Глава 25

Школа начала работать как-то тихо, хотя открыли сразу три отделения: артефакторов, целителей и бытовиков.

Пока отличий в программах практически не было, всем давали основы. В каждой группе было по 10–12 учеников.

А саму школу построили на тысячу учащихся, на вырост.

Спортивных площадок было шесть, и одна с очень сложными препятствиями, я поглядывала на нее с завистью, когда там бегали магистры — преподаватели. Принимал площадку преподаватель Иван, мой бывший тренер. Площадка его почти устроила, что-то там усложнил, а потом спросил про меня, где я.

Что ему ответил ректор — я не знаю, но преподаватель Иван больше ничего не спрашивал и на меня не смотрел.

А что смотреть на метлу?

Метла — она и есть метла.

Постоянных преподавателей в школе только двое, артефактор магистр Шон — директор, и его заместитель — целитель магистр Грог.

Остальные приехали на один семестр, а потом приедут другие. И в планах еще приезды выпускных курсов, адептам разрешили тут, на территории школы, делать свои дипломы.

В Академии дипломы выпускников очень сложные, там и сады, где фрукты чуть ли не сами собирались, и не требовали специального ухода, и фонтаны с музыкой и подсветкой, и исчезающие мостики и переходы, и многое другое.

Адепты очень обрадовались, что есть, где развернуться, заявок больше ста — Шон доволен, для проживания дипломникам отвели целое крыло, и в столовой учащихся даже на вид меньше, чем адептов Академии. Кроме того, им еще и делали экскурсии по Рандиану, многие тут впервые.

Школьники учились только пять дней в семидневку, на два дня подростков разбирали по домам.

По утрам меня приносил в свой директорский кабинет магистр Шон, и я была в курсе всех школьных проблем, а выходные посвящались магическим наукам по всем областям.

У школьников каждое занятие я выслушивала по три раза, и поняла, о чем мне передавала Уми. Действительно, хочешь — не хочешь, а знать будешь. А уже после всех занятий Шон оставался в лаборатории и делал браслеты учащимся, опять все мне объясняя.

Иногда магистр приносил меня к целителям, тоже на занятия, в эти дни он по делам был в Элании. Деканом целителей стал магистр Грог, он мне понравился еще в Академии.

И он тоже после занятий оставался у себя в целительской и рассказывал мне очередную тему, только рассказывал гораздо больше, так же, как и сам магистр Шон.

На зимние каникулы, когда подростки уехали по домам, появились маги Совета, много преподавателей, ректор и магистр Ридарр, менталист. Они дружно отговаривали Шона от какого-то эксперимента, а артефактор просил его сменить на посту директора школы.

Что из себя могла представлять идея Шона, никак не понимала, вот тут он при мне молчал, а спросить я не могла.

Первый курс прилично сдал и зимние, а потом и летние экзамены, комиссии из Академии радовались, опять приняли новичков, в этот раз группы получились больше, уже по 14–15 учащихся в каждой.

Шону все-таки разрешили отпуск с формулировкой — по семейным обстоятельствам!

Я расстроилась почему-то очень, думала, что у него своей семьи нет, только родители и брат. Брат был старший, магистр факультета Теоретиков Академии, и женат не был, я и решила, что мой наставник тоже не женат.

Ошибалась.

Директором временно назначили магистра Грога, он похлопал глазами и отказался, иначе он будет отставать по целительству.

Но его уговорил магистр Андрис на период эксперимента, пообещав ему бокс последней разработки!

Привезли бокс сразу, и собрали его за два дня.

Грог был счастлив, и всех, кого встречал, таскал в этот бокс, что-то там записывал себе, и радовался, как ребенок.

Все уже побывали в этом боксе. Все. Кроме меня.

На деревяшку бокс рассчитан не был.