Глава 24

С заданий вернулись все оборотни, кроме ушедших на самые дальние рубежи - взрывать мосты. Все из возвратившихся были живы, хотя у нескольких воинов и были ранения. Но на то они и коты - всё заживало на глазах.

Селена в ожидании застыла каменным изваянием в палатке, где всех встречал Эдвард. Он сам предложил бывшей невестке составить компанию, ведь они понимали друг друга как нельзя лучше - она ждала мужа, а он сына.

‐ Заставляют нас понервничать твои мужья, - бывший король Эстардии поставил перед пантерой большую кружку горячего успокаивающего отвара, - Пей, а то вся дрожишь.

‐ Разве? Спасибо, - она пододвинула к себе питьё, осознав, что Эдвард прав, - Вы так говорите, что я чувствую себя многомуж... Многомужницей? Я даже не знаю, есть ли такое слово!

‐ Не знаешь, но чувствуешь, - усмехнулся оборотень, сев напротив, - Ну, где-то так оно и есть. Метки-то две!

‐ Мужей, конечно, два, но один же бывший. Так что я приличная женщина, не наговаривайте на меня, ‐ Сель надеялась, что отвлечёт себя и свёкра болтовнёй.

‐ Да я же не спорю, что приличная. Но Астан с формулировкой "бывший" не согласен. Он считает, что ещё всё впереди, - ничего незначащие на первый взгляд беседы в исполнении Эдварда никогда таковыми не были: он либо что-то выпытывал, либо втолковывал.

‐ Мне жаль, что он так думает, - Сель опустила взгляд в кружку.

‐ Мне с одной стороны жаль, что он зациклен на тебе, ведь я хочу ораву внуков, и не только от Максимилиана. А Астан вбил себе в голову, что котята у него будут только с тобой. А с другой... Ты никогда не жалела о своём выборе?

Что могла ответить пантера? Что и выбора по сути не было? Что любила с детства мастера, и любовь эта была с ней даже тогда, когда она считала, что ненавидела его? А потом рассказать, когда Сель решила уйти от обоих самцов, то Дуэйн не очень спрашивал её мнение, присваивая?

Да, она любила его, хотела, но, не будь он так настойчив, вполне возможно, что отказала бы...

‐ Никогда. Вы знаете, как было у нас с Астаном. А Дуэйн ‐ моя опора в мире. Надёжный. Ни разу не дал повода усомниться.

Эдвард внимательно слушал невестку, решая, стоит ли ей говорить о том, что мир не совсем таков, как ей казалось... И опора иногда оказывается не самой надёжной. Но, взвесив все "за" и "против", он слегка улыбнулся и кивнул. Ему нравилась эта пантера, он чувствовал к ней какое-то отеческое тепло. И он меньше всего хотел быть тем, кто разобьёт её сердце.

‐ Астан возвращается, - встрепенулась Сель, а после и Эдвард услышал хлопанье крыльев.

Селена и Эдвард услышали, что Астан тяжело приземлился, и бросились на улицу, но вернувшегося с задания оборотня обнаружили не сразу. Спустя несколько мгновений измазанный кровью император вышел из палатки для раненных.

‐ Небесные странники! - воскликнул Эдвард и ускорил шаг, направляясь к сыну.

‐ Это не его кровь... ‐ задохнулась кошка, хватаясь за грудь.

‐ Это Дуэйна. Его группа на подходе, а он в лазарете. Сель, всё в порядке, - монарх подошёл к бывшей жене и взял за плечи, ‐ слышишь? Немного взрывом шкуру посекло. Ничего серьёзного.

Но она уже не слушала, а, вырвавшись из его рук, помчалась в палатку, где находились раненные. Барон Дуглас сидел на кушетке и медленно стягивал с себя одежду, пока лекарь готовил инструменты и растворы для обработки ран.

‐ Дуэйн! ‐ шепнула Сель и, подбежав, приникла к мужу.

