17. Хаос во плоти

— Ну пожалуйста!

— Нет.

— Ну пожа-а-а-а-а-алуйста!

Магнус вперил в меня хмурый взгляд.

— Ты правда думаешь, что от того, что ты будешь страдальчески растягивать несчастное слово, я изменю свое мнение? Что это чем-то тебе поможет?

— А помогает? — с надеждой спросила я.

— Нет, — отрезал Колючка.

Я вздохнула. Уже который день я упрашивала его начать, скажем так, работать по заказу — то есть добывать из других миров те диковины, о которых просили сами жители Нордфолла. А он ни в какую!

— Ну хорошо. Просто объясните мне, что вас останавливает.

— Я не обязан ничего тебе объяснять.

— Знаю. Но я вас прошу. Что вам, сложно пойти на встречу одинокой, несчастной, забытой всеми иномирянки?

Для пущей убедительности я шмыгнула носом. Еще немного — и придется брать курсы актерского мастерства, чтобы научиться плакать по щелчку пальцев. Или хотя бы драматично увлажнять глаза.

— Одинокая, несчастная и забытая всеми? — вскинув бровь, переспросил Магнус. — Ты устроила из моего имения проходной двор, сарай превратила в лавочку, приютила у себя двух духов зимы — вообще-то, врагов нормальных жителей Крамарка. И, думаешь, я не знаю о том, что ты каждый день тратишь часть вырученных средств на печенье для Черныша, записывая это как «хозяйственные расходы»?

— Но… — захлопав глазами, начала я.

Колючка пресек мои возражения одним вскидыванием указательного пальца. Надо сказать, очень красноречивым и волевым.

— Мне все равно на эти твои расходы. Как и на выручку от твоей причуды. И на нее саму, то есть на лавочку, мне наплевать. Но ты совершенно разбаловала Черныша! И откормила!

— Черныш — ценный помощник, — заступилась я за него. — Он заслуживает не одной банки его любимого лакомства. А небольшой животик ему очень даже идет! Домовята они как коты — им идет быть немного полненькими. И вообще… Как вы узнали о печенье и статье расходов?

Произошло немыслимое — Магнус открыл рот, но так его и не закрыл. Кажется, он силился найти вразумительный ответ… Да только вот не находил.

— Вы что, подглядывали за мной? — поразилась я.

На лице Магнуса промелькнуло странное выражение. Как у кота, нашкодившего в тапок и пойманного на месте преступления.

— Не-е-ет, — прошептала я. — Хуже того — вы использовали какую-то магическую диковину, чтобы подглядывать за мной!

— Я просто хотел убедиться, что ты со своей бьющей фонтаном энергией еще не разрушила лавочку до основания, — буркнул Магнус.

— Вы буквально только что заявляли, что вам на нее плевать!

Кажется, я приперла Колючку к стене. Как ему теперь признаться в собственной лжи или, хуже того, в беспокойстве за меня? Или, быть может, даже в некотором интересе? Разумеется, этот интерес касался исключительно моих дел, а не моей персоны, но…

Я безуспешно боролась с улыбкой. Это не укрылось от Магнуса.

— Ну хватит, — проворчал он.

— Вы мне и улыбаться хотите запретить? — всплеснула я руками. — А как же свобода слова… эм-м-м… действий?

Магнус послал в мою сторону утомленный взгляд. Я кожей чувствовала, что он словно как будто отдаляется от меня. Снова возводит стену. Не между нами даже, между ним и всем окружающим миром.

— Поймите, в моей… в нашей лавочке кончаются товары!

— Прекрасно! За моими окнами наконец-то снова воцарится тишина!

— Нет, потому что я обязательно снова что-нибудь придумаю!

А вот это уже была серьезная угроза. И вполне реальная, если знать меня.

Магнус сощурился, очень выразительно глядя на меня. Так, словно мечтал превратить меня в мелкую и, желательно, немую зверушку. Однако у меня уже к его взгляду постепенно вырабатывался иммунитет.

— Ну хорошо.

— Правда? — обрадовалась я.

— Я объясню, почему не собираюсь доставать диковины из других миров вместе с тобой. Я не работаю в паре. С кем-то. Я работаю всегда один. Мне так… комфортнее.

— А если я буду вести себя тихо, как мышка?

Магнус снова воззрился на меня своими холодными голубыми глазами.

— Не отвечайте, — вздохнула я. — А что, если вы обучите всему меня?

Колючка воззрился на меня так, будто я сказала что-то в высшей степени нелепое. Впрочем, по его мнению, вероятно, так и было.

— Но вам же нужна ученица, как и любому сильному магу!

А тот, кто способен открывать порталы в другие миры и выносить оттуда магические штуковины, может с чистой совестью считаться умелым магом. Если и вовсе не великим.

— Зачем?

— Как зачем? Передать свой опыт человечеству! — убежденно проговорила я. — Ведь когда вы уйдете… Вы же не можете оставить мир без таких ценнейших знаний!

— Я не собираюсь умирать.

— Никогда? — ахнула я. — Вы что, нашли философский камень? Открыли секрет бессмертия?

Магнус закатил глаза.

— Я не собираюсь умирать в ближайшее время! Хотя ты своими невыносимыми просьбами явно стремишься приблизить этот момент!

— От вредности еще никто не умирал!

— Ты что, только что назвала меня вредным? — изумился Колючка.

— О, могу назвать еще раз! А еще вы совершенно бессердечный! Не хотите помочь одинокой, несчастной…

— Ты повторяешься.

— … иномирянке построить свою судьбу!

Магнус вздохнул.

— Снежинка, почему ты заставляешь меня чувствовать себя так, будто я только что взгромоздился на гору? Ты просто хаос во плоти!

Если так, то Колючка — воплощенный лед. В котором, однако, время от времени обнаруживаются занятные трещинки. Например, как сейчас, когда он назвал меня Снежинкой.

«Не очаровывайся им», — мысленно напомнила себе я.

Вот только, несмотря на всю его несговорчивость и твердокаменное упрямство, делом это было нелегким.

Не знаю, облегчил Магнус мою жизнь или усложнил (тут уж с какой стороны посмотреть)… Но он сказал:

— Я добуду для тебя диковины. Просто дай мне список и не стой над душой.

— Спасибо! — радостно взвизгнула я.

И от переполняющих меня чувств… бросилась ему на шею.

Магнус застыл. Все его тело окаменело под моими руками. Мышцы словно одеревенели. Одна рука замерла на моей спине, из-за чего меня всю промурашило. Другая неловко повисла в воздухе — он явно не знал, куда ее деть.

— Если я задохнусь, то никаких магических диковин ты не получишь, — буркнул Магнус.

Однако его слова звучали почти вымученно, да и я не обнимала его так уж крепко. Но я, конечно, тут же отскочила.

— Простите.

Следующие полминуты мы смотрели куда угодно, только не друг на друга.

— Ну, я пойду? — застенчиво произнесла я. — Подготовлю список.

На лице Магнуса отразилось облегчение. Однако, покидая башню, я чувствовала на себе его пристальный взгляд.