Глава 18

 Огнев

Эта девочка определенно не готова к такому искушенному мерзавцу как я. Чувствую себя подонком, который обрывает крылья красивой бабочке, трепещущей в моих руках. Дрожит, дыхание прерывистое. Вот только все это лишь сильнее меня заводит.

Приглашение в джакузи было спонтанным как, впрочем, все что я совершил до этого момента из-за этой девочки. Череда совершенно безумных поступков. Я конечно тот ещё мерзавец, но ни разу в жизни у меня не было пленницы. Никогда никого не принуждал к сексу, даже в голову такого не могло прийти. Слишком много доступных женщин, я мог переспать с любой, отказов не было. Даже когда мне было пятнадцать. В то время моя семья была бедна. Мать вечно рыдала из-за отца, который часто попадал за решетку. Из-за меня тоже, но я меньше ее заботил. Как и младший брат, который и вовсе был предоставлен сам себе. Я начал зарабатывать в двадцать, когда попал в банду. Начал с криминальных денег, но быстро понял, что это не тот путь, по которому можно идти долго. Смог выйти из дела с капиталом, который вложил удачно. Мозги у меня были. Даже в школе учился хорошо… Вот только пока как проклятый зарабатывал бабло, упустил семью. Брат пристрастился к наркотикам и умер от передоза. Я так и не простил этого матери.

Отец умер в тюрьме, несколько лет назад. Я отказался его вытаскивать снова. Деньги, которые давал ему – не пошли впрок.

Зато маман у меня, словно с золотой ложкой во рту родилась. К новой жизни очень быстро привыкла. Красивая, статная женщина, живет по большей части за границей, где ее зачастую принимают за особу королевских кровей. Иногда меня это смешит, иногда раздражает. В общем, у нас непростые отношения, слишком много демонов прошлого. Поэтому хорошо, что видимся редко. Наверное, узнай мать о том, что сейчас происходит в ее «загородном доме», крику было бы до небес. Хорошо, что возвращаться не планирует.

Казалось бы, власть, когда привык к ней, умеешь манипулировать, решать чужие судьбы, легко и просто. Но на поверку не так. Это не похоже на управление активами, на регулирование работы огромного количества людей. Тут все иначе. Интимно. Я прекрасно отдаю себе отчёт, что переуступил с Архиповой черту, за которой остались понятия о человечном и рамках закона.

И продолжаю переступать. Хотя изначально джакузи я выбрал из милосердия. Во всяком случае так себе самому объяснил. Позвал туда Станиславу не для того чтобы испугать. Наоборот, пообещал себе, что приласкаю и отпущу. Не буду пока трахать. Надо же дать ей время привыкнуть. Она еще совсем невинна. Надо приучить ее к себе, к прикосновениям, расслабить, не набрасываться сразу.

Чтобы захотела так же сильно как я…

Не мог думать ни о чем другом, как разбудить эту чувственную малышку. В том, что Станислава полна чувственности у меня нет от малейших сомнений.

Вот только не ожидал, что невинная девочка так сильно возбудит меня. Сначала была игра, легкая пикировка, остроумные фразочки, которые были приятны не меньше чем секс. Я начал узнавать Архипову, и то что открывалось все сильнее цепляло. Открытость, порывистость, искреннее смущение.

Сам не заметил, как легкая ирония перешла в возбуждение, которое сдавило тисками, превратило в один момент в жаждущее животное, обезумевшее от похоти.

Ее совершенное, влажное, манящее тело. Вода, стекающая тонкими струйками по нежной коже. В жизни не видел ничего более сексуального, возбуждающего, соблазнительного.

Желанная до боли.

Я переоценил собственную силу воли. Желание обладать девочкой росло с каждой секундой.

После всего что произошло на руках ее в спальню отнес, понимая, что сегодня уже нельзя трогать. К себе вернулся, утром куча дел, вставать рано. Вот только стояк каменный, о сне не идёт и речи. Понимаю, что достиг точки невозврата. Забираюсь рукой под одеяло, обхватываю член. С пятнадцати таким не занимался. Смешно… только не до смеха. Настолько возбуждён, что хватает ровно пяти движений и наступает долгожданная разрядка.

Что за наваждение эта девчонка? Ни о чем другом кроме секса с ней думать не могу.

***

Просыпаюсь как всегда рано, список запланированных деловых встреч как всегда длинный.

– Девочка ещё спит? – спрашиваю Катерину, как раз накрывшую завтрак. На самом деле глупый вопрос, на часах шесть утра. В такую рань встаёт только тот кому это по зарез нужно.

