33 глава

После разговора с Роном я пребываю в шоке. Столько лет дружбы, совместных вылетов, опасных заданий, взаимопомощи, и вот я открываю в нем совсем другого мужчину: жесткого, циничного, того, кому в итоге глубоко плевать на мои чувства. Или все это время он и был таким, просто я прежняя отчаянно не хотела замечать этого?

Плевать. Кем бы ни был Рон, теперь нам с ним точно не по пути. А вот за информацию о Земле я ему даже благодарна. Невольно вспомнилось пророчество, открывшееся мне на церемонии в храме: «Ты родишь дитя, за которым последуют Дети Зептеи, но сперва сама вернешься туда, где родилась, и исправишь чужие ошибки». Если так, возвращения на Землю мне не миновать, и сделать это предстоит в ближайшие девять месяцев.

На следующее утро меня отправляют в медотсек сдать анализы, я не возражаю. Возможно, там мне удастся узнать хоть что-то про Тео.

– Как самочувствие? – интересуется док.

– Тошнит на каждом шагу, в остальном нормально.

– Насколько нормально анализы покажут, – улыбается молодая женщина, и ее сияющие карие глаза невольно напоминают мне Найю. – А от тошноты назначу вам действенный препарат. Когда я носила своего первенца, мне очень помог.

Будь на ее месте чистокровная нордианка, той вряд ли я решилась бы задать свой главный вопрос. Но не все на этом корабле такие бессердечные истуканы, большинство из них, как и я когда-то, только притворяются ими.

– Вас беспокоит что-то еще?

– Нет. То есть да, – не знаю я с чего начать, нервно расправляя невидимые складки на своем костюме. – На Зирте был серьезно ранен один из дикарей, которому я обязана жизнью. Первый кадет Рон заверил меня, что поможет ему. Хотелось бы узнать, удалось ли его спасти.

В ожидании ответа сердце замирает, пропуская пару ударов. Надежда на то, что Рон сдержал данное обещание, почти ничтожна. С чего бы ему возиться с каким-то дикарем, даже если я его об этом попросила?

Женщина оглядывается в сторону входа, и убедившись, что в мед отсеке никого кроме нас нет, с пониманием накрывает мою ладонь.

– Жив твой дикарь, – улыбается она уголками глаз. – Как в рубашке родился. Крови много потерял, но доставили вовремя. Прооперировали, ввели регенератор и вернули к своим.

Я стараюсь сдержаться, не выдать предательских эмоций. Но разве тут сдержишься?!

Мой Тео жив! Жив! Жив!

– Спасибо, – шепчу сквозь слезы и бросаюсь на женщину с объятьями. Та замирает с непривычки. Здесь, среди нордианцев, обниматься не принято. Даже те, кто знали, как это делается, за годы службы успели позабыть.

Прописанные таблетки от тошноты действительно творят чудеса, уже через десять минут после приема я чувствую себя не ходячей тошнилкой, а вполне готовой на подвиги.

Рон, который всюду следует за мной по пятам, наконец удаляется на верховный совет. Ждать, пока они там что-то решат насчет моего ребенка, я не намерена, поэтому удрать с корабля до его завершения видится мне вполне логичным.

Столько лет живя среди высшей расы, и зная, как все у них тут устроено, получить разрешение на вылет на подставное имя не составляет труда, как и проникнуть в ангар на пути к заветной свободе. Напоследок я решаюсь еще кое-что провернуть, организовав небольшую рассылку по внутренней сети для всех обманутых землян, но запустить ее до вылета не решаюсь.

– Ну что, с Богом, – шепчу на выдохе, пробираясь словно воришка к чужому звездолету.

Сердце отбивает сумасшедший бит. От успеха этой операции зависит не только моя дальнейшая жизнь, но и судьба нашего с Тео малыша, а это та еще мотивация.

– Далеко собралась? – раздается за моей спиной, и я вздрагиваю. Ну что за проклятье?! Только ее сейчас не хватало! – Не бойся, в этот раз я хочу помочь, – сообщает Милли, следом за мной забираясь в звездолет.

– Помочь?! – не верю я своим ушам. – С чего бы это? Ты хотела, чтобы я исчезла, не путалась под ногами, этим я и занимаюсь.

– Куда бы ты не улетела, Рон найдет тебя снова. Не упустит такой эксклюзивный генетический образец, – уверенность, с которой она об этом заявляет, заставляет меня прислушаться.

