Глава 9. Пушистая охота

Несмотря на отсутствие наставницы, индивидуальные тренировки я старалась не пропускать. Правда, теперь мы коротали время наедине с Пандорой и Киваном Кавендишем. Та еще компания.

Я поправила топ, облепивший меня второй кожей, и натянула перчатки. Ладно, гаденыш, ты сам напросился. В качестве разминки я легко пихнула Кивана в грудь, и тот садистски ухмыльнулся. Не больно? Сейчас добавим.

Но сконцентрироваться на лютой неприязни не получалось. В мысли то и дело лез подросший Ихти. Наш «малыш» окончательно выбил меня из колеи, а рассказ гоблинши добавил искр внутреннему пожару. Черт, как же крепко мы вляпались! Что хуже - иметь в озере молчаливого младенца или наглого подростка в период полового созревания? Он по-прежнему не разговаривал, но умудрялся дерзить без слов. И явно не считал нас с Присс авторитетами.

Киван на груше совсем расслабился и принялся приглаживать медные, уложенные волнами волосы. Я не выдержала и, хоть мышцы еще не разогрелись, вдарила по холеной роже, что было сил. Пандора должна была отшатнуться, я даже приготовилась уворачиваться... Но она замерла, как вкопанная. А потом с ее боков показались чьи-то ладони.

- Хороший удар, - сипло пробормотало откуда-то позади согнувшегося пополам Кивана.

- Брендан? В смысле. господин Хайв? - спешно поправилась я, разглядывая торчащие из-за Пандоры кудряшки. - Вы что здесь забыли?

- Ваш крестный предложил мне занять место госпожи Боулз, - с виноватыми нотками в голосе признался воин, все еще придерживавший мою грушу. - После ухода из Заповедника мне не помешает официальная работа, а ученикам - опытный наставник.

- Месяц потренировав подростков, вы сбежите обратно в Дебри к саблезубым тиграм, -проворчала я, раздумывая, насколько далеко зашел в своем коварстве Артур. По всему выходило, что очень. - Никогда не считала преподавание в старшей школе легкой затеей, видя, с чем приходится иметь дело нашим профессорам. И что, вы теперь мой инструктор?

- Именно так. Вы против?

Я замялась. Либо крестный передумал нас сводить, либо, что вероятнее, ему с высокой колокольни плевать на Устав собственного учреждения.

Вместо того, чтобы ответить, я вернулась к Пандоре и Кивану. Провела голым локтем по серебрящейся поверхности, рассчитывая, что картинка изменится. Но нет, на меня по-прежнему смотрел лорд-извращенец. Видимо, злость на Артура была недостаточно сильной.

- И кого вы в ней видите?

- Крестного, решившего подыскать мне мужа, - соврала я и вдарила по Пандоре-87 так, что она на полметра отшатнулась вместе с не ожидавшим подвоха Бренданом.

- Шутите? - прохрипел парень, опасливо выглядывая из-за груши.

- Шучу. Одного рыжего ублюдка.

- У вас все в порядке? - «Бравый воин» осмелел и высунулся целиком. - Вы так спешили назад из библиотеки, что мы толком не успели попрощаться.

- Я просто. влипла в очередные эпические неприятности, - призналась с обезоруживающей улыбкой и угрожающе замахнулась, надеясь избежать расспросов.

Постойте... Позволите?

Брендан забросил Пандору и переместился ко мне за спину. Я недоверчиво покосилась на свеженького инструктора. Сомнительное убежище он себе подыскал.

- Не знаю, кто вам ставил удар. Белинда? - он замялся и поглядел куда-то в пол. -Неважно. Замахиваясь таким образом, вы рискуете выбить собственный сустав. Вот, смотрите.

Нагло обхватив меня за талию, «инструктор» встал сзади и стал крутить мою руку во все стороны, показывая работу локтевого сустава. Я даже почти поняла, что он пытается объяснить, но тут дверь в зал распахнулась, и в нее впорхнули Сюзанна, Присцилла и еще несколько девиц из «зазнаек». Следом за ними мрачной, никуда не спешащей тенью порог пересек Демон.

Присцилла сделала страшное лицо и скосила глаза в сторону подземелья, намекая, что после занятий запланирован «мозговой штурм». Я кивнула, хоть и сомневалась, что мое «малиновое желе» сможет наштурмовать что-то новое. И так всю ночь голову ломала, но ничего умнее «сдаться на милость крестному» в ней не родилось.

