Глава 20

Вещей из дома я взяла не так много, а нарядного у меня и так ничего нет, разве что белая блузка с пышным воротом, которая явно не подходит для посещения клуба. Но я ведь не на праздник какой-то иду, а просто потанцевать. А, значит, нужно выбрать просто что-нибудь удобное.

Надеваю джинсы и темно-синюю кофточку из трикотажа, которую купила на днях вместе с Алёной. Собираю волосы в высокий хвост и делаю легкий макияж. Из косметики у меня только нюдовая помада и тушь — единственное, чем позволяла мне пользоваться мама. Но я уже так привыкла краситься лишь этим, что даже нет желания разгуляться и купить что-то еще.

Заканчиваю со сборами быстро, буквально за десять минут, и стучусь в комнату подруги:

— Можно войти?

— Заходи! — отвечает она.

Распахиваю дверь и понимаю, что Алёна будет готова еще нескоро. На кровати лежит ворох вещей, из которого она поочередно что-то берет и прикладывает к себе, а затем отбрасывает в сторону.

— Не знаю, что надеть. Все не то, — хнычет она и плюхается на край постели, а затем оглядывает меня с головы до ног. — Ты что, вот так и пойдешь?

— Ну, да, — протягиваю я, пожимая плечами. — Нормально же, разве нет?

— Насть, ну так ведь в клуб не ходят! Надо что-то нарядное, красивое…

— А какой смысл? Мы ведь идем просто в клуб. Надевай что-то поудобнее и не парься.

— Ну это ведь целое событие! Особенно для тебя. Твоя первая тусовка. Разве тебе не хочется чувствовать себя красивой и уверенной? Вот надела ты повседневные вещи, и настрой уже не такой. Надо что-то необычное, то, что ты не наденешь в любой другой день. Надо создать ощущение праздника!

— Мне кажется, ты придаешь слишком большое значение походу в клуб, — усмехаюсь я. — В любом случае, нарядного у меня ничего нет. Но меня и эти вещи вполне устраивают.

— А меня не устраивают! — возмущается Алёна. — Давай ты что-нибудь из моего наденешь? Ну пожа-а-а-луйста!

— Только из благодарности за твою помощь соглашаюсь на это, — вздыхаю я.

— Круто! — оживляется Алёна и подскакивает с кровати. — Как тебе вот это платье?

— Нет, пожалуйста, только не платье! — прошу ее. — Под него надо будет колготки надевать, а они меня жутко раздражают. Давай просто другую кофту к джинсам подберем.

— Так, кофта, кофта… — бормочет себе под нос Алёна и начинает ковыряться к куче своих вещей. — Смотри: есть такая, такая, такая…

— Вот эта! — останавливаю ее, приметив не слишком вычурную, но очень симпатичную черную кофту с кружевным верхом.

— Ну, я бы все же что-то другое тебе предложила… Ладно, примерь для начала, а там уже решим.

Переодеваюсь, смотрюсь в зеркало и понимаю, что выбранная кофта выглядит довольно откровенно из-за приспущенных плеч и слишком уж облегающего силуэта.

— Афигеть, она тебе так идет! — восклицает подруга, явно не разделяя моего сомнения насчет внешнего вида. — Будто ее на тебя сшили. А на мне вообще не так сидит!

— Уверена, что хорошо выглядит? Мне кажется, чересчур, — хмурюсь я.

— Ничего не чересчур, самое то! — возражает она. — А волосы зачем в хвост собрала? Распусти. Хотя… Нет, оставляй! Так вырез более эффектно смотрится. Все, с тобой закончили, а теперь нужно что-то выбрать для меня…

— Выбери несколько вариантов и примерь, вместе решим, что лучше, — предлагаю Алёне, и она соглашается.

Несколько вариантов превращаются в десяток, из которых выбор сделать непросто. У Алёны вся одежда очень красивая, немудрено, что ей так сложно сделать выбор.

Спустя полчаса примерок, наконец, останавливаемся на бордовом облегающем платье с длинным рукавом. Затем еще минут сорок Алёна красится и завивает локоны, а я наблюдаю за этим процессом и удивляюсь, как у нее так хорошо все выходит. По окончанию сборов Алёна выглядит просто потрясно, словно вышла из салона.

