25

Ева После переезда в квартиру к Киру сессия была забыта до самого первого экзамена. С гораздо большей охотой я занималась обустройством на новом месте. Бегала по магазинам, советовалась с будущим мужем, с любовью все расставляла и раскладывала в шкафах и на полках. Мы даже план детской нарисовали вместе и начали подбирать мебель и отделочные материалы. Первый же зачет вернул все на свои места. Сдала с большим трудом и поняла, что лучше сосредоточиться на главном. До рождения малыша еще уйма времени – успеем и с ремонтом, и с обстановкой. Правда, вспомнить все, что забросила, оказалось не таким уж простым делом. Просиживала за книгами и тетрадями целыми днями, но в голове все равно всплывали то детские кроватки, то обои с забавными животными. И Кир еще ворчал каждый вечер, что изматываю себя учебой. Мол, замуж же выходишь, не обязательно так усердствовать. В противовес ему выступала бабушка, которая звонила ежедневно и интересовалась моими успехами в учебе. Во многом благодаря именно ее настырности и строгости мне удалось не поддаться на уговоры Кирилла. Конечно, я и сама бы лучше повалялась на диване рядом с ним, но… После третьего зачета и первого экзамена пошло полегче. Я без проблем осилила, и больше не сомневалась, что доберусь до следующего курса. С радостным настроением по этому поводу я вернулась домой, где меня поджидал потрясающий сюрприз. Кирилл в дверях как раз расплачивался с грузчиками. – Добрый день, – вежливо поздоровалась со всеми. – А что происходит? Не ожидала увидеть перед нашей входной дверью нескольких крепких мужчин. – Привет, Ев, – Кир потянулся ко мне и поцеловал. – Проходи, все нормально. Я кое-что купил в дом. Порядком заинтригованная вошла, разулась, оставила сумку на комоде. По остаткам упаковки прошла до спальни и замерла. Хотя на самом деле хотелось запрыгать и захлопать в ладоши. Кир тем временем проводил грузчиков и подошел сзади. – Ты так занята каждый вечер, что я решил не отвлекать. Вот, купил самое необходимое. Кинг-сайз. Там еще три комплекта постельного где-то. Остальное на свое усмотрение потом выберешь. Я с восторгом смотрела на огромную кровать и никак не могла поверить, что у нас появилась настоящая спальня. – Мы теперь здесь спать будем? – уточнила на всякий случай. – Ты да, – ответил с хитрой улыбочкой. – А я в зале перед теликом, футбол же! Шлепнула его легонько по руке за такие шуточки. И увернулась от ответной попытки – обнять, правда. Плюхнулась на матрас и блаженно раскинула руки. – Конечно, здесь будем спать, – заверил меня Кирилл, укладываясь рядом. – Потрясающий матрас! Спасибо! – и принялась обнимать и целовать Кира. Он поначалу опешил от моей реакции, но быстро сориентировался. Потом был ужин, заказанный из ресторана, и долгие задушевные разговоры. Заниматься не стала. Ради разнообразия можно и пропустить денек. А с утра снова засела за учебники. День предстоял свободный, но подготовку никто не отменял. В какой-то момент поняла, что прочитанное проходит мимо сознания. Я снова думаю о Кире. Мы действительно спали сегодня на новой кровати, на новом постельном. Но близости между нами как не было, так и нет. И совместное проживание никак это не исправило. Я всеми возможными способами показывала ему свое желание, но все мимо. Будто в пустоту. Неужели он больше не хочет меня? Несколько дней я думала, как поговорить с будущим мужем о нашей интимной жизни. Сделать это точно надо. Потому что если он не видит во мне женщину, то и смысла в свадьбе нет никакого. Зачем? Он будет гулять, я буду страдать. Лучше прояснить этот вопрос и жить как соседи, пока это удобно. И плевать мне, что бабушка гонит замуж. Мы не в средневековье живем, к счастью. Можно быть хорошими родителями общему ребенку, но не быть при этом парой. Неволить его не собираюсь, навязываться тоже. А чувства… Справлюсь как-нибудь. Переживу, переплачу, привыкну, смирюсь. И рано или поздно встречу кого-то другого. Кто полюбит по-настоящему. Так случилось, что важный разговор пришлось отложить. Неожиданно вновь появились проблемы со здоровьем. Только тошнота вернулась совсем небольшая, а вот боли внизу живота беспокоили и сильно. Перепуганная я позвонила Киру и поехала в клинику. Там меня осмотрели и успокоили. Ничего страшного – бывает. На выходе из кабинета, встретил встревоженный Кирилл. Он только добрался сюда из офиса. – Что?! – Все хорошо, – ответила и улыбнулась, чтобы успокоить. Живот все равно тянуло, хоть уже и не такими частыми приступами. Возможно, сработало спокойствие врача. Или правда, это был лишь неприятный эпизод. В любом случае, романтический настрой как ветром сдуло. А через пару дней, поздно вечером Кир и сам все рассказал. Мы уже готовились ко сну – лежали в постели обнявшись. Меня после обеда снова стошнило. Хорошо, что была дома, и лекарства под рукой. Но как и в начале беременности чувствовала себя после абсолютно разбитой, больной и несчастной. Ужинать не стала, и сейчас поняла, что зря. Но вставать было ужасно лень. Я вцепилась в плечо Кира, положила голову ему на грудь и прислушивалась к мерному биению его сердца. Это успокаивало. – А знаешь, я как чувствовал, – вдруг проговорил он, распутывая пальцами