41

Иелана

– Можно?

Я рассеянно подняла голову, осознав, что кто-то обращается ко мне и, кажется, не в первый раз. Испачканный деловой костюм из лучшей ткани, умное лицо с резкой линией скул.

– Простите. Конечно, вы можете сесть, госпожа Аренберг.

– Просто Алиса. Сегодня выдался самый умопомрачительный денек за всю мою карьеру, и не думаю, что формальности будут уместны. Ты ведь первая дочь Грегора Лисовского, владельца дистрикта Роз, верно? Я видела несколько трансляций, где мелькал твой портрет, но едва ли смогла опознать в той девушке тебя.

– Косметика – зло, – Я неуклюже сложила ладони на коленях. Старая спортивная форма была мне велика, и только с помощью Рохана, подогнавшего ее по фигуре, могла ее носить. Представляю, какой сейчас видок.

– Знаю, сейчас все стоят на ушах, поэтому буду краткой. Твой жених знает, что ты сотрудничаешь с теми, кого он называет – я цитирую – девиантами и ошибкой генной инженерии?

– А зачем вам?..

– Хочу понять, что происходит. Я взялась за этот прецедент, потому что давно искала повод избавиться от монополии Долорецких на выращивание разумных существ. Нужен был весомый повод – и вот он случился. Только когда потребовалось представить доказательства, внезапно случилось это, – Госпожа Спасительница указала на здание, в котором укрылись оборотни, включая моего Марка и вожаков стаи. Людей внутрь не пускали, и хотя Лейла сказала, что доверяет мне полностью, все же попросила уважать их право говорить в безопасности. – Что произошло с уликами? Кто-то украл их?

– Думаю, они пытаются просчитать, кто мог забрать скрижали из сейфа, если большая часть заинтересованных в этом находилась в другой части города.

Ангмар, наверно, думает на Маркуса. Но он не мог. Я видела его глаза, чистые, как сталь дамасского клинка, и эти глаза не скрывали изумления.

– Должно быть, кто-то еще в стае работал на моего «жениха».

– Я думала, эффект ментальной силы невозможно преодолеть.

– Это ведь не коллективный разум. Волки Хальцифера так легко сдались, потому что он проиграл. И неважно – почему. Его статус был нарушен, и остальные обратили взоры на ближайшего альфу, способного их повести за собой…

Я подскочила на месте. Точно. Хальцифер может знать, что происходит в городе. Он был тесно связан с деятельностью Дома Долорецких, пока барьер не отрезал их от внешнего мира и не дал шанс сбежать.

Решительным шагом направилась в сторону оцепленного бронеавтомобиля, куда солдаты дистрикта запихнули вражеского альфу, предварительно запечатав ему рот и уши. Рядом дежурил отряд оборотней из нашей стаи. Несмотря на попытки последовавшей за мной Аренберг сгладить ситуацию, противоборствующие стороны по-прежнему следили друг за другом. Ничего странного, простое благоразумие.

– Пропустите, – приказала я двум крепким мужчинам с винтовками, стоявшим у задней двери.

– Отказано. Здесь содержится крайне опасный представитель враждебной расы со способностями пробудившегося. До суда он должен содержаться в строгом карантине.

– Десять тысяч империалов за десять минут. И никто не пострадает, обещаю, – быстро сказала моя спутница.

Мое удивление зеркалило удивление солдат, получивших столь щедрое предложение. Десять тысяч – стоимость земли в неплохом районе. Алиса пожала плечами.

– Так быстрее, чем ставить условия и угрожать карами небесными. А нам нужны доказательства.

– Эй, что вы собираетесь сделать? – вмешались волки Ангмара, когда дверцы бронеавтомобился стали раскрываться.

– Скажите Рохану, что я хочу поговорить с пленником. Это может помочь в поисках скрижалей! Маркус не виноват, кто-то еще работал на вашего создателя – и Хальцифер может знать, кто!

Один из обратившихся зверей последовал за мной и запрыгнул в покачнувшийся кузов, пока глава Дома вместе с солдатами стояли снаружи. Спиной я ощутила их тревожные взгляды. А еще услышала щелчки затворов.

На безумном альфе был звуконепроницаемый шлем из тех, что разработали против их расы. Он крепился к полуразобранному ошейнику и покрывал всю голову целиком.

Ощутив вибрацию моих шагов, Хальцифер шевельнулся.

– У тебя есть шанс улучшить свое положение. Не делай глупости, ладно? – сказала я, коснувшись элемента на гладкой поверхности шлема и дав ему возможность говорить.

– Знаешь, что Улькир делает с обманщиками, оружейница? Он отправляет их в место, где нет ничего, кроме льда и смерти.

– Хорошие сказки, но они тебе не помогут. Где скрижали? Кто еще служил твоему хозяину и мог их забрать? Отвечай!

– А ведь Роман говорил о тебе, как о пустышке. Думаю, его ждет хороший такой сюрприз, – смех оборотня двоился. – Не знаю, что у вас случилось, да и меня это не касается. Но будь готова к тому, что с падением купола, наступит конец твоей жизни, милая обманщица!

– Что ты знаешь? – настаивала я. – Лучше скажи сейчас, пока к делу не подключились опытные гладиаторы, прекрасно знающие, что можно оторвать противнику, не убивая его.

