2

Весна уже заканчивалась, но бабочки и не думали пропадать. Постепенно мы свыклись с ними, так же как свыклись с наступившей сухой жарой.

Однажды вечером на закате наша компания сидела в закутке за дровяным сараем. Сегодня днем солнце палило немилосердно, поэтому мы все немного подгорели, а Тося еще залезла в колючие заросли и теперь охлаждала свои многострадальные пятки, задрав ноги высоко на свежие пахучие бревна, чтобы заодно не задеть бабочек. Если бы у человека в принципе была возможность научиться летать, Тося бы наверняка уже ею овладела. Покрытый первым слоем загара Лешик устроился с краю, постоянно заглядывая за угол. Роксана отсутствовала, пребывая на очередном свидании.

— Откуда они берутся? — в тысячный раз удивлялась Тося, отмахиваясь от лениво парящих голубых пятен.

— Вылупляются из гусениц, — терпеливо повторял Лешик, в очередной раз вытягивая шею и выглядывая в сторону бараков.

— Кого ты высматриваешь? — наконец не удержалась я.

Лешик сделал вид, что не расслышал.

— Леш! Говори, кого ждешь? Это девушка?

— А ты ревнуешь? — он комично округлил глаза.

— А то как же, — совершено серьезно ответила я. На самом деле не знаю, как, но я чувствую, что для Леша я нечто вроде сестры. Он так однажды и сказал:

— Ты не для меня. Даже пробовать не буду. Тем более я точно знаю — когда я ее увижу, то сразу пойму — моя, даже присматриваться не придется.

— Кого ее? — интересовалась я.

— Мала еще такие вещи знать, — он шутливо хватал меня за нос, не желая признавать за мной права на взрослую и самостоятельную жизнь, хотя в моем возрасте уже нормально иметь выводок из двоих-троих детишек. Я ж говорю, вылитый брат. В этот раз, правда, Лешик решил не дурачиться, а почти без промедления ответил.

— Не слышала разве? Пока вы ужинали, прибыли к мадам Юдите посыльные, сейчас у нее в кабинете сидят. Вот мне и хочется знать, что за спешка… к чему.

Он многозначительно подмигнул и продолжил наблюдение.

— А у нас голубых не было, только белые, — сообщила Тося. Непосредственности в ней, как в младенце. — У нас говорили, что желтые к покойникам… А голубые не знаю, к чему.

Такое заявление Лешик бы точно без едкого комментария не оставил, но в этот момент из главного здания вышли два незнакомца в дорожных костюмах и шляпах с широкими полями. Они быстро протопали в сторону конюшни, за стенами которой и скрылись с глаз.

Лешик уже насторожился, делая стойку, чтобы броситься следом и выяснить, куда они отправятся дальше, но из дому совершено не вовремя вышел начальник охраны пан Бизон. Зыркнул по сторонам, безошибочно засек нас за сараем. От него вообще трудно прятаться, нюх у этого бывшего служаки такой, что и в соседней деревне почует.

— Жулианна Лычинская, к мадам немедленно, — рявкнул через весь двор. Улой меня называли только самые близкие люди, то есть целых трое. Отказать начальнику охраны ни в чем нельзя, да еще и самой хотелось знать, что происходит. Я посмотрела на Лешика, скосив глаза на Тосину голову. Он понятливо кивнул, глаз с нее не спустит до тех пор, пока я не вернусь.

Пан Бизон даже не успел крикнуть еще раз, как я предстала перед его суровые очи и начальник тут же повел меня к мадам, с которой, несмотря на протекцию мастера Армеда я говорила всего дважды — по прибытию и еще один раз, когда на работающих в поле напали гарлики — небольшие птицы с длинным тонким клювом, которые питались кровью и разносили множество неприятных болезней. Очень редкие твари, практически никогда не нападающие на взрослых людей, слишком уж крупная и неудобная добыча. Тогда расспрашивали всех свидетелей, в чисто которых вошла и я. Толку, правда от меня не было — я видела только мельтешение тусклых коричневых перьев среди высоких зарослей зуты и ни один из гарликов ко мне не приближался.

