Глава 23 · И все-таки они встретились…
Вы когда-нибудь пробовали убедить одного капитана, двух лейтенантов, трех магов и одного мужа, что без вас на боевой операции они не обойдутся?
Пробовали? И как?
Незабываемые эмоции и ощущения! Но опыт не пропьешь, то есть в другом мире не потеряешь, и проведение переговоров закончилось в мою пользу. Правда после того, того как я повторила нецензурную тираду Смоленского во время обороны шкатулки рядом с озером. Добавив в эту тираду то, что мой муж там же продолжил и расширил.
Собирали меня… Такое впечатление, что для того, чтобы я доехала до озера и показала эту замечательную во всех смыслах дверь, Владимир и Константин Вениаминович опустошили сокровищницу Орловых, да еще и обнесли Императорскую. Так, на всякий случай.
Я чувствовала себя то ли цыганкой, то ли новогодней елкой, потому что столько колец я не носила даже в детском саду, когда в старшей группе нашла моток разноцветной проволоки и накрутила себе «перстней» и «серег» так что в нос можно было вставлять. Видимо уже тогда я чувствовала, что мне это пригодится.
Пока Константин Вениаминович подвозил «снаряды», то есть артефакты из сокровищницы, мы жили в Нитре. Владимир отказался от проживания в казарме, откуда его раньше было не вытащить, и предпочел постоянно находится рядом со мной. И ночью, и днем.
И тут выяснилось, что мой муж не «солдат, который не знает слов любви», а очень даже интересный собеседник. Мы с ним много гуляли и беседовали. Он рассказывал мне об истории и культуре Антарийской империи, причем эта информация прекрасно перекликалось с тем, чему меня учили раньше, но была более личной, что ли. Потому что это была история глазами семьи Орловых: за что и года получили титул графа, чем прославились, с кем общались и кому покровительствовали.
Например, пра-пра-пра-прадед Орлова когда-то покровительствовал Анри де Валуа. Особенно после того, как родственники, тогда еще не великого архитектора, а молодого парня только что поступившего в университет, внезапно отказались от него и ему банально было нечего есть. Именно тогда Орловы помогли ему и появился этот шутейный тайник, который никто и всерьёз-то не рассматривал. Тайник для детей, про который взрослые забыли.
Плюс еще много других интересных исторических подробностей, которые помогли истории и культуре этой страны в моих глазах стать живой, полнокровной и немножечко родной. Как буд-то я ее в школе изучала, потом забыла за ненадобностью, а теперь вспомнила.
Но больше всего мне нравились ночи. Поскольку на каком-то этапе я решила, что быть плюшевой игрушкой, которую прижимает к боку мужчина — это конечно хорошо. Но мало.
Так что мужа я соблазнила сама. Правда он и не сопротивлялся.
Хотя нет. Сопротивлялся. Секунд десять, но это даже не рассматривается всерьез.
Кровать была одна, а планов было много…
* * *
«Дорога, дорога ведет от порога, ведет от порога к мечте голубой».
Ой, то есть к Долине Мертвого огня, которая на мечту не смахивает никак. Ни правым боком, ни левым, ни в профиль, ни в анфас. Поскольку, если честно, это все-таки жутко, когда луг зеленые, кусты колючие, даже деревья есть и тут раз… и черная-черная степь. Если бы не плотная, почти утоптанная до твердости камня земля, то можно было бы назвать эту местность пустыней. Но в пустыне песок, а тут…
Казалось, что эта земля прямо втягивает, впитывает в себя свет от местного солнца, из-за чего даже в полдень над долиной висит грязно-серый туман.
Лошадкам этот туман дико не нравится, а машины на территорию долины почему-то заехать не могут. По словам старожилов, ломались сразу, как только передние колеса заезжали на черно-серую, как будто покрытую углем, землю.
— Что-то мне туда не хочется…
Владимир обнял меня за талию, прижал к себе и поцеловал в макушку. Его сослуживцы уже почти не реагировали на такие прилюдные наши нежности. А это было здесь не принято: аристократизм, этикет и полная закрытость.
А я человек тактильный. Обнимашки мне нужны как воздух. Раньше только Лешка страдал, а теперь предмет приложения моих ручек ощущал мое внимание часто и вне зависимости от наличия рядом посторонних. А сейчас я еще и нервничала, значит дозу надо увеличить. Мне было нормально, да и Владимир быстро к ним привык. Даже как-то чересчур быстро…
— Может ты передумаешь? Ты всегда можешь вернуться в Нитру.
— Ага, добиралась-добиралась, а теперь в кусты?
— При чем здесь кусты?
— У меня на родине это означает струсить.
— Это не трусость, это — безопасность.