мои волосы. – Сдерживал себя из последних сил, и только беспокойство за тебя и малыша останавливало. Не зря все же, я бы сейчас места себе не находил. Думал бы, что навредил. Ел бы себя поедом. Не сразу сообразила, о чем он. А когда поняла, покраснела. Потом зевнула, делая вид, что почти сплю. И как я собиралась сама начать этот разговор? Щеки горят ужасно. – Молчишь? – со смехом в голосе спросил Кир. – А может, все дело не в твоем положении? А, Ев? Может, ты просто побаиваешься меня? Взрослых отношений? – Прекрати! – возмутилась. – Что за чушь?! Я вся извелась между прочим, гадая почему ты избегаешь близости! Привстала на локте и негодующе уставилась на этого шутника. Я побаиваюсь?! Да я только и думаю, что о той единственной ночи! И безумно хочу повторить! Хотела, пока ничего не беспокоило по здоровью. – Я избегаю?! – Кирилл тоже рывком сел. – Да я с ума каждый раз схожу, когда тебя вижу, между прочим! Спать не могу, есть не могу! Работать, черт возьми, не могу нормально! – Да ладно, – пробормотала озадаченно. – Честно, Ева. Хочу тебя безумно, сдерживаюсь с трудом… Говоря это, он наклонился и принялся меня целовать. Лицо, шея, плечи. Я тут же забыла обо всем, и спустя пару минут мы уже обнимались на постели. Оторваться друг от друга удалось с трудом. Откатились в разные стороны кровати, отдышались. Потом переглянулись. – Нужно подождать еще немного, – выдохнул Кир. – Пока тебя не отпустит. – Ага, – простонала я. – А там уже и живот огромный, и рожать пора. – Ерунда, еще несколько месяцев. Веселей, Ева. Мы же поженимся, и я стану твоим по закону. Кажется, он подтрунивает надо мной. Ну, Кирилл… Но сил на ответные колкости не было. Наоборот я подползла к нему и заглянула в глаза. Добрые, родные, веселые. – А ты верен мне? Я понимаю, это, наверное, очень сложно… Но и все-таки. Это важно, я не смогу тебя делить. – Пффф, – фыркнул Кир. – О какой ерунде ты беспокоишься, Ева! Вынашивай нашего ребенка спокойно – после знакомства с тобой я не смотрю на других женщин. Совсем. Никогда. – Да? – недоверчиво глянула исподлобья. – Ходили с Михой по барам, и даже не смотрел ни на кого? Честно-честно? – Да, честно. Правда-правда, – обнял меня и прижал к себе. – В противном случае не дождалась бы ты кольца от меня. Я ведь жениться не собирался больше. Думал, что это чушь для романтически настроенной молодежи. Кстати, ты обдумала мое предложение? Внезапно перевел тему, а я зажмурилась от нахлынувших эмоций. Конечно, не подумала – тут и думать нечего! – Кирилл, – заныла я жалостливо. – Ты же знаешь, экзамены. Некогда. Совсем. Давай я подумаю после сессии? Ну договаривались же… А сама головы не поднимаю, чтобы лукавства не заметил. Подумает еще, что самый неотразимый. И я на все согласна и готова. Нет уж, пусть еще немного помучается от неизвестности. Я ж беременная, могу и психануть в самый неподходящий момент. – Хорошо, думай, сколько влезет. В конце концов, мы уже живем вместе, и отпускать тебя к бабушке я не планирую. А штамп в паспорте… Есть мнение, что он больше девочкам нужен. Особенно беременным. Так что думай, Евочка, думай. А я Марии Андроновне завтра позвоню. На всякий. – Кирилл! – подскочила, как ужаленная. – Не надо бабушке жаловаться! – А кто сказал, что я жаловаться собрался? – насмешливо приподнял брови. – Просто расскажу, как ты отбрыкиваешься. А там уж как повернется. Нет, мне очень жаль, конечно, что бабуля выколупает тебе весь мозг чайной ложечкой… Но в любви, как не войне, помнишь? – Не надо звонить, – пробормотала мрачно. – Согласна я. – Так-то лучше, – расплылся в довольной улыбке. – Теперь я спать спокойно можно. Уложил меня обратно себе под бок и вскоре задышал глубоко и размеренно. Я постепенно пригрелась, успокоилась и тоже уснула. А утром около кровати меня ждала ваза с огромным букетом роз. И записка. «Доброе утро, Ева. Пришлось срочно уехать. Если волнуешься, что вчера я избавил себя от лишних заморочек с предложением руки и сердца, то это не так. Все будет очень красиво. Я уже занимаюсь этим вопросом. Удачи на экзамене». Я радостно прижала записку к сердцу и упала обратно на подушки. Вдохнула поглубже обожаемый запах туалетной воды Кира. Да не о чем я не волнуюсь! Очень рада, что, наконец, поговорили и прояснили некоторые моменты. Теперь можно спокойно досдавать сессию и готовиться к свадьбе. Повалялась еще немного и встала. Нужно заставить себя поесть и за учебники. До начала экзамена успею повторить все еще разок. Благодаря вчерашним задушевным разговорам и чудесному пробуждению день вышел замечательным. Домой я возвращалась в приподнятом настроении. Еще немного и сессия закончится. И начнется совсем новая, чудесная жизнь. Впрочем, уже началась. Со штампом или без мне с Кириллом живется замечательно. Еще бы беспокойство из-за здоровья отпустило. Сегодня вроде полегче, но все равно периодически немного тошнит. И есть совсем не хочется – до сих пор боюсь повторения ужасов токсикоза, когда каждая проглоченная ложка непременно оказывалась в раковине. – Девушка, эй? Красивая, постой! – неожиданно послышалось сзади. Не стала проверять мне ли это, просто прибавила шагу. Еще приключений с местными гопниками мне не хватало.