Глава 23 · Хлопоты и заботы

Обратная дорога не оправдала худших ожиданий. Солнце почти все время пряталось за облаками, поэтому дышалось легко. Эмми сперва активно делилась планами и впечатлениями. Однако спустя каких-то три часа зазевала, пожаловалась что ее «качает» и, угнездившись поудобнее, заснула крепким сном. Чему Алесия была несказанно рада.

А вот Лайон поехать с ними не смог. Оставались у него в столице какие-то свои дела. Но молодой человек обещал прибыть сразу, как только освободится. Алес не спорила. Ей было даже на руку, что брат задержится в городе. Это давало надежду, что так он точно не пропустит важных новостей.

А она будет терпеливо ждать и продолжать обустройство своего поместья.

Первой подъехавшую карету заметила Агнета. Радостно ойкнув, она бросила в ведро тряпку, которой протирала окна, и бросилась встречать госпожу.

— Вы вернулись! — выдохнула она, стоило Алесии показаться из кареты. — А у нас тут все хорошо! Баню почти уже достроили. Дочка старосты заходила вчера, про какие-то платья толковала. Я никак в толк не могла взять, но она обещалась еще завтра зайти.

Алесия мысленно чертыхнулась. Точно… Дочку Фенела надо же было предупредить, что пошив платьев откладывается на несколько дней. Неудобно получилось.

— А еще… Ой! — Агнета вдруг осеклась и недоуменно уставилась на карету.

Оттуда, с таким же немым вопросом в глазах выглядывала Эмми. На несколько секунд воцарилась тишина.

— Это моя нянюшка — Эмми. — пояснила Алес, помогая старушке выбраться наружу. — Она воспитывала меня с самого детства, и я просто не могла оставить ее одну. Эмми, это моя помощница — Агнета, она позаботится о тебе.

— Стоит ли отрывать от дела слуг… — попыталась было воспротивиться пожилая женщина. — Я могу и сама найти себе какой-нибудь уголок…

— Ну уж нет. — Алесия аккуратно высвободила свой локоть из пальцев старушки. — Разве я могу допустить, чтобы моя любимая нянюшка ютилась словно бедная родственница? Все будет хорошо. Агнета разместит тебя в одной из верхних комнат, поможет умыться, принесет поесть. Тебе нужно отдохнуть с дороги. А я, чуть позже обязательно к тебе загляну.

Девушка выразительно взглянула на Агнету, и служанка поняла ее без лишних слов. Она тут же предложила старушке локоть, и заговорила почтительно, но в то же время сердечно:

— Позвольте, уважаемая Эмми, я вас провожу. Наверху как раз есть подходящая комната, рядом с комнатой госпожи. Всего лишь через одну стенку. И окно там очень удачно выходит на двор, будете все видеть, что вокруг делается…

Перспектива жить в нескольких шагах от любимицы успокоила старушку и та позволила себя увести. А Алесия, наконец, смогла спокойно оглядеться.

С виду все будто хорошо. Школа на месте, дом стоит. В бане, судя по всему, идут отделочные работы. Интересно, как там у кузнеца дела с печью? Надо будет съездить на днях, узнать. Или спросить завтра у Фредики? Должна же она быть в курсе, чем занят ее жених?

Девушка неторопливо обошла двор. Заглянув в кухню, перекинулась парой слов с Иреной. Узнала, что Рглор еще с утра отправился в Паводу, помочь с загонами для телят. Помощница по кухне окончательно перебралась в «столовую» при школе. Эйса Кэрин разрешила Глену сидеть на уроках, но при условии, что тот не будет мешать остальным ребятам.

В целом все хорошо, не считая беды, случившейся с Михалем…

Алесия вздрогнула и вцепилась пальцами в косяк. На творческую натуру Михаля у нее были большие планы.

— Какой еще беды?

Ирена только вздохнула.

— Руки он обварил, госпожа… Рглор очень рассердился, пригрозил, что запрет его в кладовой до самого вашего возвращения. А Михаль после того ни с кем разговаривать не хочет. Второй день под деревом сидит.

Девушка незаметно выдохнула. Главное — жив. А если есть силы обижаться и сидеть под деревом, значит его состоянию ничего не угрожает. Осталось прояснить детали.

— Сперва все было хорошо, госпожа. — начала Ирена, — А через день после того, как вы уехали, ему что-то в голову взбрело. Собрал по сарайкам всякий хлам и принялся возле колодца что-то городить. На все вопросы отвечал — «мол, хочет сделать так, чтобы вода сама поднималась».

