Глава 19

Астан созвал в свой кабинет всех, кто был допущен к составлению плана обороны империи, всех, кому мог с уверенностью доверять. И один из этих оборотней непозволительно опаздывал. Начав обсуждение без Дуэйна, император никак не мог сосредоточиться на том, что ему докладывали собравшиеся. Куда пропал этот чёртов леопард?

И вот дверь отворилась и в неё ввалился помятый, но до омерзительного (для Астана) довольный барон Дуглас.

- Всё ясно... - приглушённо нараспев произнёс Эдвард, - я б вообще на его месте не приходил.

- Ваше Величество, прошу прощения... - ничуть не смущаясь заявил Дуэйн, - позвольте присоединиться к совету?

- Присоединяйтесь, барон Дуглас... - неведомо какими силами крылатый оборотень удержался от оборота, хотя лопатки нестерпимо зудели, а когти на руках всё же удлинились.

Теперь ему стала понятна причина опоздания соперника. От него за версту несло Селеной, их страстью, а шея была исполосована и зацелована ею, даже воротник-стойка не помогал... Красная пелена застилала взгляд Астана, в ушах звенело, но кто-то упрямо продолжал доклад ещё больше раздражая оборотня, который был на грани.

- Продолжайте без меня, - прорычал Астан и вышел из кабинета и размашисто зашагал к себе в покои.

Его преследовал и душил запах секса, хотя, судя по всему, леопард не поленился хорошенечко помыться. Но даже лавандовый запах, исходящий от него, не мог перебить аромат самки во время течки. Значит Сель вернулась... Астан рывком снял с себя комзол, рубашку и вышел на балкон. Освободившись от брюк, он сделал шаг на перила и, уже оттолкнувшись от них, обратился в зверя. Ему нужен был полёт, чтоб прийти в себя. А ещё больше ему нужна была Селена.

Шальная мысль пришла в голову внезапно и ослепила оборотня своей простотой. Он все пять лет их брака искал пантеру в те дни, когда её одолевала похоть. И сейчас он точно знал, где она находится. Псы подери этих Дугласов! Какого лешего они испытывают прочность выдержки императора?

Крылатый зверь сделал крутой вираж и направился к имению баронов Дугласов.

‐ Дуэйн, я думал, ты умный, - заметил Эдвард, - хорошую ты наводку дал моему сыночку.

Дуэйн замер на секунду, а потом резко дёрнулся в сторону выхода, но Рональд, сидящий возле него, схватил его за руку и сказал:

‐ Он себе не позволит этого. Успокойся...

‐ Но впредь не обязательно так явно демонстрировать свою над ним победу. Мог бы сослаться на внезапное недомогание и не прийти. В вашей непростой ситуации нужно действовать дальновиднее, - Эдвард похлопал по плечу затаившегося леопарда, - это мой тебе дружеский совет.

Дуэйн всё же не смог находиться во дворце и решил вернуться домой. Он корил себя за глупость и мальчишество. Он всё отчёты с границы передал Астану ещё прошлым вечером, ничего нового там не произошло, решения принимал не он, так что совет по обороне мог вполне позаседать без него. Но леопарду нестерпимо захотелось ткнуть соперника носом в очевидную вещь: Селена - самка Дуэйна, и Астану стоит подобрать слюни и искать другую. И вот теперь он мчался со всех лап, надеясь, что непоправимого не случилось.

А тем временем над домом баронов Дугласов кружил император. Он был в облике зверя, тёмные крылья рассекали воздух, а на окна ложилась огромная тень. Сель, вымотанная после дороги сумасшедшими игрищами с мужем, спала в скомканной постели. Услышав хлопанье крыльев, она встала, нашарила рукой свой халат и набросила его на плечи, запахнув на талии. Солнечный свет слепил глаза, поскольку светило было уже близко к горизонту. Пантера приблизилась к распахнутому окну и замерла напротив.

Астан не возвращал себе человеческий облик, хотя зверем ещё больше тянулся к своей самке, коей считал Сель. Он завис напротив дома, мощными взмахами крыльев поднимая настоящую бурю во дворе. Бывшие супруги снова встретились лицом к лицу. Селена смутилась своего помятого вида. Гормональный взрыв ещё не вошёл в полную силу и не совсем отключил мозг, поэтому она понимала, какой предстала перед взором императора. А он смотрел на неё во все глаза, и сам не знал, зачем издевается над собой.

Его желтоглазое наказание сжимало на груди шёлковый халат, а император бесился от того, что пантера вся пропахла другим оборотнем. Её невинность могла принадлежать ему - Астану, она могла вынашивать в своём чреве его котят, они могли каждую ночь засыпать вместе и просыпаться по утрам. А он променял это на что? На пустые связи, которых уже и не помнил, на вечную гонку - покрыть как можно больше самок, хотя к ним не было и сотой доли влечения. Оборотень старался вспомнить, зачем он тогда всё это делал, и не мог.

Зато он прекрасно помнил, как отзывалось на его ласки тело Селены, хотя сама кошка злилась и шипела; как дрожала она от удовольствия и сладко стонала в его объятиях. Прежний Астан без раздумий сейчас влетел бы в комнату и взял то, что и так было его, ведь они стояли перед алтарём, на коже Селены была его метка, а кошка так и не стала его в полной мере. Так бы сделал он когда-то... Но теперь он изменился.

Император хотел Сель, но не для утоления своего голода, от которого аж темнело в глазах. Он хотел её осознанного решения быть с ним, а не помутнения из-за гормонов, после которого она придёт в себя и просто убьёт его.

Астан ещё пару раз взмахнул крыльями и взмыл вверх, а потом, пролетев над крышей дома, скрылся где-то над лесом. Селена всё это время стояла, будто статуя, и боялась дышать. Она знала, что, будь воля императора, она не смогла бы ему противиться, тело было слабым и подводило её, хотя крылатый оборотень даже не касался её. Синий взгляд бывшего мужа волновал кровь и распалял внутри пожар. Но Астан не сделал тот самый шаг, что отделял их от роковой ошибки, от безумия. Он оставил её одну с колотящимся сердцем и чувством досады. Но Сель тряхнула головой, собирая остатки разума. Астан был прав, он не толкнул её впропасть, хотя мог бы...

Кошка, чувствуя, что желание набирает обороты, отошла от окна и легла на кровать. Но коснуться себя не успела, потому как внизу послышался удар двери о стену, а потом цокот когтей и грохот- зверь мчался в спальню к жене.

Ворвавшийся леопард вскоре принял облик человека и ошалело оглянулся по комнате.

‐ Ты одна?

‐ Я со своими взбесившимися гормонами... - Сель встала на колени и лёгким движением сбросила халат.

‐ Никто не... приходил? - Дуэйн всё ещё не верил, что Астан не воспользовался такой возможностью.

‐ Ты же чувствуешь, что нет! Милый, что за вопросы?! И вообще, к чему сейчас разговоры? - леопард чувствовал, как возбуждена его самка.

Действительно, не время сейчас для бесед. Долго уговаривать мужа не пришлось, вскоре дом снова ходил ходуном от взрослых игрищ пары хищников.