Глава 7 · Гады — в любом мире гады

Удивительно, но о решении короля слуги уже знали. Быстро же новость расползлась. Нет, напрямую у бывшей госпожи никто и ничего не спрашивал. Но постоянные вздохи, сочувственные (и не очень) взгляды. Скромное бормотание за спиной.

— Эх-ма… Вот же как вышло… — Ронал чесал затылок и смотрел щенячьими глазами. — А мы уже и супчик сварили, госпожа. Может желаете отобедать?

Ира желала. После встряски в виде развода, она не то что супчик, готова была съесть жареного быка. А впереди ждал еще целый вагон дел. И для начала стоило определиться со слугами.

Мужчина в хозяйстве — это конечно хорошо. Но от шести женских рук, толку будет гораздо больше.

— Ронал?

— Да, кхм… госпожа. — мужчина замер на пороге.

— Его величество позволил мне забрать с собой несколько слуг. — Ира прищурилась, — Что ты на это скажешь?

— О-ох… — Ронал даже крякнул. — Конечно. Но простите за дерзость, госпожа, я никак не могу. Я при семействе Кьярти уже около сорока лет, и слишком стар, чтобы срываться с места.

— Ну что ты, — девушка подавила улыбку. Кто бы сомневался, что каждый будет считать ценным специалистом именно себя. Хотя Ронал — человек вроде бы неплохой. Даже жаль расставаться. — Я же понимаю, что только на тебе тут все и держится. Если уедешь со мной, то господин барон никак один не справится.

— Благодарю, госпожа. — мужчина поклонился еще раз и выскользнул за дверь.

Должно быть, пошел за супчиком. Ей-богу, складывается впечатление, что для Ронала самое главное — накормить (теперь уже не свою) госпожу.

В ожидании обеда Ира прошлась по комнате, пошуршала платьем и выглянула в окно. Вид средневековой улицы больше не вызывал отвращения. И дома не такие уж страшные, люди же тут как-то живут.

Мужа над ней больше нет. Зато есть деньги, знания и уверенность в себе. Раз уж в родном мире не успела добиться карьерных высот, то почему бы не попытаться здесь?

И надо привыкнуть к новому имени. Хотя девушке оно не слишком нравилось. Никакой звонкости, словно шелест по осенней листве. Алесия. Леся… Пожалуй нет. Если сокращать, то лучше до Алес.

— Госпожа?

Голос служанки застал ее врасплох. Алес так и подскочила на месте.

— Я принесла обед. — Агнета поставила на круглый столик уже знакомый поднос и теперь мялась, будто не решаясь о чем-то спросить.

Алесия вопросительно подняла брови.

— Ты что-то хотела?

Служанка переступила с ноги на ногу и кивнула.

— Ну так говори.

— Госпожа… Вам же все равно полагаются слуги. — произнесла она еле слышно, а потом взмолилась с неожиданной решимостью. — Прошу, заберите меня с собой! Я к любой, даже самой грязной работе способна. И готовить могу, и стирать.

В первые секунды Алесия даже растерялась от такого напора. Затем задумалась. В целом, она была только за. Но почему служанка хочет покинуть привычный и уютный дом? Девушку охватило смутное чувство, что что-то здесь не чисто. Как бы узнать?

Агнета крепкостью характера не отличалась. Хватило пары наводящих вопросов и одного, буквально в лоб, чтобы девица расклеилась и жалобно заморгала.

— Госпожа, я не смею… Вы расстроитесь.

Вот как? Не разгневается. Не впадет в ярость. А всего лишь — расстроится? Алесия с некоторой неприязнью подумала о предшественнице. Неужели та была такой тряпкой? Придется балансировать, чтобы не вызывать подозрения у слуг.

— Конечно расстроюсь. Может даже поплачу в подушку. Но переживу. — внезапно смягчив голос, она погладила служанку по плечу. — Агнета. Я была бы только рада, взять тебя с собой. Но мне нужен человек, которому я могла бы безоговорочно доверять. А ты уже сейчас запираешься. Вдруг тебя подговорил мой супруг…

— Что вы, госпожа! Совсем нет! — выдохнула девица. — Напротив…

Суп постепенно остывал. Но Алесия старалась не обращать внимания на чувство голода. Сейчас куда важнее — разговорить девчонку. И ей это удалось.