– Разбудить ее? – тут же услужливо предлагает Катерина.

– Разумеется нет. Я просто спросил. Пусть спит сколько захочет. Ты должна выполнять любое ее желание.

– Как скажете.

Катя поджимает губы. Эта женщина работает здесь очень давно, верна моей матери, та ей полностью доверяет. В первый же день, как решил привезти Архипову сюда, пришлось поговорить с Катериной прямо, «по душам». Сказать что если хоть полслова матери вякнет, вылетит как пробка из бутылки, и никто не поможет. Баба неглупая, кто в нашем семействе главный источник финансов – отлично знает. Так что мать остается в неведении, иначе бы тут же примчалась. Доктора ее тоже пришлось «обработать».

Что говорить, Архипова обходится недешево в плане времени и работы с людьми. Про потраченные финансы не думаю, когда у тебя уже не первый миллиард деньги становятся лишь средством для достижения цели.

В офисе по утру назначено совещание с главами отделов. На носу несколько крупных сделок, над которыми велась долгая работа. Уточняем нюансы. Требуется полная концентрация. Но мысли то и дело соскакивают с доклада аналитика на девочку. Представляю, как спит сладко сейчас в своей постели. Теплая, разнеженная. Так, не забыть позвонить Федору Константиновичу, пусть подберет ей противозачаточные. Раз уж семейный врач вовлечен в эту историю, пусть и дальше отрабатывает свои ежемесячные гонорары.

После совещания секретарша докладывает, что приехала Вишневская.

– Отлично, я жду ее. Зови.

В кабинет входит Милена, как всегда вокруг нее облако изысканных духов, одетая с иголочки в белый костюм. Золотистые волосы собраны в узел. Идеальная деловая леди.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Жду отчета, надеюсь ты выполнила что я просил, – произношу холодно.

– Здравствуй, Влад, – садится в кресло сбоку от моего рабочего стола. – Я плотно занимаюсь этим, как ты велел. Но, надеюсь, ты понимаешь, что это невозможно сделать по щелчку пальцев?

– Конечно, я понимаю. Мне не нужно рассказывать про щелчки пальцами. Только о результатах.

– Ты невыносим! – обиженно восклицает Милена. – Можно кстати отойти на секунду от этой темы, и напомнить про аукцион у Ериханова? Нас ждут вдвоем… Ты не забыл внести его в расписание?

Давид Ериханов – мой, можно сказать, заклятый конкурент. Мы постоянно сталкивается в разных сферах интересов. Но так устроен деловой мир, что даже если вы терпеть друг друга не можете, то должны иногда сотрудничать. Организована очень крупная благотворительная акция, для самой высшей элиты, там будут даже те, кто никогда не светится в обществе. Политики, меценаты, криминальный мир. Самая надежная и тщательная охрана, подпольное казино и аукцион с лотами, о которых никогда не узнает обычный человек. Шедевры искусства, которым место только в музее. Любой имеющий пригласительный билет может смело сказать, что он находится в высшей лиге. Есть несколько людей, с которыми встретиться можно только там.

Обязательное условие – должна быть сногсшибательная спутница. Разумеется, неглупая и умеющая молчать. Милену я пригласил еще месяц назад. Идеальнее ее такую миссию никто не выполнит. Туда не возьмешь эскортницу или случайную любовницу.

– Разумеется я помню, у меня есть ежедневник и секретарша. Но спасибо что бдишь.

– Пожалуйста, – кривит ярко красные губы Милена. – Можно мне кофе? А лучше, знаешь, поехали в наш ресторан. Так как там делают латте итальянцы твоя секретарша вряд ли сможет.

– Мне нравится как Анька делает кофе, – усмехаюсь. – Но я могу послать ее в ресторан к Паоло за латте, специально для тебя. Лучше расскажи мне подробности. Как продвигается твоя миссия в деле Архиповой.

– Ты очень любезен, Влад… Но тогда не нужно, ты прав, я выпью то что готовит твой секретарь.

– Отлично.

Нажимаю на кнопку вызова, велю принести два кофе. Предпочтения Милены моей секретарше известны, так что разговор о ресторане – пустой треп. Вишневская явно тянет время. Но я расслаблен – девчонка все равно уже на свободе. Относительной свободе. Моя узница. И мне это нравится. Пожалуй, теперь даже наоборот, не в моих интересах торопить Вишневскую. Пусть работает в своем ритме. Если затянет – тогда поговорим по-другому. Забавно выходит, сейчас мне даже на руку проволочки. Вот только… Понятно, что долго подобное продолжаться не может. Девочку не могут вечно держать в карцере. У них свои проверки, отчеты. Начальник СИЗО не станет покрывать ситуацию слишком долго. Психанет, объявит побег. Мало ли что. Надо все предусмотреть, чтобы вышло идеально. Для моих интересов, разумеется.

