Глава 59

POV Ярослава

Бесконечно прекрасный лунный свет, да пенный шепот волн были свидетелями наших соленых поцелуев, а бессовестные прикосновения его рук прятал Индийский океан, заботливо прикрывая нас в своих теплых объятиях.

— Страшно, Ян, — бормотала я, — а вдруг на нас нападет морское чудовище?

— Единственное чудовище, что может на тебя напасть — это я, малышка, — смеется он мне в ответ, а мне остается только гадать, насколько правдивы его слова. Если бы я только знала…

На виллу возвращаемся лишь за полночь и то только потому, что я чуть не уснула на лежаке, прямо под открытым небом, лежа в обнимку со сводным братом. В комнату поднимались и глупо хихикали, как неразумные дети, а перед дверью отчаянно целовались, не в силах расстаться.

— Не хочу спать один, — нагло улыбался этот жук, просительно глядя в темноте на меня.

— А придется, — качаю я головой.

— Жестокая! — вздыхает и буквально стискивает меня в своих руках, — Ладно, иди уже. Будем надеяться, не сдохну до завтра без тебя, — быстро целует, открывает мою дверь и наблюдает стервятником, как я закрываю ее перед его носом.

Стою так, замерев на несколько мгновений, а потом все же решительно поворачиваю завертку замка, давая понять стоящему в коридоре парню, что я не передумаю. Это слишком рано, а все, что происходит на этом острове с нами словно концентрированное безумие. Еще две недели назад он говорил мне страшные вещи, а теперь смотрит так, будто мечтает сожрать меня без предварительной термической обработки.

А я только и могу, что успокаивать зашкаливающий рядом с ним пульс, да любоваться им снова, снова и снова…

И новый день, как отражение предыдущего. Дорога до Нуса Дуа и урок с Антоном, пока сам Аверин ловит волну и подчиняет ее своему движению. Сегодня мы отрабатываем баланс, а на завтра мой инструктор обещает, что я смогу освоить поворот. Уже хочу завтра! И от всей души мечтаю когда-нибудь стать такой же крутой как Ян.

Сразу после занятия Аверин, прочитав что-то в своем телефоне, как-то тут же начал торопить меня. Мы быстро перекусили в кафешке неподалеку от пляжа, а уже спустя полчаса тряслись в открытом джипе, направляясь в сторону Убуда.

— Рафтинг, малышка, ты же хотела, — улыбался сводный ураган.

А я же только как ребенок захлопала в ладоши, а потом потонула в его объятиях. И полтора часа спустя мы готовились к спуску по реке Бакас, проходящую через труднопроходимые джунгли. Здесь были спокойные участки спуска, где я видела дно и плавающих в толще воды рыбок. Но, в большинстве своем, встречались очень крутые повороты, каскады, пороги и обрывы до четырех метров в высоту. И тут я орала, как резаная, а Ян ржал надо мной как конь. Тут, среди отвесных скал, джунглей, нависающих над головой, и встречающихся валунов ростом с человека, я буквально хапнула адреналина, а по прибытию даже вибрировала от пережитых острых ощущений.

— Это было так…так! — лопотала я бессвязно.

— Мне тоже понравилось, — прижимал меня к себе парень и гладил по волосам, — с тобой понравилось, Яся.

Домой вернулись, когда уже стемнело, а время ужина давно закончилось. И на пороге виллы столкнулись с родителями, которые, очевидно, куда-то намылили лыжи.

— О, ребятки, вернулись наконец-то, — улыбнулась нам моя мама.

— А вы куда? — тут же вопросительно приподнял брови Ян.

— А мы сейчас на ужин, а потом у нас ночная экскурсия на вулкан Батур. Рассвет будем встречать там же, — отрапортовал дядя Паша, а потом внимательно на нас посмотрел и спросил, — вы с нами? Мы можем подождать, пока вы переоденетесь.

— Уф, — потянул сводный, — мы только с рафтинга. И опять тащиться? Ясь, ты хочешь? Блин, я чет нет.

Закусила губу и по нервам пробежал странный озноб, а потом и где-то под ложечкой засосало. Но, черт возьми, я тоже не хотела никуда сейчас собираться и снова ехать.