С тех пор прошло два года, но мадам ничуть не изменилось. Кстати платье на ней похоже то самое, что и в нашу первую встречу.

Я успела сесть и открыть рот, но она меня остановила нетерпеливым жестом, проследила за уходящим паном Бизоном и убедившись, что дверь закрылась, сразу заговорила.

— Жулианна, я обещала своему родственнику заботиться о вас и свое обещание сдержала. Но пришло время, когда я практически не могу отвечать за живущих в моих владениях рабочих. Послушайте, я могу отправить вас куда-нибудь… к людям вполне терпимым, которые как и я позволяют своим работникам жить более-менее сносно. Ответить вам придется прямо сейчас, потому что в случае согласия я отправлю вас немедленно.

Сказанное оглоушило не хуже опрокинутого над головой ведра воды.

— Могу я узнать, что произошло? — поинтересовалась я.

— Можете, — без промедления ответила мадам. Кстати на мастера она совершено не походила. Разве что характером. На фоне ее внушительной и массивной фигуры мастер Армед показался бы бледной неживой тенью. Похоже, женщины их рода удавались природе куда лучше мужчин.

— Мне доставили предписание помогать по мере сил и возможностей новому хозяину замка Гнезда гранитной соли. Недавно ему пожалован княжеский титул и множество привилегий, в том числе обещана поддержка всех королевских подданных. Только что мне привезли запрос на обслугу для замка, людей, общим числом десять человек, здоровых взрослых, семь девушек, трое мужчин. Судя из послания моего соседа, у которого представители круоргов уже побывали, выбирать они предпочитают сами. Естественно, скрыть тебя я не смогу и не отдать тоже. Конечно, еще неизвестно, кого они возьмут, но решай сама. Если остаешься, я снимаю с себя обязанность тебя опекать. С другой стороны, если ты отправишься на другое производство, забрать обратно тебя я, скорее всего уже не смогу. Ну же Жулианна, теперь думай, и быстрее, у меня мало времени.

Думай… О чем тут думать? Темных магов я не особо опасалась, потому что знала о их сущности немного больше окружающих, и все благодаря одному разговору, когда мы с…

Табу.

Но вот чего я действительно боялась, так это снова остаться одной. Без Тоси, Лешика и Роксаны. Конечно, в нашем положении глупо к кому-то привязываться, ну а как иначе? Невозможно совсем уж отгородится и не обращать внимания, что вокруг обитают живые люди, большинство из которых не особо-то от тебя отличаются. А ведь они очень много для меня значат. И еще, ладно обо мне есть кому позаботиться, спасибо мастеру Армеду. А кто позаботится о Тосе? О Лешике? О Роксане?

— Я останусь здесь. Спасибо вам за все, что вы сделали, но никто не может отвечать за другого человека целиком и полностью.

Показалось, что мадам вздохнула с облегчением, когда сняла с души груз необходимости отвечать еще и за меня. Похоже, предписание об обязательной помощи круоргам не очень-то ее устраивало и думать о любых других обязательствах ей было некогда.

— Постарайтесь начиная с завтрашнего дня не выходить лишний раз во двор, — сказала она на прощание. Я уже переступала порог, когда до меня дошло…

— С завтрашнего? Когда они приедут?

— Не знаю, в любой день, в любое время, начиная от рассвета и заканчивая закатом. А может и ночью. С рассвета, правда вряд ли, должны же они где-то ночевать? А ближайший трактир за полями, оттуда до нас добираться четвертую часть светового дня.

На улице я молча дотопала до сарая и только тогда вспомнила, что меня ждут. Придумывать легенду уже поздно, да и кого успокаивать? Тосе тоже стоит узнать правду, потому что есть вещи, о которых необходимо предупреждать заранее, а не когда станет поздно. И наверное, нам нужно подумать и принять какие-нибудь меры предосторожности.

