Глава 18

Ярослав

— У тебя лицо в саже, — тихо смеется Яра, и вдруг становится серьезной. — Сильно кофейня пострадала?

Я отрицательно качаю головой, хмуря брови. Отодвигаю оторопевшую девушку в сторону, открываю дверь квартиры.

— «Забери с собой», — показываю на торт, и захлопываю дверь перед ее прелестным носиком.

Подальше… может и правильно.

Почти полчаса стою под тугими струями душа, смывая сажу с лица и запах гари, которым пропитались волосы. Вода бьет по ушам, оглушая. Яра… она ушла. Из моей жизни. Но из сердца уходить не хочет. Я будто слышу ее хрустальный смех в комнате. Закрываю уши и тихо вою. Хочу кричать ее имя, так громко, чтобы она услышала и вернулась.

И я кричу, неистово рыча, проклиная себя за беспомощность, кричу. Но вместо «Яра» получается «Я-аа-а-а»… Сиплый стон скорее, чем крик.

Почему она так необходима мне? У меня нехватка воздуха, когда она далеко, задыхаюсь без ее запаха. О бывшей любовнице я и забыл совсем, будто всё в прошлой жизни. А в этой есть она, моя девочка, при виде которой сердце бьется сильнее, мир окрашивается в радужные цвета. Не хочу терять этот красочный мир, наполненный свежим воздухом, как после летнего дождя. Эх-х…

Растираюсь полотенцем, нарочно выбираю с жесткой тканью, кровь разогнать. На полке оживает мобильник, булькая. Читаю сообщение в соцсети от Марата: «У девчонки твоей свадьба в субботу, поздравить не забудь!», и злорадные смайлы с рогами. Следом прилетает статья с фотографиями. Богдан Тальников готовится к семейному торжеству. На снимках сам с улыбающейся Ярой, на следующей фотке счастливый жених, Колесников. Тварь!

С Колесниковым я познакомился пару месяцев назад, вернее с его нечистыми и нечестными методами работы. Он еще хуже Тальникова, в сто раз хуже. Хорошо, что я не один, три моих верных друга помогли тогда отвоевать новую сделку. Колесников посчитал меня слабеньким уязвимым бизнесменом, у которого можно легко отобрать бизнес.

Сделка купли-продажи кофейни была чистой, Артем и мой юрист перепроверили всё триста раз. И вот через неделю после того, как я оформил кофейню на себя, явился Колесников с законным наследником этого заведения. Типа я купил чужое наследство, наследник и не знал о сделке. Он рассчитывал, что я испугаюсь суда и отдам кофейню без боя. Но я не сдался, друзья подключились. И эта тварь отступила.

А теперь он хочет получить мою любимую девочку! Хрен он ее получит! Надо найти Яру и уговорить ее не выходить за него замуж. Страх за нее снова сжимает сердце, мешает дышать.

Наскоро обернув бедра полотенцем, я вылетаю из ванной, соображая, где мне искать мою девочку. В спальне роюсь в шкафу, выискивая джинсы и футболку. От злости меня колотит, руки дрожат.

Мразь! Я убью его! Он не получит Яру, пусть даже не мечтает!

— Яр… что-то случилось?

Тихий голос девушки словно парализует на секунду. Либо у меня слуховая галлюцинация, либо она… здесь. В следующие секунды я уже обнимаю ее, делая это неосознанно, в порыве радости.

— Задушить решил, — Яра толкает меня в грудь, смеясь.

— «Ты что здесь делаешь?» — я тихонько трясу ее, заглядывая в глаза. — «Ты же хотела уехать от меня подальше».

— Да, завтра уеду подальше, а сегодня…

Вдруг она целует мою грудь, стискивая плечи сильными пальчиками. Легонько так прикасается губами к коже, а будто под дых со всего маха. Только сейчас понимаю, что я все еще в одном полотенце, и все еще прижимаю девчонку к себе. Она толкает меня на кровать, я и не сопротивляюсь, ноги ослабели от чего-то.