Алесия бросила взгляд в сторону колодца. Никаких прорывных для этого времени механизмов там не наблюдалось.

— Дня четыре городил, — продолжала женщина, — А я ж не знала, как у него там все устроено. Вышла воды набрать, а меня еще и сверху водой окатило. Рглор, после этого, лично всё разобрал, а Михаля отправил в столовую к Берсе — помогать. Мол, чтобы не было времени для всякой ерунды…

Ирена пару секунд помолчала. На самом деле, все было не совсем так. Вода не просто пролилась на нее. А вместе с ведром, которое умудрилось содрать кожу на голове.

Невелика беда, но Рглор рассвирепел. Сперва хотел Михаля в том же колодце притопить, а потом, за шкирку, отвел на кухню при школе, громко понадеявшись, что «бабская» работа дурь из него вытравит. Чтобы думал, шельмец, прежде чем такие опасные вещи изобретать.

Однако жаловаться женщина не собиралась. Пареньку и так пришлось несладко, незачем навлекать на него еще и гнев госпожи.

— Вот на школьной кухне он руки-то и обварил. Берса до сих пор переживает. Отвернулась, говорит, всего на миг… — Ирена вздохнула. — Теперь кроме меня, она никого на кухню не допускает. Даже посуду мыть. Вот Рглор и пригрозил запереть Михаля, чтобы ничего больше не натворил.

Алес только покачала головой. Мда… Вот так и оставь поместье на несколько дней. Но к Рглору претензий нет. Случись что, она бы с него спросила. А вот с Михалем обязательно нужно поговорить. Ведь изобретает парень от избытка фантазии, а не со зла.

Осталось только направить его энергию в мирное русло. Так под каким деревом он сидит?

* * *

Михаль сидел под старым дубом. Девушка даже огорчилась. Место хоть и неплохое, но больно уж несимволичное.

— Лучше бы ты расположился под яблоней. — произнесла она вместо приветствия и кивнула на перебинтованные руки. — Сильно болит?

Парень взглянул на нее из-под насупленных бровей.

— Уже нет.

Алесия опустилась на траву. Не смотреть же на собеседника сверху вниз.

— Расскажешь, что произошло?

— Тебе и без меня уже все рассказали. — буркнул он неохотно. — Только вот не понимают они ничего.

— А я очень хочу понять. — девушка сорвала травинку и намотала ее на палец. — Так что там на школьной кухне стряслось?

Михаль стал еще мрачнее. Хмуро взглянул на свои руки, но все же заговорил.

Слушая его, Алес только головой качала, утверждаясь в мысли, что парня нужно учить. Потому что безопаснее ответить на его вопросы, чем ждать, пока он начнет постигать мир опытным путем.

А на школьной кухне, к слову, так и вышло.

Берса, поворчав, что прекрасно справляется и сама, засадила Михаля чистить лук. Не столько из необходимости, сколько желая, чтобы навязанный помощник не путался под ногами. Только вот место выбрала неудачное — близко к плите.

Какое-то время парень покорно чистил лук. А потом заскучал. И принялся украдкой наблюдать за котлом с закипающей водой. Правда интересовал его не столько сам котел, сколько крышка, которая то и дело подскакивала, весело дребезжа.

— … ну я как-то прежде не задумывался, а тут прям в голову въело — чего ей на своем месте не лежится? Решил спросить Берсу…

— И что же она тебе ответила? — заинтересовалась девушка.

— Сказала, что крышкам всегда положено прыгать, когда в котле кипит. Это печной дух так хозяйку подзывает, пока вода не сбежала на огонь.

Алес невольно восхитилась фантазии крестьян. Действительно, когда не знаешь банальных законов физики, приходится полагаться на мистических духов с их чудесами.

— И ты не поверил?

— Ну почему… — Михаль тяжело вздохнул. — Если нет других объяснений, значит так оно и есть. Тогда-то мне в голову и взбрело потягаться, кто сильнее — человек, или печной дух? Ну а чего он ради такой ерунды хозяйку подзывает? Не может чтоль сам котел открыть?

Подумав так, парень вступил в противоборство. А именно — прижал крышку с двух сторон и принялся держать. Дух в ответ вознегодовал, и с такой силой взялся толкать изнутри, что Михаль проиграл.

— А заодно и руки паром обварило. Видимо, чтобы не лез… — Михаль снова взглянул на бинты, поерзал на своем месте и внезапно спросил: — А почему яблоня, госпожа?

— Яблоня? — растерялась Алесия, чувствуя, что не успевает за полетом мысли собеседника.

