Глава 35

— Подъём, — промурлыкал мне в ухо голубоглазый кот из моего сна.

Я протёрла глаза. Голубоглазый кот превратился в голубоглазого Тери. В окошке серело небо, часы показывали половину восьмого.

— Вставай, вставай, — Тери нежно коснулся моих губ. — Сегодня насыщенный день, и начнётся он с пробежки.

— А может, с физических упражнений? — провокационно потянулась я. — На улице, похоже, дождик.

— Морось, — кивнул он. — Свежо, хорошо! Отличная погода для занятий спортом. Надо ещё гантели из гардеробной принести — чудесный аксессуар для спальни, не находишь?

— Кстати, о спальне, — я приподнялась на локте и огляделась. — Мне приснилось, что вчера вечером мы?..

— Да, — Тери опять меня поцеловал. — В смысле нет, не приснилось. Но если ты думаешь, что это повод увильнуть от пробежки, ты ошибаешься.

— Тиран и деспот, — проворчала я. — По всем романтическим канонам ты должен отсыпаться до полудня.

— Во мне от романтики — только буква Р в имени. Где твой спортивный костюм? Я принесу, пока ты умываешься.

— На батарее в ванной. Предлагаешь мне умываться у тебя?

— Нет больше «тебя» и «меня», — улыбнулся Тери. — Есть «мы». Привыкай, Янира Кэтрин Риден, у тебя на это около двух часов.

— А потом что? — делано испугалась я.

— Потом я припомню мою поруганную честь и повезу тебя в мэрию.

Наши ванные комнаты отличались лишь цветовой гаммой: у Тери она была льдисто-голубой. В зеркале отражалась донельзя довольная незнакомка, в которой я с трудом узнала себя.

— Янира Кэтрин Риден, — сказала я отражению, — ты очень счастливая женщина.

В парке отчётливо пахло осенью, на дорожке желтели первые опавшие листья. К концу второго круга мелкая сырая взвесь в воздухе начала восприниматься благом. Тери по-прежнему маячил впереди, я уже не пыталась его догнать. Где-то за слепыми стенами домов просыпался город, поскрипывал под туфлями песок, влага оседала на ресницах. Мышцы потихоньку привыкали, к концу тренировки мне удалось самой доковылять до холла. Дальше Тери уже привычно взвалил меня на плечо и принёс в ванную. О том, что у него на уме, я узнала лишь тогда, когда тихонько вжикнула задвижка на двери.

— Ты обещала проверить, насколько я хорош по утрам.

— Эй, а тебе не станет плохо? — притворно возмутилась я. — Пробежка, нагрузки…

Рот мне заткнули поцелуем, а вскоре я признала: хорош! И признавала это несколько раз, поскольку фантазия Тери не уступала его выносливости. Потом он заставил меня произнести это вслух и повторить в сияющие глаза…

— Идеальное утро, — подытожил Тери, когда мы пили кофе. — Сейчас быстренько позавтракаем, в мэрию, и продолжим.

— А работать? Тебе вечером прислали разрешение Совета, ты видел?

— Видел. Но заказы, взятые у Адель, я уже упустил, а новые брать не хочу. У нас с тобой должен быть нормальный медовый месяц… — он вдруг замер с кружкой в руке. — Слушай, я так замечательно всё распланировал, только с тобой не посоветовался. Вдруг ты хочешь пышную церемонию на сотню гостей, торжественный марш и всё такое прочее?

— Скажи ещё — букет белых роз, пятиметровый шлейф и фату, которая положена девственницам, — я фыркнула. — Кого мне приглашать? У тебя хотя бы есть Гюстав и Агнес с Жилем, а у меня всех знакомых — одна соседка.

— Твою Лили мы позовём на венчание, — решил Тери. — Но с храмом так быстро не получится, нужны разрешение, свидетели и прочая дребедень.

— А с мэрией получится? — усомнилась я.

— Мэр Сентара — мой должник, — ухмыльнулся Тери. — Его отец опрометчиво скончался, позабыв сказать, куда спрятал фамильные драгоценности стоимостью в три миллиона… Кстати, обрати внимание: мы торчим на кухне почти полчаса, а Агнес деликатно не заходит.