Потому я сразу сказала:

— На днях к нам явятся вербовщики и заберут часть народу в замок главаря круоргов.

Пока Тося хлопала глазами, Лешик без промедления спросил:

— Зачем?

— Говорят, как обслугу.

— Ну тогда не страшно, — жизнерадостно заявил Лешик, посматривая на испуганную Тосю. — Тем более я тоже не слышал, чтобы там кого-то приносили в жертву. Когда точно приедут, знаешь?

— Нет, — сама бы от подобной информации не отказалась.

— Тогда старайтесь держаться в самой гуще народу. И поближе к баракам, к выходу, где можно спрятаться. Может и пронесет.

Он задумался.

— А знаете, с другой стороны мне даже интересно посмотреть на замок изнутри. И на главаря ихнего. Слышали, как его прозвали? Нет? — Лешик сделал загадочные глаза и аккуратно произнес:

— Асмаиловый Князь Тлена… официальный, между прочим, титул. Правда, красиво?

В общем-то да, неплохо, но даже такое впечатляющее имя не добавит в моих глазах работе на темных магов привлекательности.

Оставив Лешика смотреть в небо и мечтать о неразгаданных загадках и ужасающих тайнах, мы с Тосей отправились в барак, чтобы еще успеть сообщить новости Роксане. Та пришла очень поздно, выслушала сквозь сон мои сбивчивые объяснения и отмахнулась, мол, завтра решим, что делать.

Но завтра уже стало поздно.

На рассвете, когда все выбрели во двор и выстроились в очередь к умывальникам, а те, кто успели освежиться стояли под закрытыми дверьми столовой, из-за конюшни вырвалось трое всадников и сразу стало понятно, что эти чужаки не могли приехать ни с чем хорошим. Лошади одинаковые, выносливой горной возоровской породы, довольно дорогое удовольствие. Не меньше лошадей впечатляла темная жесткая одежда незнакомцев, высокие сапоги с тупыми обитыми железными бляшками носами и главное отличие темных магов — плавающие, будто застланные чернильным туманом глаза.

Первый из них проехал дальше и остановился среди застывшей толпы. Внимательно окинул нас взглядом. Вот какие у них глаза… Будто начищенный до блеска серебряный поднос заляпали пятнами жирной черной грязи. На висках чужака были вытатуированы когтистые лапы какого-то зверя.

Кстати, на что я трачу время? Тося… Тося стояла прямо за крупом его лошади. Маг ее не видел, осматривал народ с другой стороны. К счастью я тоже оказалась практически за его спиной.

Как только он отвернулся, я сделала осторожный шаг к Тосе, пытаясь подойти ближе и дать понять, что ей нужно медленно попятиться и спрятаться в бараке, а вход как раз всего в паре шагов назад.

Когда я оказалась практически вплотную и делала всякие варварские многозначительные гримасы, а Тося морщила лоб, пытаясь расшифровать увиденное, маг неторопливо развернулся, лениво, с напускным удивлением смотря сверху вниз.

— Ты и ты, — кивок на меня и Тосю, — отправляйтесь в сторону конюшни.

И как ни в чем не бывало вернулся к изучению остальных работников, которые моментально сбились в кучу, хотя ничего страшного в его голосе не было. Разве что в глазах, где клочьями плавала чужеродная нашему миру сила. Будто грязь по чистой поверхности размазывалась.

К плечу вдруг прижалось что-то теплое.

— А я? — раздался вызывающий голос Роксаны. Она обхватила меня за плечи, крепко прижимая к себе. Круорг снова оглянулся, оценивающе окинул Роксану взглядом.

— Хорошо. И ты.

