Глава 56

POV Ярослава

Утро нового дня выдалось особенно жарким, каким-то даже душным, поэтому я отказалась составить компанию маме и отчиму в поездке в ближайший поселок. Решила, что лучше полежу на пляже и погрею косточки. Вообще, как оказалось, у старших был довольно плотный график по просмотру местных достопримечательностей, но я решила, что ознакомлюсь с ним чуть позже и решу, что и куда мне хочется, а что нет.

Так и получилось, что оказалась я все в той же бухте, на мягком лежаке и с путеводителем по Бали в руках. На столике рядом стоял пузатый бокал с апельсиновым соком и тарелочка с тропическими фруктами. Сегодня я облачилась в ярко-зеленый бикини и надела вчерашний подарок — браслет на ногу, что так отлично сочетался по цвету с ним.

Погрелась, искупалась и вновь вернулась на лежак, но не успела я погрузиться в путеводитель, как боковым зрением словила движение рядом, а потом с моей тарелки нагло исчез кусок сочной дыни. Поджала губы, но промолчала, расценивая эту наглость, как очередную провокацию.

Отвернулась, скривилась и выдохнула, пытаясь подавить нервную дрожь в теле и успокоить всех своих бабочек в животе. Только на Него они так радостно реагировали и синхронно вспархивали.

— А где наши папы, мамы, Довлатова? — спросил Аверин и закинул в рот очередной фруктовый кусочек.

— Как видишь, отсутствуют, — выдавила из себя, игнорируя тот факт, что он со мной даже не поздоровался.

— Понятно, — потянул сводный упырь и отпил добрую половину моего сока.

Я же только насупилась и углубилась в изучение путеводителя, варианты возможных экскурсий и прочей информации по острову. Вникнуть получилось не сразу, все-таки слишком очевидно перетягивал на себя одеяло моего внимания Аверин. Но я справилась, а потом и выделила для себя, что хотела бы попробовать здесь серфинг, рафтинг на реке, полет на параплане и, конечно же, дайвинг.

— Интересный браслет, — услышала я голос Демьяна и вздрогнула, а потом все-таки перевела на него вопросительный взгляд, — на ноге у тебя, — кивнул он на мою конечность, и я улыбнулась.

— А, да, от дяди Паши новогодний подарок, — пояснила я.

— Угодил?

— Ну еще бы, — хмыкнула я.

— Красивый?

— Очень красивый, — и я все-таки прикоснулась пальцами к маленькому сердечку с зеленым камушком внутри, а потом внезапно вспыхнула праведным гневом, увидев неожиданно довольную улыбку на лице сводного брата, — слава Богу от тебя подарка вчера не было, братец.

— Это еще почему? — снял очки и прищурился парень.

— Это еще потому, что от тебя я получаю одни только оскорбления. Не уверена, что ты можешь удивить меня хоть каким-то разнообразием, — мстительно выдавила я из себя, а потом встала с лежака и двинула в сторону виллы.

Но он тут же схватил меня за руку и слегка потянул на себя:

— Яся, — и все, меня так бомбануло по мозгам злоба, что я буквально зарычала, глядя на него с отвращением.

— Котлета, Аверин! Холодная, мерзкая, замусляканая чужими руками котлета! Я это помню, так и ты не забывай! И не смей больше никогда ко мне прикасаться, а то еще не отмоешь свои чистенькие ручонки, — выдернула ладонь и пулей кинулась прочь от него.

До своей комнаты добежала с рекордной скоростью, а там заперлась на все замки и, задыхаясь, разревелась навзрыд. Господи, меня буквально выворачивало наизнанку от душевной боли. И ничто с ней не сравнится! До самого обеда провела у себя в номере, у личного маленького бассейна. Пыталась читать, слушать музыку, но единственное, что у меня выходило сносно было только грустить.

На обед родители предложили прокатиться до ресторанчика за пределами комплекса. Дядя Паша за рулем, мама рядом с ним, а мы со сводным исчадием Ада на заднем сидении. И я стойко его игнорировала. Да и за столом вела себя как можно тише, с ужасом понимая, что у меня вот-вот задрожит подбородок, а голос сорвется на жалобный писк. Но кто бы меня пожалел?

— Славка, экскурсии выбрала? — спросил меня дядя Паша.

— Угу, — кивнула я, надеясь, что меня оставят в покое, но куда там.

— Излагай, — поторопил меня отчим, и я вынуждена была подчиниться, стойко пытаясь контролировать свои эмоции.

— Серфинг, рафтинг, параплан, дайвинг, — речитативом выдала я.

— Сплошной экстрим! А как же храмы, дочь, а водопады, а вулканы? — запричитала мать, но я только жалобно на нее посмотрела, а дядя Паша шикнул и попросил не прессовать меня.

— Так и решим, мы со Светой пойдем по своему маршруту, а вы, молодежь, потом даже к нам не проситесь, — хохотнул муж моей мамы, — ну, а сейчас прокатимся на вертолете, а?

