50. Эпилог

Год спустя

Я проснулась от настойчивой трели своего телефона. Кое‑как разлепив веки, потянулась к прикроватной тумбочке и, щурясь от яркого солнечного света, попыталась разглядеть на экране номер звонящего. И кому я могла понадобиться в такую рань? Маме… Скользнула взглядом по верхнему углу экрана, поняв, что уже совсем не рано – одиннадцатый час утра. Вот это я поспала! Да и Ильи рядом на постели не обнаружилось, зато из ванной доносился шум воды – видимо, любимый принимал душ. Сладко зевнув, я села на кровати и приняла вызов. – Алло, мам? – Здравствуй, дочь, – раздался из трубки строгий мамин голос. И, по своему обыкновению, она сразу перешла к делу, не дожидаясь моего ответа: – Я сейчас с Верой по телефону разговаривала, она сообщила мне, что вчера прошла твоя выставка. Вроде как довольно успешно, почти все картины распродали. Это правда? – Правда, мам, – мягко отозвалась я, с радостью вспоминая вчерашний день. Хотя мне следовало насторожиться: мамин сдержанный тон явно намекал на то, что она снова чем‑то недовольна. Но сейчас мало что могло испортить мне настроение. – А почему ты даже не поделилась с нами? – с претензией спросила мама, подтверждая мою догадку. – Я собиралась тебе написать, просто не успела. Вчера такой день был насыщенный, сначала выставка, потом мы с Ильёй, Верой и Лизой немного отмечали в ресторане. Домой поздно вернулись, без задних ног, – растерянно оправдывалась я, недоумевая. Ей же всегда не нравилось моё творчество? Мне бы и в голову не пришло, что нужно спешить делиться достижениями. – Понятно, – уязвлённо отозвалась мама. – Мы с папой поздравляем тебя, – тем не менее, смягчившись, добавила она. И от этого мне стало по‑настоящему приятно. – Кто бы мог подумать, что наша дочь вырастет такой востребованной художницей. – Спасибо, мам. Я и сама до сих пор не верю, – с улыбкой ответила я, разглядывая наши с Ильёй полуобнажённые портреты, висящие прямо перед моими глазами на стене напротив. Они действительно были очень хорошо написаны. – Как Илья это прокомментировал? – спросила мама. – Сказал, что очень гордится мной. – Повезло тебе с мужем. Ты береги его, – назидательным тоном произнесла она. – Веди себя там достойно… Я закатила глаза – мамины настойчивые предостережения, связанные с моим прошлым неудачным опытом, порой сильно задевали и даже нервировали. Но Илья посоветовал не реагировать остро в таких ситуациях, а спокойно отвечать маме, что у неё нет причин для беспокойства. Что я и пыталась делать, полностью доверяя мнению мужа. Этот раз не стал исключением. – Да, мне очень повезло с Ильёй, мам, – вздохнув, признала я. – Не переживай, я дорожу нашими отношениями и ничего предосудительного себе никогда не позволю. – Ну и хорошо, – удовлетворённо отозвалась мама. Возникла неловкая пауза. – Ну ладно, мам, мне нужно идти. А то мы сегодня с Ильёй на каток собрались, он давно хочет научить меня кататься. А ещё к Лизе нужно заскочить, я обещала ей помочь кое в чём… – Андрей‑то девушку себе нашёл, представляешь! – внезапно выпалила в трубку мама, едва не перебив меня. – Я вчера видела их, у нас во дворе гуляли. Он с тросточкой, а она его за руку так заботливо поддерживает. Хорошенькая девушка, видно, что добрая, порядочная. – Это замечательные новости, мам, – искренне ответила я. – Я очень рада за Андрея и его девушку. – Ну ладно, не буду тебя отвлекать, раз ты торопишься, – суетливо спохватилась мама. – Звони, когда будет время. – Конечно, мам. Папе привет передавай. – Хорошо, передам. Она отключилась, и я откинулась обратно на подушки, дав себе возможность ещё минутку понежиться в уютной постели. На моих губах блуждала улыбка. Такой счастливый день… Я