Глава № 24. «„Добрый“ человек»

Три дня спустя:

Среда, 8 декабря 2021

22:30

— Чем бить? Ремнем! Он же ремнем бил, вот и его ремнем! С бляхой, чтоб прочувствовал! — рычал Назар в трубку. — А женщину? Ну, она ж ему не мешала девчонок избивать, считай, заслужила! Только слишком не увлекайся, все-таки слабый пол… И пусть посмотрит, как мордуют муженька!

Найти Авзугара и Марисоль оказалось совсем несложно, когда узнал, где искать. Одна оброненная Громовым фраза про то, что Габарашвили теперь проживают у родственников на свиноферме, здорово облегчила дело. Он и раньше планировал заняться поисками, а тут такой повод, как устоять.

«Говорить Дане, что нашел ее приемного отца, или нет? Впрочем, зачем ей это знание… Еще пожалеет, она ведь добрая», — думал он, представляя, какая ночка ждет предприимчивую семейку.

Смешно, но Даниэла и его считала добрым, так Громову и заявила, не понимая, насколько далека от истины. Он может быть справедливым — да, но вот с добротой и всепрощением страшный напряг. И Габарашвили он прощать не собирался. Причем и за Дану, и за себя.

Ему соврали нагло и откровенно. Авзураг уверял, что о девчонках заботятся, учат разным полезностям, оберегают. А тут оказалось, в пору было оберегать от него самого. Ведь взял Назаровы деньги, куда-то спустил, а девчонка трудилась от зари до зари, чтобы обеспечить свое содержание. Честно? Нет. Пусть она зла не помнит, у Назара на этот счет память получше будет.

Закрыл ноутбук и пошел наверх. Даниэла наверняка уже заждалась.

Девушка старалась без него не ложиться. Какой смысл засыпать, если знаешь, что тебя все равно разбудят. Назар еще не дошел в отношениях с ней до той стадии, когда с человеком просто спишь. Стоило взглянуть на какую-нибудь часть девчачьего тела и тут же хотелось уложить это тело под себя, что он и делал без зазрения совести.

Зашел в спальню и сразу понял — Даниэла действительно его ждала. Причем не как обычно с книгой или еще чем, а именно ждала. При макияже, прическе. Сидела за туалетным столиком в совершенно невероятного вида черной комбинации, практически с грудью наголо, и натирала ноги каким-то сладко пахнущим кремом.

— Это что у нас такое? — спросил он с непонятно откуда взявшейся на лице глуповатой улыбкой. — Кто-то соскучился? Иди сюда, маленькая!

Приготовился сходу получить всю недополученную за день ласку и любовь, но девушка неожиданно выставила вперед руки.

— Назар, давай сначала поговорим!

— Да-да, обязательно поговорим! — кивнул он, со скоростью звука расстегивая пуговицы на рубашке.

«Да что ж такое… Вот не надо было эту сорочку надевать!» — ругнулась она про себя, наблюдая, как шустро Молотов избавляется от одежды.

У нее осталось меньше минуты до того, как он добровольно-принудительно стащит с нее сорочку, положит на лопатки — потом его уже будет не остановить.

«Да уж, отложить разговор до спальни было плохой идеей… Но и просить раньше — всё равно, что биться головой об стену. Просто сказал бы нет, и всё. Впрочем, ему ничего не мешает сделать это сейчас. Эх, была не была…»

— Назар, — начала она, когда мужчина уже расстегивал на брюках ремень, — отпусти меня на курсы в Москву!

Молотов замер, уставился на Дану долгим изучающим взглядом.

— Что за бред? — наконец выдал он и как ни в чем не бывало продолжил расстегивать брюки. — Дана, иди на кровать!

Девушка на всякий случай решила его послушаться, села на край, попыталась еще раз:

— Это очень хорошие курсы для кондитеров, у нас полресторана едет, все воодушевлены! Конечно, дороговато… Но, может, ты согласишься…

Назар стащил с себя брюки, двинулся к ней, строго ответил:

— Однозначно нет!