— Ну, — наконец выдала я, — если честно, то у меня тоже желания нет взбираться ни на какой Батут или как там его, — криво улыбнулась я и состроила гримасу.

— Ой, ну так и слава Богу! — потряс руками отчим и, рассмеявшись, обнял маму и двинул в сторону выхода, — И ведите себя хорошо, молодежь! — прокричал нам напоследок и закрыл за собой дверь.

Глаза в глаза, и я вижу довольную ухмылку, что тут же расползлась на смазливом лице Аверина, а дальше — раз — и он закинул меня к себе на плечо, а потом с воплями:

— Свободу попугаям, — потащил на второй этаж.

— Боже! — хохотала я.

У самой двери в мою спальню поставил на ноги и тихо произнес:

— Я бы напросился за компанию, но, рискуя получить от ворот поворот, не стану этого делать. Поэтому, дуй в душ одна, а потом приходи вниз. Будем лопать мороженку и смотреть глупый индийский фильм.

— А может не надо индийский? — приподняла я вверх указательный палец и взмолилась.

— Х-м-м, ну, я подумаю. Все, шурши отсель, а то я передумаю и все-таки начну клянчить взять меня с собой на помывку.

Я же только рассмеялась на его слова и скрылась в глубине своей спальни. А там впала в какой-то дикий, первобытный транс. Черт! Мы уже как-то оказывались с ним вдвоем в доме без родителей и вот опять. Прошлый раз нас остановил дядя Паша, а в этот раз останавливать нас будет некому. Они уехали до утра!

Прикусила губу и нахмурилась, слушая, как внутри меня беснуется сердце. Ему было страшно, но в то же время оно несмело отказаться от вечера с ним.

Может пронесет?

И я шла в душ, где долго и неторопливо мылась, а потом точно также сушила свои волосы и растирала тело любимым лосьоном. А потом, не задумываясь, облачилась в брючную закрытую пижаму и все-таки вышла за дверь.

Спустилась и замерла. Ян стоял на террасе и вдыхал едкий дым своих сигарилл с запахом шоколада и тропических фруктов. Подошла и встала рядом, вглядываясь в беспроглядную ночную даль Индийского океана. Не видно не зги, только шум прибоя, да цокот цикад где-то неподалеку.

— Эти не так воняют, — попытался оправдать свою пагубную привычку сводный.

— Ну такое, — шутливо скривилась я.

— Не могу бросить. Начал шесть лет назад сдуру, а теперь вот подсел, — тихо проговорил парень и вдруг как-то неестественно завис.

Я не стала продавливать этот вопрос глубже, только промолчала и осталась стоять рядом, пока он не затушил окурок и не выкинул его в пепельницу.

— Мороженое? — спросил он меня.

— Дынное? — потянула я и зажмурилась.

— Само-собой, — хмыкнул парень, а затем обнял меня и двинул в сторону гостиной, где на стене висел огромный телевизор.

Слава Богам, выбор пал не на индийский мюзикл, а на старый добрый «Побег из Шоушенка» и мы завалились на диван и принялись за просмотр. Я легла на живот в сторону экрана, а Ян раскинулся валетом ко мне, привалившись к спинке дивана.

И на самых первых минутах фильма сначала одна моя стопа попала в плен его рук, а затем и вторая. Он так приятно и нежно массировал их, что в один момент я забыла о пиале с мороженым и просто уткнулась носом в диван, приглушенно постанывая от удовольствия.

— Красивый все-таки браслет и тебе идет невероятно, — задел он пальцами золотое сердечко.

— Да, я редко ношу украшения, но это, прямо очень мне нравится, — мурлыкала я, пока он наминал мои пяточки.

— Он от меня.

— М-м? — непонимающе подняла я голову и через спину уставилась на него.

— Говорю, что браслет этот от меня, — сказал и мы оба затаили дыхание.

— А? — в ступоре нахмурилась я.

— Боялся, что ты не примешь, — прихватил меня за лодыжку и потянул на себя.

— Ян! — воскликнула я и, извернувшись, успела-таки поставить пиалу с мороженым на пол.

— Иди ко мне, — прошептал парень и все-таки в одно движение перевернул меня и уложил рядом с собой.

