18. Письма Деду Морозу

Прогулка с Магнусом по заснеженному лесу навела меня на одну очень интересную мысль.

Жителям Крамарка не просто наскучила вечная зима. Они страшились того, что за ней стояло — будь то некое проклятие, поразившее целый остров, проявление некой зловредной магии… или даже просто духи зимы.

Но что, если показать им то, какой я вижу зиму? Каким ее видят люди в Новый год?

И кроме того… Я скучала по этому празднику. И ужасно жалела, что все мои друзья и знакомые, весь Хабаровск — да что там, вся Земля! — встретит Новый год без меня.

Для начала я вспомнила старую добрую традицию — письма к Деду Морозу. Нет, я не собиралась внедрять фольклор своего мира в чужой. Хотя идея, признаться, была заманчивая. Но начала я с малого — с того, что установила в лавочке почтовый ящик. И просила детей опустить туда письмо с их именами и пожеланиями — какую бы диковину они хотели бы получить в подарок.

Стоило ли говорить, что уже в ближайшие дни в «Магические диковины» хлынул поток детворы? Они расталкивали друг друга локтями, пытаясь вырваться к ящику и опустить туда заветное письмо.

И, к слову, послужили своеобразным сарафанным радио, разнося по всему Нордфоллу вести о моей лавочке.

Весьма кстати я уломала Магнуса помочь мне с добычей диковин! Жаль, конечно, что он не позволял мне хотя бы одним глазком подглядеть, как это вообще происходит. Главное — он приносил то, что я просила, и справлялся с этим поразительно быстро! Настолько быстро, что я даже почти не испытывала угрызений совести от того, что отвлекаю его от драгоценной диссертации.

После этого я использовала дрессированного голубя, чтобы уведомить клиентов о том, что их заказ готов.

Первой подобное письмо получила госпожа Эрикссон. Уже через полчаса она вплыла в лавочку, оставляя за собой шлейф чудесных духов, в которых мне чудилась свежесть зимнего леса. На ее плечи было накинуто нечто вроде воздушной кружевной шали, наполовину скрывшей под собой платье из явно недешевой ткани.

Как объяснила мне, чужачке, госпожа Эрикссон, она славилась своими зваными ужинами на весь Нордфолл. Но теперь, когда в городе появилась лавочка магических диковин (по слухам, созданных самим Магнусом Линдгреном), она хотела устроить поистине незабываемый ужин и удивить гостей еще больше, чем прежде. Разумеется, с помощью магии.

— Вы заполучили диковину, которую я просила? — элегантным жестом стянув перчатки, осведомилась госпожа Эрикссон.

— Лучше! — бойко отозвалась я. — Я приготовила для вас сразу несколько диковин!

На мой взгляд, добывая их, Магнус несколько увлекся. То ли он где-то в глубине души тосковал по веселью и позволил своему подсознанию взять верх, то ли просто был оголтелым перфекционистом и не остановился, пока не добыл ту вещицу, которая полностью его устроила. То есть на его взгляд соответствовала моему запросу.

Конечно, мне бы очень хотелось думать, что Магнус так старался, чтобы порадовать меня… Но, пожалуй, даже для такой, как я, это слишком наивно.

— Для начала, классика всех времен и народов — Скатерть-самобранка.

— Что это? — озадачилась госпожа Эрикссон.

Да боже мой, у них тут вообще существуют сказки?

— Это скатерть, на которой еда появляется сама по себе. В данном случае, еще и по запросу гостей. Им достаточно только представить вкус или вид блюда, который они хотели бы отведать, а затем коснуться скатерти вилкой или ложкой.

Заказчица заметно оживилась. Но я только начала…

— В пару Скатерти-самобранке — Танцующие Бокалы. Они сами наполняются напитками и грациозно танцуют на столе. А еще они, как оказалось, очень компанейские. Когда они чокаются друг с другом, раздается очень приятный уху звон.

Признаться, вчера после особенно тяжелого дня мы с Чернышом их опробовали. Правда, наутро домовенок «обрадовал» меня тем, что я до хрипоты уговаривала Магнуса присоединиться к нашему «безудержному веселью», пыталась залезть на стойку и начать танцевать, а после лезла к Колючке обниматься.

Неловко вышло.

— Также есть Веселый Огонь. — Я продемонстрировала госпоже Эрикссон невзрачный мешочек с порошком, похожим на уголь. — Достаточно добавить его в любой камин, и, когда в нем разожгут огонь, тот начнет менять свой цвет и форму. Он может гореть синим, зеленым, красным или фиолетовым пламенем. Кроме того, из камина будут вылетать искры, которые превращаются в маленьких бабочек или светящихся мотыльков, создавая волшебную атмосферу.

Глаза госпожи заблестели.

— Тарелки-Собеседники для гостей-одиночек, которые слишком смущаются, чтобы завести с кем-нибудь разговор. Они выглядят как обычные тарелки, но стоит положить на них еду, как они начинают тихонько переговариваться между собой. Они могут хвалить блюдо, задавать вопросы гостям, или даже рассказывать забавные истории. Таким образом, они создают непринужденную атмосферу и помогают гостям развлечься.

Впрочем, если бы спросили меня, я бы лучше посоветовала стеснительным гостям отхлебнуть из волшебных танцующих бокалов. Проверено.

— И последняя диковина — Зеркало-Комплимент. Выглядит как обычный предмет интерьера, но стоит гостю посмотреть в него, как оно начинает говорить комплименты. Оно может похвалить прическу, платье, или даже ум собеседника. По-моему, прекрасный способ поднять настроение гостям и создать атмосферу доброжелательности.

— Отлично! — вынесла вердикт госпожа Эрикссон. — Беру все! Такой званый ужин они запомнят надолго!

— Прекрасно, и… Я могу сделать вам хорошую скидку, если вы как-нибудь невзначай упомянете о моей лавочке своим гостям.

Госпожа Эрикссон одобрительно рассмеялась.

— А ты хороша. Советник моего мужа обладает некоторыми полезными чарами. Я объявлю о твоей лавочке и в доказательство пришлю тебе воспоминание об этом.

— Ох, что вы, не стоит, — смутилась я.

— Я — человек слова. Но каждому все же доверять не стоит, — подмигнула она, натягивая перчатки.

Проводив ее, я помчалась в башню к Магнусу. Поймала себя на мысли, что он уже даже не ворчит, когда я врываюсь в кабинет посреди его нескончаемых исследований. Наверное, он уже привык. Или понял всю бесполезность каких-либо запретов.

— Я отдала первый заказ! — с порога восхищенно объявила я.

— Ты же не полезешь снова ко мне обниматься? — с какой-то опаской спросил Магнус.

Даже обидно. Может, у меня и не очень богатый опыт в амурных делах (совсем не богатый, откровенно говоря), но парни обычно не против, когда я их обнимаю.

Но они, конечно, не господин Магнус Колючка Линдгрен.

— Очень надо, — проворчала я.

Изумилась, заметив на губах мага слабую улыбку. Он что, шутил? Этот факт сам по себе удивителен, но кроме того… Значит, в теории Магнус совсем не против моих объятий?

Но об этом лучше не думать. Безопаснее для моего спокойствия, которое он и без того постоянно нарушал. Одним своим видом. Нет, даже одним своим существованием.