ГЛАВА 37

– Что ты здесь делаешь, Агата? Ровно, безэмоционально спрашивает он. Не вижу в нем человека, только бездушного монстра. А ведь полчаса назад думала иначе… – Я? Что ТЫ здесь делаешь?! Мельком поглядываю на широко улыбающуюся девицу на привязи. Из темноты, прямо за ней, выходит парень в черном костюме. Один из солдат, которого я видела буквально пару раз. Видимо теперь он занимает почетное место покойного Рима. – Тимур, уведи мою жену. Я скоро буду. Тимур согласно кивает и нацеливается на меня. Я не двигаюсь. Джабар не выставит меня вон, как незваную гостью. Не сегодня. – Я никуда не уйду. Голос звучит твердо и уверенно. Внутренняя буря разрастается и сковывает сердце крепкими путами. Джабар обтирает нож о рукав и провертев холодное орудие в руке, шагает в моем направлении. – Нет, ты уйдешь, Агата. – Если ослушаюсь, свяжешь меня, как ее? – машу рукой на Виолетту. – Будешь пытать и мучить? Смотрит черными глазами в самую душу. Охватывает ее тьмой целиком. Но я непоколебима. Задираю подбородок и ни разу не моргаю. – Смелая сучка. – Вяло смеется Виолетта. Натянутые цепи звенят у нее над головой. Муж хватает меня за локоть и силой тянет к выходу. Я вырываюсь, отбегаю от него на метр или больше. – Хватит, Джабар!!! Я думала ты другой! – Угомонись и покинь завод. – Теперь уже елейно растягивает слова, а глядит убийственно. – Ты не вышвырнешь меня прочь! А выслушаешь! – упираю руки в бока, глубоко дышу. – Я не игрушка и не вещь! Я твоя жена. – Давай, девочка. Я за тебя. Жданова болезненно кашляет и хихикает еле слышно. – Тимур, ёбтвою мать! Иди сюда и выведи Агату! – рявкает Джабар и размахивает блестящим заточенным лезвием. – Если он приблизится, то я…– задумываюсь на мгновение. – Ты никогда меня больше не увидишь. Не прикоснешься ко мне. Понял? Раненой ладонью рассекаю воздух. Джабар замечает окровавленный бинт. – Что это? – перехватывает мое запястье. – Откуда? – Выстрелила, чтобы заставить Даниэля сказать мне, где ты. Виолетта хохочет во все горло. Тимур дает ей мощную пощечину, и она замолкает. Голова безвольно свисает вниз. Жестокость мужчин – последнее, что я хотела бы видеть в своей жизни. – Блять, Агата! Джабару удается прижать меня к себе. – Отпусти. – Что ты творишь? – шипит мне в лицо. – Ты столько времени пытался убедить меня в том, что ты не чудовище, а выходит зря? – Я ни в чем тебя не убеждал. – Испепеляет огненным взглядом. – Ты сама придумала красивую сказку и жила в ней. – Наш секс, танец, прогулка, разговоры ничего для тебя не значат? Поджимает губы. Они скрываются за густой бородой. – Ты меня обманула, Левиева. Напиздела про беременность и вынудила на тебе жениться. Чеканит каждую букву, обильно смазывая ненавистью и презрением. – Всё ложь…– констатирую факт. Сердце разбивается сразу же. Осколки проникают в кровь и вскрывают мне вены. Задыхаюсь. Вот–вот потеряю сознание. Он ничего не делает, чтобы спасти меня, выловить из океана боли. Просто смотрит в упор и окончательно уничтожает под ноль. Именно таким я его и помню. Холодным, мрачным, равнодушным ублюдком, источающим смертельную ауру. Каждый раз, когда мы виделись на светских мероприятиях, я думала, он не живой человек, а вышедшее из бездны тартара безжалостное существо. Не так давно, я утверждала обратное. Доказывала Карине его человечность. А сейчас… Передо мной прекрасная бесчувственная статуя с удивительно пустыми глазами. В черной радужке лишь яд. Один из тех, которые он хранит в дальней комнате на втором этаже. – Уезжай. Отпускает меня и снова подзывает Тимура. Тот ощупывает пальцами шею Виолетты справа, проверяя пульс, и подходит к боссу. Два черта в изысканной обертке. – Ты думала, он изменится, благодаря тебе? – кряхтит измученная женщина на цепи. – Знаешь, со сколькими невинными девами расправился Джабар? – Закрой пасть, сука! – Тимур возвращается к ней и уже готов врезать ей кулаком в живот. – Стой. – Тормозит его мой муж, гордо выпрямив спину. Я в полнейшем недоумении. Что–то странное происходит. Неподвластное никому в этом грязном помещении. Тимур выполняет приказ. Иначе и быть не может. У мафии строгие правила и столетние традиции. Нельзя нарушать. – Пусть закончит мысль. – Джабар не выпускает нож из руки. Я то и дело посматриваю на опасную штуковину с нехорошим предчувствием. – Спасибо, но я хочу поговорить с твоей женой. Наедине. Бедная пленница едва касается носочками пальцев бетонной поверхности, а всё еще не теряет надежды. – Этому не бывать. – Коротко и нерушимо отвечает Джабар. – Хорошо, – улыбается Виолетта, – я другого ответа и не ожидала услышать. Начинаю медленно приближаться к Ждановой. Джабар, вынимает свою счастливую монетку и подбрасывает ее с характерным звоном. Мои внутренности желируются от страха. – Зачем нам говорить наедине? – останавливаюсь точно перед подвешенной женщиной. Она чуть поднимает голову. Пустые глаза молят о спасении. Сглатываю, понимая, что ничем не могу помочь. Да и не стала бы. Дрянь пыталась меня убить, пристрелила Макса не испытав угрызений совести. – Джабар не просто монстр, дорогая Агата. Он хуже. Гораздо хуже. Я была с ним и знаю, о чем говорю. Ему нравится видеть боль и причинять ее. Несколько его бывших подружек до сих пор проходят курс реабилитации в психиатрических клиниках. Одна даже была беременна от него. Но он заставил ее сделать аборт. Звучный щелчок и громогласный выстрел. Я лишь успеваю зажмуриться. Кровь Виолетты опрыскивает меня с головы до ног. Не могу пошевелиться. Вообще ничего не могу. – Идем. – Только Джабар может обнять меня за плечи. – Больше тут нечего делать. Боюсь открыть глаза. До чертиков страшно. Волоски на коже вытягиваются по струнке. Аж больно. – Нет! – резко разворачиваюсь и отпихиваю от себя мужа. – Не трогай меня!!! Он не то, что удивлен, он в глубоком шоке. Угольные брови высокими дугами, рот приоткрыт. – Истинный мафиози, да? Плевать на всех! Ни любви, ни тоски, ни жалости?! – Ты сейчас истеришь, Агата. Поговорим, когда успокоишься. Опять хочет обнять. Я пячусь назад, пока не упираюсь в безжизненное тело Виолетты. А! Отпрыгиваю, единожды моргаю, и слезы выплескиваются наружу. Градом льются по щекам. – Не преследуй меня! Не смей! Собираюсь силами и бегу к занавешенной пленкой двери. Буквально в паре сантиметров от моего лица пролетает нож и вонзается в деревянную балку неподалеку. Я реву и ускоряюсь. Ни разу не оборачиваюсь…