Глава 23. Высшая магия .Я стояла под дверью демонического логова, прикусив нижню…
Глава 23. Высшая магия .Я стояла под дверью демонического логова, прикусив нижнюю губу и раскачиваясь с пяток на носки и обратно. Форменные туфельки от этого действа слегка поскрипывали. Понедельник, вечер, ровно семь. Я не забыла о дополнительном занятии, а он, в кои-то веки, не умчался в командировку. Аллилуйя!
Пора уже завести себе привычку стучаться и ждать под дверью, пока Карпов впустит в свой кабинет. А не врываться, как при пожаре. Да, точно, надо взять это за правило. Не из уважения к его частной жизни, а, скорее, из страха подвергнуть свою угрозе нервного срыва.
Я занесла руку над полотном и звонко стукнула три раза. Вот так, я молодец. Несколько быстрых шагов, и дверь распахнулась. Демон замер в проеме и окинул меня растерянным взглядом.
- Среда?
- Понедельник! - хихикнула я. - У вас чернила на щеке.
- Забыл предупредить... Я сегодня не смогу уделить вам время, - проговорил Карпов, стараясь не шевелить губами, пока я стирала платком черные пятна со скул и подбородка.
Толку от этого было немного. Лицо стало чистым, но шея, запястья, пальцы. Прямо боевой раскрас Демона-Бумагомарателя.
- Не страшно. Тогда - до среды? - дождавшись, пока он виновато кивнет, я направилась к лестнице.
Спуститься не успела: цепкие пальцы схватили за локоть и с быстрым бормотанием «К черту. Оставайтесь. Только не отрывайте по пустякам» увлекли меня обратно в мрачный кабинет. А то я обычно травлю анекдоты и на столе танцую!
Я помяла в руках учебник по «Снадобьям» за четвертый курс, из которого мы обычно выбирали забавные зелья для приготовления. Но сейчас ничего варить не хотелось. Идя сюда, я рассчитывала на отложенный разговор. Но, похоже, мои надежды были тщетны: Демон уже что-то черкал в своем блокноте, позабыв о моем существовании.
- Может, лучше я вам помогу? - неуверенно предложила я и подошла к столу, освещенному лампой.
- Боюсь, это слишком сложно для вас.
Я собралась оскорбиться: Тамара, значит, могла, а я - нет? Но разглядела первую страницу рукописи - жуткие пентакли, ритуальные символы, мертвая латынь, перемешанная с рунами, - и прикусила губу. «А я - нет».
Понуро опустив плечики, я двинулась было к зельеварительному столу, проговаривая в уме шамкающим бабушкиным голосом: «Мала еще для такого, девонька». Но потом развернулась и опять подошла к профессору. Странные рисунки притягивали и казались знакомыми.
- Это ведь рукописи Ловетта, да? Которые были в том старом доме? - как можно спокойнее поинтересовалась я, отгоняя воспоминания о пахнущем сдобой Киване и холоде, ледяными лапами вцепившемся в истерзанный подол красного платья.
Карпов быстро кивнул. Он тоже не забыл ту рождественскую ночь.
- Вы как будто торопитесь... - я скептически осмотрела его пальцы, измазанные чернилами.
- Обстоятельства изменились. Нужно понять, что замыслили арканы, пока не стало слишком поздно, - он поднял на меня глаза и сдвинул брови. - Со знаниями Белинды, которые мы, по-видимому, упустили, у Братства все козыри на руках. Мы сильно отстаем, и нам нужно предугадать их следующий шаг.
- Лорд Кавендиш упомянул, что давно ведет охоту за редкими ингредиентами. -прошептала я, начиная понимать, к чему спешка.
- Артур мне передал, да. Я вернулся к ритуалу, который не поддавался расшифровке. Интуиция подсказывает, что это он. Вот список ингредиентов и приспособлений для проведения обряда, - он провел пальцами по строчке загогулин. - Поняв, о чем идет речь, мы сможем.
- Устроить ловушку?
- Предварительно получше спрятав сами ингредиенты, да, - Карпов слегка улыбнулся и кивнул на край стола, разрешив мне на него присесть. - Вот, смотрите. Этот крючок означает кровь. Само описание труднопереводимо, но. Благодаря книгам из библиотеки Караваевых, - мы одновременно поморщились от неприятной ассоциации, - я, наконец, смог проникнуть в суть. Это кольцо с точкой может означать «след, печать, оттиск, отпечаток, замок». Волнистая черта - «верхний, верховный, высший, первенствующий, надстоящий».