Забирается ко мне на колени, целует губы, будто просит чего-то. Берется за верхнюю пуговицу на своей блузке. Сама разрумянилась, дрожит, глаза сверкают. Она возбуждена, очень хочу помочь ей раздеться, но есть вопросы, требующие немедленного разрешения.

— «Что ты делаешь?» — спрашиваю жестами, а у самого глаза так и пялятся на девичью грудь в лифчике, которая стала видна сквозь расстегнутую блузку.

— Как что? Пытаюсь склонить тебя к сексу… но, видимо, у меня плохо получается, — я поднимаю бровь в немом вопросе, и девушка поясняет:

— ну… меня трясет всю… почему-то. Я думаю, это возбуждение, потому что я не замерзла, скорее наоборот. И не страх. А ты спокоен, будто нет на меня никакой реакции… извини.

— «Решила устроить репетицию первой брачной ночи?» — не удерживаюсь от сарказма. Мне интересна реакция Яры.

— Ох-х… фу-у… — фыркает она и вскакивает с моих коленей. Ее буквально корежит от моего вопроса, понятно, что от свадьбы она не в восторге.

Девушка отходит к окну, прерывисто дышит, никак успокоиться не может. Обнимаю ее за плечи, целую в сладкую макушку. Моя. Реакции на нее нет, ага. Не там она смотрит на мою реакцию.

— Я сегодня с отцом разбираться ездила. Свадьба, это фарс, отец разорен, уж не знаю, как он умудрился…

Я знаю. Пара липовых сделок и ты банкрот. Особенно, если Колесников взялся за дело. Там все так сделано, что не прикопаешься. И друзей у Тальникова нет, чтобы помогли и поддержали. Я на своей шкуре испытал его методы.

— Потом выскочила из кабинета, но решила вернуться, отобрать у отца паспорт. Дверь была приоткрыта, и я услышала, как он с Колесниковым разговаривает, обо мне, и об этой чертовой свадьбе. Дословно — «ты заартачишься, я твою крошку прижму и ты сделаешь как нужно»… Я просто рычаг воздействия на моего отца. Я не знаю, зачем это нужно, не понимаю…

Я понимаю. Бизнес-то отжал этот урод у Тальникова, а рулить им не умеет. Да и менять хозяина сейчас подозрительно. А так, зять, муж любимой дочки, постепенно перепишет фирму на него. Ох и тупой этот папашка, сам в петлю лезет, попутно таща с собой всё, что ему дорого.

— А еще он мне сказал, если я буду путаться с тобой, то тебе конец…

— «Я не боюсь твоего отца»

— Я боюсь. И так уже я виновата, что пострадала твоя кофейня, из-за меня… а если с тобой что-то случится, то я… я не переживу…

Глаза полны слез, готовых пролиться. Из-за меня. Так хочу успокоить ее, снова увести на кровать и заставить забыть обо всех проблемах. Хочу ее безумно, и вот тут страх. Девственниц у меня не было, тем более, не хочется причинять лишнюю боль любимой. Но тут уж от меня мало что зависит.

— «Я не отпущу тебя никуда. Завтра поженимся, если ты согласна стать моей женой».

Она все-таки сдержала слезы, сильная. Только смеется и радостно кивает головой, а потом виснет на моей шее.

— Я согласна! Только паспорта у меня нет, и так быстро новый не сделать, — быстро шепчет моя соблазнительница. — Только жена твоя будущая ничего не смыслит в сексе и не умеет заводить мужчину.

— «Ты не там смотрела», — смеюсь в ответ, беру ее руку и прикладываю к тому месту, где сейчас происходит очень уж бурная реакция.

— Ох… так вот как у вас у мужчин всё происходит! Я, конечно, слышала, что… но вот…

Я прерываю ее запинания поцелуем, теперь уверенным и жадным, вжимаясь в ее податливое тело. Сейчас сойду с ума от желания и возбуждения, от ее аромата. Теперь уже я толкаю девушку на кровать, склоняясь над ней.

— «Не пожалеешь потом?» — спрашиваю Яру, уже скорее для того, чтобы отвлечь ее, убрать излишнюю скованность.

— Ты трусишь что ль, Ветер? — ухмыляется она в ответ, тянет к себе. — Давай уже, приступай…