Глава 11 · О сколько нам открытий чудных, готовит просвещенья дух!
Лешка, внук управляющего, стихийно спасенный мной, оказался замечательным мальчишкой, общение с которым доставляло мне радость. Дети — они как солнечные зайчики. Если родители не напортачат.
Здесь с родителями все было хорошо. Мальчишка по ним скучал, но знал, что осенью они его заберут от бабушки и дедушки и он пойдет в местную школу. В смысле, в школу в столице, где жили и работали его родители. Отец в каком-то министерстве или ведомстве, а мама — в одной из столичных больниц. Как я поняла тут женщины редко работают, так что мама у Леши если и не уником, то все равно редкость. Иван Дмитриевич обещал познакомить с дочкой, когда они приедут навестить Лешу в следующий раз.
Пока Леша отрывался как мог. Дружбы с местными деревенскими мальчишками не сложилась, гувернантка тоже не впечатлила, а тут я такая непредсказуемая, с кучей идей как можно провести время. Все же ему было скучновато, мне тоже, а минус на минус дал плюс. Большой и толстый плюс.
Я не успела дать дочери все то внимание, что хотела, внукам — пыталась, но они как-то очень быстро выросли. Я даже не заметила. Поэтому с Лешиком мне было интересно, занимательно и непредсказуемо.
Вроде бы ребенок, шести с половиной лет, а иногда такие мудрые мысли выдавал… Хоть стой, хоть падай.
Кстати, его тоже Алексеем зовут, как и моего зятя.
Например:
— Знаешь, тетя Аля (мы договорились с ним, что я не госпожа, не светлость и не любое другое слово), у меня лучшие родители и бабушка с дедушкой в мире.
Потом это чудо задумалось и сделало вывод:
— И я лучший.
Мне осталось только согласится, что я и сделала.
— Тетя Аля, а почему ты меня Лешей зовешь, а бабушка говорит, что меня надо звать Алексеем.
— Извини Леш, но до Алексея ты не дорос. Стал бы Алексей на спор прыгать в пруд только потому, что деревенские ребята тебя дразнили? Алексей бы не стал, а Лешка — спокойно.
— Вот подрасту, и всем им задам.
— Нее, брат. Подрастёшь и ответственность будет другая. Ты за них отвечать уже будешь. Ты же сам говорил, что хочешь стать офицером. А офицеры за солдат отвечают. Или будешь как дедушка, управляющим.
— Это я тогда буду все время что-то считать? Не люблю математику, лучше пусть дразнят.
Но больше всего это светловолосое солнышко меня удивило через неделю знакомства.
— Держи, тетя Алия. Я тебе подарок принес.
— Подарок? Очень красиво.
Теперь понятно, что он там так старательно выстругивал на берегу. Деревянное колечко, гладкое, без рисунка. Только убей меня Бог не пойму, как он его соединил и обработал! Здесь шлифовальных станков нет! И даже обычной наждачки я не видела.
— Леша, а у тебя талант. Я бы никогда не смогла такое кольцо сделать.
— Это еще что! Рик сказал, что оно может замки открывать. Только простые, не зачарованные. Зачарованные — сложно, а я пока не умею…
Ага, так и поверила… Но разочаровывать ребенка и критиковать его подарок — это надо быть совсем нехорошей личностью.
— А Рик это кто?
— Он тебя охраняет, вон видишь рядом с тем кустом.
Я внимательно всмотрелась в совершенно обычный с виду куст орешника. Да нет там никого!
— Не вижу. Совсем.
— Странно, — Лешка задумался и ткнул пальцем в правую сторону куста. — Вот же он! Улыбается!
Я опять посмотрела на ребенка и совершенно отчетливо поняла, что у парня есть дар. В этом мире магия иногда так проявлялась, в виде семейного дара, дара по крови. Вот похоже у Лешки и проснулась видеть то, что не видят другие. Надо с Иваном Дмитриевичем поговорить.
— Леша, может у тебя просто дар такой: видеть невидимое, а у меня его нет.
Лешка задумался и откусил от местного яблока, которое он держал в другой руке. В конце концов у него все карманы ими забиты.
— Может. У папы такой дар. Он еще на работе с ним работает.