- «Кровавый верховный след»? «Высшая кровь из печати»? - я стала крутить головой, под разными углами рассматривая загогулины.
- Или «Кровавая печать сверху», поди разбери... Или «Замок высшей крови»... Не так важно. Главное - сочетание некой печати и.
- Крови? Полагаете, речь идет о моей? - сглотнув едкий ком, открыто спросила у Андрея.
- Артур говорил про второй ритуал, который «снимает кое-какую печать». Он не склонен делиться информацией, вы и сами знаете, - Карпов нахмурился и потер складку между бровей. - Но, конечно, о вашей. Иначе к чему все эти метки и похищения?
- А этот рисунок что значит? - большой круг с какими-то замысловатыми символами внутри меня особенно беспокоил.
- Схема древнего обряда. Ее чертят в том месте, где проводят ритуал. Высшие верили, что эти перекрестья линий - места концентрации силы. Именно их орошают приготовленным зельем.
- Жуть какая, - проворчала я с интонацией Джен.
- И не говорите! - мрачновато рассмеялся Демон. - Символы в кругу означают «воздух», «плоть». и снова «кровь». А вот этот - «положить».
- Кого положить? Куда?
Карпов задрал подбородок и смерил меня странным взглядом. Будто прикидывал, куда можно положить кого-то. вроде меня. Его глаза мазнули по двери в смежную комнату, но тут же сбежали обратно в рукопись. А зря: он не увидел, как я покраснела до глубины души.
Он перерисовал странный круг в блокнот, подписав над ритуальными узорами «плоть», «воздух», «кровь», «положить». И глубоко задумался. Провел пальцем по строке из рукописи, и нанес на середину листа еще два слова - «люмьеры» и «кинжал».
- Мда, - выдал он через минуту, откинувшись на спинку. - Интересно, и где они планируют раздобыть оружие эльфийской работы? А ихтиопода? Вы, вероятно, про такую диковинку и не слышали.
Я охнула, качнулась и чуть не улетела со столешницы. Эта диковинка живет у нас в озере и по ночам высекает искры из Присциллы Пруэтт. Боги, боги! Да ведь это Лукас был тем «старым извращенцем», которому понадобилась икринка!
Сейчас все сложилось в цельную картинку. И кража из Индийского материяведческого музея, охраняемого чарами высшего порядка. И разговоры контрабандистов, случайно сделавших привал в Деревне. Присс увела из-под носа Головы Братства основной ингредиент!
Я уже хотела рассказать Андрею, что у меня как раз имеется один такой редкий экземпляр, но почему-то слезла со стола и отступила к окну, чтобы скрыть смятение. А вдруг он решит, что мертвый Ихти принесет меньше проблем, чем живой? Он ведь не купал эту икринку, не кутал только вылупившегося малыша в полотенце. У Демона рука не дрогнет.
Даже если не убьет, то непременно спрячет в каком-нибудь сверхсекретном защищенном месте. Сунет в аквариум и поставит в Хранилище Рагнаров. Присс меня не простит. Да и я себя - тоже.
Андрей устало выдохнул и потер затылок. Спал ли он сегодня? Ночь после отравления его изрядно измотала. Да и все предыдущие не сказать, что прошли спокойно.
- Хотите кофе?
- А можно? - Карпов рассеянно улыбнулся. - Это я вам должен был что-нибудь предложить... Но я сегодня и так порядком истощил терпение Квитариуса.
Профессор кивнул на подоконник, уставленный чашками и бокалами, и я догадалась, что он закопался в эти бумаги не час и не два назад.
- Не будем беспокоить вашего вредного морфа. Кофе я и сама могу приготовить. У Мари в сейфе хранится отличный сорт.
- Почему в сейфе?
- Прячет. от Ксении Игоревны.
- Но не от вас?
- От меня тоже прячет, но безуспешно, - я пожала плечами и придала себе сожалеющий вид. - Я давно выяснила пароль. Не сказать, чтобы сложный.
- «Генри»?
- «Генри», - выдохнув, согласилась я.
Раз уж пообещала кофе, надо выполнять. Так что я двинулась к выходу. Но что-то меня не отпускало. То ли рой взволнованных бабочек, трепыхавшихся внизу живота, то ли его пытливый взгляд, обласкавший поясницу. Словом, я резко развернулась и поймала черные глаза.
- Вчера. в коридоре. вы хотели меня поцеловать, - это был не вопрос, а робкое утверждение.
Хотел ведь. И я хотела. А до этого прижимал к себе среди ночи на диване. И сказал «Будь со мной». И я уже извелась от мыслей, что бы это значило.