– Кровь.

– О чем он говорит? – подала голос госпожа Аренберг.

– Кровь всему виной. Прольешь кровь – и наступит конец. Ответа не будет, девочка, – Хальцифер растянул губы в улыбке. – Я уже мертв.

Сказав это, он больше не реагировал на вопросы и угрозы пытками. Обессиленная, я вернулась к палаткам с пострадавшими и увидела Маркуса. Кажется, он собирался меня отругать.

Пришлось стукнуться лбом в его грудь, тем самым избегая продолжительного спора.

Предстояла утомительная ночь, где каждый должен был найти себе занятие «по душе»… Я решила попробовать поискать рабочие камеры на территории замка и отследить по ним возможного предателя. Все равно стая не умела работать с техникой. Ангмар предупредил, что, возможно, придется отказаться от сна. Хотя переговоры еще не были провалены, нам нечего было предъявить делегации.

Я думала о сестре и словах Хальцифера.

– Вы слышали что-нибудь про сделка между людьми и оборотнями? В ваших легендах ничего такого не встречалось? – спросила у сопровождавших меня Рохана и Щенка. Последний выглядел ужасно, видимо, виня себя за нерасторопность. Упустить свою цель в последний момент – что может быть ужаснее?

– Все, что я могу сказать – скрижали содержали в себе большую часть нашей настоящей истории, – отрезал Рохан. – Если и была сделка, так это зафиксировано.

– Прошло больше ста лет… Только Долорецкие и знают правду. Повсюду их шпионы, мы не можем доверять никому.

– Тогда, наверно, стоит отправить Маркуса к людям Спасительницы? – предположил Щенок тихо. – Пятый, ты уверен, что его можно оставлять рядом с нами?

– Ангмар дал ему еще один шанс, Лана тоже. Его знания могут помочь отследить передвижение шпиона. Нельзя, чтобы наше главное сокровище покинуло дистрикт и попало не в те руки…

– Тебе нужно отдохнуть, – заметила я. – Всем вам. Иначе утратите бдительность.

– Я останусь, пока ты не закончишь осмотр. Не хочу, чтобы тебя снова похитили. Ты явно важна для будущего супруга, – прошептал Щенок, и я явственно уловила в его голосе осуждение. Значит, не простил. Разрушенное доверие сложно восстановить, но я готова постараться.

– Я с Роханом и только с ним. Можешь остаться, раз беспокоишься.

– А он, может, не про твоего щеголя-аристократа, – невзначай отметил Рохан, разглядывая одолженный у Марка пистолет. И снова это чувство, словно я монета, помещенная между двух мощный магнитов. Стоит одному приблизиться, и меня тянет в сторону со страшной силой.

Ну нельзя же так!

Не то место, не то время. Потом о любовных переделках подумаешь…

Я уткнулась в энергетический щиток, уцелевший в пожаре, и стала восстанавливать питание. Сейчас вся территория была погружена во мрак, и это сильно тревожило слабых членов стаи. К счастью, никто не пострадал, но нам не стоило расслабляться.

– Ты действительно можешь достать видео с камер? – спросил Щенок, когда мы остались одни.

– Есть небольшой шанс. Знаешь, иногда есть резервное копирование, когда запись идет в реальном времени…

В плечо воткнулась иголка. Это было так внезапно, что я не успела вскрикнуть. Я даже не поняла, что происходит, пока не посмотрела вниз и не увидела шприц с желтоватой жидкостью. Резко накатила усталость.

Опять? – подумалось с возмущением.

Зря все же стая посадила Маркуса под домашний арест. Он бы точно меня не…

***

Меня сильно ударили по щеке и громко выкрикнули полное имя. Никогда его не любила. Правда, сказать об этом шумной девушке, чьи маленькие ручки терзали мое лицо, почему-то не удавалось. Язык не слушался. В горле пересохло.

Кое-как разлепив веки, увидела сначала золотистые волосы, а потом и заплаканные васильковые глаза.

– Ну и горазда же ты дрыхнуть, сестренка! – выпалила Ната, обнимая меня за шею.

Мы дома?

Нет, это была незнакомая роскошная комната, стены которой украшали вензелем «Д». В голове калейдоскопом пронесся ряд ассоциаций, подводя к неутешительному выводу. Снова пленница, снова эта стирхова фамилия.

– Слушай внимательно, – крайне серьезно заговорила младшая сестра, поворачивая мою голову к себе. – Я ему не подошла. Они нашли меня с помощью личного детектива, обещали оставить тебя в покое, если помогу им. Но проблема в том, что я бастард. Мамуля, наша набожная благородная леди, нагуляла меня от своего дизайнера одежды.

– Стой, а с чего ты…

– Не перебивай. Все так, как я сказала. Я давно это знала, но не хотела лишний раз мутить воду. Думала, смогу использовать эту информацию позже. Как видишь – не вышло. Ему нужна ты, твое наследие, твоя генетическая линия…

Моя кровь. Теперь у Долорецких есть все, что нужно. Знать бы, когда они успели переманить Щенка на свою сторону.

Когда щелкнул замок и в дверном проеме появился невысокий юноша в военном мундире, я была готова к худшему.