Глава 10. Развод — дело семейное

Две недели пронеслись, как ураган. Редкие встречи по выходным, короткие прогулки с дочкой и долгая дорогая обратно в Москву в удручающем молчании и взаимном осуждении. Эмма понимала, что семья разрушена до основания, и склеить её будет ой как не просто. Да и надо ли? Суд был назначен на пятое сентября.

— Борь, давай всё обсудим накануне? Не хотелось бы устраивать сцен с выяснением отношений на глазах судьи.

— Да ладно? Тебе же нравится ругаться на людях.

— Не ёрничай, — Эмма уже начинала заводиться, но из последних сил держала себя в руках.

— Ну ладно, как скажешь, — согласился муж.

Утром пятого сентября, отправив Лилю в садик, Эмма настроилась на серьезный разговор. Надо было прояснить все формальности: кому достается квартира, и как это будет оформлено юридически; когда отец будет забирать дочь для свиданий, на какое время и по каким дням; алименты; поездки заграницу.

Борис приехал к десяти часам. Был одет в стильный строгий костюм, окутан ароматом невероятно притягательных мужских духов, гладко выбрит, да просто светился, будто шёл на свидание, а не разводиться с женой.

При виде мужа Эмму пробрала нервная дрожь. Не верилось, что это всё происходит с ней и её семьей. Хотелось крепко обнять Борю и спросить: неужели, правда, такое могло случиться с ними? Никто и никогда не верит в подобное: с кем угодно, только не со мной! А потом — бац, и у тебя в семье неожиданно происходит то, о чём ты знаешь только понаслышке. Муж начинает отвечать на непонятные телефонные звонки, уходить при разговоре в другую комнату, закрывать вход в свои гаджеты паролем, а ты сидишь в одиночестве и думаешь: «Давно ли мы так отдалились друг от друга? Что поспособствовало?» Неееет! Ты не думаешь! Ты веришь, что всё нормально и это происходит не с тобой! До последнего веришь… пока не поставишь подпись в свидетельстве о разводе.

Эмма настроилась, что близости между ними не должно случиться ни при каких обстоятельствах, и никогда больше не произойдет, а значит нужно просто проглотить боль и пережить этот суд. А потом начать новую светлую жизнь с другим мужчиной. И Борька останется навсегда таким красивым, но уже чужим, парадоксально близким и далеким.

— Что ты хотела обсудить?

— Нас будут спрашивать, какие претензии друг к другу?

— Ходатайства.

— Что? А, ну пусть так. Что мы будем отвечать?

— Эм, у меня предложение: я оставляю вам с Лилей квартиру, а ты не будешь подавать на алименты. Я обязуюсь ежемесячно перечислять на Лилину карточку хорошую сумму — уже открыл счёт. Ты сможешь снимать, сколько надо.

Она задумалась. Неплохой вариант. Борька в дочери души не чает, значит, на его деньги можно положиться. Но вот если Эмма выйдет замуж второй раз, что тогда?

— А если я снова выйду замуж?

— Давай решать проблемы по мере их поступления?

Странный какой-то, что у него в голове? Но Эмма согласилась — это лучше, чем терять квартиру в центре Москвы и переезжать за МКАД, тем более, что в деньгах она не потеряет, скорее даже приобретёт.

— Мария Николаевна?

— Да, я же уже говорил.

— Встречи с Лилей?

— По первому требованию и, вообще, договоримся. Или ты хочешь назначить мне два часа в воскресение и всё? — Боря, кажется, начинал медленно закипать: слишком уж многого лишался.

— Нет, нет. Встречайся, когда хочешь, конечно.

— Тогда нам пора.

Куда пора и зачем? Не укладывалось в голове. Из-за какой-то хабалки она сейчас просто упустит мужа. Перейдёт в неприглядный статус разведенки. Ужасно хотелось кричать, курить, хлестать мужа по щекам, в конце концов, проснуться!

Но они доехали до здания загса и вошли в кабинет к мировому судье в точно назначенное время.

Молодой судья и его секретарь оставались абсолютно равнодушными во время судебного процесса. Пара быстро разрешила все спорные вопросы и поставила подписи в журнале. За свидетельством о разводе нужно было снова ехать в загс.