- «Вчера», «в коридоре». - с горькой усмешкой передразнил Андрей.
- И что такого нелепого я сказала?
- Я всегда хочу поцеловать вас. Даже когда ору на занятиях, - сдержанно проворчал Карпов, опуская глаза на рукопись.
Мое сердце сделало кувырок и застыло в горле. Но он не продолжил. Сделал вид, что углублен в старые письмена. Вот же. Демон!
Я медленно продолжила свой разворот - опять в сторону двери. Как юла, ей богу. Но притормозила у серванта. За стеклянной дверью, на самом краю полочки, лежала моя старая знакомая. Кочевница! Пуговица, с перламутровым круглым тельцем и серебристой ножкой. Та самая, что из теплицы умудрилась переместиться на демонический подоконник. Потом перепрыгнула к нему в ящичек для сокровищ. И вот, очутилась в серванте. Сколько месяцев она тут лежит?
- Зачем вы ее храните? - не удержалась я от вопроса.
- Как напоминание, что я всего лишь человек, упрямая мисс, - прохрипел Карпов. - И в любой момент могу оказаться во власти своих... инстинктов.
- Инстинктов?!
- Хотите возразить? - все так же не отрывая глаз от рукописи, пробормотал профессор.
- Хочу. Но не буду. Боюсь, это может плохо кончиться, - фыркнула я, упирая руки в бока. Нет, ну каков! Инстинктов!
- Полагаете, от ваших возражений моя коллекция пуговиц может пополниться парой-тройкой новых экземпляров?
Он поднял глаза и одарил меня сдержанной улыбкой, от которой внутренности принялись крутить сальто. Сначала по очереди, а затем все вместе.
- И не только ваша. - пробормотала я куда-то в сторону пола и бочком пошла к выходу. Помнить про кофе. Да, сварить. И принести.
Карпов выразительно хмыкнул, откинулся на спинку кресла, завел руки за голову и принялся разминать затекшую шею. Оценивающе прокатился взглядом от моей макушки до мысков черных туфель. И с вызовом заявил:
- Силенок не хватит.
Я захлебнулась кислородом, пару раз открыв и закрыв рот, но так и не издав ни звука. Захотелось немедленно ему доказать, что еще как хватит. Но вместо этого я закусила губу и принялась старательно сопеть: вдох-выдох, вдох-выдох. Не хватало еще наброситься на собственного преподавателя.
Хотя.
Он перепортил такую кучу моей одежды, что давно пора было отомстить! Ни зеленая слизь, ни синий пасленовый сок так и не отстирались. После укуса гремучника юбка с блузкой тоже пошли на выброс - они в одночасье лишились всех застежек, выдранных с корнем. Красное платье пало жертвой саблезубой тигрицы. В присутствии Карпова чистая и целая одежда на мне не задерживается. Определенно, он давно напросился на мелкую месть.
Я прищурилась, удержав его взгляд, исполненный вызова и насмешки. Очень хотелось подбежать к нему и парой резких движений разобраться с натянутой на плечах, идеально выглаженной черной рубашкой. Сдерживалась из последних сил.
В кабинете вдруг стало душно, как в пустыне. Воздух перед глазами начал плавиться, рябить. Какой странный, волнительный мираж. Прямо рядом, прямо передо мной. Только руку протяни...
- Не трогайте! - предостерегающе крикнул Карпов с противоположного конца кабинета, и я одернула пальцы от расплавленного марева.
- Почему? - на всякий случай, отшагнула назад, к зельеварительному столу.
- Обожжетесь до волдырей. Он раскален, - объяснил Демон, но я ничего не поняла.
- Кто «он»?
- Воздух, - хмыкнул мужчина и принялся с интересом наблюдать за медленным шевелением извилин, отражавшимся на моем лице.
- Вы хотите сказать, что он.
- Плавится? Да. Именно так, - Карпов смотрел на меня задумчиво.
- Это же шутка! Дурацкая сказка. - я замотала головой.
Раскаляется? По-настоящему? Да быть такого не может!
- Мы маги, мисс Дэлориан. Претворять сказки в явь - наша работа, - он пожал плечами, будто давно смирился с этим странным феноменом.
- А вода? В стакане? - вспомнила я. - Вы сказали тогда, что не обожглись!
- Почти не соврал. Она не успела сильно нагреться.
- Почему это происходит?
- А то вы не знаете, - проворчал Карпов, опять уткнувшись носом в рукопись. - По той же причине, по которой внезапно отрываются пуговицы от ваших блузок.
