Эпилог

Эпилог

6 лет спустя…

Марат и Лера

— Камилла, — произнеся полное имя дочери, громко вздохнул. — К Соколовым мы едем всей семьей. Я уже сказал, в клуб ты больше не пойдешь. Не мешай Тимуру тренироваться, на кону важный для него бой.

— Я не мешаю…

— Камилла, — чуть жестче оборвал. — Твои друзья тоже там будут.

Ками шестнадцать, она еще не расцвела. Как и Лера, моя дочь поздно оформится, но ее высокий рост, стройная фигура с длинными ногами и красивое лицо привлекают взгляды мужчин, будя во мне демонов.

Если бы не Лера, я бы, наверное, стрелял на поражение в любого, кто с похотью смотрел на Камиллу. Я люблю своих детей одинаково, но любовь к дочери — она особенная. Режим защитника включен на двести процентов. А еще щемящая нежность, она всегда останется малышкой. Характером моя дочь пошла в свою бабушку. Ками мне напоминала маму…

— Папа, мы готовы. Мама сейчас спустится, — Алекс держал за руку младшего брата, чтобы он не упал с лестницы. Давиду недавно исполнилось три. Мои дети — радость и гордость. Лера — мое счастье, моя любовь, моя жизнь…

Лера спускалась по лестнице. Завис. В белой футболке, стильных сиреневых брюках, кедах. Легкий макияж, волосы, свободно спадающие на плечи. Она практически не изменилась за эти годы.

Смотрю на нее, а сердце сбивается с ритма. Хочу свою девочку, как в первый раз. Вокруг меня постоянно крутятся женщины. Молодые, красивые, сексуальные. Которые рады предложить себя, чтобы получить мое покровительство, защиту, деньги. Ни разу не потянуло к другой. А стоит Лере повести головой, закусить губу, наклониться над плитой — и я забываю, что рядом дети. Хочется верить, что они ничего не замечают, но лично я был смышленым малым. Пока только Давид не в курсе, что папа одержим мамой.

— В машину, — кивнул детям. Камилла, бурча себе под нос, подхватила мелкого на руки. Алекс придержал дверь.

Меня не было три дня. Прилетел два часа назад, даже не побыл с женой. Чтобы успеть к Соколовым, пришлось принимать душ в гостевой, а то утащил бы Леру в постель, и хрен бы мы из нее выбрались, а нас ждут друзья.

— Ты хочешь что-то мне сказать? — улыбаясь, очень близко подошла Лера.

— Твоя попа напрашивается на неприятности, — положив руки на упругие ягодицы, сжал и притянул вплотную к себе, чтобы ощутить ее каждой клеткой кожи.

— Марат, нас увидят.

— Слуги не впервые нас застукают, — усмехнулся, наклонился и поцеловал за ушком.

— Тимур дома… — голос Леры стал звучать тише.

— Он взрослый мужчина, за ним тянется шлейф из разбитых сердец. Тимур давно в курсе, что я постоянно хочу свод жену.

— Ты меня не дослушал. Нас дети в машине ждут…

— Люблю… — спускаясь к бьющейся жилке на шее.

— И я люблю. А еще я очень соскучилась, но если ты продолжишь, мы опоздаем…

— Тогда идем…

* * *

Милена и Артур

— Милаха, иди ко мне, — не терпящим возражения голосом. — Хочу, чтобы ты была сверху.

— Артур… надо детей будить.

Запинка не осталась без внимания.

— Мы тебя ждем, — откидывая одеяло в сторону. Милаха округлила глаза. — Я не рассмотрел твою сорочку.

— Вчера ночью я была в ней.

— Недолго. Не успел рассмотреть, — вчера я сразу стянул с нее все, что было надето. Люблю, когда в нашей спальне она голая. — Заставляешь ждать, Милаха.

Ступая неспешно на одних носочках, скидывает одну лямку с плеча, потом с другого. Ткань медленно скользит по ее телу, кружево цепляется за соски, легкое движение плеч — и сорочка скользит ниже. Током прошибает по позвонкам. Заставляю себя оставаться на месте, а хочется схватить и насадить на член, пока он не взорвался.

— Я сам сниму, — когда она берется за край трусов, похожих на паутинку.

— Порвешь, — машет головой и одним движением спускает вниз. — Мне они нравятся.