И я обреченно вздохнула. Капец, конечно, но я надеялась забиться в номере и не выползать оттуда до самого вечера. Но судьба решила иначе. И вот уже спустя полчаса мы летим на высоте птичьего полета над островом Бали, над зелеными рисовыми террасами Убуда и будоражащим вулканом Батуром, с его огромным кратером и озером внутри. Мы увидели храмы Танах Лот и Улувату, самую высокую статую Бали Гаруду Вишну, а также все знаменитые пляжи острова. Красиво, спору нет. И я, не хотевшая совершать этот полет, всю дорогу только охала и ахала от изумления!

А после мы отправились в салон, где мне позволили выбрать байк в аренду. Вы слышали? Я чуть от счастья не скончалась на месте. Конечно, от полноценного мотоцикла я отказалась, ибо совсем не знала местных дорог. Но вот скутер! Выбрала скромную Хонду, но уже в отеле получила навороченную Ямаху. Недоуменно нахмурилась и уж было хотела попросить поменять доставку, но меня вдруг перебил сводный братец, который согласно кивнул курьеру и тут же поставил закорючку в бланке, принимая два совершенно одинаковых скутера. Один мне, второй себе.

Жесть, как же он меня достал!

— Сам на нем катайся, я другой заказывала, — швырнула я ему, выданные мне, ключи от байка.

— Ясь, — недовольно засопел парень, а я только вновь зло зарычала!

— Котлета!

И только он собирался мне что-то сказать, как на парковке появились родители тем самым, обезвреживая детонацию, между нами. И то бы было самое ужасное первое января в моей жизни, если бы не мои новые знакомые Рита и Лука, что уже на ужине стреляли в меня глазками. После приема пищи мы встретились на выходе из главного ресторана комплекса, и девушка тут же накинулась на меня с совершенно закономерным вопросом:

— А что за шикарный парень сидел с вами за столом? Прости, Лука, но на правду не обижаются, — и ее жених тут же поднял руки вверх, мол «возражений не имею».

— Это мой брат, — ответила я непринужденно, — совершенно невыносимый тип.

— А-а-а, — потянула Рита, — понятно. Ну, тогда его с собой не позовем.

И мы дружно рассмеялись. А дальше я сообщила маме, что заранее ухожу на виллу к Архиповым, чтобы уже там, вместе с Ритой собраться в клуб. Девушка надела ультракороткое мини-платье на бретельках кислотного розового цвета и высоченные шпильки, я же решила так не рисковать и остановила выбор на коротких джинсовых шортиках с завышенной талией, простой белой майке и такого же цвета кедах. А вот над нашими прическами и макияжем хлопотала приглашенная девушка профи. Как итог, получилось очень даже неплохо: смоки айс и небрежные локоны. А после мы уселись в арендованный автомобиль и двинули в Куту, а именно в какой-то крутой ночной клуб.

И понеслось. Шикарная зона, разнообразные коктейли, к которым я пока не спешила притрагиваться, множество вкусных закусок и, конечно же, сногсшибательная музыка.

Туц! Туц! Туц! И сердце бьется на одной волне с диджеем. Отвязные танцы, громкий смех, огни стробоскопа и пена из пушки. И меня почти отпустило, а на душе уже не скребли так отчаянно кошки, закапывая все то, что вывалил на меня когда-то чертов сводный. Но я была бы не я, если бы все это безудержное веселье не длилось вечно.

Почти час ночи и я все-таки рискнула попробовать парочку разноцветных коктейлей. Модный бит заводит меня еще больше и вибрации прошивают меня насквозь. Хотя, погодите… Это же вибрации моего телефона в заднем кармане шорт. Вытаскиваю гаджет и вглядываюсь в экран.

Иннокентий: «Ладно, Ясь, победила. Где ты?»

Мстительно улыбнулась и, с высунутым кончиком языка, принялась строчить ему ответ:

«Меня жарят».

Иннокентий: «Я убью тебя».

Я: «Ну, а что ты хотел? Я же котлета!»

Иннокентий: «Твою мать, ты где?»

Я: «Ответ в рифму тебя устроит?»

Написала и выключила телефон. Ибо нечего мне портить настроение. Вот просто нечего и все! И снова содержимое очередного пузатого бокала перекочевывает из него внутрь моего организма. Но вернуть прежний настрой не получается, хотя я еще с полчаса насилую свое тело, приказывая его плавно двигаться и танцевать. Увы, музыка уже не пробирает до мурашек, а ритм не кажется таким заводным. Я хмурюсь и сканирую разномастную толпу, а потом понимаю, что смертельно устала. Возвращаюсь на зону и тут же попадаю в пьяные объятия Риты, которая верещит что-то про то, что она любит меня, Луку и вообще всех на свете. От ее трескотни устаю еще больше и сбегаю в уборную, где долго поласкаю рот водой и пытаюсь прийти в себя. Почти получается. Почти. Чертов Аверин, что ему опять от меня надо?

