Глава 11. Ваня

Герда вновь утащила меня в парк рядом с универом.

Из-за дикого нрава или, может, девичьей скромности, справлять нужду ей удобнее только в местах, где как можно больше деревьев и кустов.

Жалко снега нет. Одна только грязь кругом. Герда бы с ума сошла от счастья, если бы где-то неподалеку был хоть один сугроб.

Для того, чтобы собрать её дерьмо в пакетик, спустил Герду с поводка. Наученный горьким опытом, точно знаю, что если этого не сделать, то она может так резко и сильно дёрнуть в сторону поводок, что в этом дерьме обязательно окажусь я.

Закончил с её туалетом, выбросил пакетик в урну и осмотрелся вокруг, надеясь увидеть собаку. Но её не оказалось поблизости.

Наверное, как обычно, сделав все дела, сама пошла домой. Поэтому я надеваю ей намордник, чтобы не пугала и без того нервный народ.

Вышел из парка и свернул на автобусную остановку, повторяя путь, которым мы с Гердой сюда приходим.

Взглядом искал свою питомицу, надеясь, что она далеко не ушла, и увидел её, стоящей на задних лапах и ласкающейся с какой-то девушкой.

Слегка удивился, увидев, что Герда даёт себя гладить кому-то кроме меня.

— Твою мать! — рыкнул себе под нос, понимая, что девушка, тискающая мою собаку, будет рада до тех пор, пока не поймёт, что у неё грязные лапы, которыми она опирается о ткань светлой куртки. — Герда! Сидеть!

Услышав мой голос и команду, она сразу сделала, как было велено и виновато поглядывала на меня, при этом, походу, не планируя отходить от незнакомки.

Взял Герду на поводок. Пока пристегивал, увидел, что куртка и джинсы девушки в грязных разводах от собачьих лап.

Сейчас будет истерический визг и требование усыпить собаку немедленно. Сто процентов.

Внутренне напрягся и приготовился к конфликту.

Выпрямился и посмотрел в лицо девушки.

Внутреннее напряжение уступило место удивлению. На меня смотрела дамочка из сервиса. Она широко улыбалась и смотрела на меня счастливыми светящимися глазами.

— Ваня?! — она меня тоже узнала.

— Ого! Ты умеешь улыбаться? — я повел бровью и вновь напрягся. Эта дамочка может из какой-нибудь своей принципиальности или синдрома отличницы и по судам меня затаскать.

Лучше бы грязью и дерьмом Герда замарала обычную истеричку.

— Умею, — всё с той же улыбкой ответила дамочка и наклонилась к Герде, снова её погладив. — Она твоя?

— Моя.

— Она просто фантастическая! Такие глаза… я не могу! — восхищаясь как ребенок, дамочка присела рядом с собакой и стала гладить её обеими руками, активно наминая довольную морду моей питомицы. — Умница! Красавица! Хорошая-хорошая!

Хотя… может, и не затаскает она меня по судам.

Но про грязь один хрен надо сказать.

— Не хочу заставлять тебя разлюбить мою собаку, но твоя куртка и джинсы в грязи от её лап.

— Да? — дамочка мне будто не поверила. Выпрямилась и окинула себя взглядом. — Ой-ой! — выдохнула она, а я приготовился защищаться. — Оказия какая! Отстирается, — она легко махнула рукой и вернулась к Герде, продолжив её гладить и навешивать на шерстяные уши комплименты.

Я, откровенно говоря, охренел. Совсем не такой реакции я ждал и совсем не на такой диалог рассчитывал.

Помня, с каким отсутствующим видом и каменным лицом она приходила в сервис, я понимал, что в чем-то здесь имеется подвох.

Присел рядом с ней и, подмигнув Герде, которая балдела от ласки незнакомой ей девушки, пригляделся к дамочке.

Её волосы, которые я до этого видел лишь в строгом хвосте, сейчас были распущенны, и их трепал легкий холодный ветер.

Самое удивительное — она не переставала улыбаться. И говорить.

Не видел, чтобы до этого момента она делала хоть что-то из этого. Но, чтобы всё вместе!

И тут помимо запаха её парфюма я уловил ещё кое-какие нотки.

— Так ты бухенькая! — дошло до меня.

— Не бухенькая, — она мельком глянула на меня. — Просто выпили с подружкой немного вина. Пять литров.

Моя брови сами подпрыгнули вверх.

— Каждая пять?!

— Мы же не алкашки какие-то, — почти оскорбилась. — На двоих.

— Тогда ладно, — кивнул я. — А ты почему на остановке? С машиной что-то?

— У подруги оставила. Я же выпила, за руль нельзя.

— Точно, — это обстоятельство до меня сразу не дошло. — Давай я тебя подвезу. Как ты сейчас грязная в автобус?

— Сильно заметно? — она вновь встала и осмотрела себя.

Я смотрел на неё снизу вверх, продолжая сидеть на корточках.

— Сильно. Помимо грязи там может быть и дерьмо. Герда любит залезть лапами куда не надо.

— Ну надо же… — уже заметно начиная грустить, дамочка разочаровано всплеснула руками. улыбка на её губах начала меркнуть, а из глаз стал пропадать добрый озорной огонёк.

В душевном порыве сохранить ей настроение я поднялся и, понимая, что с вероятностью в девяносто девять процентов она мне откажет, предложил:

— Слушай, я здесь живу неподалёку. Можешь зайти ко мне и хотя бы немного почистить вещи, а потом я тебя отвезу домой. На своей или на твоей машине — как хочешь.

Дамочка посмотрела мне в глаза. В уголках её губ всё ещё сохранялась лёгкая улыбка, но взгляд темных глаз показался мне глубоким, задумчивым. Глядя на меня, она словно взвешивала что-то в своей голове.

Наверное, как меня лучше всего послать с такими предложениями?

— Хорошо, — неожиданно она согласилась. — Только я к тебе заходить не буду. Просто вынесешь мне влажные салфетки?

— Договорились.

— А можно я поводок подержу? — она так мило собрала бровки домиком и посмотрела на меня.

— Ты не удержишь, — отказал я с улыбкой.

— Я мама двух ангелочков, — заявило она авторитетно. — Я и не такое могу удержать в своих руках.

— Ну, попробуй.

Она обрадовалась, как девчонка, которой подарили подарок её мечты.

Всё начиналось хорошо, но уже через минуту было непонятно, кто кого ведет на поводке. Дамочка явно не успевала за передвижениями очень активной Герды. Но становилась от этого лишь веселее, оборачиваясь и дразня меня, чтобы я тое поторапливался.

А ещё через минуту, когда Герда рванула в сторону за котом, стало понятно, что просто влажных салфеток для упавшей на землю дамочки будет недостаточно.

Тут поможет только выстирать и высушить…