Глава 15

В этот момент дверь открывается, в комнату входит Нойманн, а я от неожиданности чуть не падаю. Краснею от смущения, что меня застали за подглядыванием. Глупо, конечно. Нашла кого стесняться – Иво собаку съел на неблаговидных поступках, гораздо хлеще моих.

- О, тебе лучше! – говорит радостно. – Но вот босиком, это ты зря.

Он в два шага оказывается возле меня и подхватив за подмышки поднимает над полом.

- Что ты делаешь, отпусти!

- Не хочу, чтобы ты снова простудилась и получила осложнение. Не капризничай.

Иво несет меня к постели и опускает на нее. Но я отстраняюсь. Меня смущает, что не помню, когда мылась в последний раз. Сильно грязной я себя не ощущаю, но мало ли… Не хочу, чтобы он унюхал от меня какой-либо запах.

Иво вздыхает, но больше никак не показывает своего неудовольствия.

- Как чувствуешь себя, принцесса? – спрашивает Иво, широко улыбнувшись.

- Спасибо, прекрасно. Расскажешь, где мы находимся? Или снова в загадки будем играть?

- У друга. Очень хорошие люди.

- Ясно. Очень информативно!

- Пойдем вниз. Выпьем чаю. Я тебя с ними познакомлю. Ты голодная?

При упоминании о еде в желудке заурчало.

Бульон фрау Хельги явно не насытил меня.

- Да, я бы поела что-нибудь. Но знаешь, мне, наверное, душ надо сначала принять, привести себя в порядок. Не хочу твоих друзей напугать.

- Они не из пугливых, в глазах его вспыхивают веселые искорки.

- Не смешно.

- Ты отлично выглядишь и пахнешь вкусно.

- Это невозможно после стольких дней в отключке.

- Я тебя каждый день… протирал, - смущенно признается Нойманн.

- Что?!

- У тебя была сильная лихорадка, ты постоянно потела. Я протирал тебя. Да, это было непростой задачей. Смотреть на твое прекрасное тело… такое беспомощное. Скорее выздоравливай, малыш. Потому что я уже на грани.

Мысль о том, что долгое время я была абсолютно беспомощна в полной власти этого мужчины – странным образом будоражит мое сознание.

- Хорошо… но мне надо одеться.

Иво открывает шкаф – там аккуратно развешены мои немногочисленные шмотки, купленные на рынке. Выбор невелик.

- Потом попрошу что-нибудь у Ясмины.

- Не надо!

- Она добрая девочка.

Даже не сомневаюсь.

– Только не говори, что ты ревнуешь.

– Нет конечно с чего ты взял

Наконец я выбираю шорты и футболку, надеваю их, Иво тащит меня за руку вниз.

Заходим на кухню. Семейство, за которым я наблюдала в окно, переместилось сюда. Темноволосая девушка хлопочет у плиты. Бородатый мужчина кормит своего очаровательного кудрявого сына пюре из маленькой тарелочки. Он что-то говорит сыну, по-немецки.

- Всем привет. Познакомьтесь с Миленой, - говорит Иво, и все поворачиваются ко мне.

- Хватит капризничать, Марк. Ты уже большой парень и должен есть как следует, - Иво ласково щелкает малыша по носу.

- Привет, Милена, - обращается ко мне по-английски мужчина. - Меня зовут Джерт. А это моя жена, Ясмина.

- А это самый главный красавчик в этом доме, его зовут Марк, - с улыбкой добавляет Иво, наклоняясь и целуя малыша в щеку. Почему-то этот его жест глубоко волнует меня.

- Привет, - улыбается мне девушка. – Как ты себя чувствуешь, Милена?

- Мне лучше… спасибо.

Иво подходит к Ясмине и обнимает ее. Меня охватывает ревность. Смотрю на Джерта – вот у кого ни единой эмоции на лице, сплошная безмятежность.

- Дорогая, у Милены беда с гардеробом. Всего несколько маек и шорты. Я конечно ее приодену, но может на сегодня-завтра что-нибудь выделишь ей?

- Конечно. Посмотрю, у меня полно одежды, - улыбается девушка. Буду рада если подойдет.

- Хм, надеюсь. Милена покрупнее…

Это прозвучала так, словно я толстуха размера десять ХЛ, покраснев, утыкаю взгляд в деревянный стол.

- Ну конечно, у тебя же есть одежда, которую ты носила, когда была беременной, - хлопает ладонью о ладонь Иво. Чувствую, как краска заливает мое лицо. Хотя понимаю, что Иво нарочно меня подкалывает.

- Указывать девушке на то, что она полнее другой, это вообще-то некорректно, - укоризненно произносит Ясмина.

- Я же шучу.

- У тебя дурацкие шутки. Девушка может обидеться. Я бы точно обиделась на тебя! Как она еще терпит! Ты будешь кушать, Милена? Любишь рагу из овощей?

- Нет… я не голодна, спасибо.

