Глава 20

Арслан

Дуремар возвращается минут через двадцать. За это время я успеваю прочитать с телефона рабочую почту и созвониться с Дамиром. Вчера тот категорично заявил, что я как честный человек должен кое-что сделать для Эльвиры Багримовой. Нет, не жениться на ней, выполняя дурацкое обещание, данное нашими отцами. Всего лишь взять на себя ответственность за разрыв помолвки.

Я согласился. Всё равно ведь планировал поговорить с её отцом. Я действительно некрасиво поступил с этой девушкой. Она-то в самом деле ни в чём не виновата. Её просто подвинули как пешку, сделав невестой по договору, и она до поры до времени не противилась – хороший вопрос, почему.

- Думаю, Элли боится за сестру, - хмуро сказал Дамир, когда я заговорил об этом. – Мамаша у них, похоже, не из тех, что защищает детей от их отца. И откуда только такие уроды берутся?

- Элли? – хмыкнул я. Прозвучало скорее как нежное прозвище, нежели просто сокращение имени. – Ты её так называешь?

- Ну... – смешался брат, и я уставился на него с удивлением.

- Так между вами что-то происходит? А я ничего не замечал... И когда же это началось?

- Ничего такого, - буркнул он. – Просто Элли... Эльвира не такая, как другие. Она нежная, ранимая, очень непосредственная, но при этом у неё есть гордость. Вернула же всё-таки это кольцо. Даже отцовского гнева не побоялась.

- Хочешь сказать, ты просто её жалеешь?

На этот вопрос брат не ответил, а я не стал настаивать. Разберутся сами. Большие уже.

Однако сегодня в телефонном разговоре Дамир вдруг заявляет:

- Я поеду с тобой к Багримову.

- С чего бы? Хочешь поработать моим телохранителем? Думаешь, он и на меня с кулаками набросится?

- Хочу увидеть Эльвиру. А если он на тебя набросится, я поставлю на тебя. И с удовольствием присоединюсь.

- Хотелось бы всё-таки обойтись без мордобоя. Я, знаешь ли, предпочитаю решать вопросы по-другому. Словами через рот.

- Иногда без кулаков не обойтись, - философски замечает младший брат. – Мы с Элли сегодня были в парке. Ещё и погулять толком не успели, а она куда-то подевалась и на звонки не отвечает. Но домой вернулась, это точно. Я позвонил на домашний, и мне ответила её мать.

- Дочь к телефону не позвала?

- Сказала, что Эльвира спит.

- Так с чего она от тебя сбежала-то? – спрашиваю я. – Где-нибудь накосячил? Сказал что-то не то?

- Да ничего я ей не говорил! Если только... Вот блин, ёлки-палки!

- Что?

- Да я хотел купить нам кофе, а по дороге наткнулся на Ирку.

- На ту, которая за тобой с первого курса универа бегает?

- Ну да. Кое-как отделался от этой липучки. Если Элли увидела нас вместе, могла не так понять...

- Собираешься объясниться?

- Угу. Так что вечером я с тобой. Буду объясняться лицом к лицу, пока ты станешь говоришь с Багримовым.

Пока я пытаюсь Дамира и Эльвиру вместе, а заодно реакцию отца на то, что дочь его друга, похоже, предпочла младшего сына, в кабинете вновь появляется директор медицинского центра.

- Ну как, что вы можете мне сказать? – интересуюсь я.

- Спасибо за ожидание, Арслан Тахирович. Я... эээээ... отыскал интересующие вас сведения. И для начала хочу перед вами извиниться.

- За что конкретно? – наклоняюсь к нему.

- Произошла ошибка. Всякое бывает, знаете. Сейчас уже не определишь, программная она или человеческий фактор.

- Ошибка, значит?

- Да, - кивает он и как-то съёживается под моим взглядом. – У нас тогда проходила обследование ещё одна беременная с похожей фамилией. Ваша невеста Туманова, а та была Туманцева. Вот с её кровью вашу ДНК в лаборатории и сравнивали. Перепутали, да...

- И почему вы не оповестили меня об этом сразу же, а прислали фальшивые результаты?

- Так мы не сразу это обнаружили! Прошло время... Вам звонили и не дозвонились, в офисе сказали, что вас нет, и тогда...

- Что тогда?