Вопрос времени, как долго они прослужат.

Подхватив за бедра, усадил на себя. Впился в грудь, лаская языком сосок. Пальцы на промежность, а там уже влажно. Размазывая, проникаю двумя пальцами во влагалище, стимулируя большим пальцем клитор.

— Арту-у-ур, — с губ срывается стон. Голова Милены откидывается назад. Прекрасна в своей страсти. Сладкий яд в моей крови.

— Крышу рвет, Милаха. Иди сюда, — приподнимаю за ягодицы и насаживаю на себя. Впиваюсь в сладкие, припухшие с ночи губы. Фиксирую тело в нужном положении и срываюсь. Жестко, на всю глубину. Спальню наполняют стоны и шлепки…

С громким ревом изливаюсь в любимую женщину. Когда-то у меня было много партнерш, но только с Миленой я трахаюсь не только телом, но и душой. Милаха все еще выгибается на моем теле, дрожит. Оглаживаю, целую… Кайфую, находясь в ней…

— Мама… — стук в дверь…

* * *

Я безумно любила своих детей. Уже достаточно взрослых, сильных, умных. Они наполняли каждый мой день смыслом. Конечно, разное случалось в жизни. С Улей было легче всего. Она росла домашней девочкой. Хотя с таким отцом и братьями сложно, наверное, ей приходилось. Все-таки парни у меня с характером. Сложные и сильные мужчины. Много всего было. Лидерские качества, которые порой требовали завоевывать свое место под солнцем, переходный возраст. Хорошо, что у них такой отец. Артур много времени проводил с детьми. Общался, отвечал на вопросы, объяснял, как следует себя вести в той или иной ситуации, контролировал учебу и занятия спортом.

Лева стоял на крыльце, руки в карманах брюк, плечи напряжены. Он такой постоянно. Серьезный, собранный, редко улыбающийся. Настоящий взрослый мужчина. Ростом перегнал отца, да и в плечах через несколько лет догонит. Я знала, что он не хочет ехать на детский праздник, но он нам не отказал, когда мы об этом сообщили вчера за ужином. Провести время с друзьями предпочтительнее для юноши, но Лев никогда не отказывался от наших дружных собраний, которых с каждым годом становилось все больше. Мне кажется, что, как мама, я догадывалась о причине, по которой наш старший сын появлялся на каждом мероприятии — присматривал за одной девчонкой, которая постоянно крутилась в зале, где он занимался с Шаховым Тимуром, а еще чаще попадала в разные неприятности. Пусть наш сын и говорит, что присматривает за Улей, но материнское сердце видит и чувствует, что мой сын неравнодушен к Камилле. Если он окажется таким же однолюбом, как отец, у нас серьезные проблемы. Я очень не хотела, чтобы мои сыновья выбирали себе девушек из дочерей «королей». Все папаши ужасные собственники. Артур тоже расстреливает всех убийственными взглядами, стоит кому-нибудь подойти к дочери. Так получилось, что мальчишек в нашем окружении намного больше, чем девочек, и избежать влюбленностей между детьми невозможно.

— Мама, — услышав шаги, повернулся Лева.

Белая футболка подчеркивала рельефный торс. Результат постоянных тренировок. Хотя не стоит исключать генетику…

— Папа с Улей поехали выбирать подарок?

— Да, — ответила, улыбаясь. — Твоему отцу не очень понравился подарок, который я выбрала для Снежка. Он сказал, что с двумя кусками тряпок ему стыдно идти в гости, — стараясь не рассмеяться.

Когда утром я показала подарок для Снежаны — брендовый купальник, который девочка сама выбрала и который стоил приличных денег, у моего грозного мужа вытянулось лицо. Взяв с собой дочь, он отправился в торговый центр. Как он сказал — купить к этим лоскуткам что-нибудь весомое.

— Кирилл уже спустился?

— Да. Сидит в машине, новый плей-лист загружает в магнитолу.

— У тебя новый парфюм? — уловив незнакомые нотки.

— Да. Подарили.

Сухо и не вдаваясь в подробности. Несмотря на его серьезность и скрытность, я знала, что у Левы было много женщин. Некоторые из них прилично старше. Молодой, горячий… ничего удивительного. Артур не всем, но кое-чем делился, служба безопасности отлично работала и докладывала мужу обо всем.

