Глава 18

Неужели она серьёзно считает, что может меня переубедить?

Медведь внутри раздражённо и недовольно фырчит. А ещё он недоумевает, почему наша пара так рьяно сопротивляется нашей связи.

Не обращая внимания на зверя, киваю, дав Лесе понять, что внимательно её слушаю.

- Расклад такой. Я против. Просто прими это как данность. Думаю, ты сам понимаешь, что у тебя не получится меня удержать рядом с собой, если я этого не хочу. Второе, – она говорит не спеша, но четко и ёмко, – наши люди прекрасно обойдутся без такого примера, как мы с тобой в паре. Скорее всего, мы только сделаем хуже. Собачась по любому поводу, мы навряд ли вызовем благоприятное впечатление. Могу поспорить, большинство будет засыпать только с одной мыслью: буду ли я ещё жива утром. Таких пар не было никогда, и ты не можешь мне гарантировать, что ночью, когда ты уснёшь, твой зверюга не перехватит контроль и не попытается меня прикончить.

Как только я открываю рот, чтобы выдвинуть контраргументы, меня молниеносно затыкают.

- И даже не смей говорить мне, что ты всё держишь под контролем. Да, ты крутой Альфа, силён в удержании зверя и прочее. Но даже ты не знаешь, что будет, когда мы, предположим, поссоримся по какому-нибудь поводу. Берковский, ты можешь гарантировать, что, обозлившись, твой медведь не кинется на меня?

И я снова открываю рот, чтобы дать ей эту чертову гарантию, как меня опять затыкают. Не словами. Очень говорящим взглядом.

Леся демонстративно смотрит на свои предплечья, на которых видны отпечатки моих пальцев.

Жирный такой намёк на то, что она имеет в виду.

- Блять! – непроизвольно вырывается из меня рычащим голосом.

- Вот именно, – торжествующе улыбается она.

Да, мой медведь сорвался. Но он не собирался причинять ей боль. Он просто хотел заставить Лесю замолчать, так как даже слышать не мог про её бывших.

Только навряд ли она мне поверит сейчас, попытайся я ей всё объяснить.

- Я продолжу, если ты не против. Я теперь главная цель матери. И она ни перед чем не остановится, чтобы добраться до меня. Она с лёгкостью пойдет по головам твоих людей, которые будут меня, как твою пару, защищать. Скольких людей, с которыми ты рос и жил всё это время, ты готов потерять? И поверь, их количество будет только расти. Чем дольше я буду находиться в твоём клане, тем больше оборотней и людей моя мать погубит. Итак, вывод. На одной стороне весов твои преданные люди, служащие тебе верой и правдой. На второй половине весов – ведьма, которая люто сопротивляется этой связи и от которой ты можешь спокойно избавиться, всего лишь согласившись провести ритуал. После этого никакой привязанности ко мне, Глеб. Сможешь выбрать любую женщину себе в пару и прожить с ней долго и счастливо до глубокой старости.

Она глубоко выдыхает и замолкает, проведя ладошкой по лицу так, будто адски устала.

- Глеб, включи уже наконец-то Альфу клана, – медленно говорит Леся, отнимая руку от лица и пристально и серьёзно смотря мне в глаза, – приоритетом которого является благополучие его людей. ВСЕХ… а не отдельно взятой личности, с которой «долго и счастливо» тебе не особо светит. Не злись, а просто включи ты уже разум человека, а не зверя. Обдумай, пожалуйста, моё предложение спокойно и не психуя.

Стиснув зубы, наблюдаю, как она разворачивается и снова выдвигается в путь.

Да, её слова звучат… убедительно. Если бы не одно «но».

Я чувствую её ведьмовское нутро. Или силу. Хрен его знает, какое дать определение внутренней сущности Леси. Но она или оно, несмотря на слова Леси, тоскливо и протестующе звенит и вибрирует.

Думаю, Леся не в курсе, что я настолько сильно уже чувствую то, что внутри неё происходит.

Она посылает в мою сторону волны спокойствия. А ещё уверенности, что именно так она считает и что не отступит от своего мнения. Думает, обманула меня.

Медведь внутри меня настороженно затих, ожидая моей реакции. Боится, что моя человеческая половина согласится на предложение ведьмы разорвать связь.

Ой, да успокойся уже, зверюга.

Мы теперь никуда не отпустим эту строптивую ведьмочку.

Она наша пара.

Всё. Точка.

Просто нужно дать ей время это осознать и принять.

Ну а если не захочет по-хорошему…

Не хотелось бы, но придётся взять её в плен. Заманим в свою берлогу, перекроем все входы и выходы и… будем соблазнять эту строптивицу.

А будет и дальше сопротивляться, пойдём на крайние меры.

Поставим метку.

После этого процесс привязки будет запущен на все сто. Она сама не заметит, как влюбится и не захочет уходить. И даже если ей удастся сбежать (не нужно недооценивать своего «противника», да, Дикий? Всё-таки ведьма, а не простая человечка), она не сможет долго находиться вдалеке от меня. Сила притяжения истинных заставит её вернуться. Она просто ещё не до конца понимает, как её будет ломать и корёжить вдали от меня.

Хм-м-м.

Наверное, даже можно попробовать… дать ей сбежать. Само собой, постоянно контролируя и не упуская из виду, чтобы она в полной мере прочувствовала, как хреново без своего истинного. Но только после того, как на девушке будет красоваться моя метка.

Не хотелось бы идти по такому пути, но придётся, если Леся и потом будет сопротивляться нашей связи.

Но пока… надо пытаться уговорить её по-хорошему.

- Давай заключим сделку, – при моих словах спина девушки напрягается, но она продолжает идти, не снижая темпа. Лишь неопределённо машет рукой в воздухе, давая понять, что внимательно меня слушает. – Я серьёзно обдумываю твои слова, а ты делаешь тоже самое в отношении моих слов. И когда вернёмся в город, сядем и повторно обсудим тему нашей истинности, –всё-таки даю ей шанс разрешить наш спор мирным путём. Ну, вдруг случится чудо, и Леся поменяет решение за время нашего вынужденного путешествия по лесу. – Договорились? – как можно небрежнее задаю вопрос.

- Договорились, – и вроде тон спокойный и равнодушный, но я чётко улавливаю нотки торжества в нём.

Она уверена, что я сдамся.

Клык даю, что продолжит и дальше «обрабатывать» меня. По-любому, вроде как невзначай продолжит говорить, что нам не по пути, что мы будем ужасной парой.

Ну-ну, ведьмочка. Думаешь, обхитрила меня?

Боюсь, тебя ждёт большой сюрприз.

И чует моя мохнатая задница, что он, этот самый сюрприз, всё-таки примет форму твоего, Леся, плена.