Но этот вариант не нравился ни мне, ни Присс, которой я рассказала о древней традиции пускать ихтиоподов на органы и ингредиенты. Не говоря уже о частных коллекционерах, видевших в «морских мужах» редкий источник ментальных удовольствий.

Почему-то мы решили, что именно в этих целях - для некоего старого извращенца - и была похищена редчайшая икринка. Судя по тому, что контрабандисты пробрались в строго охраняемый индийский музей, сил и средств у этих ребят много. А Артур, от греха подальше, справит нашего постояльца в ближайший Заповедник.

Дьяволица права - пока об Ихти никто не знает, он в относительной безопасности. Тем более, в Академии его искать не станут.

.Даже странно, что все это время я умудрялась думать о Присцилле и нашем «ихтиандре», а вовсе не о Демоне, буравившем меня своими глянцевыми агатами сквозь сузившиеся щелки глаз. Я даже не сразу заметила, как недобро он сощурился, окидывая взглядом общую картину. А, разобравшись в ситуации, гордо выпрямилась и сдула выбившиеся пряди со лба, но руку Брендана с талии не стряхнула.

Потому что Тамара на Карпове висела, поджав вообще все имеющиеся конечности. И художественно растрепанное каре каштановых волос старательно приглаживал Он. А в игру эту, - ту самую, под названием «Наши отношения невозможны и будет лучше, если поцелуй никогда не повторится», - как известно, могут играть двое.

Я «недоуменно» похлопала ресницами. Демон скривил губы в понимающей ухмылке. Присс продолжила слать мне сигналы бедствия. А Сюзанна вдруг громко икнула и зарделась от шеи до лба.

Только сейчас я отметила, как странно она глазеет на моего инструктора: молчаливо, приоткрыв рот и совершенно забыв про фирменное кокетство. Как будто у нее разом отказали все системы жизнеобеспечения, и организм перешел в режим автопилота.

Брендан же, как единственный адекватный и потому бесценный «экземпляр» нашего заповедника, спокойно выпустил меня из ладоней и пошел подать руку Карпову, тактично сделав вид, что не заметил реакцию «пышногрудой Сюзи».

***

Не успела я преодолеть порог Пункта Связи, в надежде выдохнуть от череды происшествий и хоть немного полистать демонические учебники, как на меня налетела возбужденная Джен. Она размахивала руками, жевала какой-то очередной «жварагг» и с набитым ртом пыталась мне поведать невероятную историю из жизни Тамары.

- В одиночку! Голыми руками! Ты представляешь?

Похоже, ментальный барьер станет моим постоянным спутником.

Источник восторга рыжей фурии обнаружился тут же, в гостиной. Он сидел на моем любимом бордовом диване, по-свойски поджав босые ножки, и заливисто смеялся. С моей ладони слетело несколько голубых искр, и пальцы будто бенгальским огнем обожгло. Кажется, барьер устроил бунт.

Я размеренно выдохнула. Джулия не простит, если я спалю тут все в тролльей бабушке. Тамара.

Облегающий белый топ, оттененный загорелой кожей, обнажал крепкие мышцы. Дымчатые кошачьи глаза хищно сверкали из-под челки. Гибкая и грациозная. Невесомая и опасная. Если насчет Сажельки я еще сомневалась, то этой дикой кошке палец в рот точно класть бы не стала.

При этом она очаровывала своей простотой. Легкой, пружинящей походкой. Озорной улыбкой. И где-то на краю сознания она мне была симпатична. В какой-то другой жизни мы вполне могли подружиться. Но... не в этой.

Быстро же Тамара вписалась в наш уютный коллектив. Разве что Ромул был с ней показательно холоден, вежлив и учтив. То ли боялся ревности Мелиссы, то ли волки с кошками были не лучшими товарищами.

Воздух в гостиной искрил от смеха и шумных разговоров. К моему удивлению, среди гостей увидела Карамзину - редкую гостью в имении Абрамсов. А вот Демона я там не заметила. Не было его и в кабинете на втором этаже. И даже на кухне.

И все-таки я ощущала его присутствие в доме. И куда запропастился?

***

Я бросила взгляд в смежный с кухней дверной проем и почувствовала там его. Очень странное знание, рождавшееся даже не в голове, а в районе солнечного сплетения. «Демон рядом».

Через арку в столовой можно было различить лишь вязкую, липкую тьму. Но я знала, что где-то в глубине, откинувшись на спинку простого стула, сидел профессор. Он заполнял собой пространство.