— Поехали?

— Поехали…

* * *

Миша и Маша

— Миша, вы что творите? — возмущаясь, но уже через пару секунд с трудом сдерживая улыбку. Приедем к Соколовым, они ведь не будут сидеть на месте. Хорошо, если сразу не прыгнут в бассейн в одежде.

Сложно быть мамой трех сыновей. Я так тщательно собирала в гости детей. Новые костюмы, обувь. Сделала мальчишкам стильные прически, а они устроили…

Конечно, мы хотели дочку, но после рождения третьего сына смирились, что будем растить настоящих мужиков. А девочка?.. Можно рискнуть. Миша очень просит, чтобы мы еще раз сходили в роддом, но я пока не решилась. Знаю, мои сыновья не будут против появления еще одного члена семьи. Но если у нас действительно родится девочка, то ей придется сложно с такой защитой. Тема сейчас отвоевывает свое место под солнцем, проявляет жесткий лидерский характер. У нас полно проблем в школе. Этот период надо пережить…

— Не хотели тебе мешать, — крикнул муж, уводя мяч у Юры.

— Вы бы хоть деда позвали! — раздался с балкона второго этажа голос Юрия Петровича, которого я любила больше, чем родного отца.

— Дед, ты утром стонал, что у тебя давление, — ответил ему тезка.

— Конечно, давление. Он вчера с Богомолом и Хрусталевым хотел уничтожить весь запас коньяка в доме, — дерзко и прямолинейно. Артема порой заносит.

— Кто-то напрашивается, да, внук? Я тебя точно отправлю в училище МВД, — строго проговорил свекор, но я-то знаю: несмотря на суровость, он безумно любит внуков, хотя нечасто это показывает. Попасть в закрытое учебное заведение у Артема есть все шансы. Если еще раз он подерется в школе, то Тигр с отцом сошлют нашего первенца. С одной стороны, я этого боялась, с другой — понимала, что это шанс не только построить карьеру, но и научиться бороться со своей агрессией. Пока с контролем у нас проблемы.

— Я тебе уже сказал, дед. Пойду, если это будет специальное подразделение. В обычной уставной фигне участвовать не буду. Так что подбирай элитные специальные войска и не пугай, — усмехаясь.

Я тяжело вздохнула, когда услышала негромкое «щенок». Кажется, грубо, если бы в этом слове не звучала гордость.

— Артем, — жестко оборвал отец.

— Пап, я же шучу.

— Ты не всегда шутишь, Темыч, — подбирая мяч с поля и забрасывая в корзину. Тигр говорил негромко, но я уже подошла своим мужчинам, поэтому слышала каждое слово. — Учись держать лицо в любой ситуации. Твои эмоции — слабость. Не позволяй гневу управлять собой.

— Я обещала приехать пораньше и помочь Кире, — поспешила перевести тему. Я была согласна с мужем и полностью поддерживала, но не хотела, чтобы их разговор затянулся.

Миша был прекрасным отцом. Сыновья его любили, уважали, гордились. Прислушивались, считались с его мнением. Просто сейчас у кого-то очень бурно протекает переходный возраст.

Подхватив мелкого разбойника на руки, Миша подошел ко мне, положил руку на талию.

— Целуй маму и беги к машине.

— Мама, я тебя люблю, — обнимая за шею и смачно целуя в щеку. В то время как Тигр поцеловал в другую, касаясь края губ.

— Не бери в голову, Маша. Перебесится. Мы еще будем им гордиться…

* * *

Азамат и Жанна

— Заедем в клинику, нужно осмотреть нескольких пациентов. Это не займет много времени, — предупредил нас Азамат уже в дороге.

— Мы в машине посидим, — в один голос произнесли близняшки, увлечено что-то просматривая в планшете.

Они не любили появляться в клинике отца, потому что каждый сотрудник и пациент не оставлял без комментариев их присутствие. Девочкам такое внимание не нравилось.

— Зайдешь? — глядя на меня, спросил Азамат.

— Ага. В туалет хочу, — негромко.

— Давит на мочевой? — муж опустил взгляд на округлившийся живот.

— Угу.

— Не тошнит?

— Нет, доктор Ромулов. Чувствую я себя прекрасно.