На работе работает? Интересное выражение. Минуточку, а в каком ведомстве папа служит? Иван Дмитриевич никогда не говорил, а я особо не выясняла. Похоже помимо дара внука, надо будет с ним еще поговорить и о зяте. Ни у моего ли свекра работает тот, кто может видеть невидимое?
Но у ребенка мы спросим другое.
— Ты уверен, что кольцо замки открывает?
— Уверен. На своей комнате проверил. И на буфете, который бабушка закрывает. С конфетами.
— И ты мне такую ценность отдаешь?
— Во-первых, у меня еще есть, — и мальчишка показывает мне руку, где на указательном пальце такое же кольцо, только почему-то другого цвета. Другое дерево? Металл? Пластик?
Опять куда-то не туда занесло.
— А во-вторых, ты мое кольцо приняла. Я вырасту и на тебе женюсь.
Здрасте, пожалуйста!
— Леша, не получится, я уже замужем.
— Да? А почему тогда твой муж не рядом? Вот у меня папа всегда рядом с мамой, а она рядом с ним, поэтому меня на лето к дедушке и отправили. Ты уже почти две недели живешь, а он тебе даже письма не написал. И самого нет. Значит ты не замужем. Вырасту и женюсь!
Устами младенца, как говорится.
— Леша, давай пока до школы доживем…
***.
После несчастного случая, родители примчались из столицы на целую неделю. Благодаря этому внеплановому отпуску мы и познакомились. Михаил Федорович и Евгения Ивановна Астаховы оказались милейшими людьми. Михаил Федорович, потомственный дворянин, женился по любви, что немного осложнило его отношения с родственниками. Правда узнала я об этом не от них, а от Ирины. И хотя слухи могут быть далеки от правды, но на мой взгляд слуги всегда видят и знают намного больше, чем думают те, на кого они работают. А мне всегда удавалось наладить контакт с людьми.
Теперь не только родители, но и дедушка с бабушкой глаз с парня не спускали. Правда попеременно, потому что я все-таки заставила Иван Дмитриевича объяснить мне экономику поместья: на что живем, на что тратим, нужна ли моя помощь? Удивившись такому энтузиазму Иван Дмитриевич мне все подробно объяснил, лучше, чем самые продвинутые мои наставники в прошлой жизни.
Мне всегда везло на хороших людей. И хороших профессионалов. И похоже, что в этом мире тоже. Если бы мне было реально восемнадцать, возможно мне бы захотелось покомандовать, почувствовать свою власть над другими людьми, которые вынуждены меня слушаться. Но мне было чуть больше. Я знала, что такое ответственность за то, чем ты занимаешься, за людей, за результат и если честно хотелось еще немного побыть в «отпуске». Успею еще покомандовать. Зачем ломать систему, которая хорошо работает? Перестраивать процессы под себя? Влезать в тонкости и детали?
Не влезать я бы не смогла. Характер не тот. А так — нет смысла, тем более что я не хозяйка поместья, а жена младшего графа Орлова, которую слуги слушаются, но которой никто не даст устраивать революцию в отдельно взятом поместье.
Ну, не очень-то и хотелось.
После отъезда родителей, Лешка еще терпеливо посидел попеременно с бабушкой и дедушкой целую неделю, а потом начал сбегать ко мне в библиотеку, когда я занималась.
Бабушка с дедом, по-моему, быстро смирились с этим фактом и делали вид, что не знают где мы. Просто теперь слуги приносили нам компот и фрукты не по моему запросу, а каждые час-полтора, аккуратно постучавшись и уточнив не хотим ли мы чаю. Погода стояла жаркая, чаю мы не хотели, а вот купаться после обеда на пруд ходили.
Правда для этого мне пришлось провести маленькую победоносную войну, в результате которой часть пруда была огорожена своеобразными буйками, был построен небольшой домик для переодевания, а на берегу всегда дежурила служанка с огромными полотенцами, по размеру напоминающими парус небольшой лодки и Софья Васильевна, бабушка Леши, под чьим пристальным присмотром мы и купались. Точнее я учила Лешу плавать.