- Мы позвонили по домашнему телефону вашего отца, и его жена... ваша мать...

- Мачеха.

- Она сказала, что вы уехали... далеко. И что информация, касающаяся вашей невесты, уже не актуальна. Что нам было ещё делать?

Шайтан их всех раздери! Сжимаю кулаки, борясь желанием с силой садануть ими об стену. Причём Сюзанна ведь даже не соврала – я в самом деле тогда уехал. И дозвониться до меня было невозможно. Сам так захотел.

Я подозревал отца. Сомневался в словах Далии, которая заявила, что не имела отношения к тем анализам. А всё объяснялось, чёрт возьми, куда проще!

Мой сын пять лет рос вдали от меня из-за чьей-то проклятущей ошибки!

- Вы за это ответите, - говорю я, поднимаясь с места. – Чтобы неповадно было впредь так ошибаться. Ясно?

- Но... Арслан Тахирович! Не будьте так строги! Ведь такое и в другом месте могло бы случиться...

- Вот в другом месте и будете объясняться, - отмахиваюсь от всех его оправданий я, шагая к двери. Хочется скорее очутиться на свежем воздухе. И позвонить Ясе.

Просто услышать её голос.

Мы не виделись всего несколько часов, а я уже скучаю. Как будто я не жил по-настоящему все эти годы, пока её не было рядом. Просто тупо существовал, как какой-нибудь биоробот.

Мир стал пустым без неё. Бесцветным. А сейчас снова день за днём обретает новые краски.

И я знаю – если она уйдёт, теперь это уже точно будет навсегда.

Эльвира

Арслан Булатов должен прийти этим вечером. Мы с мамой готовим ужин по высшему разряду. Она рада, оживлена, а я не могу не думать о том, как мои родители отреагируют, когда помолвка будет расторгнута. Они ведь ещё не знают, что мой уже не жених придёт именно за этим. Но я рада за него и за его любимую девушку, с которой им довелось встретиться снова.

Пусть хоть кто-то будет счастлив.

Немного остыв после того, как сбежала из парка, я думаю, что повела себя чересчур импульсивно. И откуда это во мне? Наверное, столько времени сдерживаемые эмоции, которые отец, а затем и я сама загоняли в рамки, вырвались наружу. Я и не думала, что могу настолько сильно кого-то приревновать. Даже вот так, не имея на это никакого права.

Ведь в самом-то деле – кто мне Дамир Булатов? Он даже ничего мне не обещал. Ничего! Я сама всё себе придумала. И то, что это не простая прогулка, а свидание, и то, что у меня есть шанс быть с ним.

Быть рядом.

Смаргиваю слёзы, которые можно списать на злой лук, который я в данный момент яростно нарезаю. Кухню наполняют аппетитные запахи – мама у меня просто талант в кулинарии. Впрочем, ничего большего, чем готовить и вести хозяйство, она не умеет. Всю жизнь занималась только этим. Ей едва восемнадцать исполнилось к тому времени, как они с отцом поженились. А знакомы были и того раньше. Как он сам любит повторять – вырастил себе жену.

- Хватит, дальше я сама, - касаясь моей руки, говорит мама. – А ты иди и принарядись. Не будешь же гостя в домашнем встречать.

Принарядиться? Вытаскиваю из шкафа чёрное платье. Прямое, строгое. В нём я выгляжу старше своих лет. Гладко расчёсываю волосы и слегка касаюсь пуховкой с румянами своих бледных щёк.

Вспоминаю все те свадебные платья, которые я перемерила за последние недели. Мне не суждено надеть ни одно из них. Стоя в этих нарядах перед зеркалом, я представляла рядом с собой не Арслана, а совсем другого жениха. А однажды, выйдя из салона, сказала маме, что не люблю того, за кого должна выйти замуж. Она в ответ лишь вздохнула:

- Стерпится-слюбится, дочка.

Но я не хочу никаких «стерпится-слюбится»! Я и без того всю жизнь терпела. Сначала потому что была ребёнком, потом из страха за сестру, на которую отец пока не поднимал руку. Рассчитывал сделать из неё послушную девочку, свою гордость, потому что я, старшая, не оправдала его надежд. В частности, тем, что выбрала для изучения историю искусства, а не что-то более престижное вроде экономики или юриспруденции.