Звякнул стакан, что-то булькнуло и отдалось гулом в полупустом сосуде... Я улыбнулась. Не ошиблась.

Непреодолимой магнетической силой меня тянуло внутрь. Я боролась с желанием войти и разогнать тьму вокруг мрачного, одинокого гостя. Сделала шаг, еще один. Но меня опередила Карамзина, внезапно появившаяся на кухне.

- Анна, будьте любезны. Это личный разговор, - бросила шепотом Ксения Игоревна и, дождавшись моего покорного кивка, со знанием дела просочилась в столовую.

Вот только уходить я не собиралась. Просто прислонилась к холодильнику, чтобы его и моя дрожь совпали и не порождали лишний шум.

- Налей-ка и мне, Андрей Владимирович.

- Ксения, я сейчас не склонен. - осуждающе захрипел Карпов, послушно наполняя еще один стакан.

- Прекрати! Долго ты еще планируешь страдать ерундой? - странно, но в голосе Карамзиной мне послышалось искреннее беспокойство. И почти материнская забота.

- Которой из?

- Игнорировать чудесную девушку, питающую к тебе настоящие, сильные чувства?

Карпов закашлялся, и мы с холодильником - вместе с ним. Правда, беззвучно. Я мысленно спросила вместо Андрея: «Которую из?» и грустно улыбнулась своей глупой шутке.

- А еще - копаться в прошлом, - завелась гостья. - Кутаться в свой мрак. Грызть себя за грехи юности. Ты вполне заслуживаешь счастья, не меньше прочих.

- Я сам с этим разберусь.

- Андрей! Ведь ты тоже видишь, что лучшей партии для тебя и быть не может. Чистая кровь, древний род. И эта девочка влюблена в тебя с пятого курса, мы все свидетели!

- И как давно ты виделась с моей матерью? - язвительно уточнил Карпов, сделав шумный глоток. - Мм?

- Вчера.

Я прямо «услышала», как Карамзина недовольно поджала губки. Пару минут в столовой раздавалось лишь дыхание, прерываемое неспешными, размеренными глотками и звоном стаканов о деревянную столешницу.

- Княгиня будет расстроена, если род Карповских прервется на ее непокорном сыне.

- И она просила поговорить со мной тебя? - тихо рассмеялся Андрей, и от демонических ноток его мрачного веселья по позвоночнику проскакала дрожь. - Потрясающе.

- У меня на тебя больше влияния, - призналась Карамзина. - Сам знаешь, она всегда осуждала решение Владимира и хочет, чтобы ты обрел счастье.

- Она хочет курносых черноглазых наследников для своего драгоценного рода... - не особо яростно проворчал Карпов.

- Она не против, если их глаза будут дымчато-серыми.

- Даже так?!

- А ты?

- В данный момент я хочу выпить. И посидеть в тишине. Наедине с. с. собой.

- Тамара создана для тебя! - перешла в нападение аристократка. - Легкая, простая в общении, нетребовательная. И вы замечательно ладите, я же вижу. Ты относишься к ней с симпатией, с заботой. В твоем случае - это уже много. Просто подумай: может, судьба дает тебе второй шанс?

- О нет, Ксения, - задумчиво проворчал Демон. - Судьба надо мной издевается. Самым жестоким способом из всех возможных. И с некоторых пор я предпочитаю самостоятельно распоряжаться жизнью, исключив из этой порочной цепочки своих родителей. Я, пожалуй, пойду.

Вот черт!

Демон, если точнее.

Не выходит из меня шпиона. Не успев сориентироваться и вовремя сбежать, я плотнее вжалась в стенку холодильника, закусила нижнюю губу и зажмурилась. Будто таким образом могла исчезнуть.

Послышались приближающиеся тяжелые шаги. Ровно напротив меня они затихли. Кажется, я попалась.

Теплый, шероховатый палец провел по щеке, скользнул по подбородку и выправил закушенную губу из-за зубов. Я чувствовала его дыхание, проникавшее в мой рот. Андрей был совсем близко.

Словно широкой мягкой кистью, он легко мазнул своими губами по моим. Не поцелуй, а так, мимолетная ласка. Случайная, глупая. Но поясницу атаковали мурашки, и жар прокатился по всему телу. Послышался едва различимый шепот, и волосы растрепал легкий ветерок. Открыв глаза, я никого перед собой не обнаружила.