Первые дни экономка регулярно отпаивала Софью Васильевну чем-то успокоительным. Кстати, хорошее успокоительное. Надо будет рецепт спросить. Вдруг пригодиться? Жить-то я планирую долго…
Зато после купания Лешка так выматывался, что даже был готов потратить время на дневной сон. А точнее у него просто не оставалось сил на что-то другое.
Правда купаться мне приходилось в специально сшитым для меня купальном костюме. Для купальников тут было как от Москвы до Сибири пешком, но хотя бы в обморок никто не упал, когда я потребовала купальные штаны по аналогии с костюмом для верховой езды.
По вечерам, по прохладе я каталась на лошади. И пусть под плотным контролем охраны и по ближайшим полям, но это и к лучшему. К большим расстояниям моя пятая точка пока была не готова. И так мышцы ныли, причем не только ноги и… понятно какие мышцы, но и мышцы спины.
И этого я понять не могла. Все же осанка у Алии, то есть у меня была хорошая, а тут… Вроде посадку мне тут поставили хорошо. Правда для этого пришлось привлечь ребят из охраны, но после моего подвига по спасению на водах, мне это простили. Во всяком случае от Орловых жалобы не поступали. Впрочем как и учитель по этикету, но я не скучала.
Йога, купание, лошадь, библиотека и дружба.
Под предлогом обучения мы с Лешей читали энциклопедии для детей в библиотеке. Замечательное объяснение: это я не детские книжки читаю! Это я тренирую чтение на иностранном языке с целью подготовки почти семилетнего мальчишки к школе.
А Лешке нравилось прятаться со мной от бабушки и деда, которые чуть было не потеряв единственного внука сначала установили тотальный контроль над парнем. Но потом успокоились.
Всё-таки хорошее успокоительное. Точно нужно взять рецепт!
В один из таких дней мы читали про знаменитого архитектора прошлого Анри де Валуа. Де Валуа был родом из Острикского княжества. И жил в те времена, когда оно переживало свой рассвет и еще не собиралось развалится на три отдельных государства с потерей части территории.
Анри де Валуа был не только архитектором, жившим триста лет назад, но и вообще очень талантливым человеком. Точнее, он был и военным архитектором, проектировавшим несколько крепостей, которые существуют и по нынешнее время, и немного скульптором, немного художником и много-много инженером. Мастером, как здесь говорили. Прямо «Мастер» с большой буквы.
Часы с поющей птицей, сделанные без капли магии и подаренные когда-то антарийскому императору до сих пор считаются чудом инженерной мысли. Во всяком случае повторить их до сих пор никто не сумел. А сам Анри де Валуа — не захотел. Для него это была уже ранее решенная скучная задача.
Но больше всего нас заинтересовал личный символ знаменитого архитектора: королевская французская лилия.
Точнее в моем мире это была именно она, а здесь не было ни королей, ни Франции. А эмблема была.
Но самое забавное, что сидя на диванчике в библиотеке и подняв взгляд, я смогла спокойно полюбоваться этой замечательной лилией на стене ровно между двумя книжными шкафами и над небольшим столиком, на котором всегда стояла ваза с цветами.
Забавно, Антарийская империя похожа на Российскую империю конца 19 — начала 20 века по уровню развития технологий. Только с магией и без революций. Здесь не было многочисленных военных конфликтов, которыми так изобиловал 19 век в моем мире. И по ним я точно не буду скучать.
Дом, а точнее поместье Орловых — классический английский стиль, а лилии на стене в библиотеке — французские! Как будто на каком-то этапе развития наши миры соприкоснулись, как две прямые, а точнее две плоскости в пространстве.
Осталось теперь найти что-то общее с Латинской Америкой и Африкой. Хотя… Каганат: одежда, традиции, пустыня — любая арабская страна! А Шоссию я со скандинавскими странами, правда другого временного периода, уже сравнивала.
Точно — пересеклись.
— Леша, а дедушка тебе не говорил, когда было построено это поместье?
Почему-то мне кажется, что французские королевские лилии здесь неспроста. Вот есть здесь какая-то тайна…
— Нет, но я могу спросить у Софьи Васильевны.
