама не понимала, что на неё нашло. Желание самоутвердиться или что-то ещё? Они одни во всем доме. Как она может спать в своей постели, зная, что в комнате напротив одинокий мужчина? Настя не какая-то совхозная чушка, она — красивая молодая женщина, в самом что ни на есть соку. И, по-видимому, уже исходящая соками при мыслях о предстоящей интрижке.

Молодой человек стоял у раковины на кухне, пил воду.

Настя глянула на часы.

— Слушай, ещё рано. Может, сыграем партию в бильярд?

На этот раз он посмотрел на девушку с интересом.

— Ты умеешь?

Настя едва скрыла победоносную улыбку. Как же она рада, что дядя Сережа в своё время научил ее этой игре.

Кивнула.

— Сейчас, только переоденусь. Подожди.

Она бросилась наверх.

В панике открыла шкаф. Вот это темно зеленое платье с V-образным вырезом. Так, волосы распустить. Ох, и разумеется белье.

Дрожащими руками Настя вытащила из ящика чёрные кружевные трусики.

* * *

Зря он спустился сюда. Сразу же почувствовал невыносимую боль.

С того раза ничего не изменилось. Лаванда, уходя, оставила свой пилон. Забыла впопыхах? Теперь отсвечивал сталью в полумраке, напоминая о том вечере. Илья на секунду зажмурился. Перед глазами тут же возникло изящное тело девушки, ее грациозные движения. Молодой человек будто воочию ощутил атлас ее кожи на своих ладонях. Ее жар. Трепет губ. Простонал.

— Ты чего?

Он не заметил, как в дверях возникла Настя.

— Голова болит.

Девушка засмеялась.

— Лучшее средство — это джин с тоником.

Она открыла бар, достала бутылку и два широких стакана.

— Я не хочу, — Илья попробовал было отказаться, но девушка уже протягивала ему напиток.

— О, не фига себе! Не знала, что у дяди Сережи тут все так оборудованно! Танцы на шесте!

Она, рассмеявшись, подошла к пилону.

— Хочешь станцую тебе, Илья?

Он хмыкнул. Взял в руки кий и стал натирать его мелом.

— Кажется, мы собирались играть в бильярд? Или ты уже передумала?

— Илья, — она медленно подошла к молодому человеку. Взяв из его рук кий, положила на бильярдный стол. Ладонью скользнула по груди юноши, расстегивая пуговицы на его рубашке.

— Что ты делаешь? — он перехватил ее руки.

— А если я признаюсь, что хочу тебя?

Она пытливо глядела в его лицо. Ждала ответа.

Молодой человек молчал. Прислушивался к себе. Ничего, абсолютно ничего в его теле, не отзывалось на близость Насти. Он не хотел ее. И даже то, как девушка произносила его имя, корежило слух.

Ее ладонь опустилась вниз, протиснулась под ремень джинсов.

— Давай займёмся любовью.

Илья хмыкнул. Отстранившись от девушки, заправил рубашку за пояс.

— Любовью, Насть? А ты знаешь, как заниматься любовью? — он взял со стола кий и повесил его на место. — Самое большее я могу заняться с тобой сексом. Но я не хочу. Извини.

С этими словами Илья прошёл к двери. Уже перед тем как выйти, обернулся.

— Спокойной ночи.