ГЛАВА 14

К вечеру я почувствовала такую усталость, что с трудом могла передвигаться. Ноги, и без того не легкие, будто свинцом налились. Я оглядела дело рук своих – руки, кстати, тоже болели и были все в царапинах: сияющие гирлянды, которые Артурчик включил взмахом руки (зря переживала), журчащие фонтаны, цветы повсюду. И не скажешь, что до этого была просто лужайка. Или поле какое-то, черт его знает. В общем, впечатление, что завтра тут будет какая-то свадьба. А ведь еще будут столы со всякими яствами – усатик мне в красках рассказывал, какие блюда были в прошлые годы, а я слушала и слюнями обливалась. Если бы не травка под ногами, пара луж была бы обеспечена.

В общем, до комнаты я добралась совсем без сил и, быстро скинув поднадоевшую форму, плюхнулась на кровать в форме звезды. Хотела было поужинать, но махнула рукой – ну его, этот ужин, желания вставать совершенно не было. И не заметила, как заснула.

А проснулась от дикого звука. Подскочив на кровати и больно ударившись о потолочную балку, рухнула обратно. Кровать жалобно скрипнула и замолчала.

– Что это еще такое?

– Будильник, мур-р-р, – неожиданно раздалось возле моего уха.

Резко выбросив руку вбок, поймала незадачливого гостя.

– Так-так, кто это тут у нас? Салем собственной персоной.

– Да-да, прошу любить и жаловать, – муркнул кот, но тут же заткнулся, ибо почувствовал на собственной шкуре (и не в первый раз, кстати) силушку мою богатырскую.

– Итак… – начала я.

– Итак, – осторожно, стараясь не делать лишних движений, повторил кот.

– У меня два вопроса. Нет, три! Первый – почему парней в Академии на порядок меньше, чем девушек?

– Все просто: мужчин в нашем мире рождается гор-раздо меньше, чем женщин. Поэтому… – Кот многозначительно глянул на меня.

– Ну? – Я его легонько встряхнула, намекая, что раз сказал «А», надо и «Б» произнести.

– Поэтому у нас распространены гаремы. Ну чтобы у каждой был шанс.

Сказать, что я удивилась – ничего не сказать. Я обалдела.

– Та-ак, все чудесатее и чудесатее. Значит, поэтому студентки красуются перед парнями и стремятся королевами красоты заделаться?

Вспомнила сиреневые патлы Ханны и усмехнулась.

– Ну да, конкуренция-то большая. Первой женой быть лучше, чем восьмой.

– Клевая перспективка. Вопрос второй: почему ты сказал, что отбора никакого нет, хотя я самолично вчера его устроить помогала?

Я еще раз тряхнула кота, который повис у меня в руке грязной тряпкой.

– Потому что отбор этот чисто теоретический. По сути, выбирать-то не из кого. Девственниц у нас тут в Академии не бывает.

– А почему, кстати?

– Ну как же… Правило такое при приеме: девственниц не брать.

– Значит, Тулик Игоряшу наи… прости, обманул?

– Ну… если смотреть с такой точки зрения, то да.

Я захохотала и выпустила кота, который не преминул этим воспользоваться и отбежал в другой конец комнаты. Сел в углу и внимательно следил за моими движениями.

А я по сути и не двигалась, только хохотала. Как представила, что Игорь Морозкович пятый год всех обнюхивает, не зная, что толку не будет, так и не смогла смешинку выплюнуть. Приклеилась она в меня где-то внутри и выходить не собиралась.

В общем, смеялась я долго. Надеюсь, мой хохот Академии не навредил, а то мало ли…

– А почему никто не рассказал ему? Не может быть, чтобы никто об этом не знал.

– Да все знают. – Кот издал звук, похожий на смешок. – Вот только Тулияма на всех заклинание наложил. Обо всем с Игорем Филипповичем говорить можно, а об этом – не получается.

– Ну Тулик, ну хитрец!

Я так им восхитилась, что даже готова была простить парочку прегрешений в отношении меня.

– Ладно, с этим понятно. Теперь вопрос третий, главный. Где мне найти этого петуха доморощенного, Тулияму вашего.

– Драконы не птицы, – обиделся кот. – Они рептилии, ящеры то бишь.

– Да пофиг. Искать-то его где?

