Глава 49

Котов – Варианты? – деловито поинтересовался Декабрь. – Ты ее лучше знаешь. Надеюсь, знаешь! – Наверное, к мужу двинула, – признал я неохотно. – Проверить, не спиздел ли я насчет покушения и все такое, – вздохнул. – Доверие у вас на нуле, я так понимаю. – Не нуди, а?! – вскипел я. – Это не в упрек. Просто факт. Строить свою бабу будешь, когда она реально твоей станет, – заявил напоследок Гоша. – Все, запускаю Льва. С ним уже подробнее давай, вспоминай мелочи, любая деталь может пригодиться. Если ты невиновен, мы быстро это докажем. Выйдешь. Больше не рыпайся, ок? Говнистый этот Мамаев. Чувствую, не отпустит он так просто свою жену. Ну я тебе говорил, да? Предупреждал… – Да-да, я помню. Для некоторых мужчин красивые женщины – будто бриллиантовые цацки и все в таком духе. Вот только я чувствую, что Мамаеву Дарина нужна. Она у него… вроде как все в узде держит, что ли? Такие мелочи, которые, когда их больше нет, вдруг оказываются архиважными. – И ты забываешь про фонд. – И это, да… Я прикусил губу, размышляя. – Надо посерьезнее копнуть. Зови Льва, короче! Для начала мне нужно развязать руки и ноги, – ухмыльнулся. * * *При помощи Льва и не без помощи связей и больших денег удалось откреститься от обвинений в покушении на убийство. Благо, я вспомнил, что заезжал в небольшой универмаг за сигаретами и энергетиком. Проверили, там были камеры. Записи удалялись каждые три дня. Нам повезло обратиться на третьи сутки и выудить видеозаписи. На них четко было виден я, мое лицо на кассе. Время, дата – все зафиксировано. Покушение на Олега было совершено через пятнадцать минут после того, как я засветился на камерах. Попасть на другой конец города, чтобы переехать по-тупому Олега, мне бы не удалось. Ведь ехать туда, как минимум, час-полтора. Время – одно из самых загруженных. Обвинению пришлось признать свой провал и отлипнуть от меня. Одной проблемой меньше – перед законом я чист, но другая проблема так и осталась нерешенной. Дарина не выходила на связь, на звонки не отвечала, не появлялась ни на квартире, ни в доме, ни даже в больнице, блять! За это время, что мне пришлось провести за решеткой, моя нервная система была практически на нуле, истощена, измотана. Дарина не давала о себе знать, и это просто выпило все мои силы. Дарина и мой… наш… ребенок. Почему-то я был уверен, что это дочка. Последнюю ночь перед тем, как меня выпустили, я даже спать не мог. Тупо боялся закрыть глаза – мне снилось самое ужасное, что только можно было вообразить. Бледное лицо Дарины, ее остекленевшие глаза и светлые волосы, плавающие в луже крови. Ужасный сон, худший из комаров. * * *На выходе из места временного заключения меня встречал Волков, Декабрин был занят. При взгляде на посвежевшее лицо Савы, который будто скинул несколько лет после возвращения и воссоединения со своей обожаемой Ритой и их сынишкой, мне вдруг вспомнилось, как я подтрунивал над ним. Подначивал по-дружески, иронизировал. То хуеплетом называл, то бездельником, который просто протирал штаны за решеткой, пока его не перевели на лечение, закрытый режим, но свободы гораздо больше. Позднее я продолжал подтрунивать над ним, считая, что поднимаю настроение, поддерживаю, мол. Но теперь не хотелось смеяться. Тогда я просто не понимал многого, сейчас все изменилось, картина мира стала другой. – Скажи одно, ты как кукушкой не двинулся? – спросил я. – Пока сидел, – добавил, но мог бы не уточнять. Судя по острому блеску в глазах Савелия, он все понял. – Золотой наш. Ха… – лающим