Похоже, что здесь понятия бабушки и дедушки не сильно распространены, точнее Леша всегда называл своих бабушку и дедушку по имени-отчеству. Непривычно, но что поделаешь. Хорошо, хоть маму с папой называл просто «мама» и «папа», а то я уже пугаться начала, что попала на северный полюс человеческих эмоций.
— Спроси. Кстати, а они тебя не потеряли?
— Нее, не потеряли. Софья Васильевна, наверное, опять сидит в холле в кресле с книжкой. Сторожат они меня что ли?
— Нет, Леша. Они тебя очень любят и просто за тебя волнуются. Вдруг ты опять решишь немножечко притонуть.
— Я уже умею хорошо плавать, ты меня научила!
— Умеешь, умеешь, но все же не забудь у бабушки, то есть Софии Васильевны спросить, есть ли книги по истории поместья. Интересно все-таки, вдруг мы с тобой клад найдем.
— Клад⁇
— Клад. Скажи, ты умеешь хранить секреты?
Глазенки у мальчишки загорелись, и он готов был бежать куда угодно, сделать, что угодно, только бы на поиски приключений и клада.
— Конечно умею! Например, я никому не рассказала, что Севу нравится твоя служанка Ирина.
— Ну, вообще-то рассказал. Мне сейчас.
— Это не считается! Ты одна, кому я все рассказываю, потому что, когда я вырасту, я обязательно на тебе женюсь.
— Договорились, жених. А сейчас беги к Софии Васильевне.
— А ты возьмешь меня на поиски клада?
— Конечно возьму!
И не врала ни разу. Есть у меня одна идейка, если получится, все Леше расскажу. Честно-честно. А если не получится, то и рассказывать будет нечего.
Стоило ребятёнку покинуть библиотеку, как я подошла к стене. Точнее сначала закрыла дверь изнутри и прикрыла занавеску, чтобы не бросаться в глаза если кто с улицы решит изучит окна второго этажа. Отодвинула столик и ощупала выпуклую лилию. Подсознательно ожидала, что что-то изменится: сдвинется кусок стены, заскрипят ржавые петли и откроется тайный ход с полуметровыми паутинами, пауками и прикованным к стене скелетом.
Фантазия, развитая кинематографом, у меня по меркам этого мира очень богатая.
Минут десять я ощупывала выпуклый барельеф. Сначала абсолютно безрезультатно. Барельеф, конечно, приятный на ощупь, но он ни на что не реагировал. Может молотком постучать?
Мысль про молоток озвучила вслух. Хорошо, хоть про отбойный молоток в этом мире не знали. Или я просто не сталкивалась с местным аналогом.
В итоге, при одновременном нажатии нижнего правого кончика лилии и верхнего левого, часть кирпичной стенки абсолютно беззвучно отъехала вверх. Шкаф-купе по антарийски.
Паутины нет, ржавые петли не скрипят, атомной бомбы тоже не видно, а вот небольшая шкатулка есть. Хотя, как небольшая…
Чуть меньше формата чем А4 и с той же знакомой лилией на крышке. Здравствуй французская королевская лилия в Антарийской империи!
Хотя если вспомнить мое появление — не очень-то и удивительно. Может я и не первая, и единственная здесь?
Встреча с Создателем миров, конечно, способствует завышенной самооценке, а вот средневековые костры инквизиции подсказывают, что слишком сильно выпячиваться не стоит. В этом мире их не было, но не факт, что с меня не начнут. Поэтому самооценка быстро вернулась к адекватному уровню.
Шкатулку захотелось тут же схватить, но мозг выдавал на одной ноте сигнал «Аларм! Опасность! Опасность! Не суй руки куда не следует!», поэтому взяв со столика один из Лешиных карандашей (не дано мне таланта к рисованию ни в прошлом, ни в этом мире), я не спеша просунула его внутрь небольшого настенного сейфа.
И правильно.
Вдруг откуда-нибудь выдвинутся металлические зубы в три ряда как у акулы и откусят мне руку. А так пострадает только карандаш.
Не высунулись.
Я задумалась, сейф задумался и возможно карандаш тоже о чем-то размышлял, когда я его оттуда убрала.