— Ты сказала, что мне стоило расположиться под яблоней. Почему?

— Ааа… — девушка хмыкнула. — Боюсь, что раньше осени это все равно бы не помогло. Больно уж яблоки пока мелкие. С ними закон всемирного тяготения не откроешь, даже если десяток тебе на голову прилетит.

Как и следовало ожидать, паренек ее не понял. А углубляться в детали Алесия не стала. Она и сама помнила лишь то, что яблоко упало на голову Ньютона, после чего тот открыл означенный закон. На этом ее скромные познания заканчивались. Лучше вернуться к более насущным делам.

— Ладно, с печным духом еще разберемся. Колодец-то чем тебе не угодил?

Михаль только рукой махнул.

Колодец не угодил тем, что больно уж муторно каждый раз с ведрами бегать. Вот если бы только ручку крутить, а вода сама по специальным желобкам на кухню текла.

— Я же все продумал! — паренек сжал губы. — Не решил только, как вода наверх будет подниматься. Точнее не успел… Ээх!

Алес склонила голову на плечо и посмотрела на юношу долгим взглядом. Вот что бывает, когда деятельной творческой натуре не хватает элементарных знаний. Хотя она тоже хороша. Совсем забыла про юного изобретателя за всеми своими делами. Надо это упущение исправлять.

— Думаю, в некоторых вопросах я могла бы тебе помочь.

— Ты? — Михаль наморщил нос. — Не хочу обидеть, госпожа, но ты баба. А у баб только глупости на уме.

Алесия чуть изогнула бровь. Наверное, урожденная аристократка приказала бы выпороть парня на конюшне за такие слова. Но лично ей претила даже мысль о насилии. Нельзя же бить людей за их взгляды. Особенно, когда есть слова.

— Вот, значит, как? — она позволила себе легкий смешок. — Пусть я, как ты выразился, баба. Зато даже я знаю, что крышку над котлом поднимает не печной дух, а пар. Знаю, чего не хватило в твоем механизме, чтобы поднять воду без ведра. Знаю, как сложить лист бумаги, чтобы он далеко летел. Знаю, как дышать под водой.

Михаль набрал воздуха в грудь, но девушка не дала себя перебить.

— И я могла бы все это рассказать тебе.

Юноша тут же закрыл рот и уставился на нее с ожиданием.

— А ты, в ответ, пообещаешь согласовывать все изобретения со мной. И вообще, тебе ни разу не приходило в голову сделать чертеж?

— Чертеж?

— Подробный рисунок с пояснениями и деталями.

Михаль повел плечом и снова помрачнел.

— Не могу я рисовать, госпожа.

— От тебя и не требуются художественные изыски. Хватит простой схемы…

— Нет, госпожа, ты не понимаешь. Я. Не могу. Рисовать. — произнес он раздельно. — У меня сглаз на главной руке.

Алес моргнула. Некоторые местные словечки просто били по мозгам. Оставалось догадываться по контексту.

— Ты левша? — спросила она напрямую и тут же прикусила язык. Вот так и прокалываются на мелочах. Хорошо еще, что Михаль не обратил внимания на ее слова. Ну или подумал, что «левша» — это что-то из аристократического жаргона.

— Главная рука слушается меня хуже, чем вторая. — пояснил парень. — Даже ложку трудно держать…

— Значит рисуй второй, она-то должна быть в порядке?

— А на ней мне еще в детстве дед дверью пальцы перебил. — обыденным тоном произнес Михаль. — Из лучших побуждений, чтобы я начал делать все правильной рукой.

Алесию пробрала дрожь. Она всегда знала, что раньше были более жестокие нравы. Но тут даже не подберешь приличных слов.

— Какое свинство!

Парень кивнул, разделяя ее мнение.

— Поэтому, когда что-то приходит в голову, я делаю это сразу, чтобы не забыть. Правда, все одно… — он сплюнул. — Ничего толкового не получается.

— Еще получится. Просто тебе надо учиться… — Алес немного помолчала, справляясь с горечью. Просто такое время. И еще один искалеченный человек… Но девушке очень хотелось верить, что Михале дремлет гений. Быть может не уровня Леонардо да Винчи, однако в истории хватало и других светлых умов.

На поляну перед деревом вдруг упал солнечный луч. И в этот момент Алесию осенило. У нее же есть школа! А в школе несколько толковых ребят. Вполне возможно, что из кого-нибудь да получится грамотный секретарь. Правда придется подождать, пока они освоят чтение и письмо…

Ну и ладно. Времени предостаточно, а она никуда и не спешит.