— Жанна, никакой жирной, жареной и соленой пищи…

— Ты бы предупредил, когда мы из дома выезжали, что питаться можно только воздухом и травой, — гормоны — они такие. Будят во мне язву.

— Не преувеличивай. Будешь потом страдать от изжоги.

— Я хочу шашлык, — воинственно глядя на мужа. Я так устала от парной несоленой пищи, что готова воевать за кусок прожаренного мяса.

— Жанна, это не обсуждается, — включен режим безжалостного доктора. Мы как раз подъехали к клинике. При девочках я не могла высказать то, что крутилось на языке, но как только закрылись двери, и мы отошли от машины, я решила не сдерживаться.

— Ты прав, Ромулов. Воздержание и еще раз воздержание.

— Ты о чем? — замедлив шаги.

— Я воздерживаюсь от пищи, продолжаю питаться безвкусной травой. Ты воздерживаешься от секса. Смотреть на меня голую можно. Даже полезно. Могу себя ласкать, пока ты наблюдаешь…

— Жанна… — вот и рычать начал. — Никакого воздержания в сексе, — по слогам.

— А как же «ты должна уметь усмирять свои желания»?

— Речь шла о еде…

— Для кого-то секс важнее пищи, — выразительно посмотрев на Азамата. — Ты всегда голоден. Вот и усмиряй свои желания.

— Блефуешь, колючка. Ты ведь сама не выдержишь. Твои гормоны…

— Мои гормоны успокоились, — это не было правдой, но должна ведь я настоять на своем, а то оставшиеся четыре месяца превратятся в противостояние. Независимо от гормонов, я постоянно желала своего мужа.

— Жанна, наручники лежат в сейфе.

— Ты не посмеешь. Мне нельзя волноваться. Все только по доброй воле.

— Три кусочка шашлыка, — сдался Азамат. Где три, там и пять. Не будет ведь он считать. — Но соленую пищу ограничиваем. Не хочу, чтобы ты отекать начала, это нагрузка не только на почки, но и на весь организм. Твой и ребенка.

— Я не враг своему малышу, но ты последние недели перегибаешь, Азамат. Мой гинеколог делает послабления, а ты все запрещаешь.

— Потому что я за тебя переживаю.

— Азамат, не лезь в гинекологию. Я этого не выдержу, — закатила демонстративно глаза.

— Не получится. Мне безумно нравится проводить осмотр одной взбалмошной, но очень любимой пациентки.

— На нас дети смотрят, — оборачиваясь к машине.

— Они смотрят в планшеты. А мы можем задержаться у меня в кабинете.

— Доктор Ромулов, вы предлагаете мне отдаться вам на рабочем столе за три кусочка шашлыка?..

* * *

Рада и Егор

— Папа, можно я с тобой за руль сяду? — крутясь у внедорожника, спросила Уля.

— Егор, не смей потакать ей, — шепнула мужу на ухо. Строгий властный мужик лужицей растекался перед дочерью. Веревки из него вьет.

Долгожданный ребенок, которого мы вымолили. В нашей дружной королевской семье была Ульяна, но настоятель монастыря подарил мне икону Святой Ульяны, которая стояла в доме, просил молиться за семью и дарование детей. А когда пришло время дать имя малышке, мы спросили у Артура и Милены, не будут ли они против. На что друзья сильно удивились. Так и в нашей семье появилась Уля.

— Мелкая, со мной поедешь, — подошел Ваня и схватил сестру на руки.

— А ты мне мороженое купишь? — состроив глазки, как у кота из Шрека.

— На празднике его будет много, — дергая Улю за нос.

Ваня так возмужал за последний год. Не скажешь, что ему еще нет и семнадцати. Он всегда был серьезным, умным, порой молчаливым до раздражения, но я гордилась нашим сыном. В нем чувствовался мужской стержень. Когда Егор уезжал в командировки, сын брал ответственность на себя. Становился главой семьи. Общался с охраной, корректировал их деятельность, заказывал продукты, контролировал работу обслуживающего персонала. Видя перед собой молодого парня, сначала у всех было снисходительное отношение, но очень быстро мнение о Ване менялось. Не каждый взрослый был настолько разумен и серьезен. Видя, что это не прихоти богатенького мальчика, а взрослые продуманные решения, к нему относились с уважением.