Опуская глаза и понижая голос до шепота, Агнета принялась рассказывать. А когда закончила, Алес едва зубами не скрипела. Бывший супруг заслуживал пинков не только по самолюбию. Но и по другим стратегическим органам.

Агнета служила в доме Кьярти чуть больше шести лет. Система найма слуг вообще была интересна. Никаких увольнений по собственному желанию тут просто не предусмотрено. Нанимаются сразу на пять, десять, пятнадцать лет. И до истечения этого срока, уйти можно только возместив жалование за все минувшие годы.

Посмел тратить на себя и не откладывал? Тогда работай дальше, если не хочешь попасть в тюрьму. Однако люди идут. Потому что это какая никакая, но стабильность. И тем, кто отслужил в одной семье более сорока пяти лет, до самой смерти потом выплачивается жалование. Такая вот, своеобразная пенсия. В знатных семьях вообще держатся целыми поколениями. И просто с улицы, к какому-нибудь графу или герцогу никогда не попадешь.

Агнете повезло, она вообще лет с десяти работала в лавке зеленщика. Родителей не стало, а выживать как-то надо. Там ее и приметила Софла. Барон как раз женился, купил в городе еще один дом, а на новую прислугу выделил так мало денег, что пришлось Роналу подыскивать кого попроще. Без рекомендаций. Вот девчушка и пошла, не веря своему счастью, сразу на десять лет.

И первое время все было хорошо. Крыша над головой, еда каждый день.

— А два года назад… — Агнета больше не поднимала глаза. — Мне исполнилось шестнадцать…

Начав догадываться, куда свернет разговор, Алесия сжала пальцы. О нравах средневековья она была наслышана. Как и о правах господ.

— Барон начал оказывать тебе знаки внимания? — ее голос перешел на шепот. Только бы не сорваться.

— Простите госпожа, прошу вас, простите! — служанка сжалась. — Только я никогда! Вы же сами помните, что всякий раз, когда господин барон бывал здесь, я старалась далеко от вас не отходить. И шторы меняла, и вещи перекладывала. И то ваше платье… Это я его надорвала, чтобы потом сидеть зашивать до самого вечера, но быть при вас.

Алес нахмурилась.

— Почему ты сразу мне не рассказала?

Хотя понятно, почему. Разве у тихой баронессы была над своим мужем хоть какая-то власть?

— Я не смела, госпожа. — пролепетала Агнета. — Просто старалась держаться подальше от его милости. Но теперь, когда вы уедете, господин барон меня точно не оставит. А Лари потом за это со свету сживет. — ойкнув, она закрыла рот ладонью.

— Лари? — недобро прищурилась Алесия. — Мой супруг волочился и за ней?

Служанка икнула и отвела глаза.

— Я не знаю, госпожа.

Девушка ей не поверила. В груди что-то противно екнуло. Если бывший супруг даже в пределах одного дома за каждой юбкой увивается, то за его стенами и подавно не будет сохранять целомудрие. Оставалось надеяться, что с такой активностью, он пока никакую болезнь не подцепил. Или… развелся-то он с баронессой из-за бесплодия.

Алес передернуло. Сгнить заживо в средневековье — ей не улыбалось. Даже если потом повезет переродиться в более удачном мире, страдать-то сперва придется здесь. Да и… где гарантии, что в следующий раз ее не занесет в какую-нибудь древнюю Африку?

Думать об этом было откровенно неприятно. Оставалось верить в лучшее.

— Не трясись так. Поедешь со мной. Этому уро… — Алесия кашлянула, — господину барону я тебя не оставлю. Можешь собирать вещи.

Служанка просияла. В ее глазах теперь явно читалось облегчение.

— Благодарю, госпожа, конечно! Я сейчас же начну все собирать. И платья ваши уложу, как положено, и рубашки. Ничего не забуду.