— А я? — невозмутимо поинтересовался Лешик, подходя к чужаку с другой стороны, для чего ему пришлось отодвинуть в сторону парочку шестерок Острога. Те вяло посторонились, даже не пытаясь огрызаться. Мага, наконец, проняло и он удивлено переглянулся с двумя оставшимися у въезда во двор приятелями. Похоже, прежде желающих добровольно отправиться в логово жутких магов не находилось.

— И ты, — задумчиво покосившись на сверкающего беззаботной улыбкой Лешика, согласился круорг. — И довольно самодеятельности. Та-ак, ты, ты и ты, — он уже быстро ткнул пальцами еще в четырех женщин, потом выбрал двух крепких парней, которые были братьями и без промедления развернулся к конюшне. — Шевелитесь! Выезжаем немедленно.

Всадники скрылись с глаз, а я стояла, держа за руку растерянную Тосю, пока Лешик не потянул за рукав.

— Ну вот Ула, — негромко сказал на ухо. — От судьбы не уйдешь.

— От какой судьбы? — я не поняла.

Он хмыкнул.

— От предназначенных фортуной неприятностей. Или испытаний. Называй, как хочешь. А некоторые вещи случаются к лучшему, — тут он с сомнением поморщился. — Хотя я с таким почти не сталкивался. Обычно бывает только хуже и хуже…

Тут Лешик поймал перепуганный взгляд Тоси и мгновенно умолк.

Позавтракать нам не дали, рассадили по двум телегам, которые управлялись незнакомыми возницами, видимо круорги привели своих. Связывать нас не стали, всадники просто проследили, чтобы мы выехали на дорогу, а после главный из них, тот, что выбирал, зычным голосом предупредил, что на нас навешаны слежки и если мы посмеем убегать, то им придется тратить своей драгоценное время на поиски, следовательно, они сразу станут злыми и взамен испортят существование нам.

Главаря тройки звали Доминик зет Пульвис, Лешик потом предположил, что приставка к имени зет у круоргов означает какой-то ранг, а следовательно, организованы они куда лучше, чем предполагалось раньше. И это очень настораживает.

За три дня путешествия магов мы больше не видели. В телегах нашлась еда и одеяла, по вечерам возницы привычно разбивали лагерь, оказалось, они везут в замок уже далеко не первую партию людей.

Лешик пытался их разговорить, но ничего полезного не узнал. Не узнал правда и ничего ужасного, по утверждению провожатых никаких жертв маги не приносили, по крайней мере, в замке. Хотя все равно добровольно работать там мало кто соглашался, потому круорги вынуждены возить осужденных. Да еще сказывается репутация князя, который считается невозмутимым, но весьма непредсказуемым хозяином. А когда он изволит гневаться, даже его ближайший советник предпочитает держаться как можно дальше.

Если бы не неизвестность того, что же ожидает нас в замке, то дорога показалась бы одним сплошным удовольствием. Сидишь себе в телеге, болтаешь ногами, щуришься на солнышко и смотришь по сторонам. Красота.

А на четвертое утро из-за очередной горки выплыл замок. Ничего прекраснее я в жизни не видела! Бледное розоватое небо, черные четкие линии гор, покрытых махровым лесом и в центре всего — изящный точеный фасад замка. Узкие увенчанные остроконечными крышами башни, темнеющие арчатые окна, на самой высокой башне, видимо главной, развивается флаг. Настоящая картинка, последний отрезок пути прошел в полном и восторженном молчании…

Когда мы подъехали ближе, смогли рассмотреть еще одну деталь — на крыше главного здания стояла статуя мужчины в плаще с откинутым на спину капюшоном из металла странного зеленоватого оттенка. Его руки были скрещены на груди и спрятаны под тканью, он смотрел вдаль, высоко подняв голову и улыбался. Очень так неприветливо. Впрочем, мы и не в гости. Да и не по своей воле.

Миновав массивные ворота, мы попали во внешний двор у защитной стены, а оттуда через проход между двумя соединенными аркой зданиями — во внутренний. Там нас встретил мужчина, который быстро приказал освобождать телеги, что мы тут же выполнили. Телеги моментально угнали куда-то за замок, а нас оттеснили к ближайшей стене.