смехом отозвался Волков. – Дошло наконец? То-то же… И че, кто теперь… хуеплет? – Ни слова больше. Попытался закурить, никотин уже не лез в глотку, и пальцы тряслись, если их вытянуть прямо. Мне кажется, будь на моей голове волосы подлиннее, я мог бы и нити седины разглядеть. – Ладно, не будем поминать старое. Особенно, если учесть, что тебе отчасти по моей вине досталось. Я же просил тебя найти почку для пахана Ритки. Ты поднял связи, пошевелился, вышел на фонды, связался с Мамаевым. Так что разгребем, не переживай. И да, я кукухой не двинулся, потому что каждый день знал, где и с кем моя с Волчонком. Знал и все равно мне казалось – мало, мало, недостаточно знаю! Не вижу, не слышу в реале, а если что случится – и я не дотянусь. Ни рукой, ни голосом. Это пиздец, братан. Я тебе не завидую, сам прохавал, каково это. Так что давай, не жмись, двигай к нам с Риткой. С моим пацаном познакомишься поближе, поймешь, ради чего стоит жить. По-настоящему, брат. От души говорю. Только ради этого и стоит. Все остальное – мишура, чепуха. Даже на корм для могильных червей не пойдет. – Спасибо, конечно, за приглашение. Но я проверю еще один вариант, где может быть Дарина. Я уже говорил Декабрю, но тот ничего добиться не смог. Может быть, мне удастся. – Подбросить тебя? Смотри, одного тебя отправлять опасно, алиби потом искать приходится, – белозубо заулыбался Савелий. – Да пошел ты. * * *Глупо было думать, что Савелий отстанет так просто. Мне потребовалось еще немного времени, чтобы «пробить» через знакомых интересующую меня информацию. Пришлось основательно копнуть под «почти-свекра» Дарины. Нашли недвижимость за городом, оформленную на одну из фирм, следы которой вели к нему. Все мое нутро завибрировало от понимания: Дарина там. Уверен! Осталось только сесть в тачку и отправиться к ней. Не один, в компании Савы. – Вы будто сговорились, что одному мне теперь гулять не светит. Я могу лишь надеяться, что вы не станете дежурить под дверью, грея уши, когда я останусь наедине с Дариной… – Я серьезно! Стоило тебе только протянуть загребущие лапы к чужой бабе, так ты только и делаешь, что встреваешь в неприятности. Подумай, надо ли тебе это. – Че-е-е?! – Ну а че? Сытая и спокойная жизнь – другая совсем, хули. Бабы работают только на удовлетворение потребностей, а не на вынос мозга и создание проблем. – Удовлетворение. Потребности. Разве это жизнь? – Бля, как замурлыкал… На дворе давно не март, если что. – Хватит, по-хорошему прошу. Мне так-то не до смеха. Дай подумать, ок? Надо с мыслями собраться. – Разговор предстоит серьезный? – Как бы да… Очень. Дарина, скорее всего, обратилась за помощью к несостоявшемуся свекру, а тот мужик серьезный и очень душный. Настолько душный, что даже из инвалидной коляски всех достанет! – поморщился. – Если Фурия ему в жилетку поплакалась… – сам себя оборвал. – Хотя нет, плакаться не в ее духе. Скорее, все разложила по полочкам, тот задействовал связи, и все. Красотка в недоступной крепости… – Думаешь? – Я предпочту надеяться, до последнего, что Дарина в безопасности. Пусть лучше меня материт жестко последними словами, чем встряла в проблемы. Мутно все как-то… Не нравится мне ее муженек. – Мне бы тоже не нравился потенциальный трахарь моей, – отозвался Сава. – Ты охерел?! Такое говоришь… – Иногда старая любовь не ржавеет, все дела, – вальяжно развалился Волк. – Нет, – насупился я. Не может такого быть! Не может же! Но как быть с тем, что Дарина не хочет меня видеть… Токсикоз у них там, что ли, особенно ядовитый?!