Глава 35. А бежать некуда

Ангелина долго стояла возле знака и смотрела не моргая на затертую временем краску. Во рту стало еще суше. От ужаса и страха. Что за болезнь сразила людей, что их даже не похоронили по-людски? Будто выжившие бежали и просто бросали дома. Или жителей здесь заперли? Оставили умирать… И уцелел ли хоть кто-то? Тяжело выдохнув горячий воздух, Лина шагнула назад и окинула взглядом заросший сад. Казалось, что из темноты под ветками на нее кто-то или что-то смотрит. Выставив перед собой лопату, она медленно стала пробираться к колодцу. Вдруг там есть вода. Отчего-то жажда казалась страшнее, чем дневные мутанты. По сути безобидные животные, искалеченные плохой экологией. Электронный браслет тихо пикнул и выдал сообщение отпечатком на коже: «Батарея заряжена». Прямые лучи солнца всегда очень быстро наполняли энергией современные гаджеты, да только Лине становилось худо от жары, но в тень уходить, где густые и высокие травы, она не решилась. Стерев пот со лба, она срезала ржавым острием лопаты первые кусты. Пыльца встрепенулась и засветилась на свету мелкой мошкарой. Облако полетало над головой и пересело на соседние кусты. До колодца добиралась долго. Через несколько минут изнурительного труда Лина уже и забыла о страхе и не оглядывалась. Может, умереть от лап голодного животного было лучшим выходом? – Нравится тебе Кирилл? – вдруг очнулась Темная в голове. – Не твое дело, – мысленно и злобно ответила Кэйса. – У меня есть предложение. – Ты бесплотна, что ты можешь предложить? – Не забывай, я могу выходить, когда я захочу. Не зарывайся, а то выбью тебя из тела, и будешь сидеть тихо. Лина сглотнула и поняла, что нельзя бросать слова на ветер, даже если они могут спасти тебе жизнь. Стоит задуматься, нужно ли такое спасение. – Почему тогда медлишь? – яростно замахнулась лопатой и отсекла голову чертополоху. Розовый колючий клубок скатился к ногам и, показалось, облегченно выдохнул. Темная не отвечала. Последнее время Лина чувствовала странную легкость в груди и свободу мыслей. Будто вторая личность ослабела или пряталась в глубине сознания. Но из-за чего? – Молчишь? – Не спи с ним больше. Давай, ты откажешься от любых прикосновений и даже поцелуев, а я умолкну. Навсегда умолкну. Как тебе такое предложение? – Заманчиво, – Лина приостановилась. До колодца оставалось пару метров. – Только где гарантии? Внезапно сдавило виски. До острой боли. Лина вскрикнула и согнулась. – Соглашайся, или я тебе мозг поджарю. – Могла бы, – захрипела Кэйса и вцепилась в рукоять лопаты, – уже бы сделала это. Ты манипулируешь мной! В голове разразился хохот. – Конечно! Я как и ты жить хочу. – Что тебе это даст? Почему с Максимом можно было, а с Кириллом нельзя? Чем не угодил? – Мне он не нравится. Не вкусно! – Ах, невкусно, значит?! Ты врешь, гадость такая! Переедание мучает? Скоро лопнешь? – Замолчи! – взвизгнула Темная. Лина выпрямилась. В голове стоял гул, словно рядом звонили колокола. Злость выворачивала наизнанку, хотелось заорать во все горло, но она лишь тихо прошептала: – Ты не будешь мне диктовать что делать, когда делать и с кем! Поняла?! Тишина разбавлялась щелканьем пульса в висках. – Я еще сыграю свою роль. Ты пожалеешь! – прошипело в ответ многоголосие и затихло. Холодные капли скатились со лба по лицу и побежали за шиворот. Лина отряхнулась, чтобы выйти из оцепенения и срезала очередной куст, обвешанный соцветиями в виде перевернутых зонтиков. Жара становилась невыносимой, удушливый запах разнотравья скручивал внутренности и царапал в носу. Лина чихала и отхаркивалась. Пить хотелось невыносимо. В колодце чудом сохранилось ведро. Оно зияло с дырами, но должно было выдержать. Быстро зачерпнув со дна воды, Лина потянула ржавые цепи на себя. Алая, будто кровь, жидкость колыхнулась и пролилась на пол. Просочилась сквозь землю и оставила после себя влажные ленты на траве. Как ее пить? Да и можно ли? На ощупь это была простая вода, но вот цвет… Словно кто-то вкинул в колодец десять килограмм карминовой гуаши. Лина вдохнула запах, но ничего не почувствовала. Ни гнили, ни сырости. Ничего. Прикрыла глаза и лизнула палец. Пена собиралась в уголках рта от желания пригубить больше. На вкус вода напоминала березовый сок, губы так и раскрывались сделать глоток. Выхода все равно не было, потому Кэйса набрала полную флягу и поплелась к дому, чтобы спрятаться от палящего солнца. Не забыла запереть дом на корявый крючок: не хотелось больше лохматых и зубастых гостей. Присела устало возле Кирилла, прислушалась к его ровному дыханию и, когда убедилась, что сердце его бьется размерено, привалилась к стене. От жажды расплывалось перед глазами, а горло напоминало огненный столб. Решившись, Лина открутила крышку фляги и поднесла горлышко к губам. – Стой… – охрипло прошептал Власов. – Как ты? – Лина подтянулась к нему и погладила по щеке. В его глазах читалась тревога, и щетина подросла и колола пальцы. – Лучше. Намного, – слабо выдавил он и снова прикрыл глаза. – В плече осталась? – Кэйса скользнула ладонью вниз и прощупала бугристые шрамы. Под ними пряталась пуля. Власов накрыл руку своей и потянул ладонь к теплым губам. – Ты спасла меня, Лин… Прости, я не должен принуждать и брать без согласия. Это неправильно. – Не нужно. Я хотела этого сама, – призналась Кэйса и придвинулась ближе. – Но это все равно непривычно. Просыпаться и чувствовать, что что-то было, но ты этого не помнишь. – Я больше так не буду, – ласково провел языком по ладони и снова коснулся поцелуем. – Здесь вода отравлена вирусом плесени. Ее нельзя пить, – проводник приподнялся и, отодвинув Лину немного, пошарил в сумке. В одном из отсеков прятались узкие колбочки. – Капни во флягу. Жидкость очистится. Когда напились воды, Лина прилегла рядом и долго молчала. Слушала, как стучит его сердце и вспоминала, как касалась его пальцами. Кирилл был на волоске от смерти. А те двое, что покоились на кровати, не убереглись. – Отчего они умерли? – Лина показала взглядом. Кирилл гладил ее за ухом и глубоко дышал. – Много лет назад был всплеск эпидемии, но ее удалось остановить на границе. Число жертв неизвестно, потому что вертикальные города уже развились, а тех, кто остался в селах и поселках, никто не считал. А пострадали именно внешние населенные пункты около рек. – И что это за гадость? Кирилл пожал плечами. – Я не ученый. Не знаю.