Из основного здания вышел Доминик, за ним — пожилой мужчина с острым вытянутым лицом и глазами навыкате.

Оказалось это замковый смотритель, отвечающий буквально за все хозяйство. Он поймал какого-то слугу и отправил за пани Поли, которая заведовала кухней и уборкой. Потом приказал женщинам ждать, а мужчин тут же увел. Лешик успокаивающе улыбнулся на прощание. Надеюсь, скоро увидимся, судя по мелькающим вокруг слугам не похоже, что в свободное от работы время их держат взаперти.

Пока мы ожидали пани ключницу, пришли в себя достаточно, чтобы оглядеться по сторонам. Изнутри замок впечатлял не меньше, чем снаружи. Он оказался огромным, не замок, а целый комплекс из нескольких замков, неудивительно, что тут требовалось столько обслуги.

Вымощенный крупным булыжником двор вел дальше, за центральное здание и куда именно, видно не было. А с нашей стороны двор перетекал в относительно узкую дорожку вдоль увитой плющом стены, которая вдалеке разветвлялась. Одна из дорожек уводила в сторону, другие так и жались к замку.

Именно на этой дорожке показались три женские фигуры.

Первой шла статная блондинка в изумительном платье голубого шелка. По сквозящей в каждом движении уверенности сразу было видно — она тут хозяйка. За ней следовало две девушки в одежде попроще. Наверняка, свита.

Одновременно рядом с нами возникла пожилая женщина, крайне серьезная и задумчивая. Как оказалось, пани Поли.

Она уже повернулась к блондинке и вежливо наклонила голову.

— Новые слуги? — раздался сильный плавный голос. — Есть кто стоящий?

— Смотрите сами, — тактично сказала пани Поли, не двигаясь с места. От ее темно-желтого широкого платья пахло чем-то сладким и удивительно приятным, как от конфеты, которую обещают дать после невкусного ужина.

Блондинка без промедления остановилась напротив и принялась придирчиво нас осматривать. Я застыла… Глаза… глаза покрытые темными расплывчатыми следами. Это была магичка, причем темная. Я никогда не слышала о их существовании, хотя если есть мужчины, то вполне понятно, что могут быть и женщины. Только как? Вроде сама женская сущность отторгает насильно изъятую чужеродную энергию. Но никакого сомнения — это магичка. Что ей кстати нужно? По мне хозяйка просто скользнула взглядом, остановилась на Роксане, которая уже вызывающе ухмылялась. Поморщилась. Потом остановилась на Тосе. Задумалась, но спустя секунду отвернулась.

— Опять ничего подходящего, — пожаловалась подругам. Те согласно закивали.

— Пани Поли, привезите мне, в конце концов, что-нибудь особенное, — нетерпеливо сказала.

— Прошу прощения, мадам Фиона, но я исполняю приказ князя. Требуются молодые и здоровые слуги, больше никаких указаний не было.

— Ничто не мешает привезти парочку симпатичных, — пристально сверля ключницу глазами, настаивала блондинка.

— Таких уточнений не имелось.

Они молча обменялись нелицеприятными взглядами. В этот момент я пани Поли невольно зауважала. Спорить с темной магичкой, это нужно много смелости иметь. Или уверенности, что несмотря ни на что тебя тронуть не посмеют.

— Хорошо, я прослежу, чтобы вы получили от князя прямой приказ, — криво улыбнулась хозяйка и отправилась восвояси. Свита потащилась следом.