***

Субботнее утро выдалось по-настоящему зимним. Витраж с Авророй покрылся с внешней стороны морозной корочкой, из-за чего голубое платье смотрелось подернутым инеем. Красиво. Но даже это, - равно как и вид пышных, искрящихся на солнце сугробов, - не заставило бы меня выйти на улицу. Если бы не одно «но».

За завтраком Карамзина торжественно объявила, что шестикурсников ждет приятный сюрприз. И ехидный тон, которым это было произнесено, намекнул, что приятного, на самом деле, будет мало. Она попросила всех одеться потеплее и спуститься к полудню вниз.

В фойе было битком народу. Все жались к лестнице, боясь продвинуться дальше и растоптать... да что это вообще было? Пол, еще недавно мраморный и твердый, - мне доводилось проверять его на прочность, - стал мягким и. пушистым. Парадный коридор от лестницы и до самого выхода застилал белоснежный меховой ковер с огненнокрасными пятнами. И он шевелился! Колыхался, вздымался морской волной, временами фыркая и попискивая.

Вот, наконец, из середины пушистого моря появилась мордочка с черным носом и такими же темными бусинами-глазами. Потом еще одна, и еще. Два десятка носов и четыре десятка глаз!

- Саберы! - представила зверюшек Карамзина, протискиваясь через волнующихся существ. - Сегодня вам предстоит их ловить.

Саберы напоминали помесь песцов и лисиц: полностью белые, с красной кисточкой на пышном хвосте. Ставлю десять голден-хазов, что еще и шустрые. Уж больно лукаво поблескивали их глазки.

- Это полевое испытание подготовит вас к Финальному Поединку, - пояснила Ксения Игоревна.

Вдруг она подхватила за шкирку пухлого сабера с обгрызенным, полностью белым хвостом, вздумавшего справить нужду прямо на мраморный пол, и осуждающе заглянула в его мордочку. Удивительно, как «песец» от такого пристального внимания не напустил еще одну лужу. Больно грозной выглядела Карамзина.

Даже Присцилла, надменно отодвинувшая меня плечиком, чтобы протиснуться вперед, и та казалась взволнованной и умиленной. Ага, мы помним, «любительница животных». Чтоб ее! Что и говорить о прочих девицах с шестого курса, визгливым шепотом обсуждавших очаровательных существ. Ладно, признаюсь, я бы и сама такого с удовольствием потискала. А вот ловить, прыгая на морозе по сугробам, - увольте.

- Экзаменационный турнир будет состоять из нескольких частей. Кто-то сможет набрать баллы, открыто атакуя оппонента, - приподняв тонкую бровь, гулко рассказывала Карамзина. - Тем же, кто не уверен в своих силах, придется уповать на защитные чары и дополнительные задания. Одно из таких - отыскать и поймать сабера. И сегодня у вас будет прекрасная возможность познакомиться с чудесными созданиями.

И так она это произнесла, что почему-то сразу захотелось побежать тренировать атакующие заклятья.

- Ксения Игоревна! А это «полевое испытание» - обязательное? - ежась и дергая плечиками, подала голосок Влада.

- Для тех, кто хочет получить от меня красный камень для турнирных амулетов - да, -сдержанно улыбнулась преподавательница. - Меняю заговоренные рубины на пойманных саберов. Как вам такая мотивация?

По фойе прошелся одобрительный гул. Красные самоцветы были почти такими же редкими гостями ученических коллекций, как черные и золотые. Правда, с некоторых пор

- а именно, со смерти Белинды Боулз, - и сапфиры раздавать стало некому...

Поскупившись на советы, Карамзина жезлом распахнула входную дверь - и в проем тут же потекло пушистое море. Наказанный сабер с обгрызенным хвостом припустил первым, подальше от «злой тети». Когда все звери покинули теплую и уютную Академию - и чего им в фойе-то не сиделось? - преподавательница дала отмашку.

- Питомцев на всех не хватит, так что советую поторопиться, дамы и господа.

Теперь уже людское море - куда более шумное и невоспитанное, - ломанулось к выходу. Судя по сосредоточенной мине Присциллы, она планировала отловить, как минимум, пятерых. И я почти не сомневалась, что у хитрой «зазнайки» это получится.

Стоило признать, мне красный камешек совсем не помешает. Крепкие щиты на поединке

- мой единственный шанс выстоять против. Ну, кого мне там пришлет Судьба-юмористка? Так что юбку в руки - и вперед за сабером! Ненавидеть снег буду после.

