Глава 1
"Любовь живет в душе, не в сердце.
От сердца ей нужна лишь кровь.
И никуда от чувств не деться,
Ведь кровь — вино. Вино — любовь.
Дурман, надежда и улыбка:
Твоя, моя, иль чья еще?
Не пой ты, пташка, громко шибко.
Любовь в тиши, в румянце щек"…
В карете нещадно трясло. Я смахнула с лица настырный локон, что выбился из прически, стиснула зубы и с раздражением подумала: «Еще раз подбросит, и точно набью шишку!». Но пока мне везло. Отчасти.
Запах лошадей терзал ноздри, въедался в мое платье, волосы, кожу. А настроение лежало у ног. Или нет: гораздо ниже. Пробило дно кареты и волочилось за ней раненой собакой.
Темная полоса в моей жизни началась еще прошлым утром, когда папенька объявил о моем скором замужестве. Только достался мне отнюдь не чванливый старикашка с толстым кошельком — единственным видным достоинством — или виконт с орлиным носом и тонкими сальными усами, а самый настоящий принц.
— Госпожа, вы не ушиблись? — забеспокоилась Марька — моя служанка.
— Нет, — рыкнула я и выдохнула, когда началась ровная дорога. Вот мы и в городе. — А лучше бы ушиблась. И посильнее! Невеста дурочка никому не нужна.
— Ну что вы, госпожа…
В голосе Марьки прозвучал наигранный укор. Она прекрасно понимала мое отчаяние и отвернулась, чтобы скрыть тень тревоги на лице, но я успела ее заметить и усмехнулась. Получается, мы не просто выглядим одинаково, но и думаем. Это радует. Будет с кем поговорить в замке.
Природа здорово пошутила, когда наградила меня и служанку похожей внешностью: темными волосами, бледной кожей, худощавой фигурой. Даже лицом! И я оценила ее юмор. Приняла Марьку как настоящий подарок судьбы и часто пользовалась нашим сходством — сбегала из дома от нежеланных гостей и скрывалась в саду. Батенька сильно за это бранил и однажды чуть не отобрал у меня Марьку! Но я отвоевала ее голодовкой. Однако вчера папенька сам приказал служанке нарядиться в мое старое платье, чтобы обезопасить меня от разбойников. И стоит признать, смотрелась Марька в нем недурственно, хоть и чувствовала себя неловко.
— Спрячь кудряшку, — попросила служанку, чтобы разрядить обстановку. — У тебя выбилась.
Она вздрогнула и поправила свою прическу, а потом вновь уставилась в окно. М-да… Старая карета, ухабистый объездной путь и двойник-служанка — не так я представляла грядущую встречу с женихом. Но ужаснее всего мой суженый — принц. За этот год я его девятая невеста.
— Ой! Госпожа! — вдруг воскликнула Марька и широко распахнула карие глаза. — Подъезжаем!
Она с восторгом посмотрела на замок, коего ни разу не видела и теперь пыталась запомнить каждую его деталь: остроконечные крыши; бело-черный флаг с желтым ястребом; огромные позолоченные окна; белоснежные стены и гигантский серый забор, что «съедал» добрую половину красоты королевского поместья. Я усмехнулась. Марька так восхищалась дворцом, точно ей не предстоит здесь жить. Хотя… Если поразмыслить, у нее все шансы уже завтра покинуть замок, так что пусть смотрит.
Перед откидным мостом нас остановила охрана. Марька нетерпеливо заерзала, когда стражники принялись тщательно изучать запечатанный красным воском свиток, и вновь прильнула к окну, стоило кучеру подстегнуть лошадей. Мост закончился. Железные ворота забора открылись. Решетка поднялась. И карета выкатилась на мощеную светлым камнем дорогу, а Марька пораженно ахнула. Чего уж лукавить, я тоже на мгновение позабыла как дышать потому что сама была в королевском поместье только один раз — на злосчастном балу, где меня подметил принц. И уже через неделю после приема нам пришло письмо с просьбой «добровольно» выдать меня замуж. Вот так просто. Без трепетных заигрываний, личного визита и сватовства, а папенька не подумал поспорить. Обидно.
Путь до позолоченных дверей королевского дома обступили деревья рододендрона. Они розовой вереницей вели нас по необъятному двору, пока за их пышными кронами не спрятались ворота и забор. Нежные лепестки, что усеивали холодный камень, тихо шелестели под колесами кареты, а трава под тенью деревьев манила пройтись по ней босиком.
Я прикрыла веки и позволила себе помечтать, как прохладная зелень приятно щекочет пятки и успокаивает уставшие после тесных туфель ноги. Особенно утром, когда на землю выпала блестящая, точно слезы Богини, роса. Так и представляю: восход, свежесть ветра, я… И никакого принца. Сказка.
Внезапно карета остановилась, а ее хлипкая дверца противно скрипнула и выдернула меня из сладких грез.
— Добро пожаловать в замок Золотого Ястреба его величества короля Тайса, леди Цессара, — царапнул слух хриплый голос. — Рады вас приветствовать.
В открытом проеме показалась рука в белой перчатке. Богиня, мне так не хотелось ступать на чужую землю! Что, вопреки правилам, я выпроводила первой Марьку, а после сама приняла помощь растерявшегося лакея.
Конечно, он растерялся. Ждали одну леди и ее служанку, а прибыли две леди. У бедного слуги глаза разбежались, и побледнело лицо.
— Эм… Надеюсь, дорога не показалась утомительной?
Контрольный вопрос. Любопытно. Я осторожно пихнула Марьку и взглядом приказала молчать. Усложним лакею задачу, заодно проверим его сообразительность. И надо же! Он не разочаровал. Выбрал самую нарядную леди, и пригласил проследовать за ним, а меня — девку — отправил разбирать мое же барахло.
— Слушаюсь и повинуюсь, — пряча улыбку, я склонила голову и поспешила удалиться.
Да, жестоко по отношению к Марьке, но лакей сам виноват, что не заметил надорванное кружево на ее рукаве и не впечатлился моим нарядом. Между прочим, очень хорошим: скромным, без рюшек и украшений, темно-синим, почти черным платьем — скорбным, как я назвала его перед отъездом.
Жаль-жаль-жаль бедную Марьку. Даже совесть чуть-чуть уколола, но, уверена, бояться нечего и обидеть ее никто не посмеет. Служанка ведь ни в чем не виновата. Просто случилось недоразумение, а недоразумения не принято решать плетью или топором. По крайней мере, без моего ведома. Марька же моя собственность.
Обогнув замок по кольцевой тропе, я вышла в прекрасный сад из цветущих деревьев, которые, по слухам, не перестают радовать своими красками даже зимой. Ветер шелестел зеленой листвой, голубыми лепестками глициний, розовыми бутонами рододендронов и желтыми гроздями мимозы, а по гибким веткам прыгали маленькие птички и радостно щебетали песенки. Райское место. И достойное для апогея хаоса, когда все сообразят, что Марька служанка, и начнут искать настоящую леди Цессару. То есть, меня. А до этого можно почитать.