– Ты задумался… О чем? Все про Архипову? Странное у тебя к ней отношение… – задумчиво произносит Вишневская.

Ты даже не представляешь насколько.

– Ты не мой психолог, Милена. Ты юрист. Я жду от тебя услуг только в этой сфере, – парирую холодно.

Кусает нижнюю губу. Явно недовольна моими словами.

Заходит Аня с подносом, ставит передо мной американо, и высокий бокал с латте на журнальный столик перед Вишневской.

– Спасибо, – дорогая, – улыбается Милена.

– Пожалуйста, – отвечает улыбкой Аня. Затем поворачивается ко мне:

– Влад Георгиевич, детектив уже приехал… Вы ему на час дня назначили, но он явился на полчаса раньше.

– Пусть немного подождет. Угости его кофе, предложи завтрак.

– Да, конечно. Я просто сообщила.

– Детектив? Что за расследование? – спрашивает Милена, когда за секретаршей закрывается дверь. – Или секрет? – добавляет, не дождавшись ответ.

Черт побери Аньку и ее торопливость. Мне и правда не хочется рассказывать об этом Вишневской. Хотя ничего в этом нет тайного.

– Решил еще раз покопать эту историю с аварией. Узнать получше обо всех участниках. В том числе и полицейских, которые прибыли первыми.

– Что?! Влад, но зачем? – похоже Милена по-настоящему шокирована.

– Что значит зачем? Я же объяснил только что. Мне кажется все до конца не выяснено. Хочу знать каждую деталь. Пусть на это дело посмотрит новое лицо, пусть этот следопыт начнет с самого начала. Не найдет если ничего… ну чтож. Поставим точку.

– В деле и так точка! Есть виновная. Только… Такое ощущение, что ты на ее сторону переметнулся. Прости, что говорю так, – добавляет торопливо… – Но тебя будто заклинило на этой девчонке. Она конечно хорошенькая, молодая, вызывает жалость… Она правда тебя разжалобила, да? Сучка мелкая… Инга этого не перенесет, Влад. Ты ведь понимаешь?

– О чем ты? Я же сказал, хочу узнать все детали. И только.

– Ты просишь, чтобы я вытащила Архипову, потом вот это… Как я могу поверить в твое «и только»? Совсем меня за дуру держишь?

– Нет, Милена. Я считаю тебя одной из самых умных баб, из тех с кем знаком. Но давай ты не будешь наезжать на меня? – сдвигаю брови. От разговора с Вишневской начинает ломить виски. Возникает ощущение, что она как ядовитое облако, поглощает воздух. – Ты не глупа, а значит помнишь, что я твой работодатель. И не обязан перед тобой отчитываться.

– Да… Хорошо, прости, – сразу идет на попятную. – Я вижу, как тебе больно, как ты страдаешь… Я хочу унять твою боль, помочь… и только. Ты так холоден со мной в последнее время. Что ни скажу, все не так. Когда-то наши отношения были другими… Я тебе нравилась, как друг, конечно. Анжела была моей лучшей подругой… я тоскую по ней. А ты вменяешь мне в вину то, что хочу поквитаться с ее убийцей. Но ты прав… надо узнать все досконально. Может даже не девчонка была за рулем. Она ехала с братом. Оба пьяные, с вечеринки. Может он был за рулем… Может она взяла его вину на себя. Тогда надо расследовать, конечно. Архипова сейчас кстати в карцере. Уже несколько дней ее там держат. Я написала ходатайство… чтобы перевели обратно в общую камеру. Мне кажется слишком сурово…

– Вот в это не лезь, – произношу, черт побери, слишком поспешно. Глаза Милены вспыхивают недобрым блеском.

– Что? Ты хочешь ее вытащить или… Боже, Огнев! Только не говори…

– Наш разговор окончен. Ты слышала, меня человек ждет. Съезди в ресторан, Милена. За мой счет. Пообедай в любимом месте. Передай от меня привет Паоло.

Резко нажимаю на интерком, вызывая секретаршу.

– Ань, зови детектива.

Вишневская смотрит с яростью, которую не может скрыть.

– Если я права… Ты просто больной ублюдок.

– Даже если ты права, я твой клиент и ты продолжишь все делать строго в моих интересах. Счастливо, Милена. Встретимся, когда у тебя появятся результаты. Жду их как можно скорее.