Порой я задумываюсь, почему Ваня такой серьезный, строгий? Почему не позволяет себе расслабиться, получать удовольствие от жизни? Он ведь еще мальчишка, по большому счету. Он спокойно относится к проказам Ками, даже поддерживает ее во всех сумасбродных начинаниях, но никогда не погружается в веселье. Он снисходительно позволяет подруге чудить, а сам всего лишь присматривает, страхует. Таким же поведением отличается Лева. У обоих этих мальчишек были неродные, не любящие их отцы. Я часто виню себя за то, что связалась в свое время не с тем человеком.

— Ты что грустишь? — спросил Егор, наблюдая за тем, как наши дети общаются на заднем сиденье автомобиля.

— За Ваню переживаю. Он совсем не умеет веселиться.

— Снова, Рада? Накажу, будешь голову забивать ерундой и винить себя. Не все рождаются прожигателями жизни. Мы им гордиться должны.

— Я и горжусь.

— Нет у Вани никаких проблем. Он давно знает, что любим обоими родителями. Рада, я знаю, о чем говорю. Прекращай себя винить. Нет у Вани никакой детской психотравмы. Наш сын с рождения был мужчиной, а не мальчишкой. И если ты внимательно понаблюдаешь за сыновьями наших друзей, то найдешь у них очень много схожих черт с Ваней.

— Ваше воспитание… — усмехаясь.

— Наши гены.

— А мы мимо проходили? — выгнув брови.

— Наши гены могли передаться детям только через самых лучших женщин.

— Ладно, ты прощен.

— Я в понедельник на три дня в Питер, поедешь со мной? — заглядывая в глаза. Я растворяюсь под теплым проникновенным взглядом.

— Что вы задумали, Егор Борисович?

— Побыть с тобой наедине, — наклонился и поцеловал. — Утром я в банке, а после обеда весь твой. Погуляем, сходим в наши любимые места…

— Умеешь уговаривать, — прямо в губы.

— Я люблю тебя…

— И я тебя…

— Папа, мы едем за шариками? — дочь не позволила нам полностью забыться.

* * *

Арсен и Луна

— Мама, я на такси приеду чуть позже. У Асмины сегодня выступление, я обещал прийти поддержать, — произнес сын, когда мы выходили из дома. — Высадите меня у Дома детского творчества.

Асмина — приятельница Тимура. Первое время ему трудно давалась адаптация. Как-то так получилось, что он заступился за девочку, которая училась в начальных классах. Асмина оказалась сестрой старшеклассника, которого побаивалась вся школа. После того случая Тимура приняли в классе, а Асмина стала верной подругой. Они вместе ходили на дополнительные занятия, поддерживали друг друга на разных соревнованиях. Девочка занималась бальными танцами, а Тимур после реабилитации увлекся боксом. С каждым годом он все меньше проводил время у родни на Кавказе, чаще они приезжали к нам. Теперь его дом — Москва.

— Деньги есть? — спросил Арсен, разворачиваясь к сыну.

— Да. Мне хватит.

— Возьми, — Арсен вытянул несколько купюр и протянул, когда мы остановились.

— А мне? — обиженно спросила Малика. — В копилку.

— Я принесу тебе сдачу, — подмигнул сестре.

— Обещаешь?

— Обещаю.

— Зачем так много? — спросила я, когда Тимур вышел из машины.

— Потому что он с девочкой, Луна. Мужчина не должен чувствовать стеснения из-за того, что ему не хватает денег, чтобы угостить девушку, купить ей цветы или проводить на такси. — Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо, уже не тошнит. Съела, наверное, что-то не то.

— Тест покупать не будем?

— Тест?

— У тебя задержка пять дней, милая.

— Задержка… — быстро в уме подсчитывая цикл. Как этому мужчине удается держать столько информации в голове? Ничего не пропускает. Я помню, как четко он соблюдал все предписания врачей, пока шла реабилитация Тимура. Контролировал мою беременность и вел свой бизнес.

А теперь у меня задержка… мы так давно планировали еще одну беременность, но что-то не получалось. Стоило отпустить ситуацию и перестать постоянно думать, как…

Не буду радоваться раньше времени. Сначала тест.

— Не волнуйся, — накрыл мою руку своей, несильно сжав пальцы. Мы остановились под светофором.

