Глава 22 · Каверна ужаса

— … а он, значитца, такой весь из себя строгий и красивущий и говорит…

Взахлеб вываливала Гленна сплетни последних дней на голову отмокающей в ванне Евы, не забывая при этом мыть эту самую голову ароматным травяным мылом. Ева слушала ее с интересом, при этом делала в уме пометки, например, что надо попробовать изобрести нормальный шампунь.

— Гленна, — перебила она увлекшуюся описанием глаз и поз графа Бальтазара девушку. — А мыльную воду из чего делают?

— Для волос? Так из мыльных бобов варят, но щипучий он страсть какой, я вам лучше еще раз мылом намылю, а потом кислой водицей промою, чтоб чесалось хорошо. А еще можно мукой помыть волос, я вот себе иногда мукой мою. Ну, когда речка теплая, а то смывать воды не напасешься. Развести в водичке, немного маслица капнуть, взбить в пенку и на голову. И волосы лечит и моет хорошо. Но вы же благородная, целая герцогиня, вам не подобает тесто на голову ляпать.

Ага, не по статусу, но если это преподнести как маску для волос… Коса у Гленны толстая, гладкая, значит, помогает.

— А вот ежели беда и в голове мошки заводятся, тогда из черной смолы делают воду, вся живность враз дохнет. — Гленна смыла пену с волос и полила голову водой, пахнущей уксусом. — Но это у совсем грязнуль, у нас с этим строго, ежели узнают, что в волосах мошка, враз расчет!

— А кто варит мыло?

— Так для благородных из столиц выписывают, а туточки в крепости тетка Агапья варит. Но знаете, ваша светлость, что я вам скажу, — голосом умудренной жизнью женщины вещала Гленна, массируя Еве голову. — Наше мыло поздоровее будет, вот! От него у вас вона волос блескучий и гладкий.

— Пригласи ко мне завтра эту Агапью, скажем… перед завтраком. Хочу задать ей пару вопросов.

Через десять минут намытая до скрипа Ева сидела за накрытым столом, а Яська и Гленна с одинаковым выражением на лицах с восторгом следили, как она уминает куриную ногу.

— Вы не голодны? Яська? — спросила Ева, проследив за их взглядами.

Обе энергично замотали головами.

— Мы сегодня на приеме у старой светлости прислуживали, так наелись от пуза, — доверительно сообщила Яська. — Тетка Карля разрешила доесть все, что на блюда не вместилось.

Ева только сейчас заметила, что на Яське новое темно-коричневое платье, а на ногах мягкие ботиночки, хотя обычно девочка бегала босиком.

— У ее светлости, — поправила ее Ева. — Учитесь говорить правильно.

Девчонки синхронно кивнули и так же синхронно зевнули.

— Как наша новая управляющая? Нормально обустроилась?

— Скажете тоже! — всплеснула руками Гленна. — Да она тут всех построила! У ней даже капитан по струночке ходит. А как она на повара герцогини старой орала… — горничная закатила глаза. — Все сбежались послушать. Ага! А когда ее светлость экс герцогиня попробовала замечание сделать, так она и на нее наорала. Сказала, что не позволит воровать и травить гостей в крепости где она командирствует, а если благородной даме хочется быстрее на встречу с Господнем, то она может сделать это более приятным способом, чем скушать ядовитые грибы. Герцогиня сразу замолчала и повара рассчитала.

— А повар пробовал драться, — с восторгом добавила Яська. — А тетка Карля его взяла за шею, да как тряхнула! Он и замолк.

Девочка звонка засмеялась, видно вспомнив драку, а Гленна тяжело вздохнула, из чего Ева сделала вывод, что эту интересную сцену горничная пропустила и теперь по этому поводу страдает. Да она сама бы с удовольствием посмотрела, как трактирщица отчитывает герцогиню.

Ева отправила Гленну спать, а Яська уперлась, заявив, что ей надо срочно важное рассказать. Они уселись на диванчике, Ева обняла девочку за плечи, та доверительно к ней прижалась и притихла, как никогда напоминая пушистого котенка. Кстати, надо завести кота, чтобы мурчал под ухом… Интересно, здесь есть котики?

— Этот граф везде лазил и в вашей комнате тоже, — тихонько начала Яська. — Я за ним следила, он открыл дверь отмычкой и все-все здесь осмотрел. Даже покрывало снял и под подушкой посмотрел.

— Нашел что-нибудь? — с интересом спросила Ева.

— Не-а, — Яськин голос повеселел, в нем появились шкодливые нотки. — Ничегошеньки не нашел.

— Значит, правильно я тебе секретную шкатулку отдала, — Ева взлохматила пышные кудряшки.