— Но это всего каких-то пару недель, даже меньше! — проговорила она как можно более жалобно.

— Тем более нет! — уже рычал он. — Одна в Москву?! Да никогда! А я сейчас не могу с тобой поехать, новый контракт на носу, ты знаешь! Так что без вариантов!

Дана замерла, в горле резко пересохло. Когда Молотов вот так рычал, спорить с ним было бесполезно. Но поехать хотелось до зубного скрежета и вылететь она должна уже послезавтра. Если сейчас не упросит Назара, считай, пролетела.

Тут девушка решилась на крайнюю меру. Когда мужчина запустил руки ей под сорочку, уперлась кулачками ему в грудь и прошипела, имитируя его строгий тон:

— Секса не будет!

Сказала и сама испугалась своих слов.

— Это как это? — тут же взревел он.

— Если мне нельзя на курсы, тебе нельзя сюда! — решив идти до конца, она шлепнула его по рукам, которые уже успели добраться до трусиков, и отскочила вглубь кровати.

— Это ты сейчас пытаешься шантажировать меня сексом? — прогремел он так, что содрогнулись стены.

Тут-то Дана и пожалела о своей затее. Уж больно много бешенства появилось в его глазах. Она наблюдала за ним как в замедленной съемке. Он стащил трусы-боксеры, потом ухватил Дану за лодыжки и потянул к себе. Еще секунда и девушка услышала треск разрываемой материи — это Назар так обошелся с ее сорочкой.

— Никогда, слышишь? Никогда не смей шантажировать меня сексом! Последствия тебе точно не понравятся! — с этими словами он резко развел ее ноги и лег сверху.

— Извини меня! — только и успела простонать она.

Если бы это произошло в начале их отношений, Даниэла, наверное, испугалась бы гораздо сильнее, чем сейчас.

«Он не сделает мне больно, он просто не может…» — повторяла девушка про себя, когда мужчина потерся головкой члена о ее живот, отодвинул нитку ее трусиков и попытался всунуть в нее палец.

— Назар, так не надо! — простонала она и попыталась из-под него выбраться.

Тогда он схватил ее за подбородок и строго произнес:

— Сейчас лежи тихо и дай мне сделать то, что я хочу. Возможно тогда я забуду о твоих глупых словах!

Еще до того, как он закончил это говорить, девушка ощутила, как он уперся в ее складочки своим солдатом, как он любил называть свой член. И тут она почувствовала, как он уверенно в нее протискивается. Может быть, он и не вошел бы так легко, если бы Дана не была к тому моменту достаточно влажной. Только проблема в том, что в присутствии Назара она практически всегда была такой. Стоило обласкать его взглядом, и она уже не против заняться с ним тем, чем он так яро принялся заниматься с ней сейчас.

Однако этим половым актом он словно стремился ей доказать, кто в этой спальне главный. Двигался решительно, почти грубо. Подобный секс без предварительных ласк и нежностей у них иногда случался. Но таким резким, как сегодня, Назар, пожалуй, еще не был. И если раньше Дана жадно ловила каждый его толчок, искренне наслаждаясь движениями его солдата внутри себя, сейчас никакого удовольствия не испытывала. Разве что желание, чтобы он поскорее с нее слез.

Всё закончилось быстро и как-то неправильно. Словно Назар только что не сексом с ней позанимался, а наказал за плохое поведение. Щеки Даны запылали огнем, а в душе вовсю распаковывала чемоданы обида. Едва мужчина ослабил хватку, девушка вывернулась и умчалась в ванную. Встала под теплые струи воды, вылила полную ладонь геля и стала растирать по телу, приговаривая:

— Вот же скотина!

Она провела там достаточно много времени, прежде чем в дверь застучали молодецкие кулаки, а потом послышался строгий голос:

— Вот только не надо мне этих заседаний в душе! Ладно... пущу на курсы! Но я тебе такое поведение прощаю первый и последний раз! И с тобой полетит Денис! Всё, выходи, будем мириться!