- Инстинкты? - не удержалась я от колкости.
- Да какие к черту.
Дверь в кабинет распахнулась и с хлопком врезалась в стену. На пороге стояла Карамзина
- бледная, дерганная, явно чем-то обеспокоенная.
- Вниз! - сипло прошептала Ксения Игоревна и, смерив меня оценивающим взглядом, после секундного замешательства добавила: - Оба. Скорее. Ну у вас тут и духота. Тропики просто.
Она понеслась к лестнице, не сомневаясь, что мы бросимся за ней.
У входа в больничное отделение толпились преподаватели и студенты. Перед самой дверью глаза выцепили Эйвери и Ромула. Рядом с ними по малому кругу вышагивала Мари. Она подлетела к Андрею и что-то прошептала ему на ухо. Карпов резко побледнел, мое сердце издало последний «треньк» и пристыло к животу. Что-то опять случилось. Что-то страшное.
Демон схватил меня за локоть, сдвинул Эйвери с прохода и протиснулся внутрь. Со мной на прицепе. Мари, Ромул и Карамзина влетели следом.
- Андрей, я сама не... - забормотала наставница, схватила в руки какой-то стакан с ложкой, но так и не отпила.
- Я понял, - глухо бросил Карпов, рассматривая пока еще издалека три кушетки с телами.
Мальчики. Курс примерно третий. Все трое - в стабилизирующих куполах, замедляющих жизненные процессы и распространение яда по организму.
- Ты сможешь? Это яд Скального Щитолиста, я сразу узнала. И он уже попал в кровеносную. Прямо как тогда. Я успела затормозить, но.
- Сейчас ты скажешь: «Ты уже делал это однажды», - Карпов мотнул головой, отгоняя неприятные воспоминания.
- Дважды, Андрюш, - Мари глянула на меня. - С Анной у тебя получилось.
У меня зазвенело в ушах. Словно что-то металлическое стукалось о череп снова, и снова, и снова.
- Анна была одна, а их трое.
- Их нельзя перемещать. И ждать целителей из Эстер-Хаза тоже. Что ты предлагаешь?! -крикнула наставница.
Я, наконец, обнаружила источник звона в ушах. Ложка в стакане Мари дребезжала. У нее дрожали руки. Никогда не видела наставницу в таком состоянии.
- Освободите отделение. Все, живо. Попросите Эйвери, чтобы очистил фойе, - Демон подошел к наставнице и забрал у нее из рук стакан. - Мари, ты уходи тоже. Мисс Дэлориан, вы ассистируете.
Звон прекратился, и теперь я слушала, как отчаянно колотится мое сердце. Ассистирую? Я? Ему?
- Нет! - я быстро помотала головой.
- Это не вопрос. Накиньте что-нибудь. Будет много. Грязи.
Крови. Он хотел сказать крови. Сгусток слюны так и застрял в горле. Ладно. Кодовое слово «грязь». Пусть так и будет.
- Почему я? - просипело существо, ранее известное как упрямая мисс, когда все прочие покинули отделение и плотно затворили дверь.
- Для Мари это личное. Она не справится. А вы мне подходите... В качестве ассистентки.
Мысленно возблагодарив его за последнее уточнение боковым в челюсть, я на дрожащих ногах пошла за свежевыглаженным халатом. Для паники будет времени предостаточно, а пока надо накинуть «что-нибудь от грязи».
- Два условия, - Карпов глянул строго, и я замерла, готовая слушать. - Во-первых, вы мне сразу скажете, когда вам станет дурно.
- Если. - я протестующе повела плечом.
- Когда. Во-вторых, можете звать меня по имени.
- С каких пор? - удивилась я и на всякий случай уточнила: - И до каких?
- С этой минуты и. давайте до полуночи. Это экономит время и успокаивает. И я планирую называть вас Ани. Потому что.
- «Грех ни разу не воспользоваться»?
- Именно.
Карпов протиснулся в первый стабилизирующий купол. Меня попросил принести набор зелий с быстрой полки. Когда я подошла, он махнул жезлом, и поднос с флаконами завис в полуметре над кушеткой.
- Вам понадобятся обе руки, - пояснил профессор. - Влейте в него две склянки кроветворящего и три унции восстанавливающего.
Парнишка был совсем плох. Темные венки душили шею, глаза закатились, дыхание еле прослушивалось. Карпов распахнул его рубашку и сделал жезлом аккуратный надрез по центру груди. Кровь медленно засочилась из ранки. А дальше я перестала понимать, что происходит. Потому что ладони Андрея засветились синевой, и к ним из надреза потянулись темные сгустки.