Только бы чертово урчание в желудке не подвело, потому что запахи на кухне восхитительные.

- Она поест, - твердо говорит Иво, теперь в его голосе нет насмешки. Ей надо набираться сил.

- Будешь кофе, дорогая? – игнорируя Иво, снова обращается ко мне Ясмина.

Закусив губу, выдавливаю, стараясь побороть смущение.

- Если можно. Черный. Спасибо.

В ту же секунду передо мной появляется чашка с дымящимся кофе. Сжимаю чашку в ладонях, вдыхая чудесный аромат. Делаю глоток, наслаждаясь прекрасным вкусом.

Благодарно улыбаюсь Ясмине, усевшейся на соседний стул.

- Пойду уложу нашего бандита, - говорит низким голосом Джерт, забирает сына из специального стульчика и уходит. Ясмина смотрит им вслед с огромной любовью, от которой щемит сердце.

- Надеюсь, вам не пришлось слишком затрудняться из-за меня, - смотрю смущенно на девушку. Она выглядит такой юной. Словно моложе меня. Ни грамма косметики, маленькая, хрупкая.

- Конечно, нет, - улыбается мне Ясмина.

- Да им что, это я ухаживал за тобой, - встревает Иво, развалившийся на стуле и вытянувший под столом свои длинные ноги.

Стараясь не обращать внимания на его широкую грудь, обтянутую футболкой, вздыхаю:

- Я очень благодарна вам…

- Главное, поправляйся.

- Очень вкусно, делаю второй глоток и снова улыбаюсь.

- Турецкий. Особый рецепт мамы. Пирожное?

Ясмина ставит передо мной блюдо умопомрачительно красивых пирожных, искрившихся сахарной пудрой.

- Они с малиной. Попробуй.

Боже, в этот момент, когда рот наполняется слюной, понимаю, как давно я не еле ничего вкусного. Вот таких вот сладостей, например. Только самую простую пищу… Но ведь была счастлива… Даже не думала об этом.

У меня перехватывает горло, приходится смаргивать внезапные слезы. Сжав зубы, смотрю на пирожное.

- Детка, не надо его оплакивать. Просто съешь.

- Простите. Я все еще не в форме.

- Пошли. Отведу тебя наверх, вздыхает Нойманн.

- Хорошо…

И я послушно иду вслед за Иво.

Вхожу в комнату, которая служила мне пристанищем столько дней. Смотрю в растерянности, как Иво входит следом.

- Извини… Что-то хочешь еще мне сказать? Подколоть? Поиздеваться?

- Нет.

- Ясно. У тебя своей что, нет комнаты?

- Вообще-то нет.

- Как это?!

- Я тебе мешаю?

- Я не понимаю. Где ты спал? Со мной, когда я болела?

- На вот этом кресле, - Иво выглядит смущенным, когда указывает на кресло в мелкий цветочек, довольно узкое и маленькое.

- Ну и врун же ты!

- Почему ты мне не веришь?

- В таком кресле невозможно спать.

- Я серьезно. Но если я тебе мешаю, то уйду. Посплю в сарае.

- Да почему в сарае-то? Они твои друзья. У них что, нет больше комнат?

- Нет. Там ремонт.

- О… ясно. Правда? Я думала… дом такой большой.

- Дом большой. Я бы нашел себе местечко, принцесса. И найду. Если ты меня выгоняешь. Что довольно жестоко, после того как я столько ночей дежурил возле тебя.

Мне становится стыдно. Ну почему с Нойманном всегда так? То доводит тебя до того, что готова послать последними словами, то…

То чувствуешь себя распоследней стервой.

Он, оказывается, хочет ночевать со мной. Вдвоем в постели… Почему это вызывает трепет? Я была с ним в постели ни один раз… Правда… это чужой дом, чужие люди. Возможно, слышимость сквозь стены. Мне неловко.

- Хватит напрягаться, Милена. Ты слишком много думаешь, - усмехается Иво. - Я не собираюсь набрасываться на тебя. Не трясись так. Если хочешь, чтобы я ушел – просто скажи. И я уйду.

- Я не трясусь, - ну вот, черт, теперь краснею, при мысли что Иво может догадаться, о чем я думаю. А я в эту минуту думаю о сексе с ним. Болезнь не изменила моей тяги к нему. Я по-прежнему отчаянно влюблена…

- Ты прав, мне нечего стесняться. Можешь лечь рядом. Я… если ты не против, первая в ванную схожу.

Хватаю полотенце. Почему болезнь принесла неловкость в наши отношения? Я благодарна Иво, очень сильно. Он не бросил меня, заботился. Так откуда между нами натянутость? Как ее победить?

Когда выхожу из ванной, Иво лежит на постели, его глаза закрыты. Интересно, он спит?

Делаю глубокий вдох, затем выдох, ложусь рядом. Очень хочется коснуться его. Но я не смею.