— Безопасность будет, когда мы здесь все закроем. Без меня вы дверь все равно не видите.
Владимир обернулся к Аристарху Евграфовичу, который сидя на лошади, держал прямо перед собой знакомую шкатулку.
— Тогда на лошадь. Двигаемся, пока светло.
Да уж, при свете дня все же спокойнее…
* * *
Что ж мне дома не сиделось! Нет, потянуло на подвиги! Мир спасать!
Это была единственная здравая мысль. Остальные были не здравые, а нецензурные. Тараканы свалили в бомбоубежище полным составом и попросили их не беспокоить. Хотя бы до утра.
— Держись позади! Аристарх Евграфович, прикройте!
Где это дурацкая дверь???
Вокруг что-то летало. Между нами и озером стола тонкая силовая стена, но что-то все-таки прорывалось. Слева расцвел огненный цветок и что-то завизжало на уровне ультразвука. Надеюсь, не я.
Точно не я.
— Алия Исмаиловна, подержите шкатулку, пожалуйста, мне бы руки освободить.
Действительно. Надо. Быстро перехватываю у Смоленского, в принципе, свою собственность, которую до этого он не выпускал из рук. Упс…
— Володь, вот она дверь!
Мой мужчина резко повернулся, пытаясь взглядом охватить зону относительной безопасности
— Где?
— Да вот же!
Как ее можно не видеть! Хватаю мужа за руку, в другой руке шкатулка, поэтому я по старой привычке просто наваливаюсь на дверь плечом и падаю, увлекая Владимира за собой…
Мама!
Провалились.
* * *
Странно, обычно я проваливалась в пещеру. Знакомую такую, а сейчас…
Я стою, я точно стою, но почему-то я и лечу… Вокруг белый туман. Но я не одна… Я держу за руки мужчину и даже точно знаю какого.
Взглядам скольжу по его сосредоточенному лицу, потемневшим до темно-серого цвета глазам, напряженной челюсти… Моя кисть сжата так, что еще чуть-чуть и будет больно. Напряжение во всей фигуре.
Он готов к бою.
Под ногами появляется земля, которая резко покрывается травой. Как будто включили быструю перемотку картинки. Без звука. Из тумана выступают деревья и сам туман растворяется, растворяется, растворяется…
И вот мы уже на берегу… Небольшая горная речка, впереди водопад, по бокам деревья… Ветер играет с ветками. Появляются звуки: шелест листвы, падение воды, чириканье местных птах.
Красиво.
— Алия⁇
И откуда это удивление в глазах?
— Да.
— А почему ты по-другому выглядишь?
— Она именно так и выглядела в том мире из которого я его привел.
Да-а-а, умеет Создатель эффектно появляться.
— Так, опыт-то у меня какой!
— Я сказала это вслух?
— Да нет, у тебя просто на лице это написано.
Тяжело вздохнув, я попыталась аккуратно вытащить свою руку из руки мужа. Не получилось. Может и к лучшему. В его картине мира много что поменялось за последние секунды. Только что мы отбивались от озера, которое внезапно решило нас съесть, а сейчас мы непонятно где, да еще и странный мужик рядом.
— Привел? Другого мира?
— Я, конечно, понимаю, что ты жутко крутой чел… то есть создатель, но мог бы на человека не так резко такую информацию вываливать? Все-таки не все здесь такие закаленные, как я.
Я посмотрела на мужа. Зрачки чуть расширены, но не критично. Челюсть сжата, а не отвисла. Удивление, а не паника или ступор. Уже хорошо.
— Владимир, знакомься. Это создатель этого мира с непроизносимым именем. Поэтому я называю его просто Создатель. И ему нужна наша помощь.
* * *
Знакомый смешок. Похоже, Создателю весело.
— Один-один. Похоже ты свою магическую пару быстрее до инфаркта доведешь чем я. Я его конечно удивил тем, что ты из другого мира, но ты своей информацией, что я Создатель этого, его просто добила.
Добила? Просто человек немного удивлен, но я знаю отличный способ возвращения в реальность. Взяв двумя руками за холодные ладони застывшего в ступоре Владимира, я поднялась на цыпочки и поцеловала его прямо в губы. Посреди этого странного, но красивого мира. На глазах у Создателя.
Отвечать он стал не сразу, но через пару секунд я почувствовала явный отклик, а еще через какое-то время одна его рука прижала мой затылок, углубляя поцелуй, а вторая легла на талию вжимая меня в его тело так плотно, что-то, что он приходит в себя, ощущалось очень реалистично. И когда воздуха стало не хватать, и мы, тяжело дыша, застыли, уткнувшись лбами друг в друга, до меня дошла информация, озвученная Создателем ранее.