– Понятия не имею, – принялся умываться Салем.

– А ты с ним как общаешься?

– Он мне мысленные приказы отдает. А я выполняю.

– Неужели ты никогда не хотел его найти? – Кот отрицательно помотал головой. – На занятии говорили, что он прячется от всех, хотя все видит и слышит. Скажи-ка, кот, велик ли ваш мир?

– Да не очень. Ты себе Землю хорошо представляешь?

– Ну… – Я вспомнила уроки географии в школе, карту на стене. – Приблизительно.

– Пф-ф, тоже мне, ударница. Биологию не знает, в географии не разбирается. В общем, представь себе Австралию.

– Ну…

– Баранки гну. Вот чуть больше вашей Австралии наш мир.

– Такой махонький? М-да, не повезло вам.

– Маленький, да удаленький. Размер иногда не имеет значения.

– А иногда имеет! – отрезала я. – Ладно, с этим разобрались. Вот еще что скажи…

– Ты говорила про три вопроса, а задаешь уже который по счету? Восьмой?

– Ко-о-от! Пасть захлопни и слушай. Иначе раздавлю – мокрого места не останется.

– Ты сначала поймай. Если сможешь.

– Можно подумать, это так сложно. Короче, подумай – очень хорошо подумай! – и скажи: как мне Тулика найти? Как себя, любимую, спасти?

Салем решил последовать моему совету (ну или сделал вид) и задумался. Молчал минуты три. Я ждала. Постепенно закипала, как чайник, но молчала.

– Вспомнил. Легенда какая-то есть давняя об артефакте, который в поисках помогает. Я сам не читал, только слышал.

– Так, это уже интересно. И где ее можно найти, эту легенду?

– Ясное дело, в книгах старинных.

– А книги где?

– Ну так в библиотеке должны быть, где ж еще. А теперь собирайся, красотка, будильник не просто так звенел. Занятия скоро.

Сказал – и был таков. Испарился, лишь дымок белый остался. Вот ведь, подстилка для хомячка. Ладно хоть что-то ценное (наверное) рассказал.

Составила себе план действий: найти книгу с легендой, потом артефакт, с его помощью отыскать Тулияму. Вроде все просто. Ну да, в теории. А на практике… Как представила, сколько времени это может занять, аж тошно стало.

Позавтракать нормально я уже не успела. Только проглотила пару булочек, запила вкуснейшим компотом и помчалась в душ. В прямом смысле помчалась. Стены дрожали, но мне было уже все равно.

В общем, на занятия я ожидаемо опоздала. А все кот виноват, лысый коврик. Однако преподша по биологии – а эта пара у меня была первой – ничего не сказала, когда я протопала к своему столу, лишь проводила взглядом, который жег меня между лопаток. Но хоть Ханны с товарищами не было, и на том спасибо.

Пара оказалась неожиданно интересной. Ну да, тут фанфики не попишешь, приходится слушать и скучать. По большей части. Ведь мне вся эта информация магическая дома не пригодится. Но рассказ о разных магических животных меня увлек. Преподша создавала в воздухе объемные проекции, у нас они голограммами зовутся, показывала на них разные части тела, говорила, как те называются. А еще эти проекции могли свободно перемещаться по аудитории.

Одно такое существо, похожее на зайца, но с четырьмя ушами, густой гривой  и длинным хвостом, оканчивающимся пушистой кисточкой, прискакало ко мне и разлеглось на коленях. А я что? Я ничего. Пусть лежит, не жалко. Не заметила, как начала почесывать животину за одним из ушей, и она заурчала, как самый настоящий кот. Вопросом, как я могу ощущать голографическую проекцию, старалась не задаваться. Мир магический – и точка!

Остальные «животные» тоже разбрелись кто куда, но с окончанием занятия растворились в воздухе, словно их и не было. Жаль, я уже привыкла к своему «зайцу».

Остальные пары были скучными. А вот столовая, как всегда, порадовала обилием блюд. На этот раз я внимательнее выбирала десерты. Не хватало стать серо-буро-малиновой в крапинку. Мне и прошлых крапинок хватило. Надо, кстати, узнать, что за фигня это была. Вспомнив, как кто-то сказал «шоколадная ветрянка», и мысленно поставив себе галочку найти о ней информацию, побежала в библиотеку.

