Глава 30

Мой взгляд сразу приковывается к Лесе.

С жадностью и испугом осматриваю девушку, чувствуя, как в груди бешено колотится сердце.

Её бледное как простыня лицо с ссадинами и фонарём вызывает не такую уж большую тревогу, как… пустота в бирюзовых глазах. Но ещё больший страх я начинаю испытывать, когда мы со зверем прислушиваемся к её внутренним эмоциям, а там тоже ледяное равнодушие.

Но я всё равно облегчённо выдыхаю, когда вижу её в сознании. Мы со зверем в эти полутора суток пиздец в каком напряге находились. Башню сносило напрочь, когда смотрели на неподвижное тело девушки, выглядящей так, словно в моей постели находился труп, а не живой человек. Единственное, что хоть немного остужало мою панику – ровный и стабильный стук сердца Леси. Это было единственное доказательство того, что она жива. Даже дыхание у неё было настолько слабым и тихим, что я не всегда мог его услышать.

- Привет, – слишком спокойно говорит Леся, когда я начинаю идти к кровати.

- Как ты себя чувствуешь? – вместо приветствия интересуюсь у неё, чутко прислушиваясь к тому, что на самом деле она испытывает в физическом плане.

- Всё тело болит, – морщится, немного пошевелившись под одеялом, в которое закуталась чуть ли не по самую макушку. Не врёт.

Я жадно вдыхаю аромат Леси, стараясь сделать это не слишком громко и заметно.

- Сгоняй за обезболивающим, – командую сестре, вставшей с кровати, когда я к ним приближаюсь. – Оно в аптечке, на кухне где-то. И сообрази чего-нибудь поесть Лесе, – усаживаюсь на место сестры, хотя хочется расположиться как можно ближе к Лесе. Чутко улавливаю момент, что она, наоборот, отодвигается назад при моём приземлении на кровать, поэтому решаю пока не напирать.

Сестрёнка лишь недовольно фыркает на мой приказной тон, но молча и послушно сваливает из спальни.

- И как много Лиза успела тебе рассказать? – дураку понятно, что они успели побеседовать.

Мы, когда со зверем учуяли, что Леся очнулась, сразу рванули сюда. Но были слишком далеко от дома, понадобилось время, минут двадцать, чтобы вернуться домой. Поэтому можно смело предположить, что девчонки успели обсудить произошедшее. А зная свою сестру, она стопудово уже всё рассказала. Ну, то, что знала.

- Многое, но не всё, – подтверждает мою догадку Леся, отодвигаясь от меня ещё дальше. – Но хотелось бы у тебя кое-что уточнить.

Её поступок вызывает раздражение и недовольство у нас со зверем. Нам же хочется наоборот: быть ближе. Да чего там, безумно хочется схватить её и прижать к себе как можно крепче.

- Я знаю, что ты и Лютый победили. Знаю, что мать сбежала, – монотонно начинает перечислять Леся. – Ах да, о том, что про нас с тобой теперь каждый человек и оборотень в городе знает, тоже в курсе. Но я не знаю, что с Ведой. Она жива?

Мне не нравится, что Леся так спокойна.

- Жива, – чуть ли не с досадой отвечаю, скривившись.

- Хоть одна хорошая новость, – тихо бормочет девушка и переводит взгляд в сторону окна. – Ты знаешь, что я теперь… что ведовской силы у меня теперь нет?

- Знаю, – моментально насторожившись, медленно говорю я. Даже зверь внутри замер, чутко прислушиваясь к Лесе.

Твою мать!

Я, конечно, понимал, что после пробуждения в ней будут перемены, но не думал, что она будет… вот такой!

Словно её заморозили. Или превратили в робота, который не способен больше что-то чувствовать.

Спокойно, Глеб.

Ей просто нужно время, чтобы смириться. И ты его ей дашь.

Со временем она оттает.

Зверь начинает протестующе и недовольно ворчать. А после и вовсе обвинительно и зло рычит на меня.

Да заткнись ты уже! И без тебя тошно.

- Глеб, спустись в гостиную. Там Влад приехал, – в комнату залетает сестра.

- Подождёт, – недовольно рычу, но тут же понижаю тон, когда вижу реакцию Леси.

Она морщится, выуживает из-под одеяла руку и поднимает её к лицу. Прижимая пальцы к виску, девушка зажмуривается от боли, которую вызвал мой громкий рык.

- Мы собираемся уезжать через пятнадцать минут, – сестра протягивает Лесе таблетку и стакан воды. – А он хотел обсудить с тобой что-то очень важное. Я побуду с Лесей, пока ты не вернёшься.

Мысленно матюгнувшись, встаю с кровати и быстро иду на выход.

Лютый не позвал бы меня без действительно серьёзной причины.

- Что случилось? – мрачно интересуюсь у Горского, как только захожу в гостиную.

- Я не могу больше сдерживать Лесиных ведьм, – таким же мрачным тоном несётся мне в ответ.

- Да твою же мать!.. – с чувством и яростью, которую я сдерживал в себе последние пару дней.

Мы не успели вчера ещё даже вернуться в поместье, как начали названивать ведьмы, которые были на стороне Леси. Требовали, чтобы им рассказали последние новости про свою предводительницу. Да и вообще настаивали на том, чтобы приехать и увидеть её.

Сил и желания заниматься ещё и этой херней у меня точно не было. И я попросил Лютого провести с ними переговоры. Ну и сдерживать их порывы заявиться сюда.

- Они сказали, что если ты не позвонишь им в ближайший час, то они приедут сюда, к тебе в поместье, чтобы убедиться, что Леся жива и здорова, – Влад хмуро смотрит на меня. – Слушай, я правда сделал всё, что мог… Как там Леся?

Переживания по поводу появления в скором времени здесь других ведьм, если я не отзвонюсь им, тут же отходят на второй план.

- Хуёво, – запрокинув голову, закрываю глаза. А перед ними всё равно картинка застывшего бледного лица мой ведьмочки.

- А ты-то сам как? – с осторожностью интересуется Влад, прекрасно чувствуя, какая буря сейчас происходит внутри меня.

- То же самое, только в квадрате, – с силой тру пальцами руки глаза. – Леся, она… это словно не она, – матерюсь в голос, тяжело дыша и открывая глаза. – Я не думал, что её так подкосит новость… сам знаешь какая.

Влад молчит, наверное, секунд десять, после чего с осторожностью произносит:

- Ну так может, всё-таки скажешь ей, что она… НЕ потеряла свою ведьмовскую силу?

Наклонив голову к плечу, медленно перевожу на него взгляд.

- Надеюсь, у тебя хватило ума, – вкрадчиво и с угрозой начинаю говорить, – моей сестрёнке об этом… НЕ проболтаться? – язвительно копирую такую же паузу и такое же выделение тоном частицы «не».