* * *

Девушка еще немного посидела с Михалем, рассказала ему про винт Архимеда и агрегатные состояния воды. Надо же засеивать знаниями голову «гения». Других претендентов на эту роль у нее все равно нет.

Взяла с парня обещание, что тот обязательно научится писать. Пусть даже кривыми каракулями — ничего, если приспичит, потомки все разберут. Получила «лестное» замечание, что «для бабы она подозрительно умна».

Правда последнее почти в шутку. Михаль конечно еще ершился, но все же «колючки» немного приопустил.

Оставив паренька размышлять над тем, что узнал, Алесия заглянула в школу и озадачила Кэрин вопросом размещения книг.

Кэрин на миг задумалась, а потом осторожно предложила сложить книги у нее. И просияла, когда хозяйка дома такое разрешение дала.

— Наверное, так и правда будет лучше. — кивнула Алес. — Пожалуй, вы единственная в этом доме, кто сможет правильно позаботиться о них. Правда я немного пожадничала, и привезла около десяти штук. Надеюсь, они вас не стеснят?

— О, что вы! Разумеется нет! — эйсе Кэрин стоило большого труда удержать маску спокойствия на лице. Но сердце восторженно затрепетало.

Десять книг сложенных в ее комнате! Пусть они принадлежат Алесии и ее брату. Главное — их в любой момент можно брать и читать. Из монастырской библиотеки, куда сдавались все честно купленные книги, ничего уже нельзя было получить назад. И выдавали их там крайне редко и неохотно. А тут, такое богатство будет храниться буквально под рукой.

Едва Алес успела договорить с эйсой Кэрин, как вернулся Рглор. Жаловаться на Михаля он не стал, только упомянул вскользь, что некоторые «самородки-самовыродки» едва не угробили своими идеями честной народ. И сразу без перехода заговорил о делах крестьян. В деревнях, к счастью, все было хорошо.

Затем Алесию перехватила Эмми, переживавшая, что «деточка» по вечерней росе ноги мочит. И Агнета была со старой нянькой полностью солидарна:

— Совсем не бережете себя, госпожа.

Поужинав на чистом автопилоте, девушка без сил рухнула в постель. Какой все-таки контраст между скучной городской жизнью, и деятельной жизнью в деревне… И на этой мысли она провалилась в глубокий сон.

* * *

Разбудил ее шелест голосов.

— Лучше не беспокой нашу голубку, вишь как она сладко спит. Умаялась деточка. Пусть еще немного отдохнет.

— Но ведь за полдень уже перевалило… Фредика здесь. Я только спрошу у госпожи…

— Ничего-ничего, подождет крестьянская девчонка, от нее не убудет…

Слова медленно просачивались в сознание.

Крестьянская девчонка? Фредика? Платья!

Алесия рывком села на кровати и открыла глаза. В голове тут же отдалось противной тяжестью. Будто проспала не ночь, а по меньшей мере, дня два.

Эмми укоризненно взглянула на Агнету.

— Ох… понадобилось же тебе оглашенной шуметь. Разбудила ребенка…

Девица виновато потупилась.

— Так ведь день уже давно. Если госпожа будет долго спать, у нее голова заболит.

Алес громко кашлянула, прерывая спор.

— Можете не шептать, «госпожа» все равно проснулась. Более того, она собирается вставать. Агнета, подай, пожалуйста, платье. И передай Фредике, что я скоро спущусь.

Понятливо кивнув, девица умчалась. Старушка все еще топталась у двери.

— Лесюшка, цветочек мой весенний. Давай, я что ли, хоть волосы тебе приберу?

Девушка попыталась отказаться от ненужной помощи, но у Эмми задрожали губы, и Алес сдалась. Ладно. От нее не убудет, если позволит старой няньке себя расчесать.

Пока гребень скользил по волосам, Алесия успела выслушать, что Агнета — вполне милая девочка. Что солнце утром светит прямо в окно. Что если бегать по вечерней росе, то можно заболеть. А вот долго спать — очень полезно.

— Да-да, нянюшка, я поняла.

Вырвавшись, наконец, из цепких рук старушки, девушка отправилась вниз. По пути она размышляла, что Эмми обязательно нужно чем-то занять. Иначе та просто задушит ее своей заботой. Но чем?

Заметив хозяйку дома, дочь Фенела тут же вскочила с табурета.

— Госпожа! Агнета сказала, что вы только проснулись. Я слишком рано?