Что ж, сегодня Артура Багримова ждёт ещё одно разочарование.

Слышу звонок в дверь. Булатов пришёл раньше отца? Тот снова задержался на работе.

- Эля, детка, выходи, встречай гостей! – слышу ласковый мамин голос. Морщусь. Деткой она меня зовёт только на людях.

Гостей? А почему во множественном числе? Арслан что, вместе с отцом и мачехой явился? Надеюсь, хотя бы Далии с ними нет. Но, выйдя в гостиную, я обнаруживаю, что моё предположение оказалось неверным. Булатов пришёл с младшим братом.

- Добрый вечер! – приветствую их, натягивая на лицо вежливую улыбку.

- Добрый вечер! – отвечает Арслан. Братья переглядываются, а затем старший разворачивается к маме, которая как раз носит с кухни блюда с закусками. – Позвольте, я вам помогу!

Она, конечно же, отнекивается, но гость настаивает на своём, и вскоре они скрываются в коридоре, а я остаюсь наедине с Дамиром. Поднимаю на него глаза и теряюсь под его грозовым взглядом. Какой же он всё-таки красивый!

- Извини, я сегодня… – произносим мы одновременно и одновременно же замолкаем.

- Погорячилась, - говорю я.

- Наткнулся на одну знакомую и из-за этого задержался с кофе, - говорит он.

- Она… эта знакомая… много для тебя значит? – срывается с губ. Ой-ёй, зачем я это спросила?! Он наверняка подумает, что это не моё дело.

- Ничего не значит, - качает головой Дамир. – Ну… по правде говоря, она меня в каком-то смысле преследовала раньше, в студенческие годы. Но у нас ничего не было и не могло быть.

- Почему?

- Можешь считать меня консервативным, но я считаю, что проявлять инициативу в отношениях должен мужчина.

- А… – запнувшись, кусаю губы. Я ведь тоже в каком-то смысле сделала первый шаг, когда поцеловала Булатова в кинотеатре. Но тогда я думала, что он спит.

Как же всё запуталось!

Дамир вдруг делает широкий шаг и оказывается совсем близко.

- Тебе идёт это платье, Элли. Ты в нём совсем взрослая. Если я ещё раз приглашу тебя куда-нибудь, больше не будешь убегать?

- Посмотрим на твоё поведение, - вроде бы шутливо хмыкаю я, а он улыбается – как будто доподлинно знает, что перед его улыбкой я не могу устоять.

В гостиную возвращается его брат с бутылкой домашнего сливового вина, и я понимаю, что он специально задержал маму, чтобы дать нам с Дамиром поговорить наедине.

Накрыв стол, мы не садимся. Ждём отца. Тот приходит нервным, взвинченным, как почти всегда в последнее время, извиняется за свою задержку перед гостями.

Луиза сегодня снова у подруги. Это хорошо. Я ей сама потом расскажу о том, что моя свадьба отменяется.

Застольный разговор начинается с каких-то незначительных фраз, но затем отец бросает взгляд на мою руку, и его лицо тут же мрачнеет. Заметил всё-таки, что я не ношу кольцо! Запоздало прячу руки под скатерть, и в это же время Арслан Булатов произносит:

- Я прошу меня простить, но наша с Эльвирой помолвка должна быть разорвана.

Арслан

Лицо мужчины багровеет. Он явно не ожидал услышать такие слова от того, кого уже привык считать будущим зятем. Уверен, дело тут не только в давнем дружеском обещании – этот человек явно видел для себя выгоду в том, чтобы породниться с семейством Булатовых.

- Могу я узнать причину? – отложив вилку и отодвинув уже наполненный вином бокал, наклоняется ко мне Багримов. – Так внезапно… Я сегодня говорил по телефону с вашим отцом, и он ничего мне не сказал.

- Отец ещё не знает, - отвечаю я.

- Это… из-за моей дочери? Она что-то натворила? – задаёт вопрос собеседник, глянув в сторону Эльвиры. Она вздрагивает и на миг испуганно вжимает голову в плечи, но тут же выпрямляется.

В этот момент я не могу не восхищаться её выдержкой. Эта девушка вовсе не такая тихоня, какой показалась мне изначально, в ней есть стержень. Возможно, Эльвира Багримова – именно та, кто подойдёт моему брату. Эти двое нравятся друг другу, когда я зашёл с вином, между ними чуть ли не искры летели. На какую-то секунду меня так и подмывает сказать об этом её отцу, но решаю промолчать, не вмешиваться пока в их едва начавшиеся отношения.