радовалась, что мы снова начали мирно общаться с мамой, будто и не было того кошмара между нами. На душе от этого сделалось спокойно и легко. Ведь мы много месяцев не разговаривали после того, как я ушла тогда из дома вместе с Ильёй. Как бы я ни винила маму в её жестокости по отношению ко мне, наша ссора отравляла самое счастливое время моей жизни – начало замужества и семейной жизни с Ильёй. Мы расписались в одном из Московских ЗАГСов и тихонько отметили вдвоём. Год назад нам было совсем не до пышной свадьбы. У Ильи возникли серьёзные проблемы из‑за клиники, которую его родной отец оставил ему в наследство. Нашлись какие‑то люди, якобы тоже родственники, пытались признать завещание недействительным, хотели, чтобы Лиза с Ильёй написали отказ от наследства, запугивали, угрожали. Я уговаривала Илью отдать им всё, чтобы только они оставили нас в покое, но любимый заверил меня, что всё будет хорошо. И они действительно вскоре отстали. Исчезли, будто их и не было. Как Илье удалось это провернуть, до сих пор не представляю. Он ни в какую не захотел посвящать меня в подробности. Сказал только, что друзья помогли. А Лиза страдала от жестокой депрессии, ей всё было безразлично. К счастью, каким‑то чудом нам с Ильёй удалось её вытащить из этого болота. И вот уже несколько месяцев, как Лиза ожила. Снова начала заниматься своей галереей, восстановила старые связи и организовала мне роскошную выставку, за что я буду ей всю жизнь благодарна. А ещё моя золовка вроде как влюбилась… Всё потихоньку налаживалось, но меня страшно удручал конфликт с мамой. Даже папа регулярно звонил, чтобы узнать, как у меня дела, а мама упорно молчала. Я тоже не шибко стремилась восстановить отношения, испытывая чудовищную обиду за её безразличие. Но Илья практически силой нас помирил. Повёз меня в Новокузнецк на выходные, и мы заявились к моим родителям без приглашения с цветами и подарками. Папа нас поддержал, и маме ничего не оставалось, как сдаться. Она извинилась перед Ильёй за то, что прогнала его тогда, а в конце вечера даже обняла меня и попросила прощения. Мы обе расплакались. С тех пор регулярно раз в неделю стали созваниваться и делиться новостями – для меня это очень много значило. Ещё один огромный груз упал с души, когда Андрею сделали операцию, и всё прошло успешно. Я нет‑нет, да заглядывала в его соцсети и фотографии с той девушкой видела. Андрей на них выглядел довольным, как кот, объевшийся сметаны, да и девушка его светилась вся. Илья сказал, что это медсестра, которая ухаживала за Андреем после операции. Кто бы мог подумать, что он там встретит свою любовь, вот какая хитрая штука – судьба! Илья вышел из душа в одном полотенце, обёрнутом вокруг бёдер. Мой божественно красивый, умный, добрый и смелый муж. С каждым новым днём я любила и восхищалась Ильёй всё сильнее. Хотя казалось, что это просто невозможно. Но самое больше счастье заключалось в том, что мои чувства были абсолютно взаимны. – Проснулась, засоня? – ласково поинтересовался любимый, заметив, что я украдкой наблюдаю за ним. Угу, – промычала я, выбираясь из‑под одеяла. И, поправив свою соблазнительную ночную сорочку, пританцовывая, направилась к нему навстречу. Меня тут же сгребли в охапку и чуть не задушили в объятиях. Я тоже изо всех сил обхватила мужа за шею, встав на цыпочки. Чувствуя сквозь тонкий шёлк сорочки его ещё влажное после душа тело. Стоило ему ослабить хватку, как я тут же принялась ласкать ладонью напряжённые кубики пресса, поглаживать пальцами у самого края полотенца, дразня и коварно глядя ему в глаза. На что Илья отреагировал моментально – подхватил меня, как пушинку, и завалил на постель, накрыв сверху собой. В следующее мгновение на