— Она боится застать ещё одну непристойную сцену. Ой…

Мы обменялись виноватыми взглядами:

— Стирка!

— Успеем, — Тери посмотрел на часы. — Всё успеем.

Он оказался прав. Гюстава в столовой мы не застали: он давно позавтракал. Вкуснейшая запеканка исчезла вмиг под добродушные смешки Жиля и Агнес.

— Астер, какую машину подать? — уточнил Жиль. — Лимузин, я полагаю?

— Мы возьмём спортивный автомобиль, — покачал головой Тери. — Подгони его к выходу через четверть часа и отдыхай.

— Вы не едете в мэрию? — нахмурилась Агнес.

— Едем, — рассмеялся Тери. — Спасибо за завтрак, всё было великолепно.

В коридоре он поцеловал меня:

— Одевайся и подходи в кабинет, я сделаю пару звонков.

Костюм от Клеменс сел идеально, а бельё под него заставило предвкушающе улыбнуться. Глаза и губы я старательно подвела, волосы досушила полотенцем. Туфли вознесли меня на заоблачную высоту, в таких нельзя было бегать или ходить — только вышагивать. Я и вышагивала, причём, благодаря толстым коврам, очень тихо. Хотелось подкрасться к Тери сзади, закрыть глаза, заставить медленно повернуться и предстать во всём великолепии. Мне повезло: Тери разговаривал по телефону и стоял спиной к двери. Светло-серый костюм обрисовывал прекрасную фигуру, и на миг я застыла. Этого самого мига хватило, чтобы из ниоткуда возникла Луиза. Меня она не видела, целеустремлённо подошла к Тери и страстно его обняла.

До вчерашнего вечера я с вероятностью сто процентов развернулась бы и убежала. Новая я спокойно и с любопытством смотрела, что будет дальше.

— Вы спятили, госпожа Карден? — отпрянул Тери. — Извините, я перезвоню, — бросил он в трубку.

— Вы мне нравитесь, господин Риден, — Луиза предприняла ещё одну попытку обнять его. — Слишком нравитесь. Я готова стать вашей любовницей.

— Зато я не готов, — ледяным тоном ответил он. — Потрудитесь покинуть мой дом. За расчётом обратитесь к господину Шарену.

— Вам же всё равно, с кем спать! — воскликнула Луиза. — С актрисой, с вашей помощницей… Почему не со мной?!

Тери вспыхнул, развернулся — и увидел меня. Подошёл, порывисто обнял:

— Едем.

Пока мы спускались, он молчал и заговорил лишь в машине:

— Злишься?

— Думаю. Вчера я слышала, как Гюстав объявил Луизе о том, что ты женишься. После этого её поведение выглядит по меньшей мере странно.

— Что странного? — с горечью заметил Тери. — У меня репутация человека, которому всё равно с кем спать.

— А что ты хотел? — пожала я плечами. — Неделю назад я сама была искренне убеждена, что господин Риден — бессердечный красавец, меняющий любовниц как перчатки.

— И сейчас так считаешь? — он сжал руль с такой силой, что костяшки его пальцев побелели.

— Сейчас я еду с тобой в мэрию. А дальше у тебя вся жизнь доказать мне, что я не ошиблась.

— Но ты злишься.

— Да. За то, что ты создал о себе дурную славу. За то, что спал с женщинами, которых не любил. Ты чёртово совершенство, Тери, у тебя, не сомневаюсь, и до этого было полно воздыхательниц, но теперь они думают, что ты доступен!

— Ты знаешь, что это не так!

— Пять дней слишком мало, чтобы что-либо знать. Я тебе просто верю. Верю, что если однажды мы с тобой разругаемся, ты не побежишь к какой-нибудь Альберте, чтобы заставить меня ревновать, после чего очередь из Луиз выстроится в твою спальню!

Парковка перед мэрией была заполнена, Тери с трудом втиснул машину. Выходить не спешил, взял меня за руку и посмотрел в глаза:

— Ты правильно сказала: у нас впереди вся жизнь. Ты не пожалеешь.