Игорь

В сознание я приходил медленно, выпутываясь из сна, как из кокона. Действительность расплывалась перед глазами, звуки доходили словно через вату. Что вообще произошло? Где я? Что со мной?

Голова раскалывалась так, что хотелось оторвать ее и выбросить. Так бы и сделал, не будь я уверен, что даже в мире магии ее обратно потом не приделать. Так что постарался сосредоточиться и сфокусировать взгляд на чем-то ярком и неподвижном.

Вроде получилось. Ярко-красное пятно постепенно приобрело очертания кресла с золотыми подлокотниками. Обвел глазами помещение – моя спальня. Но как я тут оказался? Последнее, что помню, – это бутылка вкуснейшего вина. А вот которая по счету – уже не помню.

Повернув голову, застонал. Боль прошила голову, прошла по позвоночнику и вернулась обратно. Черт бы побрал это похмелье! «Алка-зельтцер» бы сюда. И тут до меня дошло! Зачем эти таблетки, если есть старая добрая магия?

Кряхтя, сполз с кровати и чуть не упал, запутавшись в сиротливо валявшейся рядом шубе. Как же она мне надоела, ей-богу, кто бы знал! Поскорей бы вернуться домой и выкинуть эту подстилку для бомжа.

Держась за мебель, подошел к зеркалу. Понятное дело, что магии как таковой я не обучен, все-таки с Земли сюда попал. Но кое-чему за четыре года научился.

Сделав пару пассов, вгляделся в отражение. Одутловатость и мешки под глазами сошли, синяки посветлели, кожа разгладилась. И главное – голова прошла. Это ли не чудо?

За время пребывания в Осторесе я если не привык к своему внешнему виду, то хотя бы временно с ним смирился. Однако это не мешало мне «поправлять» внешность с помощью магии. Салонов красоты тут нет, так что приходится выкручиваться. А еще я научился накладывать легкую иллюзию. Причем так привык, что без нее никуда не выходил. Уже и не помню почти, как без иллюзии выгляжу. И вот на тебе – напомнили! Вернее, я сам себе напомнил, но все равно виноваты кое-какие коты и кое-какие девушки в образе бегемотов. Ну и, конечно, главный виновник – Тулияма! Вот бы кому с удовольствием свернул голову не задумываясь. Только где ж его найти, окаянного. Три года искал, на четвертый сдался.

В общем, пришлось мне на себя, любимого, любоваться. Да уж, красота неописуемая. Под стать бегемотихе Снежане. Разве что в другой весовой категории, а так – сладкая парочка.

Вздохнув, наложил иллюзию – образ сразу стал привычным. Осталось только привести себя в порядок и можно идти руководить.

Ванная встретила меня нестерпимым хромированным блеском. Голова тут же попыталась заболеть заново, но я волевым движением руки заставил ее заткнуться. Не время!

Плеснув в лицо воды, с наслаждением ощутил прохладу. Мозги сразу прочистились. А после душа и подавно встали на то место, которое запланировано для них природой. надев свежую одежду, я с отвращением напялил поверх многострадальную шубу и отправился проверять свои владения. Потом попробую вспомнить все, что вчера произошло. И главное – кто меня в спальню притащил. Я сам точно был не в состоянии.

Ни дня без эксцессов в Академии не проходило. Вот и сегодня, стоило появиться в общем коридоре, как ко мне со всех ног кинулась Ялира Петровна. Ей-то что от меня нужно?

– Игорь Филиппович, Игорь Филиппович, подождите!

Я прибавил шаг, делая вид, что не слышу докучливую портниху, но она не отставала. Догнав, дернула меня за рукав, пришлось остановиться.

– Что случилось, донна Субботина? – устало выдохнул я.

– Ну как же. Завтра же Посвящение первокурсников, а наряды не одобрены. Вы же всегда их сами одобряете, Игорь Филиппович!

Она заискивающе смотрела мне в лицо, глядя на меня глазами больного оленя. Как бы ни хотелось послать ее куда подальше, выбора особо не было. Я и правда всегда одобрял наряды первокурсниц. Ну чтобы обнюхивать удобнее. И чтобы не повторялись. Все-таки эстетика не последнее место занимала на этом празднике жизни. Не найдется девственницы (вспомнилась Снежана, и я поморщился), так на красивых молодых нимф полюбуюсь. Хоть какое-то удовольствие.