Я поняла, что вздохнула с облегчением. Тося к счастью эту Фиону не заинтересовала. Роксана и сама о себе способна позаботиться, как и я. Вот, кстати, и причина порадоваться, что мой вьюнок давно уже ведет себя паинькой. Если честно, в бараках никто кроме моих друзей не знал, что я шай-парс. И то я им сама сказала, даже пришлось показывать в качестве доказательства рисунок, который с момента, как на меня надели амулет, ведет себя тише воды ниже травы. Ползает мало и вяло, притом никогда не высовывается из-под одежды. Видимо, как-то влияет изменение полюса силы, ведь вьюнок по природе своей не агрессивен. А вынужден излучать разрушающую энергию, отчего, похоже, чувствует себя не очень хорошо. И меня это полностью устраивает.

Тем временем пани Поли отвела нас к одному из неприметных боковых входов, а оттуда в комнату недалеко от кухни и от служебных помещений. Спокойно распределила места для сна и вещей, а потом работу. Мне и Роксане досталась уборка, Тосе — помощь на кухне. Причем Тосю пани Поли осмотрела с искренним удивлением, видимо не понимая, зачем притащили такую мелкую и довольно хилую девчонку, но ничего не сказала. Не откладывая, нас накормили завтраком и отправили работать.

Замок оказался не просто замком, а огромным комплексом, состоящим из нескольких более мелких зданий, соединенных двухэтажными переходами. В главном доме было шесть этажей, не считая чердаков и подземелий. Хотя как сказать… К примеру, потолок центральной трапезной терялся в высоте, которая равнялась примерно трем этажам жилых помещений за его стенами.

Обжитыми были примерно треть всех имеющихся в замке помещений, а остальные нуждались в ремонте и уборке.

За несколько дней мы научились довольно сносно ориентироваться в этом замке, больше похожем на рукотворный лабиринт, а потом научились выбирать время, чтобы друг с другом встретится. Местом встречи стала щель между ограждающей сад стеной и сараем скотного двора. Пахло там не очень, точнее зависело от того, откуда дул ветер, но зато хорошо прятало от посторонних взглядов. Сюда нас привел Лешик, который как раз работал на скотном дворе, потому это место являлось именно его находкой.

Собственно особо ничего не изменилось. Одна рутинная работа сменилась другой, не менее нудной. Барак — практически такой же комнатой, забитой людьми под завязку. Разве что тут по территории часто мелькали те самые круорги, к которым все относились с опаской, потому что постоянно ждали с их стороны неприятностей.

Самого князя мы не видели, потому что он с двумя помощниками и советником, которого никогда от себя не отпускает, был в отъезде. По каким делам провещать слуг естественно никто не собирался. А слухи мы старались не слушать. Кроме, конечно же, Лешика. В общем, он пересказал нам все услышанное и в принципе ничего удивительного или нового в сплетнях не было — о князе никто толком ничего не знал, ни кто он, ни откуда явился, просто известно, что за последнее время он умудрился объединить разрозненных круоргов и организовать их, для чего ему пришлось убить парочку самых агрессивных и, следовательно, не самых слабых магов. Говорили, что победивший круорг забирает себе силу побежденного, потому Князь сейчас силен просто до неприличия. Ну, это не удивляло. Единственное, что ставило Лешика в тупик, это утверждение, что князь очень любит золото и без стеснения обирает всех, до кого доходят руки. Окружающие земельные помещики откупались от него деньгами и тот брал откуп, взамен обещая безопасность и даже защиту от ошивающихся в округе разбойников и лезущих из нутра гор монстров.

Лешик жаждал видеть князя чуть ли не больше, чем свободы, так что первым сообщил нам новость о скором приезде хозяина.

Впрочем, приближение князя мы почувствовали и на своей шкуре. Трудно не догадаться, когда невозмутимая пани Поли впадает в панику и требует немедленно выдраить кабинеты и гостевые спальни в северном крыле центрального замка.

Этим следующие два дня мы и занимались. Самое сложное в уборке — таскать наверх ведра с водой. Водопровода в здании не было, только простейшая канализация, вроде его собирались планировать, но когда воплотят и воплотят ли вообще, неизвестно. Хотя вроде в покоях князя существовала своя система поставки воды, но в покои допускались только проверенные слуги. Не сказать, что я об этом жалела.

