Глава 20

Руслан

— Что изменилось со вчерашнего дня, сынок? — Саид смотрит хмуро, исподлобья. — На моем празднике вы с Таиром были братьями. Сейчас ты выглядишь так, словно хочешь убить его. Приемная девчонка Ахмета оказалась тем еще отравленным яблоком. Впрочем, я ожидал этого, — добавляет крайне недовольно. Заметно, что еще сдерживает эмоции, не дает им волю. И от этого ярость накрывает меня еще сильнее.

— Просто скажи где он, — цежу сквозь зубы.

— Я слишком устал, чтобы позволить в своем городе развязать войну из-за бабы, Руслан. Сейчас мы разговариваем только потому что я уважаю твой род, твоих братьев. Ты это знаешь. Блядь, вчера я улаживал отношения Алекса и Таира. Сегодня твои с ним разборки? Я хочу покоя в своем городе. Ты должен уяснить это раз и навсегда. Никакой кровной мести. Включи мозги. Она тебя использовала. Девка красивая, может зацепить, тут не поспоришь. Можешь не отвечать, по лицу вижу. Правильно делаешь, что молчишь. Слова — зло. Ими можно смертный приговор себе подписать.

— Не будет никакой войны, Саид. Но тебе не кажется, что Таиру не по статусу, и не по возрасту, прятаться за чужой спиной? Рано или поздно нам с ним все равно придется поговорить.

— Я давно живу на свете сынок, — вздыхает Саид. — Много чего повидал. Ты прав, безусловно, сын Ахмета, моего хорошего старого друга, разочаровывает. И все же, пока мне придется остановить тебя. Если не удастся донести мысль, значит другими способами. Послушай старика. Я знаю, что такое красивая баба. Как можно заставить мужика передумать, повернуться на сто восемьдесят градусов против всего, что ценил, чему верил. Бабы хитрые и коварные. Я всегда говорил Ахмету, что это большая ошибка, позволить жене взять девчонку без рода без племени. Сейчас все мы можем расплатиться за его ошибку.

— Я понял твое мнение.

— Хорошо. Еще скажу, именно я спрятал Таира. Он наследник, займет в этом городе свою нишу, несмотря на то что натворил много непотребного. Я накажу его сам. За все ошибки. Раз уж его отец теперь уже не может этого сделать.

Разговор с Саидом приносит только ярость. Перед глазами все время стоит испуганная Мира. Дрожащее худенькое тело, которое мне так понравилось сжимать в объятиях. Пахнущая мятным мылом, шампунем, с еще мокрыми волосами. Невероятно трогательная, красивая. От ее запаха в момент сносит голову. Желания начинают раздирать нутро.

С самого начала, с первого прикосновения, поцелуя, я понимал, что совершаю огромную ошибку. В одном старик прав сейчас. Получив Миру, я перестал соображать здраво. Все мысли только о том, чтобы вернуться к ней и продолжить то что было.

Хочу ее безумно. Хочу не выпускать из постели сутками. Вот только ее признание добавляет в этот гремучий коктейль дозу горечи и отчаяния.

Если хочу, чтобы Мира была моей полностью. Для этого нужно убить Таира. Лучшего друга. Блядь, как он мог так поступить с ней? Я всегда знал, замечал склонность Айдарова к садизму, при том что Таир всячески скрывал свои наклонности.

Он хороший актер, и в конце концов я привык отбрасывать неприятные мысли. Но подобное мне точно в голову не приходило.

Блядь, она же его сестра. В дом Айдаровых она попала совсем подростком.

С какого момента Таир посмотрел на нее по-другому?

С какого момента стал пугать?

Теперь понимаю, почему она сбежала тогда. Смотрела на меня огромными влажными от слез глазами и умоляла не возвращать ее в тот дом…

Хочется самому себе рожу разбить, за то что тогда не выслушал, не стал вникать. Отвез обратно, отдал этому подонку. Если бы она тогда мне рассказала… хотя-бы намекнула, ничего бы этого не было. Я бы защитил ее.

Точно защитил бы? — язвительно спрашивает совесть.

Ахмед был человеком крайне властным, самовлюбленным. Да, при этом он был справедливым, но поверил бы девочке, которую взял в детском доме и всегда считал игрушкой, развлечением для любимой жены?

Сложный вопрос. История не терпит слова «если». Все уже случилось. Никакого смысла разбирать возможные поступки человека, которого давно нет на этом свете.

Джанат еще жива. Что она почувствует, когда узнает? Должна ли узнать?

Меня передергивает от этой мысли.

Джанат очень добрая, искренне любит Миру, но не представляю, смогла бы она что-то сделать в прошлом? Мужчины рода Айдаровых всегда были страшными эгоистами. Приняла бы она сторону дочери, переступив через родного сына?

Все эти вопросы раздирают меня. Потому что был непосредственным участником этих событий. Мог что-то сделать, но прошел мимо. Как теперь жить? Как исправить?

Мне необходим Таир.

Это не рыцарское желание защитить даму сердца. Это лютая злоба, потребность выместить на другом собственное бессилие и ошибки.

