Глава 13

Истинное желание

Тая посмотрела в ярко-желтые глаза оборотня. А потом перевела взгляд на его пах. И совершенно не удивилась тому, что мужчина, несмотря на обстоятельства и раны, был готов к соитию. Девушка потянулась к его веревкам, попытавшись ослабить путы, но лишь сломала пару ногтей и ободрала пальцы.

— Леший умеет завязывать узлы… — Дар Ветер казался таким беспомощным со связанными за спиной руками. — Оставь. Пусть будет так…

Тая с сомнением покосилась на мужчину, словно спрашивая его разрешения. И наклонилась к его чреслам. Помня слова Нортона о своей неловкости, принялась очень осторожно ласкать его член, покрывая поцелуями от основания до самого кончика. Увлекаясь все больше, Тая, подобно тому, как играла со спящим охотником еще там, в пансионе, решительно обхватила горящую плоть пальцами.

Она принялась с азартом посасывать самый кончик фаллоса, двигая при этом по нему рукой, лаская губами чувствительную плоть и время от времени щекоча ее языком.

От входа в клеть послышался хриплый голос старшего оборотня:

— Похоже, Леший соврал, что она лизать не умеет. — Оба охранника поднялись на ноги и теперь с интересом наблюдали за Таиным выступлением. — Вон, как старается, и ему, похоже, нравится.

Но Тая не обращала на них внимания. Она была полностью поглощена действом, ей очень хотелось сделать приятно любимому мужчине. В том, что она влюбилась в оборотня, у нее не было ни малейших сомнений. Дар Ветер склонил голову, пытаясь разглядеть то, как Тая ласкает его член. Губы мужчины были полуоткрыты, дыхание прерывисто, и Тая чувствовала, как вздрагивает его плоть в ее руках, как бьется в ней тоненькая жилка в такт биению сердца волка.

Снова она держала в руках средоточие силы жестокого охотника, а он был таким уязвимым и податливым в этот момент. Ощущение этой власти над сильным мужчиной распаляло ее, разжигая огонь в самой глубине. Тая тихонько зарычала, точно дикий зверь, и, нехотя оторвавшись от своего занятия, принялась поспешно скидывать брюки. Как назло она второпях запуталась в штанинах, и, наконец, со злостью отбросив их в сторону, замерла перед Дар Ветром на коленях. Алчным голодным взглядом, посмотрела на его торчащий фаллос, ждущий ее прикосновений. Мужчина не смел ее торопить, хотя Тая чувствовала, как велико было его желание. И, поддавшись почти животному влечению, она опустилась на любовника сверху, впустив мужскую плоть внутрь себя.

И замерла, привыкая к этому ощущению. Большое горячее твердое мужское естество пульсировало внутри ее лона. Тая напрягла мышцы промежности, словно ощупывая его, и услышала тихий стон любовника. Дар Ветер откинулся назад, чуть приоткрыв рот и едва сдерживая свою страсть. Наконец, не утерпев, он чуть толкнул ее бедрами, словно приглашая к движению. И Тая ответила на это приглашение. Она принялась не спеша покачиваться, стоя на коленях, осторожно скользя вперед и назад по члену любовника, с каждым движением погружая его все глубже и глубже в себя.

Тая подалась вперед, обхватив ладонями лицо оборотня и глядя в невероятные ярко-желтые глаза. Провела пальцами по его щекам, не переставая подмахивать бедрами:

— А где твоя щетина?

Дар Ветер ответил прерывающимся голосом:

— После каждого оборота моя кожа становится гладкой, — он снова застонал, прикусив губу, чтобы получилось не очень громко.

— Как удобно, хотя… Она была такой забавной… — Таино дыхание тоже сбилось, она двигалась, все глубже опускаясь на мужской член. И ей не было ни больно, ни противно. Ей хотелось быть еще ближе и двигаться еще быстрее. Девушка наклонилась к уху любовника. Проговорила горячим шепотом:

— Ты кончишь внутрь меня? Их было так много, а я хочу, чтобы ты был последним…

И в тот же момент почувствовала сильный спазм внутри себя, и в ответ ее накрыла волна оргазма, горячая, упругая. Тая забилась в конвульсиях, запрокинув голову. Ее тело скручивало сладкими судорогами, это длилось и длилось, а она продолжала насаживаться на член до тех пор, пока из ее промежности не пролилось горячее семя, а мужская плоть не стала мягкой и безвольной и не выскользнула из ее лона.

* * *

Тая наклонилась к мужчине и, подобно тому, как это раньше делал он, коснулась губами его лба.

— Как самозабвенно, — у входа в клеть раздался женский голос. — Это ведь она?

Вздрогнув, Тая обернулась на голос и прижалась к Дар Ветру, словно собираясь защитить его от опасности своим телом.