В день прибытия князя я драила окна в коридоре вдоль зала совета. Вечером мы с Роксаной договорились встретиться снова, я Тосю два дня не видела, а последний раз она жаловалась на придирки старшего повара. Приближение хозяина отдалось в стенах замка гулом, будто за спиной зашептали камни. Жутковатое ощущение.

Я непроизвольно уставилась в окно. Всадники показались из-за косого холма, который перекрывает дорогу, а дальше она вообще уходит вниз, так что разглядеть гостей можно только с верхушки западной башни.

Всадников было всего пятеро. Издалека они друг от друга не отличались. Без охраны, значит, путешествует наш бесценный князь? Хотя… пятеро темных магов, неужели найдутся дураки-разбойники, которые рискнут на них напасть? Да еще с оружием? Против магов нужно собирать небольшую армию, по крайней мере, круорги старательно поддерживают подобное утверждение, а остальные стараются лишний раз не проверять, насколько оно правдиво.

— Сатья, догонишь! — голос за спиной.

Фиона неслась по коридору, хмуро оглядываясь на одну из своих подруг. На меня хозяйка никогда не обращала внимания, впрочем, как и на всех остальных слуг. Фио общалась только с магами и главными управляющими.

— Сатья, не тяни! — больше не задерживаясь, магичка поспешила к лестнице. Похоже действительно рада приезду князя и хочет его видеть. Говорят, она поселилась тут вместе с ним с самого начала, когда он только стал собирать круоргов в целое, то есть они вместе уже почти два года.

Представляю, какого сейчас Лешику. Интересно, любопытство перевесит угрозу возможного наказания или не перевесит? Наверняка он не удержится, бросит работу и полезет взглянуть на князя хотя бы одним глазком.

К счастью мое любопытство было не настолько огромным. Я спокойно домыла окно, рассудив, что лучше лишний раз на глаза уставшим незнакомцам не попадаться.

Хорошо, что вниз грязную воду тащить уже не нужно, можно просто вылить в канализационную трубу.

Спустившись во двор и выйдя на улицу, я увидела на повороте к центральному входу телегу с задранным верх боком. С нее на мостовую скатились плотные рулоны какого-то толстого материала, а возле стояло четверо незнакомце в темной дорожной одежде.

Они стояли достаточно далеко, чтобы я незамеченной проскользнула мимо, к небольшому входу под центральной лестницей, где уже толпилось немало любопытствующих. Люди шептались, что как раз перед приездом князя с площади угоняли телегу, чтобы она не портила собой парадный вид, а она вместо этого сломалась, так что по прибытию хозяин именно ее первым делом и увидел. И как застряли они там, так и стоят, о чем-то переговариваются.

Я видела только спины и боком стоял Доминик. Лешика, кстати поблизости не было, но не думаю, что он все пропустил. Скорее, уже утолил любопытство и ушел.

Пора было отправляться перекусить и хорошо бы умыться после длительного соседства тяжелых пыльных штор.

Один из всадников развернулся и направился к крыльцу. Я шумно выдохнула и на секунду зажмурилась. Посмотрела — нет, не показалось. Теперь он тоже стоял на месте, смотря на меня не менее изумленно.

— Пан Гектор? — я, уже плохо соображая, шагнула к нему, с испугом заглядывая в лицо. Фу-ух, прямо от сердца отлегло, глаза обычные, никаких грязевых разводов. Не знаю, какое отношение он имеет к круоргам, но точно не является одним из них. Какое облегчение, мать всех звезд! Как же я за него испугалась!

Похоже, изумлен пан Гектор ничуть не меньше моего. Еще бы, такая встреча! Только глазами хлопает, а потом вдруг резко оглядывается назад.

Ой, а я и внимания не обратила, что совещающиеся у сваленных тюков люди вдруг замолкают. Тот, что стоит спиной, к чему-то старательно прислушивается и вдруг одним резким движением разворачивается.

