Эпилог

Эпилог

Эрик

День операции был назначен две недели назад. Врачи говорили, что все хорошо, но я места себе не находил. Всю ночь не спал и сейчас, как маятник ходил по коридору. В операционную меня не пустили, но обещали позвать, как только все закончится. До последнего решали, какую анестезию ставить. В таких случаях, делают общую, но моя девочка всю беременность чувствовала себя хорошо. Мы много гуляли. Свежий воздух, прогулки, легкие физические нагрузки укрепили сердечную мышцу. Конечно, нельзя отрицать пользу проводимой терапии. Поэтому в последний момент решили делать эпидуралку. Да и Милана, хотела видеть рождение нашего малыша.

Я уже привык видеть ее с красивым небольшим животом. Думаю, мне его будет не хватать, особенно ночами, когда я гладил его и разговаривал с пинающимся малышом.

Нервы на пределе. Быстрее бы все закончилось, хотелось увидеть мою девочку. Вроде только вошли в операционную, а мне казалось, прошло уже несколько часов. Яна очень хотела присутствовать при рождении брата, но у нее пробные экзамены, нельзя было пропустить. Дочка все это время серьезно готовилась, я был за нее горд. Уверен, проблем со сдачей ЕГЭ не будет. Телефон в кармане зазвонил. Думал, Яна хочет узнать, как все прошло, оказалось это Стас.

— Полковник, мы уже можем выдвигаться? — я уже давно был полковником в отставке. Уволился. Порой не хватало мне армейской жизни, часто вспоминал командировки, обсуждал с друзьями прошлые заслуги, но возвращаться не собирался. Иногда приходилось консультировать группу перед сложными операциями, опыт то никуда не денешь, а потом ложился в мягкую постель рядом с женой и понимал, что только дурак захочет спать на сырой земле, а не рядом с любимой женщиной.

— Ты к себе обращаешься? — Балу месяц назад получил повышение. Теперь он подполковник, но у нас называть принято подполковника полковником. Он что-то буркнул, я не разобрал. — Вы шум не поднимайте, а то полицию вызовут.

— Через час будем, — мне не понравилось, что он не дал обещание вести себя тихо. Трубку уже положил, перезванивать ему не стал, потому что дверь операционной открылась…

Замер.

— Поздравляю, папаша, у вас сын, — произнесла немолодая медсестра. Женщине было лет за пятьдесят. Она смотрела на меня и улыбалась. — Все хорошо с ней, не переживайте. — облегчение накрыло с головой, теперь можно радоваться, что у меня сын. Мужик!

Глаза защипало. Моя сильная девочка не сдалась, когда я запаниковал. Как результат, она подарила мне маленькое чудо. Я после того случая с Леной не думал даже, что еще раз стану отцом. Вон как жизнь щедро меня наградила, никакие ордена, медали, заслуги перед родиной не сравнятся с этим чувством.

Лена, кстати сидит в тюрьме. Звонила мне. Просила вытащить, но поняла, что зря потратила время.

— Хотите ее увидеть? — спросила медсестра, отвлекая от неприятных мыслей.

— Спрашиваете… — я уже несся к дверям операционной.

Милана

Не боялась. На удивление была спокойна. Верила, что все будет хорошо. Небольшой мандраж появился, когда вошла в операционную и легла на стол. Мне сделали какой-то волшебный укол, расслабилась, стало легко.

Я думала о том, что скоро увижу своего мальчика. Было спокойно, когда он находился в животе, будто я оберегала его от этого мира, но желание увидеть его с каждым днем становилось все сильнее. Каким он будет?

— Настоящий богатырь, — показала мне малыша ненадолго врач, как только он появился на свет.

Такой хорошенький…

Но насладиться мне нашей первой встречей не дали, неонатолог забрал сына. И ведь не потребуешь вернуть мое сокровище.

— Милана. — появился Эрик. Подошел и поцеловал меня. — Спасибо, любимая, за нашего сына.

— Знакомьтесь, — мне на грудь положили мою кроху. На руке бирка, успели помыть и обработать, даже распашонку надели. Сердце наполнилось нежностью и любовью. — Можете взять на руки. — дали подержать малыша отцу.

Невероятная картина. Сын в одной руке может поместиться у отца, но я уверенна, что они будут очень похожи. Слезы потекли из глаз. Как же я счастлива…

Меня сразу перевели в палату. Поставили капельницу, положили на живот лед, но я его не чувствовала. Малыш спал рядом в специальной люльке, меня тоже клонило в сон. Эрик сидел возле меня на кровати обнимал и держал за свободную руку.

Я уже засыпала, когда услышала дружное «Ура!!!».

— Вот идиоты, — буркнул муж и подошел к окну.

— Поздравляем! Поздравляем!!! — кричали они так громко, что их было слышно в каждом дальнем уголке больницы. Мне было приятно слышать голоса друзей Эрика. Я знала, что он по ним скучал. После последней командировки Эрика, его ребят отправляли в самое пекло. Они почти все это время провели в разъездах, в Москве почти не появлялись. Как я поняла из слов мужа, в наказание. Мы каждый раз с тревогой смотрели на Эрика, когда ему звонили из штаба. Все живы — было лучшей наградой. Янка тоже волновалась за ребят, но что-то мне подсказывало, за одного из них особенно.

— Я же говорю идиоты, они голубыми шарами все деревья во дворе больницы сейчас украсят. — мотал головой Эрик. Я этого увидеть не могла, а так хотелось…

Ночью ребята устроили настоящее шоу фейерверков. Мы знали, что это они больше некому. Эрик поднял меня и поднес к окну. Я улыбнулась, когда увидела, что изо всех окон смотрят люди: врачи, больные, роженицы…

— Я люблю тебя, — одновременно произнесли мы.

Конец