— Не пугайся, малышка, я не хочу вам зла, — возле прутьев клетки стояла Никайя и с печалью в ярко-желтых глазах смотрела на пару любовников.

— Зачем тогда пришла? — Тая ответила ей недружелюбным взглядом исподлобья.

Оборотница пожала плечами:

— Посмотреть, как это бывает, когда любишь по-настоящему, — и в ее словах Тае почудилась женская зависть. — Нам было плохо без тебя, Белый волк, — женщина перевела глаза на охотника.

Чувствуя все нарастающую неловкость, Тая отпрянула от любовника, разорвав контакт их тел, и принялась натягивать штаны. Дар Ветер следил за ее действиями с нескрываемой досадой. Проговорил, не пытаясь казаться дружелюбным:

— Зато мне без вас было хорошо.

— И без меня тоже? — в голосе Никайи сквозила неприкрытая грусть.

Дар Ветер помолчал, вздохнул и нехотя проговорил:

— Я вспоминал тебя, Никайя.

Тая переводила настороженный взгляд с оборОтницы на своего любовника и никак не могла попасть ногами в штанины. Никайя смотрела на мужчину, он смотрел прямо перед собой. Наконец, женщина нарушила молчание:

— Почему ты ушел?

Охотник бросил на женщину хмурый взгляд:

— Потому что не могу и не хочу быть с теми, кто пренебрегает законами крови. С теми, для кого убийство — это радость и развлечение.

Никайя скорбно нахмурилась и покачала головой:

— Нортон был рад твоему бегству.

Дар Ветер вскинулся на ее слова:

— Я не сбегал, просто тихо ушел, — мужчина тряхнул головой, скидывая с лица прилипшие пряди волос, и отвернулся.

Никайя прищурилась, глядя на охотника:

— То есть, ты хочешь сказать, что между вами не было поединка?

— Нет, — ответ был односложен.

Глаза Никайи блеснули:

— Но он должен был быть! По столь чтимым тобой же законам крови! — Взгляд оборотницы лихорадочно заметался по загону, — Нортон соврал… Стаю должен возглавлять сильнейший, никто не вправе присваивать себе власть, не доказав свою силу. Нортон обязан был доказать свое право на главенство! — Никайя повернулась к двоим охранникам, — Вы слышали? Леший соврал! Между ним и Белым волком не было поединка!

— Леший тот еще враль, — старший охранник кивнул и красноречиво покосился на Таю, наконец-таки справившуюся со своими брюками.

Оборотница отпрянула от прутьев клетки и, выйдя в центр пустого пространства между шалашами, прокричала, так, что спугнула из кроны ближайшего дерева стаю устроившихся на ночлег птиц:

— Братья и сестры! Нас обманули! Нортон обманул вас!

Деревня, словно, ожила. Привлеченные ее громким криком, к клети потянулись оборотни обоих полов.

— Что ты делаешь, Никайя? — охотник настороженно следил за шевелением между шалашей.

— Пытаюсь сохранить тебе жизнь, Дар Ветер, — оборотница обернулась на пленника. — Ты должен бросить вызов Нортону, он теперь не сможет отказаться.

— Ты так уверена в моей победе? — оборотень красноречиво покосился на свое раненое обнаженное тело.

— Конечно, — Никайя лукаво улыбнулась. — Ты всегда был лучшим. Во всем.

На лице охотника отразилось сомнение, и Никайя продолжала:

— Если тебе не жаль собственной жизни, подумай о ней, — женщина кивнула на Таю, внимательно следившую за их разговором.

Дар Ветер покосился на девушку. Тая не очень понимала, что именно хотела от Дар Ветра Никайя, но чувствовала, что это был их шанс на спасение. Между тем, возле клетки собралась небольшая толпа.

— Ты чего шумишь, Никайя? Зачем беспокоишь ночной лес? — спросил кто-то из старших мужчин.

Оборотница повернулась к подошедшим соплеменникам и с вызовом вскинула голову:

— Нортон соврал нам. Между ним и Белым волком не было поединка до крови, он не имеет права возглавлять стаю.

Оборотни принялись гомонить, обсуждая невероятную новость.

— Откуда тебе это известно? — все тот же мужчина с недоверием смотрел то на Никайю, то на связанного Дар Ветра.

— А вы сами спросите у него, — Никайя кивнула на грузную широкоплечую фигуру торопящегося к собранию вожака.

— Что здесь происходит? — Нортон, приблизившись, тяжелым взглядом обвел оборотней.

— Никайя говорит, что правила передачи лидерства не были соблюдены, что ты нарушил законы крови.

Нортон глухо зарычал, словно зверь, обнажив в оскале белые зубы:

— Плевать я хотел на ваши законы крови!