Никогда и ничего я не боялась настолько, чтобы замереть от единственного оставшегося желания — исчезнуть. Не было ни единого случая, даже в самые сложные времена, чтобы мне хотелось немедленно и мгновенно умереть на месте. Кроме этого момента.

И конечно, я его узнала. Сразу же. Может только немного не поверила, что вижу перед собой его, самого дорогого, одного единственного…

Только сейчас глаза Яноша изменились, став полностью черными, однотонными, и слой темного в них был настолько плотным, что для изначального цвета совсем не осталось места.

— Янош…

Будто я не сказала, а просто подумала. Оказывается, я уже стою в прежней позе, в той самой, крепко прижав руки к груди. Совсем так же, как тогда… когда увидела его в первый раз. Вот только платье на мне, пожалуй, гораздо хуже, чем даже на той шестнадцатилетней девчонке. Старое, пыльное. И загар, не присущий благородным воспитанницам пансиона. И грязные, плохо уложенные волосы.

Стоявший передо мной Янош стремительно бледнел. Он казался старше, таким серьезным, совсем взрослым. Сухие губы, морщинки вокруг глаз, привычно хмурые брови…

Доминик, который продолжал что-то ему говорить, постепенно замедлялся, изумлено поглядывая на застывших людей — пана Гектора, Яноша и меня.

Все такие же темные волосы. Наглухо застегнутая под шею куртка, не на пуговицах, а на ремешках, так меньше шансов, что она расстегнется при резких движениях. Камня из-за воротника не видно, хотя какой камень…

Что же с его глазами? И никаких эмоций на лице, если бы не бледность я бы решила, что он вообще никого не видит.

Вдруг Янош крупно вздрогнул. Быстро отвернулся и нашел глазами второго помощника, смуглого и круглолицего.

— Эту, — резкий кивок в мою сторону. — Отведи в подвал, запри в третьей комнате. Немедленно.

Казалось, смуглый оказался рядом мгновенно. Меня дернули и куда-то потащили, схватив за локоть. Пришлось отвернуться, чтобы не споткнуться и не растянуться на камнях. Все еще слышался голос… такой родной, почти забытый и одновременно совсем чужой. Будто в нем совсем не осталось радости и смеха, а только привычка приказывать и угрожать.

Сделав пару шагов прочь, я не могла не оглянуться снова.

Янош изумлено смотрел в землю под ногами, а потом вдруг странно пошатнулся, прикрыл глаза и тяжело сел на сваленные у ног тюки, опустил голову, а потом обхватил ее обеими руками, будто хотел посильнее сжать.

— Что случилось? — Доминик напрягся и встревожено оглядывался, будто искал вокруг угрозу их жизням. — Князь, что с вами? Что произошло?

Вдруг опомнился Гектор.

— Быстро всех уводи, — резко приказал Доминику, подходя к Яношу.

В этот момент меня дернули сильнее и я почти полетела вниз. Оказалось, мы уже у входа в подземелье, смуглый ведет меня вниз по каменой лестнице к темному проему, откуда тянет сыростью и запахом плесени.

Подземелье… меня ведут в подземелье?

Янош… он приказал запереть меня в подвале?

Но не это сейчас главное, совсем не это…

Я пойти врезалась в угол, чудом провожатому удалось удержать меня и оттащить немного в сторону.

Доминик, который стоял рядом, сказал… сказал…

Князь.

Сердце грохнулось, как будто с размаху врезалось в скалу и застыло. Князь.

Я судорожно вцепилась ногтями в руку смуглого и краем уха услышала, как протяжно он зашипел.

Асмаиловый князь Тлена.

Самый известный в наше время черный маг, взявший силу убитых им круоргов.

Мой Янош…

Темный каменный коридор стремительно сузился в одну точку. Это был третий обморок на моей памяти. И последний.