***

Заснеженная лужайка перед Академией напоминала поле боя. Тут развернулось настоящее действо. Одни ученики пытались взять скоростью, но шустрые саберы разбегались, словно тараканы. Другие осыпали сугробы дождем из оглушающих, замораживающих и замедляющих заклятий. Те стройно летели мимо целей, попадая в зазевавшихся шестикурсников.

Не теряя времени даром, я влилась в буйный коллектив. Заприметив мохнатого негодника, нырнувшего в куст самшита, я подкралась поближе и ухватила «песца» аккурат за красную кисточку. Крепко сжатые пальцы, казалось, удерживали мокрую, вертлявую змею. И через секунду стиснутый хвост маслом выскользнул из кулака!

Это еще что за новости?

Через пять минут мне удалось зацепить за лапу второго, затаившегося в зарослях можжевельника. Но и тот вытек «сквозь пальцы», настолько скользкая была у саберов шерстка!

Эй, я так не играю! А ловить-то как?

Но на этом беды не кончились.

Едва я присмотрела мельтешившую в десятке метров алую кисточку, как впереди нарисовалась ладная фигурка Присциллы. Она тоже увидела добычу и решительно замахнулась жезлом. И почему мне не пришло в голову воспользоваться магией? Вот дуреха!

В моего сабера полетел фиолетовый сгусток. Малец неодобрительно пискнул. Я успела подбежать достаточно близко, чтобы углядеть в черных бусинках-глазках ехидное превосходство. Он что-то замышлял? На «разумный вид» не слишком тянет.

Причина, по которой кроха-сабер выглядел довольным, выяснилась пару секунд спустя. Застывшая перед сугробом Присс разразилась столь громкой и затейливой бранью, что у миссис Пруэтт уши бы отвалились.

Нет, я видела, что магический сгусток попал прямо в зверя - «зазнайка» целилась получше многих. Вот только сабера он ничуть не затормозил, и негодник теперь весело подпрыгивал на соседней с нами снежной кочке. На безопасном расстоянии от моих рук, которыми я при всем желании не смогла бы его удержать.

А вот под мисс Пруэтт красовались лиловые корневые чары, цепко ухватившие девушку за лодыжки.

- «Зеркалки», - процедила сквозь зубы разъяренная «зазнайка» и пояснила специально «для оранжерейных мисс»: - Эти гаденыши отражают любую магию в агрессора. Древнейший вид самозащиты для безобидных, в общем-то, тварей...

- И как их ловить? - спросила я, без особого энтузиазма сдергивая с Присциллы магические корни, цепким плющом облепившие ее до колен.

- В прямом смысле «голыми руками», - выдохнула девица, освободив, наконец, правую ногу.

- Поверь на слово: этот способ тоже требует серьезной доработки.

Судьба нас с Присциллой сводила и без того подозрительно часто, так что мы, не сговариваясь, дернули плечиками и разделились. Ну, не бегать же мне вместе с умницей-«зазнайкой», в конце-то концов?

В скором времени обнаружилась и еще одна хитрость пушных зверьков. Чтобы замаскироваться, они прятали свои огненные хвостики, зарываясь филейными частями в сугробы. Зрелище было веселым в процессе, но. Стоило белому саберу прижать ушки и уткнуться черным носиком в снег, как малец попросту исчезал с радаров. Так что минут через двадцать «песцовой охоты» я не могла обнаружить ни одного зверька.

Чумазая от копоти Розмари вылезла мне навстречу из-за шестой оранжереи.

- Бесполезно! - расстроено хрипел «цветочек», больше сейчас похожий на уголек. - От меня уже трое ушло.

- Ты пыталась его поджарить? - охнула я, боясь даже предположить, что за заклятье срикошетило в коллегу по несчастью.

- Всего лишь пометить сажей. А то белое на белом.. Но - вот, - она рукавом потерла черную щеку и, вздохнув, поспешила к дальнему сугробу, над которым мелькнула красная кисточка.

Бежать за Рози не стала, в свете раздачи рубинов сегодня - каждый сам за себя.

Чертов снег!

Ладно, надо сосредоточиться. Будь я песцом, куда бы спряталась от всего этого бедлама?

С подозрением глянула на лесную чащу. Некстати вспомнилось, что с благодарностью к общительным елкам я так и не зашла. А значит, лес вполне может быть недоволен. Не хотелось бы там снова заплутать.

Я потопталась у опушки и уже собралась развернуться, как из ближайшего ко мне ствола вынырнула знакомая прозрачная рожа. Еле удержала пронзительный вопль. Никогда я к этому не привыкну.