– И как, по-твоему, он это сделает?

– По датчику отслеживания в твоем теле.

На секунду я зависаю. О том, что меня еще и пометили, как особо ценного хомячка, я слышу впервые.

– Где он находится, этот датчик?

– Вот здесь, – указывает Милли на точку между позвонками. – Если действительно хочешь исчезнуть, я помогу его изъять и отправить с беспилотником хоть в жерло вулкана.

– Зачем тебе это? – не отпускают меня сомнения. Вглядываюсь в лицо чистокровной красавицы, которую считала когда-то своей подругой, но в этот раз вижу гораздо глубже. – Неужели из-за Рона? Он так дорог тебе?

– Я люблю его, – признается Милли, опустив глаза в пол. – Знаю, ты думаешь, я не способна на это, но не все нордианцы такие холодные, какими кажутся. К тому же, мы с Роном давно близки. Он не может заявить об этом вопреки решению канцлера, но без тебя у меня появится хотя бы шанс. Прости меня, Дана, – неожиданно раскаивается она, сжимая мои ладони в своих. – Я не должна так говорить. И то, как я поступила с тобой – ужасно. Этому поступку нет прощения.

– Но я простила.

Милли скользит по моему лицу неверящим взглядом.

– И где-то даже благодарна. Не сделай ты всего этого, я никогда не узнала бы правды о своей родной планете, и не встретила бы того единственного мужчину, к которому так спешу вернуться.

– Простила?

Я киваю и улыбаюсь. Может, она и не заслуживает этого, но я готова дать ей второй шанс.

– А теперь будь другом, вытащи уже из меня этот датчик, и разлетимся в разные стороны.

* * *

Когда мой звездолет приземляется на городской площади, над Санкаром занимается рассвет. Ступив на Зептею, я вновь ощущаю особую связь с этой планетой, не могу надышаться свежестью ветра, наслушаться птичьих голосов на все лады, и удержать своих ног, которые все быстрее несут меня к заветному дому на окраине.

Дверь оказывается открыта. В предвкушении встречи сердце колотится, как ненормальное. Забегаю по ступеням на второй этаж, врываюсь в спальню, но там никого нет.

«Ну, конечно, спит вместе с сыном», – догадываюсь я и заглядываю в детскую. Кровать не застелена, словно они только что были здесь, но куда-то испарились.

Поднявшись на крышу, я слышу их голоса из сада и звонкий детский смех. Под пышными кронами деревьев не особо видно, чем они там заняты в столь ранний час, и мне не терпится поскорее это выяснить.

Стараясь не выдавать своего присутствия, я обхожу дом и застываю на входе в сад, притаившись рядом с Залди.

– Ну, здравствуй, дружище, – опускаю ладонь на гриву коня и тот приветственно кивает головой, будто кланяется. – Как вы тут без меня, не скучали?

Я так торопилась сюда вернуться, преодолела полгалактики, чтобы поскорее обнять Тео, но теперь, когда нас разделяет всего несколько шагов, меня настигает странное чувство. Мне хочется остановиться и насладиться этим моментом. Нам больше некуда спешить и нечего бояться. Мы прошли долгий путь к своему счастью, никто у нас его не отнимет.

– Пап, смотри, как он умеет, – смеется Кайнен, нарезая круги по поляне за озорным черным щенком.

– Ко мне, Брук, – командует Тео.

В первый момент сердце болезненно сжимается. Нет, нет, это неправильно! Это не тот Брук, не мой. Моего верного друга уже не вернуть. С другой стороны, так хотя бы сохранится светлая память о нем, словно этот резвый малыш – его продолжение.

Гоняя по саду бабочек, жуков, а заодно и Кайнена, щенок и не думает слушаться своего строгого хозяина. Тогда я присаживаюсь на корточки и тихонько зову его к себе. Навострив уши, пушистый комок шерстки выпрыгивает из травы и мчится в мою сторону. Крохотный мокрый нос тычется в ладонь. Тео оглядывается в мою сторону и замирает. Кажется, я снова готова разрыдаться, в этот раз от переполняющего душу счастья.

– Где ты нашел это чудо?

– Подарок от наших новых друзей с другой стороны пролива.

– Это он поднял вас в такую рань? – подхожу ближе, тянусь ладонью к шершавой щеке, с пробивающейся щетиной, потому что никак не могу поверить, что все это по-настоящему.