— Погоди, я имела в виду… — остановившись на полуслове, Алес только махнула рукой.

Ну конечно, разве будет благородная дама сама укладывать вещи? Слуги тогда на что? Надо постепенно привыкать. Только, главное держать себя в руках, и не слишком уж проникаться феодальным духом. Власть штука такая — быстро портит людей.

* * *

Договориться с Агнетой оказалось проще всего. Но на этом удача решила сбавить обороты. Видимо посчитала, что сегодня и так неплохо отсыпала от своих щедрот.

Как набирать людей в доме, где очень ограничен штат?

Софла наотрез отказалась покинуть обжитое место. Ей, де и на родной кухне неплохо. Да и не в ее возрасте куда-то уезжать.

Приглашать Лари, Алесия даже не собиралась. Хватило и того, что девица самодовольно скалилась из-за каждого угла. Будто великая это честь — быть подстилкой барона.

Помощников Ронала — Диона и Стебана, девушка взять не могла. Тогда бы пришлось оставить Агнету. А поступать так, совершенно не хотелось.

Успев смириться, что не получится отобрать у барона много слуг, Алес вдруг вспомнила еще про одну. Хмурую женщину, стоявшую утром в зале. В тот момент было совершенно не до нее, но сейчас… Почему бы не попытать счастья?

Остановленный в коридоре Ронал, задумчиво почесал затылок.

— Ирена чтоль? Она всего лишь прачка, госпожа. Да и сынишка у ей совсем плох, куда больного ребятенка тягать в деревню?

Однако путь в «постирочную» все же указал.

Спустившись по узкой лестнице, Алесия оказалась в темном помещении, чем-то напоминающим подвал. Удушливо-влажный воздух обволакивал со всех сторон. Пахло кислой золой и паром. Узкие окна под самым потолком давали свет, но совершенно не способствовали вентиляции.

В таких условиях не то что работать, даже просто находиться — вредно для здоровья. Ирена обнаружилась здесь же. С угрюмым видом, она помешивала содержимое большого котла.

Алес замедлила шаг, украдкой разглядывая женщину. Ну что сказать. На вид Ирене было около тридцати. Для этого времени вполне так средний возраст. Уголки губ чуть опущены, между бровей глубокая складка. Лицо уставшее. Из-под платка выбилась прядь черных волос и прилипла к вспотевшему лбу. Высокая, худая. Кожа на руках очень грубая, видимо от постоянной тяжелой работы.

Почувствовав чужое присутствие, женщина подняла голову.

— Госпожа? Не след бы вам здесь находиться.

Ее глухой голос звучал абсолютно равнодушно. Она не ждала бывшую баронессу, но и не удивилась ее приходу. Женщине было просто все равно. Алесия подошла чуть ближе, отмахнувшись от тянущегося к лицу пара.

Вообще, она собиралась сразу заговорить о деле. Но только сейчас до девушки дошли сказанные Роналом слова.

— Ирена. Я слышала, что у тебя ребенок болеет? Может могу чем-то помочь? Вызвать доктора, или…

— Не надо госпожа. — остановила ее женщина. — Лекарь уже был. Дело безнадежное. Но спасибо за заботу.

Голос Ирены будто не изменился, но Алес буквально кожей ощутила скрытую за ним тоску. И противное чувство бессилия.

— Что же с ним?

— Детская хворь от медленной крови в жилах. И недостаток жизненных сил. Это не лечится ни травами, ни молитвами. Я пыталась…

Диагноз звучал не слишком информативно. Медленная кровь — это вообще как? А методы «лечения» и вовсе не внушали оптимизма. Если так лечат всех, то лучше здесь не болеть. И все же, девушка чувствовала настоятельную потребность хоть как-то помочь. Правда она не врач, но что-то же помнит из своего мира.

— Ты позволишь на него взглянуть?

Теперь Ирена смотрела настороженно. Но спустя несколько секунд кивнула. Видимо рассудила, что хуже все равно уже не будет.

Каморка для прачки была тут же. Отделяла ее от зала только хлипкая дверь. По сути, это была даже не комната, а всего лишь отгороженный ход. Узкий, длинный, где хватило места только на две кровати. И оконные прорези под потолком.

