42. Дикарь

Мы поужинали моим пирогом. Илья так удивился и обрадовался, что я его приготовила. И пока ел, наверное, раз сто похвалил. А я наблюдала за ним с глупой улыбкой на губах. Никогда бы не подумала, что это так приятно – приготовить что‑то для своего мужчины. Потом устроила для Ильи показ мод, примеряя купленные для меня наряды. Илья вальяжно расположился на кресле в зале и, подперев кулаком щёку, жадно наблюдал за мной. На его губах блуждала лёгкая улыбка, пока я в очередной обновке дефилировала перед ним, кружилась, со смехом и смущением комментируя нескромную длину юбки или глубокий вырез декольте. Чувствуя себя ребёнком, которому на Новый год подложили под ёлку целую кучу подарков. У Ильи оказался превосходный вкус. И всё, что он купил для меня, подошло идеально. Но весь вечер я постоянно ловила себя на странном ощущении, будто с моим мужчиной что‑то не так. Едва переставая смотреть на меня, он словно немного подвисал, думая о чём‑то своём, и его улыбка гасла. – Илья, у тебя всё в порядке? Что‑то случилось? – в конце концов всё‑таки осторожно спросила я, когда в очередной раз вернулась в комнату в новом наряде: широких серых брюках в пол и модном полупрозрачном свитере с открытым плечом и длинными рукавами. Илья склонил голову набок и похлопал по колену, подзывая меня к себе. – Иди сюда, малышка, присядь. Я послушно прошлëпала босыми ногами до его кресла и опустилась к Илье на колени, обняв его за шею одной рукой. Но ему этого показалось мало. Илья обхватил меня за талию, притиснул к себе и забрался рукой под свитер, поглаживая живот и запуская по телу мурашки. Я прильнула к нему ещё сильнее, уткнувшись носом в крепкую шею. С наслаждением вдыхая дразнящий аромат его парфюма. – Похоже, всё‑таки не получится проучить твоих родителей, – шумно выдохнув, произнес Илья. И я невольно напряглась. В каком смысле? Он передумал и хочет выпроводить меня обратно домой? – Почему? – спросила, чувствуя, как всё холодеет внутри. Но Илья оставался слишком спокойным для того, кто хочет отказаться от своих слов. Продолжал ласково поглаживать меня под свитером, убрал за ухо прядь волос и прижался губами к виску. – Придётся съездить к ним в ближайшее время за твоим паспортом. Нам нужно слетать в Москву, – будничным тоном заявил он. Я отстранилась от него и округлила глаза в полном недоумении. – Нам нужно слетать куда? – переспросила, решив, что, может, ослышалась. – В Москву, – повторил Илья. – А… зачем? Он убрал руку с моего живота и устало потер ею своё лицо. – Да там… Отец у меня… В общем, при смерти. Врачи сказали, протянет ещё несколько суток, максимум неделю. Я резко втянула в себя воздух и прикрыла ладонью рот. – Боже, Илья… Мне так жаль. Какой кошмар… Он отрицательно покачал головой. – Нет, я нормально. Это мой биологический отец, он, по сути, чужой мне человек. Я его видел всего один раз в жизни. И не полетел бы никуда, но у меня ещё сестра там обнаружилась… Единокровная, блин. Она теперь одна остаётся. Раздавлена совсем, тяжело ей. Я потрясённо молчала, не зная, что и сказать. – Её я тоже, считай, не знаю, – продолжал свой рассказ Илья. – Видел один раз в жизни. Но чëрт, она такая… Хрупкая, что ли. Не могу я её бросить. – Конечно, ты должен полететь, – закивала я, всё ещё не понимая, как относиться к полученной информации. – Ты полетишь со мной, – посмотрел он мне в глаза. Не спрашивая – утверждая. – Я бы с удовольствием, Илья, но как надолго? – Пока сам не знаю… Лиза болеет, видимо, стресс сказался. Нужно будет помочь ей организовать похороны. Ну и, наверное, просто побыть рядом какое‑то время. – У меня ведь работа… – напомнила я. Хотя по сравнению с проблемами сестры Ильи это казалось такой мелочью. – Ты сильно дорожишь своей работой? Я закусила губу, размышляя об этом. – Нет, не сильно. Но это мой основной источник дохода. Если меня уволят, то денег совсем не будет. – Насчёт денег не переживай. Я тебя здесь одну не оставлю, Маша. Если ты не полетишь со мной, я тогда тоже никуда не полечу. – Почему? – еле слышно спросила я просевшим вдруг голосом. – Я не хочу снова тебя потерять, – ответил он. У меня защипало в носу, и в груди перехватило так, что не вздохнуть. Обняла его крепко за шею. Изо всех сил. – Конечно, я полечу. Не можем же мы бросить твою сестру. Он обнял меня ладонью за затылок и поцеловал сразу по‑взрослому, глубоко проникая в мой рот языком. Возбуждение захлестнуло, мощной волной прокатилось по венам, оседая ярким томлением внизу живота. Я глухо застонала. А Илья оторвался от моих губ и пьяно посмотрел в глаза. – Там ещё нижнее бельё где‑то было. Примерь, – хрипло потребовал он, слегка подтолкнув меня, ссаживая со своих колен. Я встала, с довольной улыбкой закусив губу, и, слегка пошатываясь – голова кружилась после поцелуя, отправилась в спальню к пакетам. Торопливо стянула с себя все вещи и надела красный кружевной комплект. Покрутилась перед зеркалом – я выглядела как модель с обложки журнала восемнадцать плюс. Взбила пальцами волосы, придавая им объём, уложила на одно плечо. И походкой египетской царицы вернулась в зал, где восседал на своём кресле‑троне мой фараон. – Вау… – восхищённо прошептал он, скользя по моему телу горящим взглядом. Поднялся с кресла, подошёл ко мне, рывком притянул меня к себе. С нажимом провёл руками по бёдрам, сжал ягодицы. Глядя на меня так жадно, что все волоски на теле встали дыбом. Дыхание сбилось. Между ног появилась волнующая тяжесть. – Можно я сегодня не буду джентльменом? – вкрадчиво спросил на ухо Илья, лаская ладонью мою шею. – А кем… будешь? – Дикарём. Который утащит свою принцессу в пещеру и будет делать там с ней всё, что захочет. Внутри лёгким разрядом тока пронеслось острое возбуждение, защекотав низ живота. – Ого… – выдохнула я. – Честно говоря, с первых дней нашего знакомства об этом мечтал. – А этот дикарь… не обидит принцессу? – Нет. Принцессе всё понравится. Обещаю. – Тогда хорошо… Илья резко подхватил меня на руки, закинул через плечо, заставив взвизгнуть и рассмеяться от неожиданности, и потащил в спальню, и правда, как настоящий дикарь.