— Магическая пара? С этого места поподробнее!
— Я, когда создавал этот мир, то ввел такое усиление как магическая пара. Это когда мужчина и женщина могут усиливать магию друг друга. Причем при этом не важно какой дар у каждого. Родовые дары переплетаются, рождая что-то новое и мощное, что можно передать детям. Но пока я отсутствовал, похоже это понятие забылось.
— Оно не забылось, просто это стало мифом, сказкой… В детстве я часто слышал от мамы…
Владимир смотрел на Создателя без удивления или страха, правда, при этом все же сильно прижимая меня к себе. Боялся, что я исчезну?
Не дождетесь! Тут похоже все самое интересное происходит!
Исчезать я пока не собиралась, но реакция мужа мне понравилась. Все-таки не каждый день удаётся встретится с Создателем, узнать, что женат на выходце из другого мира, которая к тому же какая-то мифическая «магическая пара», и остаться в адекватном восприятии реальности. А он смог.
— А как становятся этой магической парой?
На этот вопрос мне неожиданно ответил муж.
— Ей не становятся. Ей рождаются. Только это очень редкое явление. Последний раз зафиксированное около тысячи лет назад.
— Да-а-а? И как оно определяется? Сияние во все стороны? Радуга над головой? Розовые пони вокруг скачут?
Почему-то вариант про розовых пони рассмешил мужчин и снял напряжение, остатки которого все еще висели в воздухе.
— Просто уровень используемой совместно магии растет. Кардинально. Соединение огня и воздуха вместо небольшого огненного шара может привести к огненному шторму. Правда для этого надо ее использовать одновременно, а мы с тобой не пробовали.
— Почему же не пробовали? Очень даже пробовали! Думаете открыть дверь на мой персональный курорт так легко?
Создатель обвел рукой окружающий пейзаж, который вслед за его движением начал меняться. Исчезли горы, трава превратилась в песок, огромные ели — в пальмы, а водопад в море. И наша одежда слегка поменялась. Владимир с удивлением смотрел на шорты, сандалии и яркую гавайскую рубашку, а на мне был легкий сарафан с открытыми плечами и легкие босоножки.
— За мной.
Создатель двинулся к небольшой беседке классического пляжного бара, появившейся за нашими спинами. По-хозяйски наливая, смешивая что-то разноцветное. Напиток в высоких бокалах изумительно пах чем-то тропическим. Да и вкус был потрясающим!
— Никогда не думала, что создатели миров делают такие прекрасные коктейли.
— Оу, у меня много талантов! А я давно не встречал такого человека, которому настолько наплевать на мой статус.
— Мне не наплевать, я очень ценю и уважаю тебя за то, что ты сделал. Твои миры просто потрясающие! Но если я серьезно задумаюсь об этом, то сойду с ума от одной лишь попытки осознать твое величие. Это будет слишком не вовремя. Нам еще мир спасать!
Создатель с точно таким же высоким бокалом уселся напротив, а Владимир в это время потихоньку цедил свой напиток через трубочку с задумчивым выражением лица. Очень задумчивым. Подозрительно задумчивым! А ведь мое ощущение эмоций в этом мире не работало… Так что что у него там сейчас в голове происходит, я даже представить не могла. Надо переключать! Срочно!
— Так что там с магическими парами? Как их «включить»?
— Легко. Соединять свои судьбы надо по любви.
— И все? Просто по любви? Не верю, что за столько лет тут никто по любви не женился, что последняя пара тысячу лет назад была!
— Правильно не веришь. Обычно магические пары очень разные, как плюс и минус, контраст магии, характеров, положений. Магия к друг другу тянется, но не приклеивая людей друг к другу, а давая выбор. Отвернуться, уйти по более простому и легкому пути. Смогли пройти через такой контраст, выстроили отношения, полюбили — получите приз в виде магического усиления. Взаимная любовь и уважение связывают магию и родовой дар, переплетая их и рождая что-то новое, и в то же время развивая старое. Индивидуальные родовые дары когда-то так и появились, переплетаясь с другими.
— Но я женился не по любви!
— Ага, именно поэтому мне и пришлось твою пару из другого мира вытаскивать. Алия славная девочка, но теперь ее ждет другая жизнь: любящие родители и заботливый старший брат. Прошлого она не помнит, только чувствует. Иногда. А какой вырастет — там посмотрим.
— Я очень рада за нее. Девочка заслуживает счастья.
— Его все заслуживают, но не все могут оценить. Некоторые в своей борьбе за счастье просто проходят мимо, не успевая остановится, оглянутся и понять.
— Как я в прошлой жизни?
— Ты действительно хочешь это сейчас знать?
