Глава 15

Миновав долину Длинных теней, тропинка упёрлась в крутой холм, изобиловавший скальными выступами, испещрёнными выемками и пещерами. Я подошел к одной из них и позвал:

− Люциан Рамстэд из Неблагого Двора

У сида портных – мне к Флейтисту пора!

Стены земные, вы расступитесь,

Дайте дорогу, и снова сомкнитесь!

Некоторое время ничего не происходило. Неужели и тут, словно в сказках, нужно произнести воззвание трижды?

Рядом с пещерой, возле которой я стоял, зашевелилась трава, высунулся любопытный мышиный нос. Вслед за ним показалась мордочка самой мыши – уши были скрыты объемным кружевным чепцом, в стиле голландских женщин семнадцатого века.

− Кто здесь? – пропищала нарядная мышка, крутя головой, пока взгляд маленьких чёрных глаз не упёрся прямо в меня. – Ой! – никогда не думал, что на звериной мордочке так явно может читаться выражение испуга. Она вновь спряталась в траву – лишь громадные кружевные рюши чепца выдавали её местонахождение.

− Не бойся! Я пришел к Флейтисту.

Она вновь высунулась, и пропищала:

− Дайте слово, что не причините вреда никому из обитателей сида!

− Даже в мыслях не было! Даю слово!

Она поднялась во весь рост, лишь слегка возвышаясь над самой высокой травинкой – тёмное платье с белым кружевным передником удивительно гармонировало с чепцом.

− Прошу за мной, ваше величество!

Я вздрогнул: неужели теперь новый статус не скрыть даже от мыши, пусть она и из рода ши? Учитывая отсутствие подвластных мне земель, это начинало походить на насмешку.

− Можно попросить тебя? − мышь обернулась. Только сейчас я заметил торчащий из-под пышной юбки тонкий серый хвост. – Меня зовут Люциан Рамстэд, можно Люк. Не зови меня «величеством».

− Как вам будет угодно! – пискнула она. – Если желаете попасть к Флейтисту, следуйте за мной!

Я упустил момент, когда мы оказались внутри сида: только что шли прямо по траве у его склонов, и вот уже шагаем по тропинке, аккуратно вымощенной разноцветной мозаикой. Здесь и там высились маленькие домики, похожие на пряничные – разноцветные стёкла в окошках, ярко выкрашенные двери, черепичные крыши… В крошечных огородах копались мышата, разодетые в добротные курточки и платьица. На крыльце одного из домишек сидел старик-мышь с длинной седой бородой и курил трубку.

Я помахал ему рукой, почему-то решив, что он и есть Флейтист. Седобородый мышь помахал лапкой мне в ответ, выпустив изо рта несколько дымных колечек. Мы прошли мимо, не останавливаясь и направились в сторону большого раскидистого граба, растущего на зелёной лужайке. Под ним кто-то сидел. Мы подошли ближе. Мышь церемонно присела в глубоком реверансе, почтительно пропищав:

− Господин Флейтист! Люк Рамстэд просил о встрече с вами!

Я разглядывал сидящего – сложно пока судить о его росте, но не похоже, чтобы он был слишком высок. Русые, слегка вьющиеся волосы до плеч – в них прятались серебряные нити седины, молодое лицо, вовсе не отличавшееся неземной красотой – обычное, человеческое. Одет он был просто – тонкая рубашка белёного льна с вышивкой на вороте в тон и темные штаны до щиколоток. На ногах странные кожаные туфли без задников, с тонкими скрученными спиралью носками. Я упустил момент, когда он открыл глаза – полностью чёрные, без белка, с кружащимися в них золотыми искрами, напоминавшими звёзды в ночном небе Тир Нан Ог. В руке он сжимал необычную длинную резную флейту.

− Приятно иногда взять несколько нот на закате, − вместо приветствия сказал хозяин сида. – С чем пожаловал, новоявленный Шиповниковый король? Рина, ты можешь идти! – заключил он без всякого перехода.

Мышь вновь присела в реверансе и степенно направилась прочь.

− Здравствуй! – поклонился я. – Ты ведь Флейтист?

Он кивнул, свободной рукой указав на флейту. Я растерялся – легендарного древнего представлял себе несколько иначе.

− Говори, не тушуйся! – поторопил он. – Кстати, как тебе освещение? Если привычнее время суток Неблагого Двора, могу сменить!

Он поднёс флейту к губам и подул. Я не расслышал никаких звуков, но золотистый свет, льющийся неизвестно откуда, немедленно погас.

− Или тебе больше по душе полдень? – на смену темноте пришёл яркий дневной свет – вновь я не сумел разглядеть его источник. – У меня обычно редко бывают гости… Хотелось бы сделать твоё пребыванием комфортным. Правда, не так давно приходил принц Неблагого Двора. Твой визит связан с этим?

− Сильвар… − я не удивился, просто до самого конца надеялся, что он не пошёл к Флейтисту.

− Да, Сильвар Стерх, сын Мэдб, король Неблагого Двора… или ещё нет?

− Уже не король, − поправил я его. – Он отказался от трона.

− Ничто не вечно, кроме Бездны, что принимает разные формы, − улыбнулся Флейтист. Его манера разговора, возможно, на кого-то наводила жуть, но меня начала раздражать.

− Я пришёл задать тебе два вопроса, − он медленно моргнул, но выражение его лица не изменилось. – Куда направился Сильвар и где Ариадна, воспитанница королевы Мэдб?

− Ты же понимаешь, что у всего есть цена? – спокойно спросил он. Вокруг всё замерло: именно этого я и боялся! Флейтист ничего не делает просто так. – Да, у информации есть цена. Что дашь мне взамен за знание о местонахождении брата? А за секрет Сумеречной?

