Глава 20

Интересно, кто приходил? Скорее всего, Кристиана… В доме очень толстые стены. Это я точно знаю. Бывало София с Тильдой громко включали музыку, но пока не откроешь дверь было не слышно… Не буду паниковать. Не хочу думать, что Дарина или Кристиана слушали, как я орала, когда меня имели. Грубо, жестко… Так, как мне нравилось больше всего…

Могла ли я еще недавно подумать о себе такое?

Что мне нравится жесткий секс?

Или это все потому что нравится мужчина, который творит со мной подобное?

Лежа в ванной, продолжаю проигрывать в голове картинки нашего соития. Настоящая акробатика. Так порочно и так чувственно…

Между ног пронзает болью. Я снова возбуждена. Мне не хватило одного оргазма… Давид сделал меня ненасытной. Я хочу попробовать с ним все… разные позы. Разные отверстия. Хочу взять у него в рот. Мне понравилось…

Краснею, но мои руки очерчивают грудь, пальцы зажимают соски. Пытаюсь повторить как это делал Давид. Не выходит даже отдаленно похоже. Но закусив губу я продолжаю. Играю с сосками, чуть тяну их, пока они не становятся жесткими горошинами.

Правая ладонь ложится на промежность. Ласкаю себя, возбуждаясь все сильнее.

У меня вырывается стон.

Горло саднит, я сорвала его криками, когда Давид трахал меня. Боль напоминает об этом. Все напоминает. Я будто шагнула в зазеркалье и осталась там. Там, где есть лишь низменные потребности. Постоянное желание секса. Выдохнув, начинаю скользить пальцами по складкам. Возбуждение зашкаливает. Я уже на грани. Откидываю голову на бортик ванной, закрываю глаза, скольжу указательным пальцем вверх-вниз. Другой рукой продолжая гладить груди, приподнимать их, сжимать.

Это Давид трогает меня. Ласкает. Мучает. Его жесткие и ненасытные пальцы… Тру сильнее. Чувствую, что если сделать так еще несколько раз, возможно, всего пару движений, и наступит разрядка. Подарить измученному телу освобождение…

Еще немного…

Еще несколько раз, и…

Внезапно накрывает острое ощущение, будто кто-то смотрит на меня.

Распахиваю глаза.

Давид стоит привалившись к дверному косяку. Я не слышала как он вошел!

Смотрит на меня. В его глазах пугающая бездна.

Чувствую, как скользит по мне мужской взгляд, задерживаясь на полушариях груди, сосках.

Он не делает ни единого движения, но у меня ощущение, что этот взгляд опутывает меня паутиной.

— Не останавливайся, — этому голосу невозможно противостоять.

Возбуждение накатывает с новой силой.

Мне нужно всего несколько движений рукой, чтобы эти муки закончились, чтобы взорваться, чтобы совершить небольшой полет на планету порока и удовольствия.

Проникаю в себя двумя пальцами. Выгибаюсь дугой.

С губ срывается стон.

Давид следит неотрывно, за каждым моим движением.

Еще один стон, жадный, чуть хриплый, срывается с губ, когда наслаждение пронизывает горячей волной. И я вторю ей, чуть дрожа.

Какое-то время пытаюсь прийти в себя, унять дикое сердцебиение и нахлынувший стыд.

Щеки пылают, тело как непослушная вата, в ушах словно вата.

Давид направляется ко мне. Его рука ложится мне на голову, гладит нежно.

— Тебе не надо стыдиться своей чувственности, Лилиана. Это прекрасно. Мужчина убить готов за такую женщину. Отзывчивую. Которая не притворяется. По-настоящему желает.

Он безошибочно угадывает все мои страхи.

Я испытываю благодарность за его слова.

Руки сами тянутся к нему. Он все еще одет. А мне безумно хочется увидеть его голым. Прикоснуться к его коже.

— Разденься… Пожалуйста… — шепчу мольбу.

Он даже не усмехается. Смотрит серьезно. Лицо искажено, напряженное. Тяжелое дыхание.