— Ты просто невозможный тип! Ты это знаешь? — покачала я головой.

— Да, — согласно кивнул Аверин и невозмутимо уставился в экран телевизора, казалось бы, напрочь игнорируя меня.

А сам так нежно прижимает мое тело к себе. И вот уже моя голова лежит у него на груди, а нога закинута сверху его бедер. И руки Яна медленно, но выверено шарят у меня под пижамой. Еще не нарушая границ дозволенного, но откровенно совершая провокационные поползновения. Вот его пальцы словно невзначай пробегают по лифу моего бюстгалтера, а вот большой палец и вовсе прокрадывается под него. Вторая рука тоже не теряет времени даром — пробирается нагло под резинку штанишек и ложится на обнаженную ягодицу, оглаживает, сминает, прижимает ближе к его горячему телу. И дыхание мое очевидным образом сбивается, а низ живота наливается странной тяжестью и томлением. Мне хочется выгнуться кошкой, но я вынуждена только неподвижно лежать рядом с ним и сходить с ума от его манипуляций.

Я ровным счетом не вижу ничего, что показывает мне телевизор. Не слышу звук и не воспринимаю суть знакомого сюжета. Я уже треснула и разбилась на звенящие осколки в его грешных руках.

Прикрываю глаза, сглатываю и призываю себя остановить это безумие, но у меня ничего не получается. Я все там же — плавлюсь в его руках.

Где-то здесь я осознаю, что и сам Аверин глубоко и сбивчиво дышит. А потом подхватывает меня под попу и нависает сверху. Всего-то один мимолетный раскаленный взгляд и наши губы сливаются в глубоком поцелуе. Обоюдный стон и мое тело наконец-то выгибается дугой в его руках. Я больше не властна над ним, но мозги еще при мне, и я что-то сбивчиво от него требую:

— Ян, постой…погоди, — хотя я совершенно очевидно не понимаю зачем всю это вырывается из меня.

— Не трону, Ясь, — щекочет он мне своим шепотом ухо и прикусывает мочку, — не трону, если ты сама этого не захочешь.

И его руки так умело расстегивают на мне верх от пижамы, а потом одним выверенным движением снимают его с меня и откидывают в сторону. Я остаюсь лишь в прозрачном кружевном бюстгальтере, а Ян, видя его, протяжно, не то стонет, не то рычит. Легкий укус через ткань, и я вспыхиваю как спичка. Пуф!

Чашечка вниз и еще один укус. И меня срывает с предохранителей. Бам!

Еще секунда и полыхающий пожар добирается до низа живота. А его губы вытворяют со мной что-то невероятное. Тело словно судорогой сводит, и я тихо охаю, когда его руки осторожно крадутся под резинку штанов. Мгновение и их уже на мне нет.

Только крошечные трусики и лиф бюстгальтера с приспущенными чашечками.

Боже, я бесстыдница!

Но сказать «нет» я уже не в силах.

Легкие заходятся на пределе, дыхание сбито, нервы натянуты как струны и я в одном шаге от неизбежного. Шаг — и я чувствую, как пальцы прикоснулись к кружевной ткани. Шаг — и они ныряют под нее. Еще шаг — и я теряю связь с реальностью.

А потом и тону, перекрытая лавиной чувств и эмоций.

Потому что он уже там. И я позволяю его рукам и губам делать все, что им заблагорассудится.

Жалящие поцелуи везде доводят меня до точки кипения. Я почти в беспамятстве распростерта перед ним и вот уже на мне нет больше ни клочка одежды. А потом и Ян, смотря на меня горящими глазами, снимает с себя майку, а затем и шорты с нижним бельем.

Господи! Что же я творю?

Но на мысли у меня не остается времени. Он мне его просто не оставляет. Звук рвущейся защиты и я зависаю над пропастью, а Он надо мной.

— Ян, — хрипло выдыхаю я.

Но парень только отрицательно качает головой, а потом совершает толчок, от которого я стремительно падаю вниз.

Мычу от боли и стискиваю его плечи, а потом встречаю яростный, почти безумный поцелуй и буквально захлебываюсь в бурлящем океане его страсти.

Вот и все, Ярослава. Вот и все…