– Ах, какая женщина, кака-ая женщина, мне б такую, – почти шепотом пропел я.

– Что-что?

Ялира аж подобралась вся и грудь колесом выпятила. Того и гляди целоваться опять полезет.

– Ведите, говорю, наряды одобрять, – громко ответил и заозирался: не слышал ли еще кто моих завываний. Нет, вроде в коридоре никого. Однако это ни о чем не говорило. В Академии я не понаслышке убедился, что у стен есть уши. Причем в прямом смысле слова.

Субботина хмыкнула, прищурилась, но развернулась и пошагала к своей мастерской, я за ней.

Выбирали мы долго. Портниха, как обычно, хотела девиц в какие-то тряпки обрядить, похожие на мешки от картошки. Говорила, что платья из органзы и шелков слишком дорого обходятся. Я лишь усмехался – в Осторесе не существует денег, тем более в Академии. Этакий мирок победившего коммунизма – все либо общее, либо сделано для себя при помощи магии. Поэтому и ткани были бесплатными – их просто создавали маги Академии в нужном количестве, используя какие-то там артефакты. Я не вдавался в подробности. Мне как ректору знать об этом было необязательно.

В общем, в очередной раз (пятый уже!), ударил кулаком по столу, отчего все швейные принадлежности подпрыгнули, а потом в полнейшем беспорядке приземлились (или пристолились? ведь они на стол упали) обратно, и заявил:

– Ялира Петровна, я принял решение. Наряды в этом году должны выглядеть вот так! – Ткнул пальцем в нечто бирюзово-зеленое, полупрозрачное, с вырезом до пупка и разрезом почти до талии. К наряду прилагались серебряные плетеные босоножки и  такой же пояс. – К завтрашнему утру все должно быть готово.

– Но Игорь Филиппович, это же… неприлично, – прошептала Ялира и потупилась, глядя на меня из-под кустистых бровей. Прямо как в песне, что любил слушать мой незабвенный папаня: что ж ты, милая, смотришь искоса, низко голову наклоня? Я всегда пытался представить, как надо так голову повернуть, чтобы такая фигура из Камасутройоги вышла, и не мог. Теперь знаю как. Вот именно так, как Субботина сейчас. Напоминает курицу со свернутой шеей.

– Ялира Петровна, – начал я тихо-тихо, чтобы не спугнуть тишину, ибо портниха все время обсуждения не затыкалась ни на секунду, – мне плевать на ваше мнение. Кто тут, в конце концов, ректор, я или вы?

Голос мой становился все громче, а Субботина втягивала голову в плечи все сильнее. Казалось, что еще немного – и та совсем исчезнет между плеч. Может, оно было бы и к лучшему.

– Вы, Игорь Филиппович! – пискнула портниха и еще больше сжалась, напомнив Бабу-Еху из детских сказок. И ведь такая же хитрая, тьфу.

– Вот именно! – поднял я палец. – Выполнять!

– Есть! – Ялира вытянулась по стойке смирно, а я не оглядываясь вышел из мастерской.

Нужно найти Артура Викторовича, узнать про приготовления к празднику. Может, он поможет мне освежить воспоминания вчерашнего дня?

Искал я Артура долго. Ну вот что такое – когда он не нужен, то тут как тут, а когда нужен – днем с огнем не сыскать. Уже собирался призвать его с помощью магии – по громкоговорителю то бишь, – но он неожиданно явился пред мои очи собственной персоной и тут же залебезил:

– Игорь Филиппович, как ваше самочувствие? Надеюсь, вы хорошо выспались? Как голова? – Он даже пытался ее ощупать, но я отбросил его руки прочь. Еще не хватало. – У нас почти все готово к празднику. Спасибо Снежаночке, она очень помогла.

И тут меня как молнией прошило. Вспомнил! Твою налево и направо, вспомнил! И как бидоны Снежанины у меня перед лицом колыхались, грозя удушить, и как я поперек ее плеча лежал всю дорогу из винного подвала до своей спальни. Да уж, то еще приключение. Ну хоть какая-то от нее польза. Никто бы меня с места дислокации до места назначения не дотащил. А единственный маг, который заклинание левитации знает, сейчас как назло в отпуске по семейным обстоятельствам. Видите ли, замок родовой надо на полкилометра подвинуть. Вот зараза!

