Глава 33. Знали бы вы, как далеко эти снобы живут от Ислингтона, профессор!

Мне и самой хотелось встретить мужчину, который бы приносил охапки любимых роз, разделял увлечения, окружал заботой и вниманием. Всегда восхищали парни, которые умели настолько глубоко и гармонично чувствовать жизнь, что создавали вокруг себя комфортное пространство, из которого не хочется выбираться. Хотя уют исторически считался женской обязанностью, у меня с ним было чертовски плохо. Обычно хватало самого минимума. Джинсы, футболка, кеды – я носила в Москве простую одежду и всегда очень просто жила. Тут же в мысли на чешуйчатых крыльях залетел Гримальди со своей необыкновенно удобной софой в библиотеке, на которой я бы с удовольствием провалялась целый день, тщательно выверенными интерьерами в доме и плюшками с корицей… Непростыми сахарными завитками, а теми сочными булочками, что подавались вприкуску с тающим сливочным маслом и нежным вареньем из голубики. Я сглотнула смачную слюну, вспомнив их божественный вкус и аромат! Разогнав сентиментальные мысли в стороны (кыш, проклятые!), я собралась плотно пообедать и передохнуть. Вышла из комнаты, чтобы рассказать Матильде про авторский метод то же самое, что объясняла мальчишке на площади, как вдруг столкнулась глазами со вторым посетителем. То, что этот «пациент» пришел по мою душу, сомнений быть не могло. Тощий сутулый студент (с книжкой под мышкой), увидев меня, натурально задрожал и побледнел. Схватился за стенку и театрально согнул одно колено, словно вот-вот собирался упасть от избытка чувств прямо в коридоре. Страхи и тревожность на лицо! – Молодой человек хотел уточнить, если ли у вас дополнительные скидки для студентов, господин Аналар? – процедила Матильда, нахмурив брови. – Дополнительных – нет, – отрезала я и «добила» неуверенность студента последним аргументом. – Решайтесь сегодня. Завтра будет толпа желающих! Нас учили, что тревожным клиентам следует передавать ответственность за судьбу в их собственные руки с первых же минут, чтобы не возникало нереалистичных ожиданий, будто психолог разбирается в их жизни лучше, чем они сами. – Надо подумать, подумать! – торопливо взвизгнул мужчина и, пригнувшись, словно я могла стукнуть его по голове, размашисто зашагал к выходу. Он хлопнул дверью, а Матильда выдохнула в голос: – Такой привязчивый! Никак не могла от него отделаться. Ух, наконец-то ушел! Записала на сегодня еще двух господ. Один на шесть вечера, второй на десять часов. «В десять часов я бы уже хотела отдыхать», – напряглась я, но вслух не произнесла ни слова. Это была моя ошибка. Нужно было обговорить четкие рамки времени работы и объяснить, что на каждого клиента уходит около часа. – Значит, следующий в шесть, а сейчас сколько времени? – прищурилась я. –Уже без двадцати шесть, – подсказала Матильда. «Надо же, как мы задержались с Дэвисом! – фыркнула я про себя и выскочила на улицу следом за студентом. – Работаю без сна и еды». Успеть бы добежать до ближайшей лавки и купить хотя бы хлеба и сыра, чтобы нормально перекусить. С утра во рту ни крошки, кроме соленого крекера! – Я готов! Берите меня! – преградил путь убежавший, но вернувшийся студент, наигранно приложив ладонь к сердцу. – Вы правы, нужно решаться. Сейчас или никогда! – Давайте все-таки без резких движений и сумасбродных выходок, – обошла я мужчину сбоку, нацелившись на тележку с горячими пирожками. – Подумайте в спокойной обстановке и возвращайтесь, когда примите взвешенное решение. Удрав от студента, я метнулась к пирогам. Заполучила в руки сразу три длинных «трубочки», поджаристых до румяной золотистой корочки, и с наслаждением съела одну, пока шла обратно к дому. Пирожок оказался с мясным фаршем и луком. Последний я обычно не переваривала, но сейчас выбирать не приходилось. Перекусить бы на бегу и в сухомятку, да успеть встретить следующего посетителя. Было до жути любопытно, кто придет на этот раз! *** Проконсультировала мужчину на шесть вечера, затем ночного гостя, который еще и опоздал. Заявился в половину одиннадцатого, когда я уже прилегла на кровать. Заснуть, правда, все равно бы не получилось. Ровно в десять вечера начали возвращаться те, кто уходил на заработки в шесть утра, и дверь беспощадно грохотала. Впрочем, ночному посетителю шум пришёлся очень кстати. К грохоту дверей я добавила иллюзию красочного салюта, который так нравился мужчине в детстве. Пришлось подыграть, чтобы он вспомнил, как ребёнком запускал в небо фейерверки и хохотал. Сейчас из-за постоянной работы без отдыха ночной визитер выглядел, как заторможенный робот, периодически зависающий на вопросах из-за недосыпа. Остатки человеческого в нем выдавали только синяки под глазами. Естественно, с девушками отношения у него не клеились. Какая приличная девушка после десяти вечера решится хотя бы на разговор с мужчиной, который выглядит, как уставший мычащий «робот»?! Ну, только психолог, как я, разумеется! Когда «ночной гость» вернулся с помощью иллюзий в детство и вспомнил мальчишеские мечты, то чуточку ожил. Поклялся хотя бы один день в неделю тратить на любимые увлечения, прогулки и долгий сон. Глаза «робота» наконец загорелись, а мои, наоборот, уже начинали откровенно слипаться. Мы договорились, что если все-таки нужно будет детальнее разобраться с девушками, он заглянет еще раз. Бизнес потихонечку рос. Начали заглядывать люди по рекомендации других клиентов. Прошло пять дней, и мы с газетчиком успели перепробовать несколько привлекательных объявлений. Джек каждый день обещал мне на следующее утро выдать гениальное решение, но пока реклама шла с переменным успехом. Хотя дело было не только в ней! То люди записываются и не приходят, то я случайно обнаружу, как Матильда самостоятельно берет с клиентов дополнительные деньги, чтобы переписать их на более ранний приём… Меня успокаивало только одно. Деньги с практики шли, да и никто меня не разыскивал. Все словно забыли о существовании Ларианы Веттин. – Господин Аналар! – замахал Джек газетой, едва меня заметил сегодня с утра. – Вот оно – гениальное решение! Паренёк хлопнул рукой по бумаге и указал на кусок текста. – Что там? – не поняла я. – Договорился напечатать объявление о ваших услугах! – с гордостью произнес мальчишка. – Теперь клиенты валом повалят! Не отобьетесь! Я вырвала газету и уставилась на текст. – «Несмотря на внешнюю хрупкость, Аналар Фройд – настоящий маг своего дела, хоть и убеждает, что работает без использования колдовства. Созданные им псевдоиллюзии помогают разобраться с причинами неудавшихся отношений и вдохновляют начать новую жизнь, оставив трудности в прошлом», – прочитала я окончание небольшой рекламной статьи. Написано было вполне грамотно, вот только упоминание иллюзий слегка напугало. Эта магия запрещена, к тому же ей мало кто владеет. – Что-то не так, господин Аналар? – забеспокоился Джек. – Нашли ошибку в тексте? Вы побледнели. – Дело в иллюзиях. Как бы мне за них не прилетело! – С чего вдруг прилетит?! – засмеялся парень. – У вас авторский метод, господин Аналар. Да и к тому же все знают, что подлинной магией иллюзий владеет только зажиточный род Веттин. Знали бы вы, как далеко эти снобы живут от Ислингтона, профессор!