‐ Детка... Всё в порядке! Немного новых шрамов разве что... Ты цела? Смотри, ты же выпачкалась вся!

‐ Да и ладно! ‐ она обвила руками могучую шею, липкую от крови, что сочилась из мелких ссадин, - ты точно в норме?

‐ Точно. Еще и на орле покатался - на самом императоре, - хмыкнул леопард, гладя пантеру по волосам, заплетённым в "колосок".

‐ В смысле? - Сель даже отстранилась, чтоб взглянуть в лицо мужа.

‐ Я отходил последний. Тут появились чёрные псы, завязался бой, и я не успел до взрыва... В общем потрепало меня летящими камнями. Бежать за своими было нельзя ‐ дорожка из крови вывела бы псов прямо на моих бойцов. Поэтому я рванул в другую сторону. А там меня заметил с высоты Астан. И помог... Странно даже.

‐ Почему странно? ‐ внутри Селены разлилось приятное тепло благодарности, она знала, что император любитель совершать героические поступки, хотя не всегда производит такое впечатление.

‐ Зачем ему это? Если бы меня порвали враги, то у него был бы шанс заполучить тебя...

‐ Не смей, - закрыла мужу ладонью рот пантера, ‐ он не такой, не подлый.

‐ Как скажешь... - задумчиво произнёс Дуэйн, и к супругам, наконец-то, подошёл лекарь, закончивший приготовления.

‐ Ваша светлость, будьте добры лечь на этот бок, чтоб раны были повернуты на меня. Вот так, спасибо.

В воздухе разлился резкий запах лекарств, смешавшись с металлическими нотками крови. Барон Дуглас внимательно рассматривал жену, а она отвечала ему таким же пристальным взглядом. Леопард думал о том, какие всё же чувства испытывала его пантера к своему бывшему мужу? Он старался не задавать себе вопрос, что бы случилось, приди к Селене тогда Астан. Прогнала бы она его или забыла его прошлые грехи? При мысли о грехах внутри неприятно дернуло, но Дуэйн не подал виду.

А Сель смотрела на мужа и размышляла, подозревал ли он в чём-то её и Астана или это всего лишь неприязнь к сопернику? Пантера очень надеялась, что не выдавала своего волнения. Она искренне любила Дуэйна, но искоренить некую привязанность к Астану она тоже не могла. Пять лет из брака были сплошной мукой, но почему-то конкретных поводов для обиды Сель вспомнить не могла. Да, он изменял ей, но изначально это был фиктивный брак, изначально Астана заставили жениться, он был просто не готов. Назвать его негодяем она не могла. А его болезненная любовь, которая открылась лишь тогда, когда пантера решила от него уйти, вызывала чувство тоски и сожаления. Крылатый оборотень не заслужил этого. И Селена от всей души ему желала найти своё счастье и обрести семью.

Кошка находилась рядом с мужем, пока ему обрабатывали раны. А после они вдвоём покинули лазарет, чтоб позже заснуть в объятиях друг друга.

В это время Астан мучался от бессонницы, ворочаясь в шатре, который делил с воинами своего отряда и Эдвардом. Пожилой король отказался от излишеств, взяв пример со старшего сына.

- Ты правильно сделал, сын, - тихо произнёс он, поскольку находился к Астану ближе всех.

- Ты о чём? - спросил шёпотом император.

- Ты знаешь, - ответил Эдвард и закрыл глаза.

А Астан покачал головой и улыбнулся: его отец всегда всё знал и понимал лучше всех, будто видел, что происходило внутри каждого. В лесу император не долго думал, когда подхватил раненого Дуэйна и потащил в сторону лагеря - было очевидным, что по следам крови враги его быстро настигнут и расправятся. И пускай теперь нестерпимо болели крылья, ведь такой нагрузки они ещё не испытывали, но... Иначе он не смог бы смотреть Селене в глаза.