— Ты прав. Не хочу. Прошлая жизнь — это прошлая жизнь. А меня пока и нынешняя устраивает.
И я посмотрела серо-голубые любимые глаза. Все-таки повезло мне с мужем. Повезло.
— К тому же Ходящая по снам — это очень ценный дар. Ценный, но нуждающийся в сильном контроле. Слишком много соблазнов, не уверен, что Алия справилась бы с этим даром.
— Я пока не почувствовала силу и ценность этого дара. Могу лечить, могу защищаться и защищать от ментальных влияний, могу стирать сны, но не могу внедрять ложные воспоминания. В принципе, дар как дар. У ребят в больнице я встречала намного более убойные сочетания. Что такого особенного в этом даре Ходящей по снам?
— Это в этом мире ты всего лишь ходишь по снам и можешь на них влиять. Ты можешь через сны общаться с кем угодно. Можешь в следующий раз мужа на помощь позвать через сон. Или сама прийти на помощь. Тоже через сон.
Красиво звучит. Правда мой мозг зацепился совсем за другую часть фразы…
— В этом мире?
— В этом. А по другим ты можешь ходить. Точка. Ты просто можешь ходить по другим мирам.
— А-а-а-а-а…
Чем дальше в лес, тем веселей медведю…
* * *
Осознание того, что я чисто теоретически могу ходить между мирами проходило сложно…
Информацию я переваривала долго и немного выпав из реальности. Хотя, учитывая, что мы находились в небольшом «карманном» мире Создателя — я и так сильно выпала из реальности. Из любой.
Что тоже требовало осмысления. И бокала с чем-то алкогольным. Не знаю, что мне налили, но это помогло. Не сразу, но мои тараканы вернулись из вынужденной командировки и опять начали наводить свои порядки, первым делом включив работу мозга.
Мужчины терпеливо ждали, пока я приду в себя, негромко обсуждая между собой… футбол??? Почему не гонки?
— Интересная мужская игра, я ее во всех своих мирах продвигаю. А твой муж заинтересовался.
Переведя взгляд с одного мужчины на другого, я убедилась, что Владимир намного быстрее меня воспринял всю имеющуюся информацию. Что ж, пока мне нет необходимости шастать из одного мира в другой, поэтому «вернемся к нашим баранам», как говорят французы.
— На чем мы остановились?
— На твоей ценности. Владимир, ты знаешь, что Каган прислал послание, что готов забрать Алию обратно и взамен прислать трех сыновей? Одного младшего от первой жены. Запасного наследника в заложники. Цени, — это уже мне.
— Ценю, но только что-то девочку не сильно раньше ценили и охраняли. То в подземелье забывают, то травят какой-то подчиняющей гадостью…
— Просто тогда они не знали, что дар проснулся. У матери-то его не фиксировали, только работа с растениями и то слабенько… А про бабушку-то никто и не знал…
Я задумалась. Девочку реально было жалко…
— Хочешь вернуться? — Владимир держит меня за руку, глаза сверкают… Все-таки красивый муж мне достался.
— Шутишь? Да там первая жена Кагана меня без хлеба сожрет… Хотя…
Интересную мысль мне подкинули мои тараканы, которые, похоже полностью адаптировались к изменившейся ситуации.
— Я ведь теперь могу зайти к ней в сон и объяснить, что так делать нельзя. Ведь могу же?
— Ты можешь её закрыть в её сне. И тогда она просто никогда не проснется.
— Кома?
— Кома. А разве ты собираешься на родину? — Создатель пододвинул ко мне блюдо с фруктами и заинтересованно проследил за тем, как я аккуратно выкладываю фрукты друг на друга небольшой пирамидкой. Задумалась.
— Не собираюсь. Да и не обижает меня здесь никто, чтобы была причина рвануть к папочке под крылышко.
— Совсем никто?
Муж молчит, а вот Создатель пытается на что-то намекнуть.
— Ты подкинул мне хорошую мысль. Вернусь, побеседую с несколькими товарищами во сне по душам. Я думаю свекр поможет с конкретными координатами.
— А ты, оказывается, злопамятная.
— Я не злопамятная. Отомщу и забуду.
Мужчины переглянулись и Владимир улыбнувшись пододвинул мне еще один бокал с напитком желтого цвета и украшенным цветком.
— Я помню ту твою танцовщицу, но тут беседы не получится.
— Это почему?
— Из всей цепочки исполнитель-организатор-заказчик процесса разработки и установки ментальных артефактов жив только организатор, и то… Это сложно назвать жизнью…
— Почему?
