Глава 16

POV Стас — Моя, не моя…

В субботу нам отменили занятия в честь предстоящего Осеннего бала, так что с утра я выспался, а еще получил от тети Зины потрясающий совет замазать свои синяки ее расчудесным тональным кремом.

Говорить вам куда я ее послал с этой идеей? Ага…

И вообще, все эти ссадины на моем лице ничуть меня не портили, а, наоборот, украшали. Я так-то за девушку свою, считай, сражался. Не с минотавром, конечно, но тоже считается. Должна же она оценить мои старания ради нее? Обязана!

Пишу ей, звоню, но ответа нет. А ведь обещала подумать. Точнее, не так — обещала пойти на бал со мной. Но опять морозится, бесстыжая. Но ничего, я тоже упрямый. Моя будет и точка.

И вот он я. Одет ни с иголочки, конечно, но новые джинсы прикупил себе на распродаже, да и рубашка смотрится как надо. Короче, моя блонда должна была оценить мои старания. Потому что…ну я и рубашка дело такое — несовместимое. Я форменную-то не носил, предпочитая ходить только в свитере с эмблемой школы. А тут сподобился.

Правда до школы добрался с приличным опозданием. У теть Зины прямо перед моим выходом скакнуло давление.

— Я только сейчас заметила, как ты вырос, мальчик мой, — тяжело вздохнула женщина.

— Теть Зин, я готов остаться вечным ребенком, ты только не болей больше, — нахмурился я, видя повышенные значения.

— Ну, что там? — помассировала виски тетка.

— Гипертония у тебя. В больницу давно ходила? — прикусил я щеку изнутри.

— Ага, пойди туда. Упекут до гробовой доски.

— Теть Зин, — сурово было начал я ее отчитывать, но осекся.

— Все! Нормально я, сейчас таблеточку выпью и огурцом буду. А ты беги, беги на свой бал. Тебя, небось, уже та девочка заждалась, что сюда с апельсинами приходила.

— И ты туда же? — хохотнул я, — Она просто друг.

— Ну вот и дружите. Беги, давай, сорванец…

И я побежал. До метро, а там до школы. Пока пропуск показал, пока разделся и переобулся. Пока до актового зала добрался, внутри уже вовсю шла программа вечера. И моя Арина танцует вальс в сногсшибательном платье цвета жженой листвы.

Госпожа Осень. Ну кто бы сомневался, правда?

И я сидел и как завороженный смотрел на нее. На то, как она, уверенная в себе и своей исключительной неотразимости, проводит интеллектуальный конкурс между десятыми классами. Красивая, что и смотреть больно. Но я смотрел и не мог насмотреться. Словно глаза мои на клей кто посадил, чтобы только на нее глядели и ни на кого больше.

И дальше, не замечая сюжета.

Стихи об осени, осенние приметы, конкурс «Мисс Осень — 2016». Победила Рябова, кстати, в том самом красном платье, что я для нее выбрал, не глядя. Светилась вся, когда ей на голову Арина водружала корону из листьев, а потом неожиданно послала мне воздушный поцелуй. И блонда моя тут же метнула взгляд в мою сторону, а потом скривилась, будто ее за раз заставили проглотить лимон.

И в глазах девчонки я заметил такую усталость и грусть. А может мне показалось?

Так, хватит!

Начинается конкурс со зрителями, и я тут же чуть ли не выпрыгиваю на cцену. А там, смотрю только на строптивую, белокурую блонду. Она же задает вопросы участникам, порхает между нами и улыбается во все свои тридцать два белоснежных зуба, но на меня даже не глядит.

— Что не так? — спрашиваю я ее тихо, пока Мисс Осень награждает победителя.

— Просто исчезни, Гордеев, — выдает она и тут же демонстративно отворачивается.

Приехали. Остановка «дерево» …

Но пасовать я и тогда не собирался. Спустился со сцены и стал выжидать время, когда этот балаган закончится, а потом я утащу Толмацкую куда-нибудь в укромное место. И потребую ответа. За все!

И вот долгожданный конец. Арина убегает переодеваться, а, вышедшая на сцену, директриса объявляет начало дискотеки и только сейчас двери в бальный зал открываются. Там уже все украшено, согласно формату мероприятия. А еще в помещении темно, стробоскопы задают ритм, по полу стелется дымка и на всю катушку начинает орать заезженная до оскомины Лобода. Что б ее!