После уже неохотно бреду на танцпол, где дергается как одержимая Рита, пытаюсь нырнуть в ее настроение, но получается со скрипом, а потом я вдруг замираю, ощущая чьи-то руки у меня на талии. Оглядываюсь резко и тихо охаю. Вот же собака сутулая! И как нашел?

Психую и рвусь из ее хватки на зону, а сама вся захожусь от иррациональной эйфории. Да я спятила, не иначе! Он здесь, очевидно, явился испоганить мне вечер, а я только и делаю, что наливаюсь кипящей энергией. И вот уже и танцевать хочется, крутить бедрами под музыку, злить и раздражать сводного упыря и так до самой утренней зари, пока у него мозги не оплавятся от моего яда.

Но не успеваю я сесть на зону к Луке, что сосредоточенно ковыряется в телефоне, как Ян берет меня за руку и одергивает парня:

— Передай подруге, чтобы не теряла Ярославу. Мы уехали.

— Ок, — пьяно улыбается Зайцев и, кажется, вообще не понимает, что происходит.

— Ян! — протестующе попыталась высвободить ладонь из его хватки.

— Рот закрыла, — рыкнул, но не отпустил меня, а только поволок дальше на выход из этого чертового клуба. А там затолкал в тачку и стартанул в сторону нашей виллы.

— Ты совсем берега попутал? Верни меня в клуб! — заорала я как резанная.

А в ответ тишина…

— Сейчас же, Аверин! Ты вообще откуда такой смелый вылез? Сохранился, да? Ну так я тебе сейчас глаза повыцарапаю, коль так! Неандерталец хренов, тоже мне!

— Не беси меня, — припечатал меня грозным взглядом, но я только фыркнула и задрала ноги на приборную панель, — эти две малолетки уже обдолбанные в хлам. Хочешь кончить так же? А потом проснуться по утру под столом в луже чьей-то рвоты?

— Не делай вид, что тебе не плевать на то, где я засыпаюсь и просыпаюсь. Актер из тебя так себе!

А в груди все бурлит и пенится. Легкие — будто стекловата. Кровь — концентрированная серная кислота. А он как чертов айсберг и это бесит еще больше. Ничего не отвечает, только качает своей тупой башкой и все! Скотина!

Спустя всего двадцать минут мы поднимались к входной двери нашего временного дома, я попыталась вывернуться, но он жестко держал меня за плечо. Но у самой двери своей спальни я не вытерпела и зашипела ему прямо в лицо:

— Убери! Свои! Руки! От меня!

Тычок в грудь, и я влетела в комнату, а он за мной и дверь за собой захлопнул. Прет на меня, а я пячусь назад, пока не упираюсь ногами в кровать, а потом и вовсе не падаю на нее.

— Какого хрена, Яся? — и я чувствовала, что он пышет гневом, но только вот и я недалеко от него ушла.

— Котлета я, — огрызнулась и поджала губы.

— Да прекрати ты! — почти закричал он.

— Но ты так сказал! И не только это, — и голос мой вновь обиженно дрогнул.

— Послушай, — рассек он ладонью воздух, а потом ей же вцепился в свои волосы.

— О, избавь меня от этого, Аверин! Я наслушалась уже тебя, мне, пожалуй, довольно, — всхлипнула и задохнулась.

— Нам надо поговорить!

Я вскочила на ноги и со всей силы толкнула его ладонями в грудь, а потом мстительно затараторила:

— Убирайся отсюда! Не чета тебе, великому и распрекрасному, рядом с грязной котлетой находиться! Да и мне этого не надо. Слышишь? Я не ненавижу тебя! — и рыдание все-таки вырвалось из моей груди, — Ненавижу!

— Яся, — потянул он ко мне руки, но я только замахнулась и со всей дури всадила ему пощечину.

Бам! И ладонь заломило почти так же сильно, как и сердце в груди. И слезы катились по лицу неудержимым потоком.

— Поправочка, — плакала я, — скотина ты, Аверин, великая и распрекрасная скотина!

— Яся, ну прости ты меня, пожалуйста! — и он снова попытался подступиться ко мне, а я только снова зарядила ему очередную оплеуху.

— Ты так сказал — неинтересная котлета! Зачем ты так сказал? — голос сбился и срывался на отчаянные всхлипы.

— Малышка, — все-таки схватил он меня за руки и прижал к себе, а я окончательно сорвалась с цепи.

— Боже! Зачем ты так сказал? — рычит и прижимает меня к себе, но я только выворачиваюсь и как мантру твержу один единственный вопрос, — Зачем? Зачем? Зачем ты это сделал?

— Да потому что я ревновал тебя! — заорал он, а моя истерика перешла в жалобный скулеж, — Ревновал, Ясь! С ума сошел, понимаешь? Прости меня, пожалуйста, прости. Я — мудак!

И последние слова он шепчет мне прямо в губы, так непростительно близко, что я чувствую его жар. Я уже почти вся в нем, он окутал меня своим запахом, энергией и такими желанными словами.

— Яся, я больше так не буду, обещаю, — выдыхает он и наконец-то его губы накрывают мой рот.