— Мы слишком громкие для этого дома, малыш, — выдавливает с сожалением.

Я все равно касаюсь его паха. Он каменный. Готовый для меня.

А я готова для него. Полностью.

Но Давид убирает мои руки, стискивает запястья. Наклоняется и дарит короткий поцелуй в губы.

— Выспись как следует. Я заберу тебя вечером.

Сказав это, уходит, оставив с новой волной возбуждения.

***

На следующее утро не могу себя заставить выйти из комнаты. Делаю шаг к двери, и снова отступаю. Почти уверена, что нас вчера слышали, и поэтому умираю от стыда. Но нельзя же забаррикадироваться до вечера? Хотя, с другой стороны, почему нет? Правда я ужасно голодна, оказывается сексуальные упражнения провоцируют жуткий голод.

Мои сомнения разрешает врывающаяся в мою комнату София, а следом за ней — Кристиана.

— Привет! Как ты погостила у Тильды? Все хорошо? — обнимаю сестренку.

— Да, все чудесно!

— Ты почему еще в пижаме? — спрашивает Кристиана. — Там Марина приехала. Сказала, что Давид попросил ее отвезти вас с Софией, посмотреть пансион. Я очень рада, что моя идея пригодилась. Софии очень интересно. Так ведь, дорогая?

— Да. Мне интересно, — с энтузиазмом кивает сестренка.

— Хорошо, дайте мне десять минут, — скрываю раздражение, которое в основном на себя. Потому что совсем забыла о том, что мы вчера говорили про Софию. Но Давид не забыл. Это очень трогает меня. Но я-то хороша! На первое место поставила собственные сексуальные переживания.

Открываю шкаф, хватаю первое попавшееся джинсовое платье. София говорит, что подождет внизу, выбегает из комнаты.

— Ужасно неловко, что вас вчера прервали, — произносит Крис и я замираю. — Ох, не смущайся пожалуйста! Я сказала совсем не для того чтобы ты стала красной как помидор, детка! — восклицает Кристиана.

— Мне так стыдно… — выдавливаю из себя.

— Бред какой. За что стыдно? За то что мужчина хочет тебя безумно? Не может контролировать себя? И ты тоже? Это прекрасно. Хотя мама психанула немного. Но она просто такая. Ревнует всех мужчин. Даже друзей, — хихикает Крис.

— Было прямо слышно? — закрываю лицо руками.

— Немножко. Мне так жаль, что пришлось к вам постучаться. Это все мама… Я просила его подождать…

— Его? — изумленно распахиваю глаза. Мне становится еще хуже. В доме были гости?

— Да, приехал Руслан. Ему надо было передать Давиду какую-то срочную информацию.

Странно, но то что это Руслан мне приносит облегчение. Возможно потому что этот парень очень хладнокровен. Он на подобное вряд ли внимание обратит. Но все равно неловко.

— Олег приехал с ним, — забивает в меня последний гвоздь Кристиана.

Ноги становятся ватными. Ужасно. Стыдно. Хочу сбежать из этого дома. Надеюсь я никогда больше не увижу Олега!

— Забей, — делает жест рукой Кристиана. — Ему, возможно, было неприятно. Но что поделать. Ты сделала выбор и выбрала не его.

— Да… сделала, — повторяю тихо.

— Ну давай же, поехали. Ты прямо оцепенела вся. Наверное не стоило вот так на тебя все это вываливать.

— Нет, что ты, я благодарна, что ты все это рассказала.

— После того как съездим в пансион, у нас с тобой будет шопинг. Давид мне поручил, как понимаешь, я не могу его подвести.

— Поручил? Что?

— Для поездки тебе понадобятся купальники, платье.

— У меня есть купальник.

— Ну вот, я так и знала. Ты ведь не подставишь меня перед Давидом? — надувает губы Крис.

— Нет…

— Вот и славно.