— Наши специалисты поддерживают в нем жизнь и сознание, пока он дает признательные показания. Заказчик, используя свой родовой дар, повесил на этого человека заклятье, высасывающее жизненные силы. Блок удалось поставить, но не полностью. И все время приходится обновлять.
— А Заказчик жив?
— Дядя императора на днях погиб на границе. Несчастный случай.
— Совсем несчастный… Не стоило ему соваться под траншеекопатель…
— Что?
— Да, так мелочи.
Но это было не все, что мне сегодня предстояло узнать. Видимо Создатель решил выложить все карты на стол. Ну или ему просто было интересно обсуждать футбол с Владимиром, пока я приходила в себя после очередной порции новостей.
— Кстати, Каган разместил заказ на твое похищение. Случайность, но сделал он это именно в той группировке, которая уже имела такой же заказ на тебя. В общем, пока похитители выбирали более выгодного заказчика — ты сбежала. Цели были разные: твой отец хотел вернуть тебя в целости и сохранности, а второму заказчику ты нужна была максимально сломленная и готовая на все, чтобы выжить.
— Выжить?
— Ну не совсем. Просто другой заказчик планировал твое небольшое принесение в жертву…
— Небольшое…
Очень захотелось взять в руки что-нибудь тяжелое… Ну или выругаться так, как будто кирпич на ногу уронила. Начальнику.
— Как обычно, куча крови и холодного оружия…
— И не менее холодный алтарь, — продолжила я, перебирая в голове слова, которыми можно было бы выругаться, но так чтобы никто этого не понял. Слов катастрофически не хватало.
— Как же без этого!
Какая потрясающая радость в голосе! Похоже Создателю точно было не скучно. А меня терзают смутные сомнения… Случайности — неслучайны.
— Твоя работа?
— Возможно.
Взгляд построже и понастырнее. Создателю ведь очень хочется поделиться своими успехами, иначе он бы никогда не раскололся! И взгляд бы не помог.
— Ну, если только немного. Ты же помнишь про тонкую работу? Это не мое. Для тонкой работы мне нужна ты, а мое — это цунами!
— Или крупная облава на местных уголовников?
— Это — нет, — решил откреститься Создатель. — Это они сами справились. Ну, а если возвращаться к началу, вы разлом-то закрывать собираетесь?
— Мы?
Удивление на лице мужа было таким же большим как и у меня. Хорошо, а то я думала, что я одна здесь такая, непонятливая…
— А почему мы?
* * *
Видимо обсуждение футбола благотворно повлияло на общение одного мужа и одного Создателя, поскольку на этот раз первым вопрос задал именно Владимир, а не я. Прогресс, однако.
— Ну про то, что вы магическая пара я сказал? Сказал. Про усиление ваших даров, ну это и так понятно. А учитывая, что связь вы подтвердили — тоже вроде все ясно.
— Связь подтвердили? Какую связь?
Мой вопрос. Чего-то я недопонимаю. От слегка язвительной улыбки Владимира перехватило дыхание и мысль, которая до этого пыталась открыть дверь в противоположную сторону, наконец легко и просто открыла ее туда, куда надо. И тут до меня дошло… Потом еще раз дошло, и я почувствовала, что краснею. Я, бабушка со стажем!
Хотя, что я краснею? Я же не в эротическом фильме снималась! Хотя, куда там такому фильму до моего мужа?
Мне все очень понравилась, и я всем довольна! Неоднократно! И готова повторить! Сейчас разлом закроем и…
— Понимаешь, ты — проводник.
Все эротические фантазии накрылись медным тазом. Помню, помню, мир спасаем…
— Артефакт, а точнее его часть, да, вот этот самый кулон, может вывести тебя на перекресток.
— Перекресток?
— Да. Местами миры пересекаются по тонкой грани. Иногда место пересечения не толще волоса. Кулон выводит на перекрёсток. И то, не всех. Сил не хватит. Предыдущий «открыватель врат» принес в жертву девушку с даром, но не смог пробиться дальше перекрестка. А так как перекресток ощутил эманацию мучений и смерти, то и из всех миров открыл дверь в самый гадостный и мрачный мир. Открыть — открыл, а на закрыть уже не хватило.
— Перекресток разумен? Ведь он сделал выбор?
— Нет. Просто он построен на балансе и равновесии. На смерть он ответил разломом.
— Что-то я не поняла… У нас есть артефакт, у нас есть я и моя магия, а главное добровольное желание эту гадость закрыть. Нам чего-то не хватает?
— Бинго! Почти правильный вопрос. Вам кого-то не хватает. А точнее твоего мужа.
— Меня?
Теперь очередь Владимира удивлённо хлопать глазами, пытаясь понять, что же от него хочет этот жутко могущественный фанат футбола.