Объезжаю несколько мест, нахожу несколько близких к Таиру ребят, до сих пор верных памяти Ахмета. Но никто ничего не знает. Таир понял, что она мне признается. Сука. Тварь трусливая. Что он лучше всего умеет делать, так это прятаться.

Заезжаю к Джанат.

— Ты выглядишь очень нервным. Я давно не видела Миру, — выглядит сильно встревоженной.

— Мира со мной, она в порядке. Я ищу Таира. Он приезжал к тебе?

— Почему ты так на меня смотришь, Руслан? — тушуется, нервно теребит подол платья. — Да, я знаю, что сын вернулся, он заезжал ко мне. Что случилось?

— Ладно, мне пора.

Хотя-бы не врет мне. Я всегда относился к Джанат с симпатией и не хочу это менять.

— Пожалуйста, скажи мне, Руслан.

— Это долгая история.

— Я должна знать! Мне необходимо! У тебя такое лицо… Ты будто жаждешь смерти Таира. Скажи, что мне это кажется, что я схожу с ума…

Качаю головой, поворачиваюсь спиной к ней. Мне нечего ей сказать. Мира сама, если захочет, облегчит душу.

Ближе к пяти вечера приходит понимание, что вся эта беготня совершенно бесполезна. Таир и правда мастер по игре в прятки. Еду обратно в квартиру. Жалею, что бросил там Миру одну, даже записки не оставил. Настолько был зол, аж трясло, совершенно ничего не соображал в тот момент. Что я мог ей написать? Что поехал убивать бывшего друга?

Проверяю телефон, который отключил, когда был у Саида — старик терпеть не может, если встречу звонок прерывает. Так и есть, она мне звонила. Теперь видимо решит, что я специально ее проигнорировал.

На самом деле, мне действительно сложно понять, что дальше. Такого как к ней никогда ни к кому не чувствовал. Даже язвительные перепалки с дикаркой — заряжают и бодрят. Мне нравится ее стойкость. И ее красота.

Наша чертова встреча спустя столько лет. Это не поддается никакому рациональному объяснению. Как молния в голову ударила. Я стал реагировать на каждое ее движение, каждый поворот головы, слово. Дерзкая, язвительная девочка, но одновременно нежная и трогательная. Невозможно не заметить, что за неприступным характером Миры скрывается страх. Невольно внутри меня растет желание помочь. Защитить дикарку, как бы она сама не сопротивлялась этому.

***

Мира

Щелчок двери. Испуганно поворачиваюсь и вижу входящую в квартиру красивую женщину с дорожной сумкой в руках. Она смотрит на меня удивленно. Обе замираем друг напротив друга.

— Здравствуйте. Это ваша квартира, да? — отмираю первой.

Вспоминаю картину в спальне — женщина с нее сейчас стоит передо мной, правда возраст заметно старше.

Меня охватывают одновременно стыд и злость.

Надо быть полной идиоткой, чтобы чувствовать что-то к Валиеву! Я ведь сразу поняла, что это квартира его любовницы! Сколько еще мне встретится таких вот женщин на квадратном сантиметре его личной жизни? С одной я столкнулась на днях в его доме. Теперь еще одна, уже на другой жилплощади. Может быть, это его квартира, может Руслан специально снял ее для этой… Скорее всего, так и есть.

Как можно было пасть настолько низко? — спрашиваю саму себя. Отдалась ему в квартире любовницы. Отвратительно!

Продолжаем рассматривать друг друга. В отличии от предыдущей девицы, эта женщина выглядит старше. Определенно, Валиев любит разнообразие. Очень ухоженная, но в тоже время лицо довольно таки простое. На картине художник польстил красотке, сделай её более экзотичной.

— Ну что ж, давай знакомиться, — произносит наконец женщина. Меня зовут Галина, я хозяйка квартиры. Тебя, видимо, Руслан сюда поселил? Ну дает племянничек, такого ещё не было, — хмыкает. — Вроде своя жилплощадь имеется.

Она не выглядит раздраженной, почему-то мне становится чуть легче. По крайней мере, сцену ревности она явно не планирует. Еще только подраться из-за мужика не хватало до кучи! У меня и так проблем полно! Слово «племянник» и вовсе ошеломляет. Мысли разбегаются.

— Вы тетя Руслана? — спрашиваю с удивлением. — Меня зовут Мира. Очень приятно…

На самом деле приятного ноль, говорю лишь из вежливости и конечно женщина прекрасно это понимает.

— Так скажем, названная. Не родная кровь, скорее очень дальние близкие отношения у меня с его семейством.

— Мне ужасно неловко. Руслан привез меня сюда вчера вечером, когда на нас напали… Он видимо решил, что это наиболее безопасное место, нежели возвращаться к нему домой, — начинаю оправдываться. Мне жутко неловко перед хозяйкой дома, особенно теперь, когда она объяснила, что никакая не любовница Валиева. Глупо, но я чувствую огромное облегчение.

— Что случилось? Опять мальчишка вляпался! Ох, домой его надо гнать, метлой поганой! Позвоню Марго, пусть поговорит с мужем. Братья и так волнуются, — тараторит женщина.