— Я люблю тебя, — вырвалось из меня. Часто вырывалось, потому что Арсен не уставал меня удивлять и восхищать. Он не ответил, прикрыл глаза, будто переживая мгновения счастья. Мне не нужны были громкие слова, я видела любовь в каждом его поступке, в каждом взгляде, в заботе, в том, как страстно он занимался со мной любовью…

* * *

Сокол и Кира

— Снежок, идем вниз. Проверим, все ли сделали рабочие, — попытался увести дочь, пока она не разбудила Даню.

— Мама сказала, чтобы я сидела в своей спальне, пока не приедут гости.

— А почему мама так сказала?

На мой вопрос дочь невинно пожала плечами, состроив ангельское личико, что только укрепило меня в мысли о том, что Снежана что-то натворила.

— Со мной можно. Ты только не убегай и не лезь в воду.

— Папа, а можно мне мамин кубок? — указала дочка на статуэтку, которая стояла и пылилась на верхней полке в гостиной.

Почему мы его не выкинули? Хотели, но потом решили, что с ним связано много воспоминаний, пусть и не очень приятных. Барсы все-таки выиграли шесть лет назад этот кубок, хотя и не гнались за ним. Кире его позже вручили друзья, потому что на награждении ее не было. Ребята заслуженно посчитали, что победа принадлежит ей. Рамису дали условный срок, за это пришлось выложить крупную сумму денег. Компенсация пострадавшим сделала его банкротом. Ладно, не будем о грустном, сегодня праздник у моей малышки, и его ничто не должно омрачать.

— А дедушка и бабушка приедут?

— Приедут.

— Папа, ну давай проверим мамин кубок, будет он плавать или пойдет ко дну?..

— Снежок, а что ты уже проверила? — едва сдерживая улыбку.

— Все!

После этих слов стало не по себе.

— Надеюсь, именинный торт не плавает в бассейне?

— Нет. Его еще не привезли.

— Нам очень повезло.

И почему детей так тянет к воде? Все проказы вокруг воды, ну, еще в закутках, где можно жечь спички.

— Дедушка! Бабушка! — дочка вырвала руку и убежала. В руках у дедушки и бабушки были большие праздничные коробки, перевязанные лентами.

— Присмотрите за ней. Снежок хочет утопить торт, а Кира ей не позволяет, — усмехаясь, обратился к теще. Отец и бровью не повел. Он только рад проказам внучки.

— Присмотрю, конечно. А Даня? Спит?

— Только уложил.

Выйдя на террасу, нашел взглядом жену. Она сделала меня счастливым. Наполнила пустой дом счастьем, радостью, уютом, детским смехом. Я безумно люблю Киру. Оттолкнувшись от перил, пошел к ней навстречу. Пора встречать гостей…

* * *

Сумасшествие — сказал бы кто-нибудь, заглядывая к нам через забор. Огромный дом, наполненный шумом, музыкой, детскими криками… так мы отмечали все праздники. Короли — это навсегда. Наблюдая за нашими друзьями, я понимала, что время ничего не изменит. Наши дети дружили с детства, эту дружбу вряд ли что-то сможет разрушить. Наши мужья создали свой собственный клан…

Дети играли под присмотром аниматоров, а наша молодежь уединилась в дальней беседке. За ними интересно было наблюдать. Скрытые взгляды, робкие нечаянные прикосновения. Вопрос времени, когда вспыхнут чувства. А каждая королева нежилась в объятиях своего короля.

— Устала? — Артем подошел сзади, положил руку мне талию и притянул к себе. Я тут же откинулась ему на грудь. Вот и мой король пожаловал. Моя поддержка, опора и нерушимая стена. Я не представляла, что можно так любить, но была благодарна богу, что влюбилась в самого лучшего мужчину на свете. Об этом не требовалось часто говорить. Мы каждый день проживали самые светлые чувства, не видеть этого мог только слепой.

— Немного.

— Как ты смотришь на то, чтобы я набрал ванную и сделал тебе расслабляющий массаж после того, как разъедутся гости?

— От такого предложения я не могу отказаться.

— Ты организовала замечательный праздник, — щекоча дыханием волосы.

— Не напоминай мне о праздниках, мне уже намекнули, что не пропустят мой день рождения…

Мне совсем скоро исполнится двадцать пять. И хоть у моего мужчины осталось мало времени, он уже успел проговориться, что успеет организовать незабываемый отдых до конца лета…