— Вовсе нет. — успокоила ее Алесия. — Ты как раз вовремя. И еще, извини, что не предупредила про отъезд. У меня просто из головы вылетело, что ты должна была прийти шить платья.

Фредика поспешно качнула головой.

— Что вы, госпожа! Вам ли передо мной извиняться! Я только рада услужить. Батюшка мне даже телегу выделил, а лошадь я сама у Криста забрала. Он все равно из своей кузни носа не кажет. — девица хихикнула. — Такую чудную штуку кует. Я поинтересовалась намедни — что за диковина? А он ответил: «мол, дело важное, не для бабского ума».

Алес только хмыкнула. Вот оно — мужское самомнение во всей красе. Надо бы самой наведаться к кузнецу на днях. Но сперва — платья.

Они поднялись с Фредикой наверх, и крестьянка ахнула, увидев ткань, из которой придется шить.

— Ох… красота-то какая! Но, боюсь, не по моим рукам. Ежель испорчу чего невзначай, вовек же потом не рассчитаюсь.

— Ты же лучшая мастерица на всю округу. — напомнила Алес с легкой улыбкой. — Да и чего-то слишком сложного я не потребую. Вот, смотри.

Достав лист пергамента и чернила, Алесия набросала рисунок. Может не слишком изящный, но вполне понятный. Что-то приближенное к стилю романтизм. Аккуратный верх со скромным вырезом и юбка-колокольчик в пол. Плечи полностью закрыты, рукава чуть ниже локтя. И тайная шнуровка по бокам, чтобы можно было затянуть платье под свой размер.

Конечно, вместо шнурков хотелось бы видеть привычную застежку на молнии. Но Алес прекрасно понимала, что такую штуку она пока не изобретет. Пуговицы тоже не подойдут, больно уж много с ними будет возни.

Обсуждение, в итоге, продолжалось до самого вечера. Фредика, своей дотошностью к деталям, очень напоминала кузнеца. Вот уж точно, идеально подходящая друг другу пара. Хотя дочь Фенела даже переплюнула жениха, когда попросила позволения сшить сперва маленькое платье на тряпичную куклу. Так сказать, образец.

Это было разумно.

Алес такое позволение дала, выделив на это дело кусок дорогой, но не самой красивой по цвету ткани.

А вот от идеи украсить лиф вышивкой пришлось отказаться. Фредика совершенно не умела вышивать. Более того, в среде крестьян такие изыски просто не одобрялись. Женщина должна шить одежду и вязать. А излишнее украшательство одежды говорит не о мастерстве, а о лени. Ведь за время, пока расшиваешь какой-нибудь ворот, можно сшить лишнюю рубаху. И переводить впустую нитки хорошая мастерица тоже не станет.

Такой уж местный менталитет.

Когда солнце покатилось к горизонту, Фредика отбыла, прихватив пергамент и отрез ткани. Заодно девица предупредила, что на опытный образец у нее уйдет день или два.

— Я постараюсь побыстрее, госпожа. А основное платье буду шить здесь у вас. Чтобы в избе случайно не спортить.

— Можешь на это время переехать к нам. Свободная комната найдется. — предложила Алесия. На что дочь Фенела замотала головой.

— Простите, госпожа. Но незамужней девице нельзя ночевать вне дома. Меня же батюшка за такое безобразие просто прибьет. Да и не так уж сложно приезжать к вам каждый день.

Алесия пожала плечами, но настаивать не стала. Для вечно занятой крестьянки, такие поездки туда-сюда вполне могут считаться передышкой от постоянных дел. Знай, сиди спокойно в телеге, и иногда цокай языком, подгоняя лошадь.

Распрощавшись с девицей, она подняла голову и посмотрела на золотистое, с алыми полосами небо. Какой неожиданно короткий получился день. И, откровенно говоря, не слишком продуктивный. Только и успела — выспаться и обсудить платья.

Надо бы поручить Агнете, всегда будить ее до того, как высохнет роса. Девушка усмехнулась, поймав себя на мысли, что все больше проникается привычками этого мира. Расстояние измеряет не в километрах, а в днях. Время определяет по солнцу. Да и окружающими командует, как самая настоящая госпожа.

И уже странно вспоминать, что еще не так давно ее звали Ирой…

Алес встряхнула головой, отбрасывая отвлеченные мысли. Просто психика подстраивается под окружающую обстановку — это нормально. Зато характер остался свой, родной.

И на этом, пожалуй, можно закончить минутку рефлексии. Лучше наметить список дел на ближайшие дни.