Он монотонно наматывал нити на кулаки, изредка помогая себе жезлом, и сбрасывал черные узелки в корыто на полу. И он молчал. Мои виски с треском сжимались от напряжения. Атмосфера угнетала. Голова кружилась, но признаваться в этом Андрею не хотелось.
- Можно мы будем о чем-нибудь говорить? - предложила я. - Мне немного не по себе. Точнее, очень не по себе.
Он бросил на меня секундный взгляд.
- Конечно. Спрашивайте, о чем хотите.
- Почему для Мари это личное? - этот вопрос мне не давал покоя.
- Генри, - выдохнул Карпов.
- Вы сейчас не про пароль от сейфа, да? Что с ним произошло?
- Неудачная операция. Магическая хирургия - сложная вещь, а если за дело берется профан... - Карпов выразительно согнул бровь. - Задача была простой, удалить сгусток яда из брюшной полости. А вот последствия ошибки оказались фатальными. Займитесь раной, Ани, - он кивнул на надрез и тут же сделал еще один, на шее мальчика.
- Что натворил тот врач? - пробормотала я, заливая истерзанную кожу антисептиком.
- Мари рассказывала, что у него дрогнула рука. С кем не бывает? Случайно распылил яд в кровеносную систему, и тот крошечными каплями проник во все органы и ткани. Генри выжил, но это был вопрос времени. Мари еще пять лет с ним носилась, изобретая новые способы себя помучить. Не думаю, что он хотел для нее такого будущего. Но госпожа Пламберри из упрямиц, о которых вы знаете не понаслышке.
Я удивленно подняла глаза и столкнулась с задумчивым черным взглядом. Он что, всерьез осуждает выбор Мари?
- Это было ее решение. Она рассказывала про путешествия по Индии, Китаю.
- А про то, что раз в месяц переливала ему часть своей крови, напитанной снадобьями, а потом три дня встать не могла? А если поднималась, то падала в обмороки - на улице, с лестниц? А как один раз не рассчитала, отдала слишком много и чуть сама не лишилась жизни? Про это рассказывала?! - яростно бросил Карпов. Тема ему не нравилась. -Думаете, здравомыслящий мужчина может желать страданий любимой женщине? А смерти?
- Она делала, как считала нужным, - я упрямо помотала головой. - Сейчас она жива и полна сил, и ее греет память о тех пяти годах!
- Я останусь при своем мнении, Ани. Ей не следовало жертвовать собой ради умирающего. Давайте сменим тему, ладно?
- Хорошо, - проворчала я, зажимая рану тканевым валиком, смоченным в заживляющем настое. - Вы говорили про оружие, которое нужно арканам. А эти эльфы. Они правда существовали?
- Они давно ушли, - едва заметно улыбнулся Демон. Эта тема ему пришлась по душе.
- Как? Почему?!
Стало обидно. В детстве мне очень нравились фильмы про утонченных длинноухих мужчин.
- Магический фон мира начал угасать, им стало некомфортно. Да и. Они заглядывали сюда на время. Считайте это экскурсией, - Карпов пожал плечами. - Что такое пара сотен лет для тех, перед кем расстилается вечность?
- А как они выглядели? Красивые? - я затаила дыхание, восторженно закусив губу.
- Не такие, как в детских сказках. То были северные эльфы, они обосновались в Скандинавии. Носили шубы, бороды. Но, пожалуй, да. Девушкам они казались привлекательными, - не отвлекаясь от работы, пробормотал Карпов и глухо кашлянул. Похоже, мой восторг его задел.
- Основной яд я удалил, - еще три надреза спустя устало выдохнул Демон и отложил свой жезл на парящий поднос. - Теперь самое сложное. Не пугайтесь сильно.
- Еще не все? - охнула я.
- Что-то просочилось в кровеносную систему, надо лечить комплексно. Дух, плоть... Все вместе.
Я завороженно наблюдала, как он трет ладони друг о друга, разворачивая над мальчиком золотистое облако.
- Подождите, это. Это. - я запнулась и не смогла сформулировать мысль. - Вы что же. да как же так?!
- Сияющая материя, Ани. В чистом виде, - спокойно выдал Андрей, погружая сформированную золотую сферу на грудь мальчишки.
Я же видела, так? Своими глазами! Сгусток света вышел прямо из его соединенных ладоней. И тепло, идущее от сияния, почувствовала. Господи, да я о таком только в книжках читала!
