41

Я знала, что в первый раз бывает больно, но знать и чувствовать, разные вещи. И когда меня пронзила жгучая боль внизу живота, я просто не смогла сдержать крик. Слезы боли и обиды хлынули из глаз.

Почему? За что он так поступает со мной?

Я задавала себе эти вопросы, и не находила ответы. Все его касания были грубыми. Все слова, произнесенные в мой адрес, хлыстали меня как кнутом.

Весь мой волшебный мир, где я рядом с моим темным ангелом разлетался на части, разбиваясь вдребезги.

Но потом, когда все закончилось, он прижал меня к себе, молча и стал гладить по голове успокаивая, а я только еще больше ревела.

Не говоря больше ни слова, он отстранил меня и вышел из машины.

В салоне был полумрак, и я неуклюже, трясущимися руками стала приводить себя в порядок, шарила руками по кожаной обивке салона, но не находила своих трусиков. И тут как вспышкой выстрелило воспоминание того, как мой темный ангел рвет их на мне, боль и обида опять подступили ко мне, стягиваясь на шее горячим жгутом. Я стала застегивать клепки на платье, но с этим тоже не клеилось, то пропускала, то сдвигался ряд. В отчаянии, я оставила все как есть и накинула сверху плащ. От резкого движения я почувствовала ноющую боль внизу живота и что-то мокрое и липкое между ног.

Боже, это кровь! К горлу подступила тошнота. Вся моя одежда была черного цвета, а в машине темно, поэтому я не смогла ничего разглядеть.

Выглянув из-за сиденья, я посмотрела вперед, в желании узнать, что с Лерой. В ужасе я прикрыла ладошкой рот. Она стояла на коленях и увлеченно делала минет сразу двум парням, обрабатывая то одного, то второго.

Я ужаснулась не за нее, так как по ее виду можно было сказать, что ей даже нравится. Я боялась за себя, неужели закончив с ней, они доберутся и до меня. Подступившие к горлу слезы опять стали душить меня. Я забилась в угол машины, прижав колени к себе, и с запозданием понимая, что на мне нет обуви, без которой я не смогла бы сбежать.

Сбежать! Что за глупая мысль родилась в моем испуганном подсознании. Кто меня отпустит!

Вдруг, открылась водительская дверь, и кто-то сел за руль. Машина была огромной по моим меркам, и в темноте, я даже не разглядела кто это. Но, посмотрев в зеркало заднего вида, наткнулась на сочувствующий взгляд Максима Викторовича.

Не говоря ни слова, он завел машину, и стал медленно выезжать в сторону трассы. Я обернулась, чтобы посмотреть в окно, и в свете задних фар, увидела своего темного ангела. Он стоял к нам спиной, широко расставив ноги и опустив голову. Руки были в карманах, а сам он был весь как каменная статуя посреди дороги.

И в этот момент, я почему-то испытала жалость.

Жалость к себе!

К нему!

К нам!

Это чувство, прошло так же внезапно, как и появилось, не успев прижиться и пустить корни в моей душе. Такое бывает, когда посмотрел хороший фильм, а все равно остался неприятный осадок, потому что он закончился, и продолжения не будет.