— Да. — Создатель смотрел мне в лицо ни на секунду не отводя взгляда. Мой взгляд пытался дёрнуться и перевестись на ухо, потом на грудь, потом хоть куда-нибудь!
Миссия провалена! Только глаза в глаза!
— Ты находишь разлом, ты можешь его видеть, можешь к нему провести, а закрыть может только он, усиленный твоим даром. Магическая пара.
— Мой дар открылся не так давно, и, если честно, я пока не пойму, как именно им пользоваться. Мне проще воздушный молот или лезвия запустить. Чисто физически легче. Я работаю над родовым даром. Но пока не очень.
— Не очень, не очень… Видели бы другие твоё «не очень». Ну смотри… Ты же видишь связи между предметами вокруг?
Небольшая пауза и…
— Да.
— А между событиями?
— Нет. А должен?
— Нууу, значит позже будешь. Обязательно. Нужная в хозяйстве вещь, — и Создатель покрутил кистью руки, — Просто именно ты своим даром сможешь связать все, все что Перекресток тебе даст, все что вы принесете с собой и все чем будете готовы пожертвовать. Связать разрывы. Попробуем?
— Что прямо сейчас???
— А что тянуть? Раньше начнем, раньше закончим. А то у меня там еще чемпионат по футболу… Аррива против Нортумбелленда. Финал трех Империй.
Серьезная причина чтобы поторопиться…
* * *
Начали мы необычно.
Хотя, чего это я придираюсь? Сейчас все что происходит непривычно, нестандартно и странно. Поэтому совсем странно было бы если бы все было обычным.
Создатель не подвел. Сначала он поставил нас с Владимиром друг напротив друга и сказал взяться за руки. Практически ручеек в детском саду или хоровод из двоих людей, или… Вот опять! Когда я волнуюсь — не могу справится с речью. Слова летят неудержимым потоком. Даже если я просто думаю.
Молчать, главное молчать!
— Вы должны держаться друг за друга. Хотя бы одной рукой. Владимир, пока ты касаешься Али, ты видишь то, что видит она. Без этого ты слеп. Аля, а ты не сможешь защитить себя, да и зашить разлом не сможешь тоже. Ты его сила, его глаза, а он — твоя защита.
Защита… Отвыкла я от того, что меня защищают. Но само ощущение того, что против вызовов этого мира я больше не одна — мне нравиться.
Да что там нравиться! Я в восторге!!
Смотря в лицо мужа, я пыталась охватить весь его образ. Глаза, цвета северного моря, в которых хотелось утонуть.
Волосы светлые, то ли седые, то ли выбеленные ярким солнцем. Как солома. Нет, намного светлее, ближе к снегу. Интересно, а почему они у него такие выбеленные? Мать, конечно, блондинка, но не такая светлая, отец шатен, а тут… Такое впечатление, что они поседели когда-то. Резко и бесповоротно.
Ольга Александровна никогда мне не рассказывала про это. Да, если честно, я и сама не спрашивала. Тогда мне это было не интересно. Зато теперь в моем списке есть первый пункт плана действий после спасения мира.
— Готовы?
— Готов.
— Не очень.
Это, конечно же я. Ну дайте мне время, собраться, подумать. Пару лет хотя бы!
— Замечательно! Поехали!
Где мои хотя бы пару минут⁇
Вокруг нас взметнулось что-то. Знакомый белый туман. Видимо это что-то личное Создателя.
Вот он рассеивается, и мы…
— А где мы кстати?
Сейчас мы здесь вдвоем. Создателя не видно. Вокруг меня картинка, напоминающая рисунки в пещере, когда я хожу по снам. Черно-серый фон, на котором какой-то «художник» рисует графику. Белым, остро заточенным карандашом.
— Похоже это перекресток.
Вижу. Осталось теперь понять, что именно.
Владимир оглядывается, абсолютно инстинктивно прижимая меня покрепче к себе. Эй, я же так ничего не увижу! Надо немного развернуться и сомкнутые руки начинают немного мешать маневру в пространстве.
Отпустив правую руку Владимира, я еще крепче вцепилась в левую. Еще и перехватила поудобнее. Теперь меня не так уж легко от него оторвать.
Мы действительно стояли на перекрестке. Правда, каждая и четырех дорог в метре от нас начинала раздваиваться, чтобы еще через пару метров разделиться опять.
— Не думаю, что стоя на месте, мы закроем разлом, — Владимир говорил, не глядя на меня и внимательно осматривая окружающий мир.
— Куда идем? — спросила я сама себя, поскольку вопрос был риторический. В этой мертвой тишине захотелось услышать хоть что-то еще, пусть даже и звук собственного голоса.
