38. Заветные желания

Засучив рукава и перепачкав лицо угольной пылью, я с увлечением наблюдала за работой кузнеца. В горне гудело пламя, а могучие руки Гуннера ловко вытягивали раскаленное железо, придавая ему причудливую форму.

— Почти готово, — пробасил кузнец, вынимая из огня очередную металлическую подвеску в виде коньков.

Еще здесь были подвески в виде животных, птиц и снеговиков, игрушки в виде ангелочков, елочек и бабочек и целая россыпь колокольчиков разных размеров.

Я улыбнулась, довольная результатом. Идея создать украшения для елки, вдохновленная новогодними традициями родной Земли, прижилась на удивление хорошо. Поначалу Гуннер смотрел на нее с недоумением, но когда я показала ему эскизы и рассказала о смысле праздника, то заметила в его глазах если не бурный энтузиазм, то интерес.

Пока кузнец выковывал металлические украшения, я отправилась в мастерскую стеклодувов. Там царила особая атмосфера: стекло, как живое, плясало в огне, превращаясь под умелыми руками мастеров в тончайшие шары, фигурки и завитушки.

Я с увлечением наблюдала, как из огня и стекла рождаются настоящие шедевры, и даже попробовала сама немного поработать с раскаленным стеклом, получив в итоге не слишком ровный, но очень симпатичный шарик. Как только все остальные шары будут готовы, Магнус наполнит их магическим светом.

Казалось, весь город с моей легкой руки был вовлечен в предновогоднюю суету.

Олетта пекла имбирные пряники, мы со Снежком развешивали всюду призывы принять участие в празднике, нарядившись в свой самый яркий наряд (или, по желанию, костюм животного, ангела или феи). Насколько мне известно, портные, благодаря листовкам, были загружены работой.

Не сидел без дела, конечно, и Магнус.

Каждый день почтовые синички приносили в его башню по нескольку писем, полные самых заветных желаний о магических диковинах и волшебных вещицах.

Лиес, восьмилетняя дочь кузнеца, очень хотела молоточек, который сам кует железо. Она всегда мечтала помогать папе в кузнице и делать такие же красивые вещи, как и он сам. Для нее Магнус зачаровал небольшой кузнечный молоток так, чтобы тот сам наносил удары по металлу, ускоряя и облегчая работу.

Агне, маленький любитель сказок, мечтал о карманном дракончике размером с котенка, который бы мог греть своего хозяина, парить в воздухе и издавать тихое мурлыкание.

Семилетняя Лив хотела заполучить мешочек, который всегда наполнен вкусными леденцами, чтобы всех своих друзей. Ее ждал простой кожаный мешочек с магическим заклинанием на пополнение, который никогда не бывает пустым и всегда наполняется сладостями. Я надеялась лишь на то, что из лавочек всего Крамарка исчезать они не станут.

Бьярне, сын рыбака, мечтал о волшебном сачке для ловли рыбы, который сам бы выбирал самую вкусную и большую. Чтобы их с папой всегда ждал улов. Стараниями Магнуса зачарованный сачок получился говорящим — он не только ловил самую лучшую рыбу, но и подсказывал рыбаку, где ее искать.

Игне, дочь писца, пожелала перо, которое пишет само и умеет рисовать красивые картинки. Она хотела сочинять сказки и рисовать волшебные истории для своей младшей сестры.

Каждое из этих писем трогало меня до глубины души. Несмотря на окружающее их волшебство, эти дети мечтали о таких же простых и понятных вещах, как и дети с Земли: о дружбе, помощи родителям и своем маленьком счастье. Но и о забавах и игрушках они, конечно, тоже не забывали.

А Магнус с головой погрузился в работу, чтобы подарить детям Нордфолла те диковины, которые отражали их мечты. Одно удовольствие было наблюдать за ним — смеющимся, пробующим то одни чары, то другие, ошибающимся и ужасно увлеченным.

Его ничуть не смущало то, что первая версия карманного дракончика едва не превратила все его формулы и чертежи в золу, брат-близнец приготовленного на подарок Бьярне говорящего сачка своей болтовней едва не свел с ума нас обоих, а самопишущее перо изрисовало и стол, и бумаги, и Магнуса, оставив всюду отпечатки в виде чернильных котиков и сердечек.

Желание порадовать детей Нордфолла в нем были сильнее всех неудач и маленьких катастроф.

Я старательно учила детвору (и даже парочку взрослых) кататься на коньках, но все эти дни жила словно в предвкушении. И вот зачарованные Магнусом посылки от городских мастеров были вскрыты и придирчиво осмотрены.

В день украшения елки я с самого утра ощущала легкое волнение. Вскоре появился Магнус. Он нес огромную ель из леса по ту сторону городских стен. Она дышала зимней свежестью, распространяя всюду дивный еловый аромат, и вскоре заняла свое место в самом центре катка.

Черныш помог мне принести к елке коробки с украшениями. Первыми были металлические подвески в виде ангелов, коньков и животных. На первый взгляд они казались совсем простыми, но солнечном или лунном свете превращались в маленькие драгоценности.

Магнус поднял руку, и украшения сами собой взмыли в воздух и зависли над ветвями ели. Плавно опускаясь, они цеплялись за ветви, занимая свое место.

— Красота, — выдохнул Черныш.

Затем на ветвях появились сверкающие стеклянные шары, наполненные магическим светом. Вместо гирлянд Магнус создал огоньки, которые, затерявшись в пушистых лапах ели, горели разными цветами — желтым и красным, зеленым и голубым.

— Осталось последнее, — улыбнулась я.

Достала из коробки волшебную звезду, которую стеклодувы по моей просьбе смастерили для верхушки елки. Она была сделана из тонкого стекла и наполнена искрящимся светом, который сиял ярче, чем все остальные украшения. Магнус поместил звезду на верхушку ели, и на катке воцарился настоящий предновогодний дух. Дух праздника и волшебства.

Не желая оставаться в стороне, Снежок взмыл в воздух, и вокруг елки закружились маленькие снежинки, создавая поистине сказочную атмосферу.

Мы вчетвером стояли у подножия елки, глядя на нее широко раскрытыми глазами.

— Это будет чудесный праздник, — шепотом, словно боясь спугнуть чудо, к которому прикоснулась, сказала я. — Самый волшебный Новый год.