— Ты соврал нам! Или нет? — все тот же взрослый оборотень буравил вожака настороженным взглядом. — Клянись перед ликом хозяйки ночи, что ты нам не соврал! — мужчина вскинул руку вверх, туда, где на иссиня-черном небосводе сияла ущербная луна.

Нортон прорычал сквозь стиснутые зубы:

— Я не обязан приносить никакие клятвы! Я вожак стаи по праву сильного! Кто посмеет оспорить это мое право?

— Я посмею.

Все разом повернули головы на тихие слова пленника. А Дар Ветер продолжал:

— Ты стал вожаком, нарушив законы предков, и теперь я хочу восстановить справедливость.

Повисло гробовое молчание. И в нем резко прозвучали слова Никайи:

— Поединка не было! Белый волк по-прежнему наш вожак. Дерись с ним, Нортон, или проваливай прочь!

— Он трус и убийца! — Нортон повысил голос, но недовольный ропот толпы перекрыл его.

— Поединок один на один, — Дар Ветер, чувствуя, что мнение большинства на его стороне, злорадно усмехнулся. — Ты боишься меня, Леший?

Вожак зарычал. Казалось, вот-вот, и он перекинется в зверя, но он сдержался:

— Я не боюсь тебя, Белый волк. Выпустить его!

Охранники бросились отпирать клетку и развязывать пленника. Кто-то тут же притащил для Дар Ветра простую одежду, чтобы ему не пришлось гарцевать перед толпой в неглиже. Тая испуганно жалась к прутьям. Про нее все словно забыли, поглощенные предстоящим зрелищем.

— Не бойся, никто не сравнится с Белым волком, — Тая вздрогнула от слов подошедшей Никайи.

Оборотница оценивающе, но с улыбкой посмотрела на девушку. Спросила очень серьезным голосом:

— Любишь его?

Тая не ожидала такого вопроса. Она стушевалась, покраснела и опустила глаза.

— Можешь не отвечать, я все вижу, — Никайя усмехнулась. — Смотри, ему сейчас, как никогда, потребуется твоя поддержка.

И Тая смотрела…

* * *

Два оборотня замерли друг против друга в напряженных позах. Дар Ветер был чуть выше соперника, но Нортон шире его в плечах и коренастее. Он буравил бывшего вожака ненавидящим взглядом ярко-желтых глаз, то и дело обнажая зубы в подобии звериного оскала. Дар Ветер выглядел спокойным.

— Будем драться без оружия? — Леший прошипел сквозь стиснутые зубы.

— Без. Как звери, — Белый волк наклонил голову, исподлобья оценивая свою позицию.

С нервным смехом Нортон отстегнул пояс с короткими ножнами и отшвырнул в сторону. Соперники ходили кругами друг подле друга, словно примеряясь к броску. Вожак напал первым.

Он прыгнул на своего противника, намереваясь вцепиться ему в горло, но Дар Ветер вывернулся из его пальцев и отскочил в сторону. И снова замер, приглядываясь к возможностям соперника.

— Трус! — Нортон снова прошипел со злостью. — Как всегда, изворачиваешься и уходишь от драки!

— Не люблю бессмысленное кровопролитие, — Дар Ветер брезгливо скривился. — Но твоя кровь сегодня прольется.

И тут же подскочил к вожаку, с размаха отвесив ему удар в челюсть. Нортон не успел уклониться, и кулак Дар Ветра впечатался в его скулу, заставив зубы клацнуть. Оглушенный Нортон мотнул головой и выплюнул кровь. Скривился и утер губы тыльной стороной ладони:

— И это все, на что ты способен? — чувствуя свою слабину, Нортон пытался храбриться.

Дар Ветер не ответил ему и снова атаковал. Он был легче соперника. Нортон был здоровяком и уступал в скорости поджарому Дар Ветру. Однако на сей раз вожак был готов к удару и подставил руку для защиты, отведя тяжелый кулак в сторону от своего лица. Вот только Дар Ветер не собирался останавливаться и сразу же нанес второй удар в открывшийся живот противника. Тот с хрипом выдохнул и согнулся пополам.

— Теряешь хватку, Нортон! — кто-то выкрикнул из любопытствующей толпы, чем разозлил Лешего еще больше.

В диким ревом он принялся молотить по воздуху, пытаясь достать Дар Ветра, но тот играючи отступал из-под его ударов.

— Да, он никогда ее не имел! — первому голосу ответил другой. — Поединка-то не было! Он просто нас запугивал, похваляясь несуществующей победой над Белым волком.

Запыхавшийся Нортон остановился, исподлобья глядя на Дар Ветра:

— Дерись, как мужчина! Хватит танцевать передо мной! — вожак тянул время, пытаясь привести дыхание в норму.