Через десять минут я, Янира Кэтрин Эрлан, произнесла: «Да» в ответ на вопрос: «Согласна ли я стать женой Астера Винсена Ридена?» У служащего мэрии были такие испуганные глаза, словно я выходила замуж не за некроманта, а за государственного преступника. На фразе «обменяйтесь кольцами» Тери вытащил из кармана коробочку. Моё кольцо сверкнуло огромной голубой искрой, камень в кольце Тери был немного скромнее. Рассмотреть их мне удалось, лишь когда мы вышли.

— Это голубые бриллианты, — небрежно сказал Тери. — Продавец нёс какую-то чушь о совпадении с цветом глаз, но мне они просто понравились.

— Когда ты успел? — удивилась я. — Последние два дня мы не расставались… Да мы вообще не расставались!

— Кроме того момента, когда ты убежала под дождь, — он улыбнулся. — Ювелирный магазин на Королевской площади, через два дома от нашего. Так что, если тебя что-то не устраивает, всегда можно подойти и обменять.

— То есть ты уже тогда всё решил?..

— Сейчас мне кажется, что я всё решил в тот момент, когда ты съязвила про аллергию на брак. Или даже раньше, когда мы подбирали определения тому жуткому жёлтому дому. Или вообще когда увидел тебя с той газетой в руке. Гюстав говорит, что память человека подстраивается под события: мы помним только то, что нам хочется помнить.

— Гюстав, — повторила я машинально. — По поводу Гюстава… Тери, вчера господин Бриер просил ему позвонить. Сказал, что расскажет нечто интересное.

— Вот как? — моментально подобрался Тери. — А номер он не оставил? Старый хрыч никому его не даёт.

— Да. Тридцать восемь — шестнадцать — шесть.

— Внизу в мэрии есть телефон… — он оборвал себя и виновато улыбнулся. — Наверное, ты не хочешь портить сегодняшний день?

— Тери, знаешь, почему мы с тобой подходим друг другу? — ухмыльнулась я. — Потому что одинаково думаем и хотим одного и того же. Идём звонить.

В огромном и полном народу холле мэрии стояло два телефона. Городской был свободен, к местному вилась огромная очередь. При нашем появлении эту очередь отнесло в сторону на пару метров.

— Как в толпе отличить некроманта, — со смешком сказал мне на ухо Тери. — Его будет окружать пустое пространство.

— И прекрасно, — я сняла трубку и протянула ему. — Меньше лишних ушей.

Ответили после третьего гудка, зычный голос произнёс:

— Слушаю.

— Добрый день, господин Бриер, — Тери держал трубку так, чтобы мне тоже было слышно. — Янира передала ваше любезное предложение. Я весь внимание.

— Не по телефону, — старый некромант помолчал, затем продолжил: — Приезжайте ко мне, юноша. Колокольная, дом пять.

— Я не один.

— Разумеется, — в голосе некроманта послышалась ехидца. — Вы теперь никогда не будете один. Жду вас.

Он повесил трубку.

— Колокольная — это же совсем рядом? — нахмурился Тери.

— Если не ошибаюсь, это та улица, которая тянется от мэрии к главному храму.

— Проще пешком пройти, — он тряхнул чёлкой. — Вряд ли мы там найдём место для парковки. Только вот твои туфли плохо сочетаются со старой булыжной мостовой. Есть два варианта: первый — мы всё же пытаемся подъехать, второй — сейчас заходим в обувной и подбираем что-нибудь тебе по ноге.

— Тери, ты вообще в курсе, сколько девушки подбирают себе «что-нибудь» в магазине? — я звонко рассмеялась, очередь отнесло ещё на полметра. — Пока я меряю обувь, Бриер успеет отправиться на Небеса со всеми своими тайнами. Поэтому выбираем третий вариант: оставляем машину на парковке и идём пешком. Может, я хочу сразить Бриера наповал своими каблуками!

— Ладно, — хмыкнул он. — Если ты застрянешь своим каблуком в щели между булыжниками — не говори, что я тебя не предупреждал.

В ответ я его поцеловала, чем окончательно добила несчастную очередь.