В полной тишине закончив всю бумажную волокиту, Боря отвёз Эмму домой. Открыв дверь, посмотрел на уже бывшую жену горящими болью глазами.

— Что же мы наделали? — тихо прошептал он.

— Что? Что ты сейчас сказал? — она готова была вцепиться в него и либо убить, либо никуда не отпускать.

Он отступил на шаг назад, будто прощаясь с Эммой и своей прошлой жизнью. Стал медленно спускаться по лестнице. Обернулся. Эмма уже скрылась за дверью квартиры.

Она осела на пол прямо возле двери. Рыдала с надрывом, глотая слезы. Проклятая гордость, чтоб ей пусто было. «Ну не могу я выбежать из квартиры и броситься за ним. Ну не виновата я. Он изменил. Значит, нет ему прощения. Проглочу. Перетерплю. Пусть буду одна, зато честно!», — она схватилась за волосы, потянула их до боли, стараясь заглушить душевную боль физической — не вышло. Укусила себя за руку и заскулила тихо, как раненая волчица, всё сильнее завывая. Только вот зализать рану на сердце было некому!

Встала. Подошла к холодильнику. Спасительный виски. Выпила. Горько. Противно. Но не так, как на сердце. Хотела, чтобы алкоголь спрятал боль, но она стала только сильнее. Рану будто расковыряли. Эмма сходила с ума. В истерике разбив пару тарелок, кинулась в спальню. Распотрошив их некогда семейное ложе, она в изнеможении заснула поверх раскуроченных подушек и одеял.

Проснулась от звонка телефона:

— Эмма, привет. Ну ты как? — голос подруги помог собрать мысли в кучу.

— Надь, я напилась. Можешь приехать?

— Мы с Денисом.

— Плевать. Всё равно приезжай.

Через час друзья были у неё.

Денис поставил чайник и убрал на кухне осколки. Надя отпаивала Эмму ромашковым чаем. Бывшая жена теперь плакала тихо, порой кидаясь в объятия подруги, высказывая всю свою боль. Вспоминала обвинительную речь Бориса, его молчание, его щедрое финансовое предложение.

— Эм, тебе сейчас больно — первый день одна. Это пройдёт. Но ведь Борька был прав насчет тебя. Ты это понимаешь?

— Да ладно?! Прям из-за пирожков и секса он ушёл к другой?

— Он ушёл не к другой, а от тебя, — подметил Денис, появившись в дверях.

— То есть? — мотнула головой Эмма. Слова непричастного мужчины заставили её задуматься: возможно, он объяснит ей действия своего собрата по разуму?

— Мы можем говорить женщинам, что угодно, когда хотим сохранить добрые отношения: что нам пофиг на еду, на вашу внешность, на секс. Терпеть лишения ради семьи. Но внутри всё равно зреет. И когда-нибудь взорвется. Видимо, у Бориса дошло до точки кипения. Ему не нужна другая, но рано или поздно это должно было случиться. И, наконец, в горячке он высказал свои претензии, вспомнив всё, что его не устраивало.

— Но ведь он тоже занимается спортом! У нас в зале полно парней, которые сидят на диетах, следят за своим питанием и телом.

— Он тоже следил — ел на работе то, чего ему не хватало дома. Потом и до секса дошло. А как часто вы общались друг с другом? Получал ли он достаточно внимания от тебя? Ведь если мужчина не получает чего-то в одном месте, он будет искать это в другом. Каждый в глубине души жаждет удовлетворить свои внутренние потребности, но вынужден ограничивать себя, к примеру, в еде. Но это не значит, что вкусного не хочется. А редкий короткий секс вызван недостатками и недопониманием в отношениях между мужчиной и женщиной. Не надо пытаться сломать истинные природные инстинкты и предназначения мужчины. От этого он теряет свою мужественность. Становится не защитником слабого пола, а сам превращается в слабый пол. Теряет уверенность в себе и начинает полагаться во всем на свою супругу, как на более сильного партнера. А разве вам нужен такой муж? Или вы хотите чувствовать рядом настоящего мужчину?

— Боря был настоящим! Его невозможно сломать.

— Поэтому он и ушёл.