— Тебе визажистом работать надо, — подмечаю я ее талант.

— Эта моя мечта, — с улыбкой отвечает она. — Но для этого нужно накопить денег, пройти курс у хорошего мастера, купить много косметики…

— А у тебя разве ее мало? — удивляюсь я, потому что косметические запасы подруги едва помещаются на столе.

— Это еще мало, — отвечает она. — Да и для работы с клиентами не все из этого подойдет, нужно много профессиональных продуктов. Но я обязательно накоплю и займусь макияжем! Кстати, не хочешь стать моим первым клиентом прямо сейчас?

— Я? Не, я не хочу.

— Значит, не так у меня и красиво получается, иначе не отказалась бы, — хмыкает Алёна.

— Да у тебя афигенно получается! Просто я привыкла ходить с минимумом косметики.

— Ну, можно я хотя бы спаркл тебе нанесу?

— Это что еще такое? — непонимающе протягиваю я.

— Ну, это такие тени, которые очень ярко и красиво блестят, как раз для клуба. Всего пять минут займет, не больше. Тебе понравится, обещаю!

— Давай уже свой спаркл. Гулять, так гулять, — даю отмашку Алёне, и она с радостно подхватывает какую-то баночку, кисть и усаживает меня на стул.

Времени, и правда, уходит немного на процедуры Алёны. По завершению смотрю в зеркало и поражаюсь нереальному блеску на веках, который переливающемуся серебристыми, голубыми и фиолетовыми оттенками.

— Очень красиво, — абсолютно искренне отзываюсь я и улыбаюсь собственному отражению.

Вроде бы, небольшой штрих, а лицо сразу преобразилось.

— Ну, я же говорила! — радуется Алёна и крепко обнимает меня со спины.

Пока подруга закрывает все свои баночки с косметикой и раскладывает их по местам, в комнату заходит Оля:

— Ну что, девочки, готовы?

Глаза Оли просто сияют от предвкушения. Она стоит в черном мини-платье со стразами, а ее светлые волосы уложены крупными локонами. Макияж яркий и вызывающий. В общем, полноценный образ распутной девчонки, которая идет в клуб за вниманием парней.

— Готовы, — кивает Алёна. — Сумочку только возьму.

— Студенческие не забудьте, — добавляет Оля.

— Зачем? — смущаюсь я, не улавливая связи между клубом и студенческим билетом.

— В клуб пропускают только с двадцати одного года, и частенько охрана требует показать паспорт или студенческий, — поясняет Олька. — С паспортами мы сразу пролетим, а со студенческим у всех всегда прокатывает. Никто ж не знает, в каком возрасте ты поступила в универ, вот охранники и не привязываются.

— Боже, какие сложности, — хмыкаю я и иду в свою комнату за студенческим.

Вскоре мы садимся на автобус, а затем пересаживается на метро. Добравшись до нужной станции, идем еще минут пятнадцать и, наконец, оказываемся возле клуба, в который нас вела Оля. У входа стоят два охранника и очередь из десятка человек, в которую становимся и мы. Когда до нас доходит очередь, а позади выстроилась уже новая, я напрягаюсь, глядя на суровых охранников-амбалов, сканирующих нас своим взглядом.

— Лет сколько? — сухо спрашивает один из них.

— Двадцать один, — с улыбкой отвечает им Оля, беря инициативу в свои руки.

— Тебя-то мы знаем. А вам сколько? — обращается он к нам с Алёной.

— Тоже, — хором отвечаем ему, и я чувствую, как от волнения трясутся ноги, словно я сделала что-то ужасное, и сейчас решается судьба всей моей жизни.

— Ты проходи, — говорит охранник Оле и, повернувшись к нам, добавляет: — А вы паспорта покажите.

— А у нас с собой только студенческие, — отвечает Алёнка и протягивает свой билет.

— Проходи, — отвечает он Алёне и буквально проталкивает ее в клуб, оставив меня совсем одну.

В панике шарю по карманам и не могу найти студенческий. Неужели потеряла⁈