Роджер улыбнулся мне во все свои тридцать два призрачных зуба и тряхнул голубоватыми кудрями. Надеть платье - и со спины будет идеальной Мальвиной. Я же сейчас больше тяготела к Буратино - совершенно задубела от холода.

- Мерзнешь, пигалица?

- Наслаждаюсь свежим воздухом, - пробурчала, потирая обледенелые ладони.

- Что-то потеряла? - призрак подмигнул, и через секунду в меня полетел крепко сбитый снежок. Я охнула.

- Твою совесть, Родж. Перестань! - отряхивая подол от примерзших белых комьев, я все же изволила улыбнуться приятелю. Он не виноват, что я ненавижу снег. - Что ты здесь делаешь?

- Ты задаешь неправильные вопросы, Анна, - парень чуть парил над дорожкой и явно не мерз. На секунду стало завидно. - Но, так и быть, отвечу. Наслаждаюсь беспорядками.

Кто бы сомневался. Шалости у призраков в крови.

- Видел кого-нибудь из этих... мохнатых?

- А что мне будет, если помогу?

- Большое человеческое. Ой! - в щеку снова прилетел снежок и забился в волосы.

- Ладно, за «большое человеческое ой» подскажу. Вон один, - засранец Родж поднял глаза наверх, на ель, ветви которой нависали прямо надо мной. Среди иголок виднелось что-то белое и дрожащее.

- Они умеют лазить по деревьям?

- Нет, но я бы тоже научился, если бы за мной гонялось стадо бешеных шестикурсников,

- флегматично пожал плечами призрак. - Знаешь, как их ловить?

- Карамзина держала одного за шкирку, но у меня из рук они выскальзывают. А жезлом пользоваться нельзя.

Я успела оценить задумку: выставить на магический турнир животных, против которых невозможно применять чары. Похоже, смысл был именно в этом: удержаться от волшебства. Ответить себе на честный вопрос: а на что ты способен без магии?

Мне, дестинке, это было не так трудно, как потомственным первокровкам, впитавшим волшебство с молоком матери. Я до сих пор многие вещи делала по старинке - умывалась, причесывалась, складывала одежду. Но могу догадаться, что в Присцилле или Рашель невозможность колдовать отзывалась бессилием и зубной болью.

- Кстати... Ты уже решила, с кем пойдешь на бал? - с интересом изучая мой мыслительный процесс, морщинками проступивший на задубевшем личике, спросил Родж.

Вот обязательно было напоминать?

- У тебя есть кандидатуры? - не отставал призрак, и я вздохнула горько и сдалась.

- Ни одной.

О шутке Дорохова, которая больше напоминала бред от кровопотери, чем серьезное предложение, я предпочла забыть. Энди - остерегаясь, видимо, что я снова напялю красное, - не приглашал. А февраль несся на каких-то оголтелых скоростях. Арчи вряд ли танцует, Ихти тоже сомнительная партия.

- Пойдем со мной? Я недурно танцевал когда-то. - подмигнул негодник и снова тряхнул кудрями. Бросив взгляд на его распахнутую рубаху с жабо, я поежилась - холодно даже смотреть!

- Почему ты хочешь пойти со мной?

Я не была уверена, что пакостника Роджера вообще ожидали на балу.

- Хочу кое-кому. Как это у русских называется? Ах да, «подложить свинью», - игриво признался просвечивающий парень.

- Не уверена, что это хорошая идея.

А если точнее, Карамзина меня убьет.

- Если согласишься, помогу тебе поймать этого кроху.

«Рубин!» - нагло напомнил звон в голове.

- Сначала сабер! - выдвинула ультиматум, задрав голову и разглядывая трясущееся надо мной создание.

Полностью белый, с обгрызенным хвостиком. Кажется, это был тот упитанный малыш, устроивший лужу в фойе и отхвативший гнева Ксении Игоревны.

- Подставляй юбку. Посмотрим, какой урожай удастся собрать с этого деревца посреди зимы.

Роджер со всей своей призрачной дури вмазался в еловый ствол, но с противоположной стороны не вывалился. Крона содрогнулась от силового поля, ветки ощутимо тряхнуло. И пухлый сабер соскользнул мне в юбку из тонкой шерсти, сложенную кармашком. Быстро прижав к себе завернутый подол, я сделала шутливый книксен и пробормотала:

- Почту за честь стать вашим поросенком, господин Вортингтон.

В конце концов, а почему бы и нет? Может же у меня быть хоть призрачный намек на личную жизнь?