Я действительно хочу поехать с Давидом в поездку. Мне бесконечно важно, что он позвал меня. Со вчерашнего вечера добавился еще повод: убраться с глаз Дарины, Олега. Может если пройдет время, мое самобичевание и стыдливость поулягутся. Хотя, я могу попроситься жить к Марине. Наверное, она не откажет, всегда относилась ко мне с симпатией и добротой. Да и пансион, как оказывается, ближе к квартире Марины.

— Не волнуйся, я буду навещать Софию постоянно, — говорит она, когда выходим от директора пансиона. — Тут очень близко.

— Спасибо тебе огромное. Ты как всегда бесконечно добра…

— Мне хочется извиниться, Лили. Я не должна была так вести себя, когда мы встретились в квартире. Вы с Давидом взрослые люди… У меня был шок. Теперь мучаюсь угрызениями совести…

— Глупости! Ты имела право рассердиться.

— Да, наверное. Но не стоило говорить с тобой так, как я это сделала… Еще и про Огневу рассказала… Про Стасю, — добавляет, увидев мой непонимающий взгляд.

— Что такого, у Давида было увлечение. У меня тоже было… — пожимаю плечами, притворяясь что эта тема меня не трогает. Лицемерю. Каждый раз имя этой незнакомой мне девушки — как наждачка по нервам.

Потом переключаюсь, вспоминаю свои бывшие отношения. У меня же тоже был другой. Думаю про Матвея с отвращением. Наша последняя встреча показала, чего он стоит. Надеюсь, никогда не увижу его больше…

***

Кристиана завалила меня одеждой, такой ворох в примерочную притащила, что издаю стон.

— У меня не хватит сил все это примерить!

— Оу, у кого-то все болит после ночи страсти? — хихикает Крис.

***

Давид сказал, что приедет вечером. Сижу на чемодане, прохаживаюсь из угла в угол. Совместная поездка будоражит мысли, представляю как это будет. Час проходит за часом. Глубокая полночь, но он так и не приехал…

Убеждаю себя, что это к лучшему. Его задержали дела. Мог бы, конечно, позвонить. Но видимо не настолько трепетно ко мне относится. Да что там… вообще не трепетно… Наплевательски. Я ему только для секса нужна.

Но зато смогу отвезти завтра сестру в пансион. София уснула совсем недавно, была очень возбуждена сборами.

В конце концов, залезаю на кровать. Смотрю на дверь пока глаза не слипаются.

Утром заезжает Марина. Еду с ней в пансион, прощаюсь с сестрой. Марина ничего не говорит по поводу того, что я не уехала и отправилась с ней провожать Софию. Молчит из деликатности, не поднимает тему.

Может Ериханов забыл про меня? Или выбрал кого-то поинтереснее для прогулки на яхте. Мне больно думать об этом. Но я предпочитаю не прятать голову в песок, а рассматривать все возможные варианты развития событий…

Проходят сутки, пытаюсь развеяться, жить полной жизнью. Утром отправляюсь на пробежку. Потом планирую разобрать чемодан.

Никто ничего не говорит про Давида. Но все спокойны. Так что вряд ли с ним случилось что-то плохое… он просто забыл обо мне.

Рядом тормозит джип, поворачиваю голову, вижу что это Олег.

— Привет, Лили! — машет рукой.

Подхожу к машине.

— Мне жаль, что он так поступил.

Олег первый, кто произнес это вслух. Тебя кинули, девочка.

— Помнишь наш разговор? Ты ему ничего не передала? — смотрит на меня пытливо.

Отрицательно мотаю головой.

— Садись.

— Мне надо домой. Принять душ…

— Хочешь увидеть Егора? Я знаю где он живет.

Сажусь в машину. Я настолько разбита предательством Давида, что даже эмоций по поводу брата нет. Ничего не чувствую.

— Давид всегда такой. Дела превыше всего. Тебе надо было выбрать меня, — тихо говорит Олег.

— Я с тобой в машине только потому что ты везешь меня к брату, — произношу резко. — Ничего другого я обсуждать не хочу!