Твои глаза такие чистые, как небо…

Серьезно? Только этого мне еще не хватало.

Тихо чертыхаюсь и иду вместе со всей толпой в зал, где четко в центре, виляя бедрами, уже отплясывает Рябова. Она смотрит на меня, а я только устало потираю лицо, мечтая увидеть ту из-за кого у меня гипертония похлеще, чем у теть Зины.

Кручу головой. Музыка орет все громче. Пульс грохочет все чаще. Рябова танцует все развратнее.

Вспышка.

И я разучился дышать…

Мою Арину в такт музыке пошло лапает Седых. Лапает! А она довольно выгибается в его руках. И улыбается ему!

Ему! Не мне!

Я первые несколько секунд вообще не понимал, ни, что вижу, ни, что со мной происходит, ни как мне быть дальше. Арина его выбрала? Его? Жесть какая! А уже в следующий момент наши взгляды пересекаются и тело прошивает мощная волна электричества.

Глушит! Почти убивает!

Я делаю шаг вперед. К ней. Но Толмацкая только усмехается, а в следующий момент…ушлепошный блондин наклоняется с очевидным желанием поцеловать ее. По-настоящему. В засос! Нет, я на это смотреть не подписывался.

Отворачиваюсь и слепо шарю глазами по толпе, только чувствуя, как по венам циркулирует концентрированная кислота ревности, а сердце больно бьется о ребра, выламывая их изнутри.

Хватит! С меня хватит!

До меня вдруг доходит с абсолютной ясностью, что я так больше не хочу, не могу и не буду. Набегался. До крови ноги стер, а толку ни хрена нет!

Да пошла она, эта Арина распрекрасная. Что я себе бабу не найду? Найду. Вон и Рябова смотрит влажно, а я ей решительно киваю на выход.

Аж подпрыгивает на месте от радости. Глупая. Не ровен час, начнет повизгивать и прихрюкивать от экстаза. Но сейчас мне плевать на все и на нее в том числе, но…бесит!

Вот! Вот так на меня должна реагировать моя девушка, а не ненужная мне Оля в красном платье. Так что, к черту! Нет больше никаких Арин и моих шальных симпатий. Умерло. А если нет, то я сейчас все добью и концы в воду.

Иду к выходу и точно знаю, что за мной, на высоченных шпильках, семенит Рябова. Уже у лестницы беру ее за руку и молча веду туда, где нас никто не потревожит. Так надо! Так мне надо и как можно скорее. Мне нужно спустить пар, а еще злобу и неудовлетворенные желания. А иначе, я вернусь и наделаю делов. Например, выбью парочку коренных передних зубов у Седых.

Пусть целуется с причмокиванием. Гнида!

— Стас, а куда мы идем? — задает совершенно идиотский вопрос Рябова.

— В рай, Оля, — выдавил из себя я и двинул дальше, пока еще мог. Пока еще не передумал и не повернул назад. К ней, к моей блонде, что не хочет быть со мной.

Зараза!

Темная лестница на третий этаж, кабинет для факультатива, который бывает открыт двадцать четыре на семь. И у меня больше не остается сомнений.

Веду Рябову вглубь. Резко задираю красное платье, которое облегает ее стройную фигуру, точно вторая кожа. Затем подхватываю под задницу и в одно движение сажаю на парту.

Работаю на автомате. В голове и душе полный раздрай. Думать себе запрещаю. Просто беру и раздвигаю ее ноги в стороны, а потом вклиниваюсь между них и подхожу максимально близко.

Да, не этого я хотел…от слова «совсем».

— Стас, — выдыхает Рябова и дотрагивается кончиками пальцев к моему лицу. Закрываю глаза, представляю на ее месте совсем другую девушку. Помогает? Нет. Почти.

Черт, я не знаю!

— Я твоя? — задает она вопрос, а я четко понимаю, что мне нужно забыться.

— Моя, — рычу и впиваюсь в ее рот.

Влажно. По-взрослому. Горячо.

Скрип позади нас. Обернулся, но никого.

— Плевать на все, иди сюда, — шепчет жарко.

Да, верно. Плевать…