Пока я внимательно изучала открытый тайник кирпичи опять замуровали стену. Додумалась…
Куда? Я еще не взяла то, что мне надо!
Вдох-выдох, и я теперь повторно применяю одновременное нажатие частей лилии наискосок.
Ура! Сработало! Значит в прошлый раз это было не случайно!
Теперь хватаем шкатулку и выдыхаем. Похоже закрывающего механизма тут нет. Или я его пока не нашла. Но подождав минуту, я убеждаюсь, что сейф-тайник опять превращается в стену. Я даже рукой провела.
Замечательная стена в стиле лофт. И почему при многочисленных ремонтах в поместье стены в библиотеке не трогали? Кирпичи покрасили и все…
Я бы уже обоями, деревянными панелями или чем тут еще модно заделала. А они только красят. Значит знают про тайник?
Ладно мне еще со шкатулкой разбираться.
По весу — я держу в руках дерево, а по ощущениям… Ну не может дерево быть таким холодным и малахитовым! Рисунок, тактильные ощущения, гладкость и холод поверхности — вот вылитая шкатулка, привезенная мне дочерью с Урала! Только Бажовской змейки на крышке не хватает, а так… Но моя маленькая каменная шкатулка весила достаточно ощутимо, а тут чувство, что я в руках бумажный лист держу. Не тяжелее.
Змейки нет, но знакомая лилия на крышке присутствует. Попробуем уже испробованный на стене способ. Нижний кончик, верхний кончик одновременно И…
Сердце бьется как сумасшедшее, раздается тихий щелчок. Открываться крышка не собирается, но теперь я хотя бы могу поднять крышку не используя лом и другие подручные предметы юного взломщика.
Тетрадка. Коричневая.
И это все???
А где драгоценности? Деньги? Артефакты? Да что угодно, в конце-то концов???
Адреналин от находок и успешного вскрытия тайника борется с разочарованием от результата поисков. Что побеждает — пока не понятно.
Кончиками пальцев провожу по обложке, чувствуя малейшие шероховатости и неровности. Какой-то странный материал… Не кожа, а… Не пойму что, но подушечки пальцев немного покалывает, как будто я по кристаллам алмазной мозаики пальцами провожу.
Попробуем почитать? Может самое ценное внутри?
Тайник-сейф закрылся, Леша от бабушки еще не вернулся, время до обеда есть, да и занавески лучше открыть, а то темновато получилось.
Ого, а это дневник. Правда писали его, как курица лапой. Буквы квадратненькие, как будто тот, кто писал только недавно освоил этот навык. До каллиграфического подчерка автору еще ой как далеко…
' 3 березенника.
Ура! У меня сегодня день рождение! Мне исполнилось целых 8 лет и Ася подарила мне этот дневник. Она говорит, что каждая уважающая себя девушка должна вести дневник и что ей тетя Ксения тоже подарила дневник на 8 лет. Значит теперь я стала старше и буду каждый день записывать события своей жизни'.
Ого! Для восьми лет очень хороший слог и даже почти нет ошибок. А то что подчерк не очень, так и мой подчерк приближен к врачебному, то есть понятен только с расшифровкой.
«А Екатерина Андреевна подарила эту шкатулку, говорит она передается у нас в роду по женской линии. Правда, когда я ее спросила почему мне, а не Асе, Ася же старшая, она улыбнулась и прошептала мне на ухо 'вырастешь и узнаешь».
Здорово! У Аси нет, а у меня — есть.
К тому же шкатулка с секретом. Буду хранить дневник здесь! Чтобы Никитка не нашел. Читать он, конечно еще не умеет, но все равно… Мальчишки — такие балбесы'.
Ну, просто мальчишки остаются мальчишками в каком бы возрасте они не были. Только игрушки становятся подороже…
Так, это я уже отвлеклась. Философствовать потом буду, а пока почитаю дальше.
Может Леше потом дать почитать? Показать тайник, найти тетрадь? Можно что-нибудь еще положить. Судя по всему, сами Орловы прекрасно знают про тайник, потому что до этого им пользовался ребенок и скорее всего он, точнее она, не сама его нашла, а из старших кто-то подсказал. Та же старшая сестра Ася, например.