мои губы обрушился страстный поцелуй со вкусом мятной зубной пасты, который заставил меня буквально застонать от удовольствия. Рука мужа ловко забралась под сорочку, принялась чувственно ласкать грудь, а после спустилась ниже, и сильные мужские пальцы проникли в трусики. – М‑м‑м, как я соскучился по моей девочке… – хрипло протянул Илья, приподнимаясь и пристально наблюдая за моим лицом, пока его рука творила что‑то невообразимо приятное внизу. Я приоткрыла губы и рвано дышала. Глаза закатывались от удовольствия – Илья знал, как довести меня до экстаза за считанные минуты. – Обожаю… когда у тебя выходные… – прерывисто пробормотала я и тут же получила очередной жадный поцелуй в губы. Мои трусики были нетерпеливо сорваны и брошены на пол. Туда же полетело влажное полотенце Ильи. Муж широко развёл мои ноги в стороны, заставляя согнуть их в коленях. И устроился между, чтобы одним сильным толчком заполнить меня собой до отказа. Он ощущался внутри идеально. Так потрясающе туго и сладко, что невозможно было молчать. Я протяжно застонала от удовольствия, выгнула спину дугой и подалась бёдрами навстречу любимому. Чтобы ещё ближе. Глубже… Сильнее… Насколько это возможно. По телу разлился чудесный жар, заставляя дрожать каждую клеточку тела. – Господи… Илья… – стонала я, сотрясаясь от мощных толчков. Сходя с ума от этой сладкой пытки. – Да, любимая? – спросил он, чуть‑чуть замедляя темп. – Люблю тебя, – прошептала я, облизав пересохшие губы. Разомкнув их и потянувшись к нему, выпрашивая поцелуи. – И я тебя… Обожаю… – отвечал он, зацеловывая всё, что попадалось ему на пути. * * *На каток мы добрались ближе к вечеру. Пока я нарядила Лизу, пока мы все вместе пообедали у неё в квартире. Пока вернулись к себе и переоделись соответствующе предстоящему мероприятию. После похорон Сергея Павловича Лиза не захотела оставаться одна в том огромном особняке. Слишком много болезненных воспоминаний он у неё вызывал. Теперь мы все жили по соседству, в одном многоквартирном доме, только на разных этажах. Все – это Вера, Лиза и мы с Ильёй. Очень удобно: вроде никто никому не мешает, и в то же время все рядышком, можем в любой момент забежать друг к другу на чай. Специально для катка я купила себе подходящий костюм: ядовито‑розовые тёплые колготки, белую плиссированную юбку‑татушку, свитер со снежинками и такую же, как колготки, ярко‑розовую дутую жилетку. Волосы собрала в высокий хвост и завязала розовой лентой. Посмотрела на себя в зеркало – ну просто кукла Барби! Мой Кен выглядел не хуже, надо сказать. Хоть и, в отличие от меня, совсем не заморачивался над стилем. Но даже в обычных джинсах и свитере он смотрелся на все сто! Всё было ему к лицу, несмотря на то, что Илья вовсе не подлец. Мы приехали на каток в торговом центре. Муж помог мне зашнуровать коньки, и вот тут‑то начался настоящий ужас. Я откровенно не понимала, как все люди вокруг, кроме меня одной, умудряются так ловко держаться на этих невыносимо скользких штуках? Я чувствовала себя совершенно беспомощной неумехой! Илья по‑доброму смеялся над моими возмущенными возгласами и безуспешными попытками сделать хотя бы шажок по льду самостоятельно, без его поддержки. – Божечки, Илья, это совершенно невозможно! Со стороны выглядит так изящно и красиво, а на деле… – Не переживай, только первое время будет тяжело. Главное, чтобы твоё тело поняло, как нужно двигаться, и сразу станет проще, – подбадривал меня супруг, крепко держа за обе руки и страхуя, чтобы я позорно не распласталась на льду. – Ну смотри, у тебя уже начало чуть‑чуть получаться! – похвалил меня он. – Ух ты, и правда… – Обрадованная первыми успехами, я старательно продолжала двигать ногами, от усердия