Алесию даже передернуло. Разве можно вот так жить? И уж тем более держать в таких условиях больного ребенка? Сам ребенок, к слову, обнаружился на дальней кровати. Под целым ворохом одеял.

Это оказался мальчик лет четырех-пяти. Худенький и очень бледный. Под его глазами залегали темные круги, что придавало малышу еще более изможденный вид. Ребенок равнодушно смотрел в потолок, и только при приближении гостьи, немного зашевелился.

— Тише, Глен. — поспешила успокоить его мать, — Это просто наша добрая госпожа пришла тебя навестить.

Алес шагнула к кровати, ощущая в горле болезненный ком. Она не слишком любила чужих детей, шумных, вопящих в общественных местах. Иногда позволяла себе циничные высказывания… Но сейчас душу переполняла только жалость. Тельце, в котором еще теплилась жизнь, смотрело на нее слишком серьезными глазами. Будто не ребенок, а маленький старик.

— Тебя зовут Глен, да? — произнесла она, только чтобы не молчать.

Мальчик с усилием кивнул.

— А меня Алесия. Еще утром я была баронессой, а теперь вот… — девушка присела на край кровати.

— А я раньше бегал. — доверительно сообщил ребенок.

От этих простых слов, к глазам подступили слезы.

— Почему же ты сейчас не бегаешь? — она погладила тонкие бледные пальцы.

— Не могу. Лекарь сказал, что у меня слишком медленная кровь. Он даже думал, что я не доживу до весны.

Странно было слышать от ребенка такие горькие слова. Глен не жаловался, он просто повторял то, что запомнил. Позади судорожно вздохнула Ирена и отвернулась, закусив край платка. Алесия сморгнула выступившие слезы.

— Но ты дожил. Значит ты молодец. А когда поправишься, то еще и этого лекаря переживешь.

Мальчик слабо улыбнулся. Алес внимательнее вгляделась в его лицо. И приходило понимание, что даже если бы она оказалась медиком, то максимум сумела бы поставить диагноз. Но как лечить? При отсутствии анализов, капельниц и необходимых лекарств.

— У тебя что-то болит?

— Нет. Я просто слабый. — Глен приподнял руку и уронил ее обратно на кровать. — Мне все тяжело.

Девушка закусила губу. Ребенок явно нуждался в лошадиной дозе витаминов и солнечном свете. Она никак не могла вспомнить, что такое рахит, но как минимум анемия у мальчишки точно была. Мысли о действительно серьезных болезнях, она постаралась отогнать.

— А ты когда-нибудь был в деревне? Видел живых гусей и телят?

— Нет. Но я знаю, что теленок, это сын коровы.

Утомившись от долгого разговора, Глен прикрыл глаза.

Алесия повернулась к Ирене.

— Ребенка надо наверх, в более чистые комнаты.

— Его милость не позволит, госпожа. К тому же, Глену очень неспокойно, когда меня нет рядом. А так, я могу в любой момент подойти.

— Он такой худой, я не знала, что вы живете впроголодь.

Взгляд женщины потемнел.

— Госпожа, мы не жалуемся. И еда у нас с общей кухни. Просто Глен почти ничего не ест. Иногда даже напоить его жидким супом очень нелегко.

Поняв, что от долгих разговоров толка особо не будет, Алесия резко встала.

— На днях я уезжаю в деревню. И забираю вас с собой.

— Не думаю, что господин барон позволит…

— Мнение «господина» барона меня не интересует. Попробует возразить, я ему глаз натяну на… — вовремя прикусив язык, она исправилась, — На глобус. Послушай, Ирена. Даже если вылечить Глена нельзя, ты хочешь, чтобы он провел свои последние месяцы, наблюдая грязный потолок? А в деревне у него будет свежий воздух, он сможет увидеть звездное небо, погладить каких-нибудь цыплят.

Мальчик с трудом приоткрыл глаза.

— Цыплят? Желтых и пушистых?