− Чего ты хочешь?

Он растянул губы в гротескной улыбке, больше похожей на устрашающую гримасу, расширив и без того громадные глаза: золотые искры в их волглой тьме завертелись быстрее. Придвинувшись ближе, Флейтист доверительно вопросил:

− Что может хотеть существо, которому всё наскучило и опостылело?

Я в замешательстве помотал головой – даже представить не могу!

− Твой брат отдал память, − ответил он.

Сердце сжалось в груди при этих словах – Сильвар! Что же ты натворил?

− Зачем… − голос сел. Я прочистил горло и повторил: − Зачем тебе его память?

Он протянул руку – флейта ребром лежала на указательном пальце. Не сводя с меня глаз, он провернул её двумя пальцами другой руки, и она начала плавно вращаться – так мы сами в детстве играли с мячом, вертя его на пальце, только мяч замедлялся, а флейта с каждым витком наращивала вращение, постепенно превращаясь в жужжащее белое колесо.

− Как тебе сказать, − задумчиво произнёс он, − Пригодится! Там столько интересного! Особенно эмоции, чувства… Может, я буду наслаждаться ими, длинными одинокими вечерами, потягивая, как хорошее вино… А может, попрошу Арахну по дружбе сплести паутину снов, и отключусь на несколько лет…Пока не надумал!

Он резко остановил вращение флейты, с щелчком зажав её в кулаке.

− А ты что решил? Чем готов пожертвовать ради нужной информации?

Мысли метались в голове, я никак не мог решить, что могу ему отдать безболезненно.

− Придумал! – прищёлкнул он пальцами, − Вздох!

− Что? – не понял я.

− Один-единственный твой вздох! И больше ничего! Ты согласен?

Немного помедлив, я кивнул. Он вытянул руку – на ладони лежал маленький округлый флакон с притёртой пробкой.

− Давай! – подбодрил он. Я взял флакон, вынул пробку и хорошенько набрав воздуха в лёгкие, выдохнул. В голове поплыло, свет померк на мгновенье. Флейтист забрал у меня флакон, поскорее заткнул его, и убрал в карман – флейта в это время висела в воздухе рядом с ним.

− Вот и все! – усмехнулся он, − А ты так боялся!

Я никак не мог понять произошедших изменений, но ощущал какую-то невосполнимую потерю.

− Так слушай: Сильвар попросил отправить его в земли железнобоких, но не просто, а как подменыша в приёмную семью. Знаешь, что это значит? Он родится у земной женщины вместо её ребенка, а человечка возьмут на воспитание в Тир Нан Ог. В данном случае, ребёнок будет воспитываться у Нэнни Мам – она давно просила о сынишке. Как ты понимаешь, братцу даётся шанс на совершенно новую жизнь. Так что память в данном случае ни к чему – только будет мешать. Не так уж я жесток!

Он усмехнулся.

− С Ариадной ещё проще – по дороге ко мне ты проходил долину Теней. Её домик находится там – только прикрыт защитой от незваных гостей. Так как уплачено, сообщаю: тебе можно войти, если отдашь земле каплю крови и скажешь: «С миром пришел. С любовью нашел». Дальше разберешься сам. Это всё?

Мне не хватало воздуха. Хотелось побежать назад, и обнять наконец Раду – пусть брыкается, дерётся, даже кусается… Я всё объясню, расскажу, как люблю её, попрошу прощения…В конце концов, любовь стирает дурное! А вдруг откажет? Скажет, что не любит… Это очень больно, но я смогу пережить, идти дальше, оберегать её, пусть на расстоянии… Всё переменчиво в мире: пока мы живы, всегда есть шанс, а в Тир Нан Ог у нас впереди вечность! Может…

Я застонал, сжав зубы. Прости меня, любимая! В очередной раз прости!

− Как можно вернуть Сильвара? – спросил я.

Флейтист поднял бровь и с интересом взглянул на меня.

− Только отправившись за ним.

− Через портал?

− Не-е-ет! – со смехом протянул он, − Через рождение!

***

В дверь постучали. Я со вздохом оторвалась от томика Желязны – ох уж эти девять принцев Амбера! Всё, как в Тир Нан Ог!

Стук стал настойчивее.

− Иду! – крикнула я. Поднявшись из любимого кресла, пошла открывать. В прихожую ворвалась заплаканная Тинни и с порога заявила:

− Это всё из-за тебя!

− Погоди! Что стряслось опять? Какой-то из драгоценных братьев вновь набедокурил?

− Они…Они ушли подменышами к людям!

Что на это сказать, не сообразила сразу, только брякнула:

− А я-то здесь причем?

Тианиель, королева Неблагого Двора, моя сестра, упала на колени и прорыдала:

− Спаси их! Больше мне некого просить! Ариадна, пожалуйста! Верни их домой!

Я немедленно подняла её, усадила в своё кресло, налила отвара ромашки с мятой, а потом сказала:

− Если я сделаю это, то исключительно ради тебя!

− Понимаю, − кивнула она, − Можешь относиться к ним, как хочешь, только верни! Без Сильвара Ночной Двор разваливается, а Люциан… Он изменился, правда! Вот увидишь…

Я жестом остановила её.

− Не надо, Тинни! Я согласна, не плачь.

− Я твоя должница навечно! – сказала Тианиель. Жаль, что не успела её остановить – воздух задрожал, принимая клятву. Мы обнялись – не известно, кто из нас больше искал поддержки. Похоже, двое «братцев» всю жизнь будут преследовать меня!

Конец первой части.

Продолжение следует.