– Ну а кто же еще.

– Господи, что мы несем? Иди ко мне, – притягиваю Тео к себе, и он обрушивается на мои губы, сжимая в объятьях.

– Мейди… Моя Мейди. Ты все-таки вернулась, – шепчет он в перерывах между поцелуями, не позволяя мне отдышаться.

– А могло быть иначе?

– Я не имел права запирать тебя на этой отсталой планете с дикарями, – сексуально щурится мой мужчина. – Этот выбор ты должна была сделать сама.

– И я его сделала. Эта планета стала моим домом, а дикари – семьей.

* * *

– Шан бути, – приветствуем мы с Тео гостей, собравшихся на нашу свадьбу.

Готовились к ней с тем же размахом, что и к празднику «Перерождения», на котором гулял весь Санкар. А теперь встречаем долгожданных гостей с другой стороны пролива. В их ожидании все жители заметно возбуждены, пророк и вовсе не находит себе места, меряя размашистыми шагами небольшую площадку на входе в храм.

Теперь, когда власть в Кости решением народа перешла к Шинаю, хоть сам он такого исхода и не ожидал, в жизни Черных псов многое изменилось. Все, проживающие в неволе, смогли вернуться домой. Но нашлись и такие, как Найя, для которых Кость успела стать новым домом.

– Волнуешься?

Тео сжимает мою ладонь в своей, переплетая пальцы, и я на минуту забываю о всей этой суматохе вокруг, и дирижабле с гостями, который уже показался над крышами домов.

– Да, немного. Признаться, когда еще девчонкой мечтала о свадьбе, и подумать не могла, что она будет такой.

– Слишком простой?

– Нет, напротив, – улыбаюсь я, окидывая неверящим взглядом расставленные на площади столы, цветочные арки, и возведенную сцену, на которой Керук с ребятами заканчивают последние приготовления, проверяя инструменты. – Такого размаха не было даже в моих мечтах. На Земле так выдавали замуж только особ королевских кровей.

В глазах любимого пляшут задорные огоньки. Он подносит мою ладонь к своим губам и нежно целует.

– Ты и есть моя королева.

Гости едва успевают спуститься с дирижабля на землю, а к ним уже выстраивается очередь. Иси с новорожденным сыном на руках одна из первых спешит обнять мать, и они обе рыдают, не сдерживая эмоций.

Керук берет шефство над младшим братом, показывая ему, что здесь и как у устроено. Мы с Тео знакомим Шиная с пророком, и те пожимают друг другу руки.

Официальная церемония проходит в храме. Воодушевленная моими рассказами о традициях и нарядах невесты на Земле, Иси организовала к моему платью цветочный венок и длинную фату. Она тянется за мной шлейфом и картинно развевается на ветру, вызывая единодушный восторг у всех гостей.

– Мать-Зептея скрепила ваш союз, – поздравляет нас пророк, и я с благодарностью заглядываю в его сияющие глаза. С появлением внуков этот суровый мужчина все чаще улыбается, и больше времени проводит со своими детьми, а не в одиночестве в пустом храме.

Мы с Тео целуемся на глазах у гостей, после чего он подхватывает меня на руки и направляется к выходу, где нас встречают те, кто хотел бы, но не поместился в храм.

– Тео Ней! Тео Ней! – встречает его толпа, как народного героя и освободителя. Я и сама горжусь своим новообретенным мужем, лучше которого не отыскать в целой Вселенной.

Свадьба идет своим чередом: застолье, праздничный концерт, танцы, песни, поздравления. И если от других гостей мне удается скрыть свое положение, то не от нашей проницательной Иси. Ей первой и пришлось сообщить эту радостную новость.

– Ты ему еще не рассказала? – переживает Найя, качая на руках своего внука. Тот забавно причмокивает, во все глаза разглядывая красочные цветочные гирлянды над нашими головами.

– Нет. Жду подходящего момента.

– Какого момента? Пока он сам догадается?

А ведь он может с его-то даром ясновидения. Но и у меня есть свои причины, чтобы не торопить события.

– Тео и так с меня пылинки сдувает, – признаюсь я. – А если узнает, что я беременна, страшно представить, что тогда начнется. О полетах точно придется забыть.

Как никто другой зная своего брата, Иси забавно хихикает.