высунув язык. Мой муж неустанно давал рекомендации и поддерживал меня – удивительного терпения человек. – Фух, устала… Не могу больше! – захныкала я спустя какое‑то совсем непродолжительное время этих мучительных пыток. – Ноги ужасно болят! – Ну пойдём, отдохнём немного, – сжалился надо мной Илья. Приобняв за талию, муж вывел меня за пределы катка и бережно усадил на скамейку. – Будешь кофе? – заботливо предложил он. – О, с огромным удовольствием! Илья ушёл за кофе, а я сидела на скамейке, с тоской наблюдая за грациозно порхающими по льду девушками и их кавалерами. Думая о том, что у меня никогда в жизни так не получится. Так засмотрелась, что не сразу обратила внимание на явно пялящегося на меня парня, который шёл мимо, а потом и вовсе остановился напротив как вкопанный. Переведя на него взгляд, ощутила, как в животе сворачивается неприятный узел. Это был Макс Алёхин. Тот самый, застукав меня с которым, Андрей попал в аварию. Я провела с ним почти целую ночь в больнице, пока ему зашивали разбитую губу. А когда на следующий день пришла к его дому, случайно услышала разговор во дворе. Он смеялся над случившимся в клубе вместе со своим другом. «Так я не понял, успел ты её в итоге трахнуть или нет?» «Да нет, говорю же, этот козёл помешал» «Ну, короче, ты проспорил, дружище. Месяц заканчивается, сегодня последний день» «Ничего не проспорил, вот сегодня как раз и распечатаю эту целку. Так что готовь бабки, дружище!» Я сглотнула, вспомнив подслушанный разговор. Ощущая, что в груди начинает печь почти так же сильно, как в тот ужасный день. Тогда я не стала устраивать сцен. Просто ушла, перестала отвечать на звонки и заблокировала его страницы во всех соцсетях. – Маша, ты ли это? Тебя не узнать! – произнёс он, с неподдельным восторгом осматривая меня с ног до головы. Я поднялась на ноги. Неизвестно каким чудом взялись силы твёрдо стоять на коньках и держать идеальную осанку. – Привет, – холодно поздоровалась я. – Не ожидала встретить тебя здесь. – Да я тут к родственникам приехал. А ты что делаешь в Москве? – Я здесь живу. – Вау, круто. Может, тогда увидимся вечером, сходим куда‑нибудь? Оставишь свой номер? – начал активно наступать он, но тут, к счастью, вернулся Илья. Муж подошёл ко мне, держа в одной руке подставку с двумя стаканчиками кофе, другой собственнически обнял за талию и волком уставился на Макса. – Тебе что надо от моей жены? – грубо спросил он. Макс перевёл на меня ошарашенный взгляд: – Ты что, замуж вышла?! – Да. Уже давно, – спокойно ответила я. – Ты его знаешь? – недовольно скосил на меня глаза Илья. – Да, к сожалению, – вздохнула я. – Извини, брат, я не знал, что она замужем, – попытался состряпать невинную физиономию Макс. – Какой я тебе брат? Вали давай отсюда, – агрессивно рыкнул на него Илья. И Алёхин послушно свалил. Развернулся и зашагал прочь, не задавая лишних вопросов. А я смотрела ему в след и недоумевала – как раньше этот человек мог казаться мне красивым? Что я вообще в нём нашла? На фоне Ильи Алёхин выглядел просто смешным. И спор его этот на девушку… Явно указывал на острый дефицит интеллекта. Я развернулась к Илье и в порыве чувств бросилась мужу на шею. Страстно впилась в любимые губы и тут же получила жаркий ответ. Меня стиснули в объятиях и целовали так упоительно и сладко, что ноги подкашивались и кружилась голова. Илья будто показывал мне своим поцелуем, что теперь я только его, и никакие Алёхины больше ко мне не подойдут. Любовь и счастье переполняли каждую клеточку моего тела, окрыляли, тянули взлететь в небеса. В голове кружила только одна мысль: «Боже, как же мне повезло с мужем!». Но и ему, если так подумать, ведь тоже повезло с женой?

Конец. 07.06.2024 * * *