В общем, я, конечно, был благодарен этой новенькой, но так не хотелось быть ей чем-то обязанным. Надеюсь, нас никто не видел вчера. Иначе стану посмешищем для всей Академии.

Артур продолжал что-то говорить, я с трудом сфокусировался на его словах.

– …Так красиво! И цветы, и фонарики…

– Это все она?

– Да. Конечно, под моим чутким руководством, но все же. Все готово к празднованию. Не хватает главного – участников торжества.

Артур так радовался, чуть на месте не приплясывал. Хоть ему и не надо было никого искать, он тоже не оставался в стороне – каждый год цеплял какую-нибудь адептку и зажигал с ней до утра. еще и выбирал! И как ему это удавалось? Маленький, плюгавенький, усы накладные, умишко скудный – а поди ж ты, таким успехом у дам, да еще и молодых, пользуется. Только портниха его невзлюбила. Но там свои причины.

– Значит, все готово. Чудненько, чудненько. Тогда завтра все по расписанию.

– Так точно!

Чего это они все сегодня в «армию» ударились? По голове, что ли, кто-то чугуниной стукнул?

Решив не заморачиваться с ерундой, направился в кабинет – предстояла куча бумажной работы. Хорошо хоть магический принтер починили, иначе пришлось бы все от руки писать. А я это страсть как не люблю. То ли дело – диктуешь, на бумаге все проявляется, ты потом только в магпринтер суешь, и готовые листы только ловить успевай.

С бумагами провозился, почитай, до самого вечера. Хорошо, что еду мне по расписанию доставляют прямо в кабинет из столовой, с пылу с жару. Иначе я бы с голоду помер, забыв о завтраке, обеде и ужине.

Только отужинал, как ввалились сначала маги с ворохом тканей, а за ними притопала Субботина. И как начали орать да ссориться! Я в таком шуме даже собственные мысли не слышал, не говоря уже о чем-то другом. Разобраться в причинах скандала даже не пытался, просто закрыл глаза и попытался представить, что лежу в шезлонге на берегу моря, красивая девушка приносит мне запотевший бокал с коктейлем. Я сажаю ее на колени, она заливисто смеется. И тишина…

Тишина, кстати, наступила не в мечтах, а в кабинете. Приоткрыв один глаз, увидел, что вся компания выжидательно смотрит на меня. И чего им надо?

– Игорь Филиппович, только вы можете нас рассудить и принять решение!

Я вздохнул. Конечно, всегда крайний. Все решения на мне. Даром что ректор Академии, а бегут со всякими мелочами, вплоть до трещины на потолке. Ну хорошо, допустим, трещина была не мелочью. Но вот остальное…

– Ну что там у вас еще?

Толпа опять загалдела, я взмахом руки приказал всем замолчать, потом ткнул в ближайшего мага.

– Говорите.

Он начал путано объяснять что-то про ткани, рулоны, нитки, иголки и Ялиру. Остановив поток информации, кивнул портнихе.

– Объясните конкретнее суть проблемы.

– Игорь Филиппович, маги не хотят такой ткани намагичить, как я прошу. А ведь я все по вашему указанию делаю, между прочим. Никакой отсебятины, – проговорила она грозно, уставив руки в бока и взглянув на притихших магов. – Они предлагают хлопчатобумажную, а мне нужны шелка с органзой.

– Так за чем дело стало?

– Так это… много надо, – буркнул самый старший маг и уставился в пол с недовольной миной. – Сколько времени и сил угрохать на никому не нужный праздник.

Понятненько, завидуют. Ничего нового, проходили уже.

– Та-ак, приехали. Каждый год одно и то же. Лентяи! Выметайтесь. И чтобы через час все было сделано, понятно? Вас это тоже касается, Ялира Петровна. Вам устанавливаю срок два часа после того как маги материалы предоставят. Колдуйте как хотите. Всем все ясно? – Дождался кивков и заорал: – А теперь живо все вон!

Махнул рукой – и толпу как ветром сдуло. Дверь захлопнулась.

Благословенная тишина. Из-за этих оболтусов голова снова разболелась, и я решил ненадолго прилечь. Однако оказалось, что слово «ненадолго» мы с моим организмом понимаем по-разному…