- Вы можете выуживать ее из пространства? Вот так, просто потерев руки?! Это же высшая магия, сэр. Андрей.
- Высшая, да.
- И вы можете к ней обращаться?!
- Могу. Немного. Это как-то связано с отголосками дара, сам до сих пор не разобрался. Не смотрите на меня, как на божество! - фыркнул Карпов, и я потупила взгляд. - Иметь доступ к высшей магии и быть высшим магом - это разные вещи. Надолго меня не хватит. Этому мальчику повезло. Двум другим - не уверен.
Я так и стояла с открытым ртом. Высшая магия, о которой слагались легенды, черпала сияющую материю напрямую из источника - окружающего пространства. Из мира. Чистейшая энергия жизни! Способная напитать, залечить, взрастить. Но и она брала свою дань во все времена. Так писалось в книгах. Так же, как темная материя требовала оплату кровью, сияющая выпивала жизненные силы, ослабляя мага духовно и физически.
И сейчас мне выпала честь это наблюдать. Сияние начало меркнуть, руки Карпова затряслись, краска схлынула с его лица, и профессор пошатнулся. В бессознательном порыве я обхватила его ладони своими, надеясь унять дрожь. От пальцев мужчины шло целительное тепло, проникая мне под кожу, согревая душу. Нестерпимо захотелось отдать что-то взамен.
Внутреннюю поверхность ладоней закололо сотней крошечных иголок. Ноги подкосились, накатила тошнота, кабинет закружился перед глазами. Но ощущения все равно были приятными. Правильными. Волшебными. Тепло лилось из моих рук в его, и сияющее пятно над мальчиком становилось больше, крепче, плотнее.
Я подняла глаза и с разбегу нырнула в черные омуты. Он смотрел все это время на меня. Ошарашенно. Озадаченно.
- Достаточно... Берегите силы. Вы молодец. Только побледнели сильно. Ани, идите, попейте воды, - Карпов мягко высвободил ладони.
- Что. Что это было? - пролепетала я растерянно.
Раны на мальчике полностью затянулись, черные венки с шеи пропали, кожа приобрела здоровый розоватый оттенок.
- Разве не поняли? Вы тоже можете обращаться к Высшей магии, - борясь с изумлением, прохрипел профессор. - Пока через проводника, но со временем. Кто знает, оранжерейная мисс. Кто знает.
- Вы обещали звать меня Ани, - пробубнила я, все же сочтя упоминание про высшие силы комплиментом.
Я могу? Я правда могу? Выпускать лечебное солнце из собственных рук?
- Не удержался, - усмехнулся Карпов. - Как представил директрису «Эншантели», которая видит, как ее воспитанница вместо варки лукового супа стоит, с головы до ног измазанная в крови, и использует Высшую целительскую Магию.
- Перестаньте! - с облегчением улыбнулась я, тоже зачем-то представив мадам Буше, шокированно трясущую седыми кудрями.
К черту «Эншантель»! Одного мы только что спасли. Это ли не счастье?
Со вторым пациентом дело пошло бодрее. Ему повезло - яд не успел попасть в кровь и сконцентрировался в желудке. Андрей быстро избавлял юное тело от отравляющих сгустков, как вдруг резко выпрямился и посмотрел на меня.
- Я понял!
- Что поняли?
- Те символы в кругу. Это не «воздух» и «плоть», а «душа» и «тело», - судя по взлетевшим бровям, он был сам удивлен своей догадкой. - Если перевести тот магический рисунок на человеческий язык, будет так: «Высшая печать души и тела смоется кровью наложившего».
- Но я не накладывала никакой печати, - я отчаянно тряхнула головой. - Уж я бы запомнила! А мои отец и мать были совершенно обычными людьми.
- Вы уверены?
- Сейчас я уже ни в чем не уверена. - пробурчала я и развела руками.
Отец ведь общался с каким-то странным типом с перстнем-талисманом. И даже давал ему подержать сверток с новорожденной дочерью . Если кто и мог знать тайну необычной связи мага и человека, то это потомок Адалвалфа К. Но велика вероятность, что он аркан. А Арчи так и не вернулся.
Что за чертовщина? И что за печать наложил мой отец, а мне теперь отдувайся? А ведь крестный наверняка в курсе. И Белинда тоже знала. А значит, и арканы теперь...
- Ладно, не думайте пока об этом, - вернул меня Карпов к проблемам насущным. Он уже вытянул очередной черный сгусток из бедного мальчишки и отшвырнул в корыто. -Влейте в него кроветворящее и «Сомнию» и стяните раны повязками, а я пойду к следующему. Справитесь, Ани?