— На самом деле ничего такого не произошло, — меня пугает реакция Галины. Я знаю, что у Руслана есть братья, и мне совсем не хочется тревожить их, да и подставлять Валиева ни к чему, пусть сам со своей жизнью разбирается.

— Да понятно, можешь не защищать его, — фыркает Галина. — Я давно знакома с этим семейством и мне прекрасно известно, что они без неприятностей прожить не могут. Зачем он только влез в этот город. И ведь никого здесь из близких, кроме меня. Да и я, седьмая вода на киселе. К тому же собираюсь отсюда сваливать. Случайно оказалась тут, влюбилась. Занесла нелегкая. Расстались, я теперь вот квартиру продаю. Уеду — никого у Руслана не останется. Кроме бандитской шайки его. Ладно, не будем об этом.

Хозяйка проходит на кухню, моет руки. Очень смущаюсь, потому что еще не успела там убраться после своей готовки.

— О, да ты хозяюшка, яичницу пожарила, — Галина берет вилку и начинает с аппетитом уплетать остатки моего блюда.

— Сейчас все уберу, простите.

— Хватит извиняться, Мира! Не смущайся, расслабься. Говорю же, я приехала только потому что у меня встреча с риелтором завтра утром. Так бы и не появилась тут. Ключи от квартиры я всегда Русу оставляю. Он знает, что всегда может пользоваться моей жилплощадью как угодно. Да и вообще, дело молодое, — подмигивает. — Давай лучше чай пить.

Галина очень простая и приятная в общении, искренняя. Атмосфера напряжения потихонечку рассеивается. Сама не замечаю, как включаюсь в разговор. Хотя, конечно, стараюсь не открывать особых подробностей своего появления в этой квартире.

Пьем чай, Галя сует в микроволновку кусок мяса, для разморозки.

— Приготовим что-то посущественнее, — говорит бодро.

Потом она отправляется принять душ и переодеться, а я, убрав все на кухне, спешу прибраться в спальне. Все равно неловко, что я спала в хозяйской постели. Вчера была так вымотана, что не думала об этом.

— О, ты здесь, — Галя заходит в халате.

— Уже ухожу. Сменила белье.

— Я бы и сама могла. Знаешь, я ведь когда-то горничной работала. Там и познакомилась с Валиевыми, точнее с Марго, женой Далхана. Это старший брат Руса.

— Ясно.

— Так что я баба не гордая. Благодаря Марго в моей жизни многое изменилось. Она самая близкая моя подруга. Только знаешь, что я поняла? Все тряпки, богатство, тусовки — пустое. Главное иметь рядом человека, который не предаст. Ну и не забывать свое прошлое. Я сейчас сама горничную нанять могу, вот только мне и прибраться не сложно, за маникюр не боюсь. Ладно, хватит философии, идем готовить отбивные, — улыбается широко и простодушно.

Мне все больше нравится эта женщина. Расслабляюсь и получаю удовольствие от общения. Возимся на кухне, смеемся, Галя очень остроумная, рассказывает забавные случаи из своего прошлого.

Мы даже не замечаем, как появляется Руслан.

— Отлично, значит вы уже познакомились? — синхронно поворачиваемся на знакомый голос.

— Ну вот и объявился, — первой реагирует Галина. — Ты чего девочку бросил здесь? Ничего не объяснил, записки не оставил? Кто так делает?

— Привет, — усмехается Валиев, подходя к женщине. Целует ее в щеку. — Не успела познакомиться, уже взяла под свое крылышко?

— Именно так.

— Если ты появилась, значит у тебя встреча с риелтором?

— Да, завтра утром.

— Ты извини, что мы твоей квартирой воспользовались.

— Руслан, о чем ты говоришь! Не зли тетушку! — Галя сдвигает брови, а я ловлю себя на мысли, что мне очень нравится наблюдать за их общением. Таким простым, беззаботным и добрым. Я соскучилась по такой простоте.

— Хорошо. Спасибо тебе за все. Нам пора.

— Нет, сначала поедим, — твердо заявляет хозяйка.

Так странно, Руслан не спорит. За столом они болтают про родственников, шутят. Мне и хорошо, и одновременно странно больно. Потому что чувствую себя чужой, в их мирке общих знакомых, близких родственников. Они говорят о детях, о мелких неприятностях. Школьных оценках.

Такие простые, и в то же время, самые ценные переживания, какие только могут быть в жизни.

— Чего загрустила? — Руслан сидит рядом и неожиданно кладет ладонь мне на ногу.

— С чего ты взял? Все потрясающе вкусно, я объелась, — произношу поспешно.

Такое легкое, и в то же время интимное обращение, прикосновение, моментально кружит голову.

— Ладно, теперь нам действительно пора. Спасибо за ужин, офигенно вкусно, — произносит Руслан.

Галя провожает нас с сожалением, обнимает меня на прощание.

— Ты с ним чуть поласковее будь, — шепчет мне на ухо. — Он так на тебя смотрит, что скоро с рук есть будет.

— Ничего что я все слышу? — сдвигает брови Валиев.

Но при этом выглядит спокойным и довольным.

Я же ничего не отвечаю, снова чувствуя слабость и головокружение.