Мысли о том, что мы будем делать дальше сводят с ума. Разговаривать с вечно подкалывающим Нойманном тоже нет сил. Поэтому тону в своих мыслях.

Постепенно веки наливаются тяжестью. Стоит невероятная тишина, все вокруг, казалось, дышит миром и покоем. Только пение цикад за окном. Уютное. Умиротворяющее.

Мною овладевает давно забытое, наступающее перед сном приятное расслабление. Легкое, полное внутренней радости.

Почему, откуда это? Почему мне так хорошо в этом доме? Даже хочется помечтать, как мы живем тут вместе с Иво. И с нами очаровательный карапуз… Наш малыш.

С этими восхитительными грезами я погружаюсь в сон.

***

Просыпаюсь одна, в комнате никого. Сначала думаю, что Иво принимает душ. Но нет, дверь открыта, там тишина.

Одевшись, спускаюсь на кухню в надежде найти его там. Нам надо поговорить. Пусть объяснит, что дальше.

Мне хочется вернуться на лодку. Снова плыть куда-то…

На кухне хлопочет Ясмина, одна.

- Привет, - говорю смущенно. – Я не помешала?

- Нет конечно. Проходи Милена. Кушать будешь? Я оладьи как раз пожарила…

- Спасибо большое. Но я что-то не голодна.

- Тебе надо набираться сил.

- Хорошо… Я хотела спросить… Я не нашла Иво… Мне надо поговорить с ним.

- Сначала тебе надо позавтракать. Ты бледная, вид у тебя неважный.

- Мне гораздо лучше. Я очень благодарна вам. Вы спасли меня.

- Это все Иво. Он спас тебе жизнь.

- Да… наверное.

- Зачем ты хотела убить себя? – задает странный вопрос Ясмина.

- Что, прости? – спрашиваю удивленно, не понимая вопроса.

- Иво сказал, что ты хотела утопиться. А он тебя вытащил.

- О… Я даже не знаю, что сказать.

Наверное, мне в этот момент лучше всего замолчать. И я это понимаю. Но тут охватывает такая злость на Нойманна и его вечные подколы. Я ведь уверена, даже эта история – просто ирония Иво, который не захотел признаваться друзьям, насколько он благороден! Злость развязывает мне язык… И я выкладываю Ясмине всю нашу историю. От и до. Начиная от своего отца, Наташи, моих подозрений в том, кто заказал меня… до Эльжбеты и путешествия на яхте.

- Боже мой, - бледнеет Ясмина. – Я его убью!

- Ты о ком? Об Иво? Он спас мне жизнь. Не один раз. Я… люблю его.

- Он тебя похитил. Удерживал, связывал… Изнасиловал. Так ведь?

- Нет. Он не насиловал, - опускаю глаза.

- Какой ужас, - Ясмина подается ко мне и обнимает. Очень крепко. – Бедняжка. Я его убью.

- Ты не понимаешь… Меня глубоко трогают эмоции Ясмины… Но я не хочу, чтобы Иво досталось из-за моей внезапной болтливости. – Он же спас меня.

А потом начинаю плакать. Взахлеб, навзрыд. Не знаю почему, но ощущение, что внутри скопилось целое море проклятой соленой жидкости и мне необходимо избавиться от нее.

- Ты знаешь на память телефон отца? Впрочем, неважно. Найду в интернете.

- Что ты хочешь сделать? Не надо…

- Твой отец должен знать, что ты жива. Ты же его ребенок. Он, наверное, с ума сходит.

- Наверное… И бабушка. О боже… Мне так стыдно… Я не подумала. Мы считали, что так безопаснее для меня. Никому ничего не говорить… Меня ведь убить хотели … Иво не знает кто, он собирался выяснить. Но для этого нам надо было оказаться в безопасности. Теперь я понимаю, что он к вам все это время плыл, рассчитывал на вашу помощь.

- С этим мы тоже поможем. Разберемся. У Джерта есть связи. Но сначала я убью Нойманна, - сжимает кулаки Ясмина. Она такая маленькая, хрупкая, но говорит так уверенно, серьезно, что мне становится не по себе. Страшно за Иво. Может зря я все разболтала? Он, наверное, разозлится за это на меня.

Не знаю сколько мы еще мы просидели так, рядом, молча, а Ясмина продолжала обнимать меня. Меня так давно не обнимала женщина, вот так… как мама.

Слезы кончились. Теперь я просто вздрагиваю и икаю, судорожно втягиваю воздух.

В этот момент на кухне появляются Джерт и Иво. Джерт держит сына на руках, он как всегда молчалив. Иво смотрит на нас, лучезарно улыбаясь.

- Что за сырость, девочки? – спрашивает, делая шаг ко мне. Я отшатываюсь, и он, нахмурившись, смотрит на Ясмину.

- Что здесь происходит.

- Как ты мог такое сделать? – Ясмина вскакивает на ноги и бросается на Нойманна как фурия. Толкает его в грудь, лупит по ней ладонями. – Как? Как?