— Да. — кивнула девушка. — Мы постелим тебе одеяло под деревом, а они будут бегать вокруг. Если найдется особо нахальный, то может даже клюнуть тебя в нос.

Глен издал сдавленный звук, отдаленно напоминающий смешок.

— Я бы хотел.

— Вот и ладушки. Дня через три поедем. А пока постарайся хорошенько кушать, чтобы набраться сил перед дорогой.

Ирена, кажется, хотела сказать что-то еще. Но видя, как оживился сын, передумала. Ради его благополучия она была готова на что угодно. Даже жить среди крестьян, если бы это могло хоть как-то помочь.

— Госпожа… — мальчик на миг прикрыл глаза, справляясь со слабостью. — Что такое глобус?

Алес потерла нос. Упс. Угораздило же ее ляпнуть, не подумав. В этом мире земля, быть может, вообще плоская.

— Я тебе обязательно расскажу. Когда приедем в деревню. Договорились?

Глен посмотрел на нее задумчивым взглядом, а затем медленно кивнул. Ему было очень интересно, но мальчик умел ждать.

* * *

Будь ее воля, Алесия уехала бы еще на следующий день. Но переезд дело хлопотное. В любом из миров. Требовалось уложить вещи, нанять длинную карету с повозкой. В итоге вся эта канитель растянулась на три дня.

Узнав, что Ирена согласилась последовать за бывшей баронессой, Ронал долго сокрушался. Не так-то легко найти приличную прачку за три аргена в год. А платить больше господин барон точно не станет.

Алес только пожала плечами. Проблемы барона ее волновали мало. А вот то, что сто аргенов передадут через опекуна, девушке вообще не понравилось. Где гарантия, что деньги дойдут до нее? Однако спорить с законами, которых даже толком не знаешь — дело гиблое.

Теперь для нее все упиралось в порядочность некоего Лайона. В качестве запасного плана, Алесия подумывала продать пару платьев где-нибудь по пути. Или что-нибудь из драгоценностей. Жемчуг и серебро всегда были в цене. У нее же, имелась целая шкатулка подобных побрякушек. Хоть и небольшая.

А вот сундуков с одеждой оказалось всего два. И это заставляло задуматься, что на баронессе капитально экономили. Даже в родном мире у самой Иры шкаф от вещей просто не закрывался. И это не считая теплой одежды, обитавшей в кладовке.

Кстати, почему одежда вообще хранится в сундуках? Ни у кого не хватило фантазии изобрести шкаф? Не говоря уже о дорожных сумках.

Если так, то она это дело быстро исправит. Должен же на четыре деревни быть хоть один приличный плотник? Или, на крайний случай, просто рукастый мужик. Главное, чтобы умел обращаться с местным инструментом. А уж идеями нормальной мебели она его обеспечит.

К вечеру третьего дня все было готово. Ронал отрапортовал, что на рассвете прибудет повозка. Алес кивнула. Ну и хорошо. Как она уже знала, дорога может занять от двух до четырех дней. Можно и быстрее, но это только верхом. Придется немного потерпеть. И скучать по оставшейся в будущем машине.

Девушка прошла по комнате и задержалась у окна. В голове все еще царил легкий сумбур, но уже не такой, как в первые дни здесь. Однако о новом мире (да и о себе самой), она пока еще знала слишком мало.

Но дорога долгая, ехать скучно. Поэтому Алесия не сомневалась, что хоть одну из служанок ей удастся разговорить. Что-то же они знают? Наверняка ведь сплетничали о хозяевах.

— Госпожа? — в комнату заглянула Агнета. Лицо у девицы было встревоженным.

Алес подняла голову, отвлекаясь от своих мыслей.

— Что такое?

— Там это… — служанка потопталась на месте. — Приехал его милость, господин барон.

— Ммм… господин барон говоришь?

Девица поспешно закивала.

— Что ж. Хорошо. Очень даже хорошо. — Алесия прищурилась и одним щелчком сбила с платья приставшую пылинку. — Побудь пока здесь. А я спущусь. С моей стороны было бы крайне невежливо уехать, и не попрощаться.