- Ваша дочь здесь не при чём, - говорю я. – Она замечательная девушка, любой будет счастлив назвать её своей женой. Дело во мне.

- В вас?

- Именно, - киваю я. – Я люблю другую женщину. И не могу жениться ни на ком, кроме неё.

- Но вы не отказались от этого брака раньше. И помолвка состоялась. Выходит, что другая женщина появилась в вашей жизни совсем недавно?

- Нет, - качаю головой. – Мы познакомились давно, несколько лет назад, но… по некоторым причинам нам пришлось расстаться. А теперь я встретил её снова и понял, что больше не смогу оставаться связанным обещанием, которое вам дал.

- И вы уверены, что не пожалеете?

- Уверен, - отвечаю твёрдо. – Отец тоже скоро об этом узнает. И даже если он будет против, я не изменю своего решения.

- Как у вас, молодых, всё просто… – усмехается Артур Багримов. – А вы понимаете, что из-за этого пострадает репутация нашей семьи? Ведь о помолвке было объявлено официально. И подготовка к свадьбе уже началась. Недешёвая подготовка, надо заметить, я ведь хотел, чтобы моя дочь смогла выйти замуж достойно.

- Я возмещу все ваши расходы, об этом можете не волноваться.

- Что ж, тогда мне придётся найти для Эльвиры другого жениха, - нервно тарабаня по столу пальцами, произносит он. Обстановка накаляется. Девушка съёживается и явно борется с желанием немедленно выбежать из-за стола. Сидящий рядом со мной Дамир напрягается и сжимает кулаки. Бросаю на него предупреждающий взгляд.

- Не слишком ли старомодно это звучит? – произношу я. – Ваша дочь – современная образованная девушка. Не сомневаюсь, она и сама вполне способна выбрать себе человека по душе, да и времени впереди у неё ещё предостаточно, зачем спешить?

- Вот когда у вас будет собственная дочь, тогда и станете рассуждать, - оскаливается Багримов. – Выбрать человека по душе? Как это сделала ваша сестра? Да-да, Тахир рассказывал мне, с каким проходимцем она связалась в восемнадцать. Да ещё и от ребёнка избавилась какими-то самопальными методами, едва не истекла кровью и стала бесплодной. Такого будущего вы хотите для моей дочери? Она не такая развратница, как ваша Далия, и уж точно не станет путаться с мужиками до свадьбы, я ей этого не позволю! Надо было ещё раньше выдать её замуж! Толку-то от её образования!

- Постойте… – морщусь я. – Что вы такое говорите про мою сестру? Избавилась… от ребёнка?

Услышанное от Артура Багримова идёт вразрез с тем, что мне рассказала сама Далия.

- Да-да, - злорадно кривится отец Эльвиры. – Избавилась, потому что не хотела рожать, боялась фигуру испортить, хотя ваш отец мечтал иметь внука, даже незаконного. А её хахаль взял деньги у Тахира за то, чтобы уехать с глаз долой, но ей, конечно же, что-то соврал. Вот к чему приводит избалованность и вседозволенность! – стучит он кулаком по столешнице. – Я свою дочь держу в строгости, она бы никогда…

- Хватит! – Дамир поднимается и указывает на хозяина квартиры пальцем. – Может, моя сестра избалованная и развратная, но отец её ни разу и пальцем не тронул. В отличие от вас… Запомните мои слова – если вы ещё раз прикоснётесь к Эльвире, ударите её, я не посмотрю на то, что вы друг моего отца! На то, что вы старше! Вы за это ответите, обещаю! Я не пожалею вас так же, как вы не жалели её! Не пожалею! – повторяет он, с хрустом разминая кулаки, и я не узнаю своего улыбчивого брата в этом грозном разъярённом мужчине.

Ахнув, жена Багримова всплёскивает руками, и бокал падает с накрытого стола, разбивается с громким звоном. Эльвира вскакивает, её губы дрожат. Она переводит взгляд с отца на Дамира и вдруг начинает заваливаться набок. Через несколько секунд девушка оказывается на полу. Она без сознания.