— Скорее всего определят маршрут придется тебе. Ты ищешь, я уничтожаю. Так ведь сказал Создатель.
— Знать бы еще что искать.
— Вспомни занятия по контролю даром, наверняка Аристарх Евграфович давал поисковые упражнения.
— Давал. Правда, там я искала что-то конкретное.
— Разлом — это очень конкретное. А с той стороны разлома сейчас мои сослуживцы и Смоленский.
Настройка на разлом получилась не с первого раза, но когда на груди разноцветным светом начал пульсировать кулон, я поняла, что что-то изменилось. И меня потянуло. Вон, на ту правую дорожку, а потом левую…
Окно в новый мир открылось внезапно. Огромное прямоугольное стекло, за которым видна была смутно знакомая дорога. И очень низко пролетал самолет…
— На посадку заходит, — голос мой прозвучал в полной тишине, и я поняла, что звука, заходящего на посадку самолета, я и не слышала.
— Что это?
В голосе Владимира было больше удивления, чем опасения и страха. Да и эмоций страха от него не чувствовалось. Все-таки поразительно устойчивая у него психика! И как мне удавалось его из себя выводить так быстро?
— Это летательный аппарат. Служит для перевозки грузов и людей.
— Интересная магия…
— Не магия. Голые технологии: механика, электрика, физика…
— Это твой мир?
— Похоже. Только зачем меня сюда привело…
Ого, похоже я поняла. Картинка приблизилась, и я увидела надгробие с надписью: «Алина Савельевна Кротова».
* * *
Теперь понятно, почему дорога знакомая. И пейзаж. Старое кладбище, а рядом взлетка. Аэропорт рядом. Заход на посадку пассажирского судна мы сейчас и наблюдали.
— Мой мир, моя могила. А зачем мне сюда?
— Может показать, что возвращаться тебе некуда?
— Да я и так не собиралась! Нет, здесь есть что-то еще…
Ага, появился звук!
* * *
— Бабушка, бабушка, а Сережка говорит, что я правильно Павлика лопаткой стукнула, что отбирать чужие игрушки, даже если это машинки нельзя! Девочки тоже любят играть в машинки, а это была моя машинка!
Светловолосая кроха лет пяти несла букет из нескольких искусственных цветов. Яркие и крупные они пытались выскользнуть из ее рук, но она их держала крепко. Кривовато и почти за самые соцветия, но крепко. Живые цветы могли бы этого не пережить, а искусственным все равно.
Следом шла смутно знакомая женщина. В возрасте, ухоженная, с короткой стрижкой и безумно знакомым лицом.
Неужели?
И направлялась эта парочка именно к моей могиле. Женщина в том замечательном возрасте от сорока до шестидесяти, когда определит точный возраст не представляется возможным, аккуратно открыла калиточку в невысокой ограде.
— Твой старший брат прав. Ничего чужого брать нельзя без спросу. Здравствуй, мама.
— Здравствуй, бабуля!
Анечка, девочка, как же ты повзрослела… Похоже, теперь ты бабушка. Это сколько же лет прошло в моем мире?
— Аля, положи цветы для прабабушки вон туда. Сейчас мы с тобой немного уберемся и воткнем их в землю.
Аля? Я внимательно всмотрелась в девочку… Интуиция орала дурниной. Реагируя именно на этого ребенка. Стоп, если волосы поменять на темные, то это же я! Я — нынешняя, я — местная! Только маленькая совсем!
Похоже, я вижу ту самую счастливую семью, в которой в моем мире появилась на свет Алия аль-Айяд! Со старшим братом Сережей, который ее защищает, с родителями и бабушкой с дедушкой, которые ее любят.
Спасибо, Создатель!
Ты действительно замечательно устроил ее судьбу. Держать слово ты умеешь.
Я тоже умею держать слово.
Осталось только сделать так, чтобы и в этом мире люди могли жить без монстров из другого и артефакт, который сейчас висит на моей груди, потом отправился туда, где его никто из местных не найдет. Никогда.
А пока…
Раз, два, три, четыре, пять, я иду тебя искать! Кто не спрятался, я не виновата!
* * *
Дверь в мой мир подернулась знакомым белым туманом и растаяла. А впереди нас еще ждали дороги, прочерченные белым карандашом на черном фоне.
— Кисточки и краски что ли местному художнику подарить? Или он такой любитель графики, что не поможет?
— Думаю, магия этого места не любит ярких цветов.
— Похоже на то, а сейчас вон на ту тропинку, третью слева.
— Уверена?
— Уверена. Нецензурную брань твоего напарника Даниила Ивановича я и отсюда слышу.
И ведь действительно слышу.