Дар Ветер снова ничего ему не ответил. И атаковал. Несколько его ударов достигли цели, из-под кулаков вылетели капельки крови, покрыв траву вокруг места драки россыпью темных, остро пахнущих пятнышек. Глядя на это, толпа заволновалась. Кто-то из молодых оборотней, от вида крови не справившись со своей природой, начал оборот. Их ломало и корежило в двух шагах от битвы, и тем ужаснее все это выглядело. Тая переводила полный ужаса взгляд с дерущихся мужчин на волков, скалящих на них желтые клыки. Казалось, еще мгновение, и оборотни кинутся на поединщиков, не разбирая, кто из них прав, кто виноват.

Драка продолжалась, все набирая темп. Вот, уже Дар Ветер под негодующий рев толпы пропустил атаку вожака. Его голова дернулась назад от силы удара, послышался угрожающий хруст шейных позвонков. Белый волк отпрянул, чуть замешкавшись, оглушенный, помотал головой, восстанавливая четкость восприятия, и снова бросился на противника.

Мужчины не торопились сокращать дистанцию боя, но после каждого удара оба норовили вцепиться в соперника, заломить его, придушить и лишить подвижности. Дар Ветру первому удалось обойти Нортона сзади и зажать его голову в железный захват. Вожак захрипел, пытаясь оторвать от себя цепкие пальцы Белого волка и, воспользовавшись преимуществом в весе, он поднял того от земли и, натужно закряхтев, перекинул через плечо, швырнув наземь перед собой. Белый волк тут же подскочил на ноги, развернувшись к нападавшему лицом.

Оборотни замерли друг перед другом, чуть согнув ноги в коленях и наклонив головы…

Кто-то из обитателей оборотничьей деревни спешил оттащить прочь ярящихся собратьев, для которых вид и запах крови оказался слишком большим соблазном. Если кто-нибудь из них вмешался бы в ход поединка, результат его не был бы засчитан. Один из молодых оборотней тоскливо взвыл, словно, дав отмашку для бойцов.

…Дар Ветер и Леший бросились друг на друга. Они сшиблись с глухим тяжелым стуком. Нортон был тяжелее, и его прыжок оказался весомее. Он повалил Дар Ветра наземь и попытался его оседлать, но Белый Волк вывернулся, скинув с себя противника. Не успел подняться на ноги, когда Нортон снова прыгнул, придавив его своим телом.

Оборотни катались по земле, вспахивая ее пятками, глухо рыча и пытаясь достать до горла соперника. Из-под них вылетали комья земли с ошметками выдранной травы. Тая испуганно всхлипывала от каждого удара, пропущенного Дар Ветром, словно это она сама получала его. Девушка очень хотела помочь, но не могла придти на помощь любимому и лишь заламывала руки в беспомощном страхе за его жизнь.

В очередной раз Нортон подмял под себя Дар Ветра. Вожак принялся душить противника предплечьем, запрокидывая его голову все сильнее. Дар Ветер пытался сопротивляться, удерживая душащую его руку, но он был измотан пытками, и силы стремительно покидали его.

В какой-то момент взгляды Таи и Дар Ветра встретились. И в глазах своей суженой оборотень увидел то, что придало ему сил. Он глухо зарычал и рывком скинул с себя агрессора, поменявшись с ним местами. Нортон, уже считавший себя победителем, со страхом и удивлением уставился на Белого волка.

— Боишься меня, Леший? — Дар Ветер прошипел в самое ухо своему противнику.

Нортон нервно сглотнул и промолчал. Он попытался вырваться, но на сей раз Белый волк держал его достаточно крепко. А Дар Ветер продолжал:

— Помнишь, совсем недавно я обещал, что вырву твое сердце? — он кровожадно ухмыльнулся, глядя на поверженного врага, и в его глазах Нортон прочел свой приговор.

С клокочущим рычанием Дар Ветер ударил Нортона в грудь, ломая ему ребра. Леший взвыл, попытавшись увернуться от смертельного проникновения, но быстро обмяк. Разбрызгивая вокруг горячую волчью кровь, Дар Ветер с влажным хрустом выдрал из груди побежденного соперника еще живое трепещущее сердце. И показал его Нортону. Леший смотрел на собственное сердце, бьющееся в руке Белого волка, полными ужаса, быстро меркнущими глазами. А Белый волк слегка сдавил пульсирующую плоть в руке, выжимая из нее поток крови. Он смотрел на умирающего вожака до тех пор, пока взгляд его не потух окончательно, хотя его сердце в руке Дар Ветра все еще продолжало биться. Тогда Дар Ветер поднял голову и тяжелым взглядом обвел затихших соплеменников.

— Гай! — он позвал охрипшим голосом.

Вперед вышел молодой крепкий оборотень, исподлобья глядевший на победителя.

— Дарю тебе право вкусить от плоти проигравшего вожака… Если хватит смелости, — добавил он, презрительно скривив губы, бросил оборотню окровавленное сердце Нортона и отшвырнул от себя его еще теплый труп.