- Конечно! - я шустро кивнула, пряча улыбку от этого его «Ани», и принялась искать среди склянок на парящем подносе сонное снадобье.
***
Третий мальчик был совсем плох. Я уже трижды приложила палочку к его горлу, заставляя проглотить новое снадобье, но пульс еле прослушивался.
Брови Андрея сошлись на переносице. Он размеренно дышал и с хладнокровным видом делал надрезы снова и снова. Я понимала, что спасти даже двух из трех - большая удача. Но все равно не хотелось верить, что все окончится вот так.
- Сэр. Андрей. А в тот раз, с гремучником. - забормотала я, чтобы хоть как-то разбить гнетущую тишину.
- Мм?
- Вы тоже обратились к высшей магии?
Я вспомнила, как он сидел в кресле напротив моей кушетки и устало смотрел в одну точку. Как дрожали его руки после операции. Как Мари сказала: «Ты истощен, иди поспи. Ты отдал слишком много. Это же не обычная магия. Нужно восстановиться».
- Да.
- Вы заплатили магическую дань за мое исцеление, так?
- Я бы отдал гораздо больше, Ани, если бы потребовалось.
Он пошатнулся и оперся ладонью о кушетку. Как и в тот раз, сегодня Андрей отдал слишком много за прямой доступ к исцеляющей сияющей материи.
- Вы еле на ногах стоите, - я взволнованно сжала его плечо.
- Но стою же. Вот если упаду, тогда разрешаю разводить панику, - невесело хмыкнул Карпов.
- На вас лица нет! - настаивала я на своем, в ужасе разглядывая бледно-серую кожу перед собой. Высшая магия оказалась чертовски алчной: за малейшую подачку требовала столь серьезную плату. - Вот, выпейте.
Я сунула ему под нос тонизирующий настой на основе Ведьминого Ореха, и Карпов, кинув в меня укоризненный взгляд, послушно выпил.
- Кто мог сотворить такое? - сокрушалась я, глядя как он вытаскивает из третьего мальчика длинную черную нить.
Демон промолчал, только дернул головой, словно его затылок прострелило болью.
- У вас есть догадки? Скажите!
- После того, как вы рассказали мне об открытых дверях и талантливых студентах, я поменял систему защиты, - сипло пробормотал Карпов. - Взял седьмую теплицу во временную аренду. Теперь этот клочок земли официально закреплен за мной. На приватной территории действуют иные магические законы, Ани.
- К чему вы клоните?
- Считайте седьмую оранжерею моим личным пространством. Я закрыл ее, как квартиру. Оставил доступ-ключ только для шестерых, соединив их жезлы со своим. Вам знакома эта процедура по Пункту Связи. Джулия ведь открывала доступ, верно? - я кивнула, ощущая, как по позвоночнику бежит холодок.
Только для шестерых.
- У кого был ключ?
- Ромул. Артур. Мари. Эйвери. Мисс Эмеральд. Ксения.
- Не может же это быть кто-то из них?! - я вскрикнула громче, чем собиралась.
- Я... не знаю, - Карпов выглядел растерянным. - Но это... - он кивнул на детей. - Это почти убийство.
Я окинула взглядом лежащего передо мной юношу. Кажется, его звали Донни Дэйкер.
Или Данни Дукер. Я слышала как-то, как его дразнили из-за смешного родимого пятна на щеке.
- Похоже, что не почти. Он не дышит. Остановитесь. - последние слова удалось выдавить из себя с трудом. Демон уже шатался после уплаченной магической дани, а мальчик. - И пульса нет. Давно уже.
- Будет, - упрямо прошептал Карпов, расправил ладони, выпустил из них бледное золотистое облако и вопросительно уставился на меня. - Как вы себя сейчас чувствуете?
Без слов я схватила его за запястья. Я не представляла, что делать дальше, и надеялась, что энергия сама польется, как и в прошлый раз. Так и вышло: едва нащупав проводника, тепло заструилось по ладоням, сияющими брызгами капая на целительную сферу. Она крепла, впитываясь в тело мальчика и слегка потрескивая.
- Хватит, - сипло пробормотал Карпов. Его руки дрожали под моими, и мне не хотелось их отпускать.
- Я могу еще немного. Все нормально.
Собственный голос гудел откуда-то со стороны. Виски сжимало, будто в самолете. Дыхание перехватило, черные точки вернулись на законную позицию перед глазами.