– Да и с Кайненом отношения складываются непросто. Он многое пережил, и я вижу, как ревнует меня к отцу, которого наконец обрел. Узнав о том, что у нас будет общий ребенок, Кайнен может еще больше замкнуться в себе, а мне не хотелось бы этого. Я очень стараюсь наладить с ним отношения, и для этого нужно время. Пусть я не заменю ему родную мать, но могу стать хотя бы добрым другом.

Выслушав меня, Найя дает мудрый совет:

– Тео – будущий отец, не лишай его возможности уже сейчас вместе с тобой проживать это счастье. И как выстроить отношения с Кайненом он тоже тебе подскажет.

Ближе к ночи гости расходятся. Над площадью загораются праздничные огни, рядом с нами остаются только самые близкие.

– Какие планы после свадьбы? – интересуется Шинай.

– Полетим в свадебное путешествие на Землю, – отвечаем мы с Тео в один голос.

– Дана узнала, что ее планета не погибла, а переродилась, как и наша. Мы хотим разыскать ее брата, – поясняет мой супруг, заметив удивление на лицах родителей.

– Вы хоть представляете, в какое опасное путешествие отправляетесь? – переживает пророк.

– На церемонии «Перерождения» сама Зептея велела мне вернуться к истокам и исправить чужие ошибки.

Это мое признание в корне меняет его мнение насчет нашей затеи, и пророк перестает хмуриться.

– Да не переживай так, пап, – присаживается рядом Керук, озаряя всех и каждого своей залихватской улыбкой. – Я полечу вместе с ними и за всеми присмотрю.

Смеясь, Тео похлопывает брата по плечу.

– Как бы за тобой самим присматривать не пришлось.

– Дана сказала, что на Земле много воды, а это моя стихия, – подмигивает мне Керук, который наконец поверил в собственные силы. – Для чего-то в итоге мой дар должен пригодиться.

* * *

После бесконечного дня, полного смеха, радости и улыбок, мы возвращаемся домой. Чтобы оставить нас наедине, в эту ночь малыша Кайнена любящий дедушка забрал к себе.

Слова Найи не выходят у меня из головы. Пусть она никогда не покидала пределов родной планеты и понятия не имеет о том, что творится в других галактиках, в вопросе семейных отношений у нее точно побольше опыта, чем у меня.

Я должна признаться Тео, разделить с ним свои переживания, а там все будем решать вместе. Разве не для этого мы стали мужем и женой? Воодушевленная этой мыслью я выбегаю из ванной, наскоро завернувшись в полотенце. В спальне своего супруга я не нахожу, и тогда поднимаюсь на крышу.

Сложив мощные руки на груди, он любуется на звезды. Невероятно красивое зрелище, на какой-то момент и я залюбовалась своим мужчиной.

– Тео, я должна сказать тебе что-то очень важное.

Он оборачивается в мою сторону, лаская теплым взглядом, а у меня по коже бегут мурашки. И почему это так волнительно? Мысли путаются. На языке крутится: «Ты скоро станешь отцом», – но у него и так уже есть сын. Не знаю почему, но именно сейчас хочется подобрать какую-то особую формулировку.

Новый порыв ветра заставляет меня поежиться, зря я все-таки не вытерлась как следует.

– У нас будет ребенок, – наконец выдаю я.

На какой-то момент Тео замирает, смотрит на меня во все глаза, пытаясь осмыслить услышанное. Его мужественное лицо озаряется радостью. В несколько шагов он преодолевает расстояние между нами, и решительно подхватывает меня на руки, прижимая к горячей груди.

– Дана, как же я счастлив!

– Прости, что не сказала раньше. Иси и твоя мама уже в курсе, – каюсь и в этом, раз решила быть до конца откровенной. – Ты и так все время носишь меня на руках и сдуваешь пылинки. Поэтому где-то в глубине души я боялась…

– Ничего не бойся, родная, – улыбается Тео, хоть и пытается казаться серьезным. – Чтобы наш малыш родился таким же здоровым и крепким, как и его папа, теперь я лично буду варить для тебя по утрам мою фирменную протеиновую кашу.

Вспоминая склизкую гадость, с которой и началось наше знакомство, я не знаю, как на это реагировать, лишь растерянно хлопаю ресницами, не понимая, он это серьезно?

– Мейди ты моя, Мейди, – уже не сдерживаясь смеется Тео. – Я что, по-твоему, дикарь какой-то, чтобы кормить любимую супругу червяками? Если честно, думал, этот день уже не может быть счастливее, но ты сумела изменить и это.