Эмма вздохнула, глотнула еще чаю.

— И что мне теперь делать?

Надя погладила её по голове.

— Жить дальше. Найдешь другого, такой красотке стоит только пальчиком поманить.

— Ты думаешь? На самом деле я не хочу никого. Ни сейчас, ни вообще. Нет больше доверия мужикам! Не при тебе будет сказано, — обратилась Эмма к Денису, сползла с кровати и отправилась умываться. Пора начинать новую жизнь.

Вечером, уложив дочь, Эмма примостилась с красивым расписным ежедневником на свежей простыни, вымытая, благоухающая, при полном макияже, не смотря на надвигающуюся ночь — так легче на душе — уселась расписывать план дальнейших действий.

В голову ничего не шло. Хотелось просто окунаться в мужские объятья. Скрыться от всех проблем так, чтобы кто-то решил их за тебя.

Ведь так и было раньше. Ей не приходилось задумываться, сколько стоят товары в магазине, как няня обходится с дочерью, мелкий ремонт, важные решения — всё было в руках Бориса. А Эмма просто наслаждалась жизнью. А ведь когда-то они даже мечтали о домике у моря где-нибудь на средиземноморском берегу. Теперь ничего не будет. Придется выживать на свои кровные и как-то строить новую реальность. Благо, Мария Николаевна не обижалась и не лезла в их личные дела, полностью сосредоточившись на воспитании Лилии. А ведь это тоже задача матери, о которой Эмма за всеми своими карьерами и проблемами совсем забыла. Она отбросила ежедневник в сторону и вернулась в детскую. Прилегла рядом с дочерью и тихо плача, уснула в обнимку с маленьким родным человечком.

Утром надо было бежать на работу. С начала сентября стартанула новая программа по спортивным танцам, необходимо как следует всё протестировать, повторить, чтобы не было сбоев. Мысли целый день витали вокруг Бориса. Совершенно невозможно сосредоточиться на деле. Что он там говорил: готовить, убираться? Да когда?! Если такая загрузка на работе! Теперь она живет одна и можно полностью отдаться любимой профессии. Да! Всё-таки строительство отношений — это тоже труд. Если хочешь сохранить семью — придется вкладываться. Но теперь её ничего не держит. Только скучно и не хватает обнимашек. Может быть, найти кого-то взамен?

Эмма огляделась. Красивых мужиков полно. Но все уступали Борису, хотя, наверное, просто так кажется на волне уходящей боли. Отпустит.

Она стала с тройным усилием стрелять глазками, сняла обручальное кольцо — на этот шаг тяжело было решиться — и попробовала отдаться ветру свободы и флирта. Мужчины, конечно же, сразу почувствовали запах страсти, исходящий от подтянутой тренерши. С улыбками отвечали на заигрывания, и, в конце концов, один из качков пригласил Эмму прогуляться вечером.

Всё оказалось ужасно банально. Цветы, глупые вопросы и наводящие оскомину комплименты. Когда на прощание потянулся для поцелуя, Эмма непроизвольно отпрянула. «Фу! Не могу. Какой-то противный…» — она, извинительно улыбнувшись, попрощалась и забежала в подъезд. Набрала номер Нади.

— Надюш, привет. Слушай, ничего не получилось с моим кавалером. Противный он какой-то. И как теперь на работу идти? Ведь будет приставать, преследовать.

— Эм, ну я тебе не советчица, сама ведь знаешь как много у меня ухажёров.

— Ладно, попробую в интернете поискать достойного, сейчас это модно.

Отпустив няню, которая приглядывала вечером за Лилей, Эмма углубилась в интернет. Нашла самые популярные сайты знакомств. Зарегистрировалась. Тут же на неё свалился целый мешок новых сообщений. Виртуальные цветы и подарки, скользкие комплементы, фото обнаженных мужских тел и предложения встретиться сегодня же — всего этого было в избытке. Но ничего стоящего. Она выключила компьютер. Нет, искать цветок среди шлака нет ни времени, ни желания. Пусть жизнь сама подкинет хороший вариант. Надо погрузиться с головой в работу. А еще можно попробовать выучить новый язык и уехать куда-нибудь далеко. Новое место, наверняка, вылечит от депрессии.