- Достаточно, Ани! - рявкнул Карпов и выдернул руку. Из раны на груди мальчика засочилась кровь. Он сунул мне в ладонь стерильную ткань. - Зажми...
Я с силой надавила на рану, но тут же поняла, что пальцы перестали слушаться. Кровь под ними растеклась гигантской алой кляксой, и морок накрыл сознание.
- Андрей.
Полет в бездну сквозь кружащийся лабиринт.
Сильные руки, измазанные красным, подхватили уже в падении и мягко уложили на холодный пол. Быстро обтерли ладони полотенцем, прощупали пульс, погладили по щекам.
- Я скоро закончу. Полежи немного тут, пигалица. Ничем не хуже кровати.
Я бы поспорила: справа расползалась кровавая лужа. Перед глазами опять танцевали черные точки, а подступившая тошнота грозила вылиться фонтаном. Но через минуту я с ним все же согласилась. Горизонтальное положение и прохладная поверхность делали свое дело. В голове прояснялось.
Я с интересом изучала возвышающуюся надо мной фигуру Андрея. Стрелки на часах шагнули за полночь, значит, - Владимировича. Опираясь рукой о кушетку, Демон махал жезлом над парнишкой и сыпал какими-то заклинаниями. Раскрыл стабилизирующий купол, опустошил в мальчика несколько склянок.
Дрогнувший мизинец на безвольно свесившейся ладошке заставил мое сердце колотиться чаще. Губы сами растянулись в улыбке. Внутри будто лопались пузырьки от шампанского. Почему-то хотелось смеяться.
- Чему ты улыбаешься, Ани? - Андрей вытер руки и склонился надо мной.
- Мальчик. будет жить.
- Будет.
- А вам больше нельзя называть меня Ани. Время.
- И кто же мне запретит? - хмыкнул Демон и подхватил меня с пола.
Пошатываясь пьяным матросом, он перенес меня на желтый диван в кабинете Мари. Накрыл своим пиджаком, от которого пахло кровью. Но вперемешку с ней - полынью. А кровь - что с нее? Ей несло отовсюду: с платья, с кожи, с волос. Под треск стабилизирующих куполов я впала в забытье.
Мокрое теплое полотенце заставило вынырнуть из тумана. Мягко так, по щекам, лбу, шее, стирая усталость и кровавые брызги. Закрытые глаза придавали ощущениям особую остроту. Тонкое стекло стакана, приставленного к губам. Тихое «Пейте». Несколько глотков чего-то терпкого, сладким ядом растекшегося по венам.
Не вода... Да, точно, воду нельзя - подсказало уплывающее сознание. Закипит. Вот странность... И с чего бы ей?
Сквозь ресницы посмотрела на Карпова. Он сидел на полу перед диваном, согнув ногу в колене и опираясь спиной о стол Мари. С полупустым стаканом и полотенцем в подрагивающих руках. Уставший, изможденный, истощенный. На лицо легли серые тени, скулы очертились графитовым карандашом. Высшая магия взяла свою дань. Но в глазах
- только нежность. И странная, пугающая решимость.
Мы столкнулись взглядами, и кабинет тут же наполнился горячим маревом. Карпов задвоился пустынным миражом, губы опалило сухим жаром. Но в этот раз Демон не отшатнулся. Смотрел без страха. Только бокал все-таки поставил на пол и красноречиво дунул на пальцы.
Я хитро улыбнулась и прикрыла веки. Ишь ты, воздух. и плавится. С ума сойти.
Но едва глаза закрылись, их тут же пришлось распахнуть обратно - на поцелуй в лоб. Целомудренный, почти отеческий. Влажные губы отметились на виске. Потом на щеке, на шее. Ласково прикусили мочку уха. Вот это было уже не слишком целомудренно и совсем не по-родственному.
Зажмурилась, чтобы не спугнуть. Пригрезилось? Сладкое тепло, растекающееся по губам, намекало, что нет. В рот хлынул его вкус - пряный, терпкий, мужской. Родной, знакомый.
Размышлять о причинах демонического сумасшествия не хотелось. Вцепившись в ткань рубашки, я притянула Андрея поближе, вынуждая забраться ко мне на диван. Последний жалобно скрипнул, уверяя, что не создан для подобных испытаний. Прибеднялся, конечно.
- Ну и что вы. творите? - пробормотала с улыбкой, улучив секунду, когда Демон оторвался от моих губ, чтобы сделать вдох.
- Разбиваю витрину. И ворую куклу, - прохрипел он мне в рот прежде, чем снова смешать наше дыхание в обжигающем поцелуе.