Меня не удивляет поведение Вишневской. Она ревнует. Предсказуемо. Между нами периодически проскакивали искры притяжения. Еще когда с Анжелой был. Такое случается сплошь и рядом. Секс втроем: ты, твоя девушка и ее лучшая подружка. Клише. Я чего только не пробовал за свою жизнь, поэтому относился с пониманием. Дружба и секс всегда идут рука об руку. Милена изображала лучшего друга для Анжелы, для меня. Решила, что я остался ей по наследству – даже забавно. Я бы, наверное, даже не прочь развлечься с ней. На пару месяцев. Она умелая, опытная. Но меня, бл**дь, переклинило на невинную малышку.

– Можно? – в дверях появляется молодой худощавый парень. – Я из детективного агентства «Инкогнито», Павел Орлов.

– Проходите, здравствуйте.

Даю детективу всю имеющуюся информацию, папка довольно увесистая. Тут все, протоколы, фотографии, стенографии допросов. Все что есть у следователя. Не так дорого стоило добыть дубликаты полного дела Архиповой. Ее фото сразу после аварии и задержания. Лохматая, испуганная, перепачканная грязью девочка. Обычное фото, профиль, анфас. Даже о красоте по этим снимкам не скажешь. Тогда почему сжимается сердце, когда смотрю на них? И в дом матери поскорее хочется вернуться…

***

Еще несколько деловых встреч, к дому подъезжаю почти под вечер. Стоит зайти внутрь как накрывает каким-то предчувствием.

– Дорогой! – по лестнице со второго этажа мне навстречу спускается мать.

Серьезно? С какого хрена? Она всегда мне звонит за неделю до своего приезда как минимум. Потому что отлично знает, меня может не оказаться в стране.

Так что это, бл**дь, значит?

– Мама? – не скрываю своего удивления. – Почему ты здесь?

– Привет, милый. Я тебя шокировала тем, что нахожусь в собственном доме? Из которого ты, как вижу, бордель устроил, – последнюю фразу бормочет себе под нос, но у меня отличный слух.

Так, это уже выходит за рамки. Серьезно, Вишневская вызвонила сюда мою мать? Догадалась про Архипову, приревновала? Вот только этого мне бл**дь не хватало!

– Мам, я плачу за этот дом, и ты всегда повторяешь что он мой. Мне сейчас не сильно хочется в своем находиться, поэтому воспользовался этим. Если тебе это неприятно…

– Ну что ты, я понимаю, милый, – перебивает торопливо. – Там все про Анжелу напоминает… Вы ведь там вместе жили…

– Ну, не жили, но да, она там часто бывала.

– Как Инга? Наверное, в ужасном состоянии, – вздыхает.

– Она кстати там сейчас.

– Как хорошо, что ты позволил…

– Да, я добрый и внимательный. Кстати, не хочешь составить ей компанию? Поддержала бы ее.

– Я даже не знаю. Наверное, это очень тяжело…

Мама даже на похороны не ходит. Не выносит негативные эмоции. Так что предложение так себе. Хотя с Ингой они дружат.

– Мам, тебе Милена позвонила, да?

– Что ты, дорогой! Не общалась с ней сто лет.

Ага. Так я и поверил. Сразу видно, что врет. Похоже, пора поговорить с Вишневской как следует. Не щадя ее чувства.

– Ужин готов, – наш разговор прерывает Катерина. – Девушка отказывается от ужина. Что ей передать?

– Не стоит заставлять, раз не хочет, – произносит мама, прежде чем успеваю решить, что сказать. Хотя что-то вроде того же самого и собирался. Действительно, к чему тащить Станиславу насильно к столу. Она наверняка смущена появлением хозяйки дома. Как и я. Хотя нет, я не смущен, я в бешенстве. Такая подстава, бл**дь. Удавил бы суку Вишневскую. Придется уволить. Слишком заигралась.

– Завтра позвоню Милене, обязательно. Так соскучилась по этой милой девочке. А сегодня, милый, проведем вечер вместе? Так давно этого не было. Ты ведь не против?

Чертовски против. Я был настроен на секс. Меня весь день ломало от желания поскорее домой отправиться. Разные фантазии в голову лезли, как подростку прыщавому.

Ладно. Мать есть мать. Поесть надо. Похоже, меня ждет милый семейный ужин.

Ну а ночевать я буду в комнате Архиповой. Мать в курсе что я взрослый мальчик, а не понравится такое поведение – пусть и правда в другой дом отправится. Благо, вариантов недвижимости у меня предостаточно.