Несколько записей, касающихся Аси, новой гувернантки и приезда родителей. Правда, где они были до этого, не рассказывается.
Потом пустой лист и следующая запись, начинающаяся фразой «Прости мой любимый дневник, что давно не писала» датируется месяцев на пять позже первой записи уже концом лета. Правда непонятно какого года… Может уже и больше времени прошло. Видимо надолго желания быть как «каждая уважающая себя девушка» у ребенка не хватило. В принципе тут всего-то листа три-четыре заполнено и зачем было хранить детский дневник в тайнике?
'Сегодня мне в торжественной обстановке объявили, что заключили мою помолвку с Данилой Раевским. Да какая помолвка вообще? Он старше меня! Ему уже 14! Он худой! Рыжий! И он совсем не похож на пирата!
Я замуж вообще не собираюсь! Зачем мне это все далось! А он еще и не пират…'
В 8 лет? Помолвка? Похоже здесь все-таки прошло какое-то количество лет.
'Я решила бежать из дома. Если мама и папа меня не любят и хотят отдать замуж, то я могу сама справиться. Пусть жалеют потом.
В конце концов я могу устроится юнгой на корабль. Надо только одежду достать и волосы подстричь.
Мальчики косы не носят'.
Смотрите и ведь сбежала! Не далеко, но сбежала. И волосы обрезала под мальчишку. А волосы здесь девочкам с рождения не стригут. Скандал, наверное, был… Скандалище.
«Прости дневник, завтра я уезжаю. После того, как меня поймали на маршрутной станции почти у столицы, папа с мамой решили отправить меня в столичный пансион. Чтобы была рядом, если что, под присмотром. Правда домой там отпускают только на каникулы, а уж сюда раньше летних точно не отправят. Но брать я тебя с собой не хочу. Ты же тайна…»
Так, пожалуй, такое свободолюбивое творчество авантюристу Алексею показывать не следует. Вдруг тоже на побег решиться? Лучше придумаем ему что-нибудь другое. Развивающее. И именно это спрятать это в тайнике. Парню будет такая радость! Целый клад!
А ведь действительно… Надо игру нарисовать. С кругляшками ходов, переходов…
Причем за основу возьмем классику: «Таинственный остров» Жюля Верна. Здесь его точно никто не знает! И в плагиате меня никто не обвинит.
Воздушный шар для побега — плюс пять клеток вперед, нападение пиратов — пропуск хода, постройка кораля — сначала пропуск, а потом плюс три клетки и так далее.
Одна проблема: рисую я так себе. Очень так себе, но что не сделаешь ради ребенка… Хотя, по-моему, Ирина неплохо рисует! Вот и подключим Бэмби к общественно-полезной работе! Не все же ей меня сопровождать и тренироваться в укладывании причесок?
И кто, спрашивается, тянул меня за язык после схемы бассейна, когда я еще и про теплицы начала рассказывать? Дедушка Леши, он же управляющий Иван Дмитриевич вцепился в эту идею — не оторвешь. И хотя зима не скоро, но построить ее уже построили и сейчас экспериментируют.
В принципе, когда меня в прошлый раз немного занесло с купанием в пруду, и я решила обязательно научить Лешу плавать и сделать это самостоятельно, мне просто надо было немного переключить внимание Ивана Дмитриевича с «неподобающего времяпрепровождения». Переключила.
Мне просто стало жалко управляющего. Он разошелся, лицо покраснело. Вроде он и негромко меня убеждал, но я поняла, что еще чуть-чуть и инсульт или то, что его здесь заменяет — ему обеспечен. А оно мне надо? Правильно — не надо. Тем более, что на досуге я еще хотела бухгалтерские книги проверить и там бы тоже хотелось обойтись без сильных эмоций.
Поэтому Ивану Дмитриевичу — теплица и все поместье, Софье Васильевне — литература по поместью и внук, пока мы с Бэмби, то есть Ириной, будем рисовать огромную настольную игру.
Потом я спрячу ее в тайник и вместе с Лешей мы ее обязательно найдем.
А потом будем играть, придумывая новые истории, совмещая Жюля Верна и местную реальность. Должно получится интересно.
Детям нужно организовывать приключения, иначе они находят их сами.