Разрыв в пространстве появился резко. Вот вынырнул из-за угла, а он тут и есть.
Только углов в пустом поле среди нарисованных дорог не было. Углов не было, а разрыв есть.
Узкий снизу, расширяющийся к верху.
Да-а-а, интересная картинка. Особенно куча тварей внизу. Целое поле тварей. И разрыв, до которого метров пятьсот. Пятьсот метров тварей. Вон очередная партия рванула в импровизированную дверь. Хорошо хоть летать они не умеют!
А лаз внизу все-таки узковат. К счастью. Для нас.
А в разрыве идет бой.
Сил, чтобы удержать мужа на месте у меня почти не было. Да и шансов — тоже. А вот немного притормозить его мне удалось.
— Подожди!
Глаза бешенные, рвется в бой. Правильно, рвется в общем-то. Желваки на скулах заиграли, но пока держится.
— Там мои люди!
— Там наш мир! Подожди, не торопись! Нам надо разрыв закрыть, иначе никак…
Выдохнул. Ого, эмоции эмоциями, а щит он перед нами держит хорошо! Добротно. Тем более, что замечательная живность у прохода нас заметила и решила составить компанию. Видимо, чтобы скучно не было.
— Что предлагаешь?
— Попробуй склеить края. Создатель сказал, что закрыть разрыв можешь только ты.
Ага, моя функция — найти эту гадость и поработать батарейкой для ее уничтожения. Я не против, но вот как это делается… Не каждый день мы так…
И я двумя руками вцепилась в левую руку Владимира, представив, что моя энергия перетекает в него как электричество по проводам. Ему нужнее.
Владимир поднял руку. Вперед рванули потоки воздуха. Края разрыва, те что сверху, начали стягиваться как будто кто-то невидимый огромной иголкой с ниткой начал сшивать края.
Тяжело идет.
Медленно, но дело двигалось. В щит долбились твари. К счастью особо крупных среди них не было. По вискам мужа текли капли пота. Подняв руку, рукавом вытерла и виски и лоб. Носовой платок потеряла давно, еще там, у озера…
Последняя четверть у поверхности давалась особенно тяжело. Сил не хватало, не моих, ни его. Прерывистое дыхание, тонкая ниточка сжатых в напряжении губ…
Обидно было бы проиграть за шаг до победы!
Но тут я вспомнила про маленькую такую заначку. Энергетическую.
Закрыв глаза, я представила себя опять в пещере снов и кошмаров. Где там мой замечательный сейф с километрами кошмаров? Или килограммами… Или… В чем там измеряются кошмары???
Ого! Нашла! Это же сколько энергии! Не сильно приятной в восприятии, но зато очень энергоемкой.
Подхватив весь этот ворох, пропустила через себя и отдала…
Взрыв…
* * *
Пришла я в себя от стука под ухом. Знакомого такого стука. Тук-тук, тук-тук, тук-тук…
И от того, что кто-то гладил мои волосы. Даже не столько гладил, а так… почесывал. Кончики пальцев скользили по коже головы, взъерошивая волосы.
Хорошо… Чувствую себя кошкой на солнышке.
Вспоминать ни о чем не хочется, но в голове мои личные тараканы уже навели порядок и последние воспоминания встали перед глазами. Вас когда-нибудь выкидывало взрывом?
Неприятные ощущения.
Хотя стук сердца под ухом — ничего себе так. Да и прийти в себя, лежа на муже, и касаясь пальцами с одной стороны зеленой травки, а с другой — мужской груди в общем-то приятно.
— Девочка моя, открывай глаз. Я же вижу, что ты пришла в себя.
Девочка… Давно меня так не называли. Я бы сказала — никогда… Если только вспоминать совсем ранее детство… Только чье: Алины или Алии?
А, какая разница! Я теперь одна единственная и неповторимая.
Но глаза надо открыть.
— Привет. Мы живы?
— Вроде бы.
— А где мы?
— Судя по всему в Долине Мертвого огня. Правда название теперь придется сменить.
Скатившись с мужа, села. Мамочки мои! Вот это изменение пейзажа!
Выжженная земля покрылась изумрудно зеленой травой. В метре от наших ног на ярко-желтый песок небольшого пляжа набегают небольшие волны лазурно-голубого озера. И даже горы вдали на границе долины покрыты голубой дымкой.
Красота-то какая!
— Владимир Константинович! Алия Исмаиловна!
Муж встал и протянул руку, помогая подняться и мне. К нам бежали слегка потрепанные, но абсолютно целые, сослуживцы Владимира. И Смоленский. Аристарх Евграфович не бежал, ему это не по возрасту и не по чину, он не спеша шел.
Как же хорошо, что все живы!