— Я ее в лекарню отнесла и Маку под подушку сунула. Он все равно ничего не понимает, лежит в потолок смотрит, и пахнет от него плохо, так что никто не полезет. А ваш больной очнулся! Дядька Ульям сказала, что мо-но-гра-фию напишет про дырки в голове и методы их лечения, — отбарабанила она и задумчиво добавила, — А я вот думаю, из той дырки мозги могли вытечь? А то странный мужик какой-то, все время улыбается…

— Это он, Ясенька, жизни радуется, что выжил, — тихонько рассмеялась Ева и легонько щелкнула малышку по курносому носику. — Спать хочешь?

— Не, — девочка еще теснее прижалась к Еве и та поняла, что ей просто не хочется расставаться.

— А раз спать не хочет, то самое время спуститься в подземелье. Пока от тебя этого никто не ждет, — раздался над ухом скрипучий голос.

Ева дернулась и выругалась сквозь зубы. По-русски. И тут же зависла на мгновение.

— Разве я могу…

У нее ни разу не получалось заговорить на родном языке, она помнила слова и выражения, но не могла их произнести. Названия в аптечке прочесть смогла, но не более того. Ева вскочила и бросилась к столу, где лежала стопка бумаги и карандаш, схватила его дрожащими руками, попробовала написать свое имя и разочарованно выдохнула. На бумаге появилось имя Ева написанное местными буквами. И повторить ругательство не получилось.

— Жаль, — пробубнила и оглянулась. Яська сидела на диване, прижав к груди думку, и смотрела на Еву огромными перепуганными глазами. Нужно срочно объяснить девочке свое поведение, пока она не решила, что герцогиня окончательно сошла с ума. — Не бойся, у меня есть воображаемый друг, и мы с ним иногда разговариваем.

— А, — Яська заметно повеселела. — Это как дух-невидимка из сказки, да?

— Он самый.

— И он настаивает, чтобы ты, наконец, нашла вход в каверну. Или тебе нравится жить в неведение? — ехидничал невидимый таль.

— А тебе это зачем? — спросила Ева, но начала натягивать штаны для верховой езды и теплую кофту. Архимаг прав, сейчас лучшее время. Граф уверен, что она спит, телохранители не маячат у двери, самое время узнать тайну командора Вейна. — Ясь, покажешь мне то самое секретное местечко, где гудит, трещит и полыхает?

Вот кто был готов в любой момент к приключениям — это непоседа Яська. Глазенки засветились, в них появился азарт и предвкушение, сна ни в одном глазу, готова возглавить команду приключенцев и сама активно поучаствовать.

— Ну что, веди нас, человечье дитя, — довольно напутствовал их мэтр.

— А ваш друг тоже с нами пойдет? — спросила непосредственная Яська. Выскальзывая за дверь первая.

— Куда же без него, — вздохнула Ева.

— А как его звать?

— Какой любознательный и умный ребенок, — хмыкнул архимаг. — Ребенка нужно учить. Чтения, арифметика, основы поэзии, и маги, обязательно заставить выучить полную классификацию мелких талей.

— Зануда! — не выдержала Ева, когда мэтр начал педантично перечислять двенадцать разрядов силы талей.

— Какое странное имя у вашего друга, шата Ева, — покачала головкой Яська и приложила палец к губам. — Здесь надо тихонько-тихонько, у лестницы вниз пост стоит. Но мы сейчас свернем и за тем мужиком в ведре залезем в секретный проход. — Она ткнула рукой в скульптуру воина в шлеме. — Только вам там тесно будет…

— Ничего, справлюсь, — ободряюще улыбнулась Ева, а сама тут же представила, как застревает в узком проходе и как будет веселиться граф Бальтазар, когда начнется спасательная операция.

Ужас, какие мысли в голову лезут!

Проход оказался не настолько узким как опасалась Ева, но идти пришлось согнувшись, упираясь руками в стены. Зато сами стены слегка светились, что позволяло худо-бедно ориентироваться.

— Обрати внимание на стены, — брюзжал над ухом архимаг. — Сейчас такое делать не умеют, проход выплавлен в горном массиве при помощи огня.

— Больше похоже на проход магмы. — Ева провела рукой по гладкой остекленевшей поверхности.

— А я о чем! Направляемый удар был.

— Пару миллионов лет назад, — возразила Ева просто, чтобы возразить, в геологии она сильна не была, но очень хотелось подразнить мэтра. — Тогда еще и близко людей на этой планете не было.

Мэтр замолчал, видно переваривал информацию, а потом сделал гениальный с точки зрения человека двадцать первого века вывод.

— Людей может и не было, а боги, создав твердыню, начали воевать между собой и использовали те же силы что использовали потом мы их потомки.

— Люди?

— Маги!

— А маги разве не люди?

— Нет, конечно, — возмутился мэтр. — Разве я похож на человека?

— Ты не похож, а вот в Вейне я ничего нечеловеческого не заметила.

— Еще бы! Он же заклинатель, жалкое подобие древнего мага, — презрительно каркнул таль и замолк, потому что впереди засиял контур выхода.

Через него Еве пришлось проползать по-пластунски, похоже, что в свое время проход завалили камнями, но кто-то отвел в сторону пару валунов, освободив узкий лаз. Встав на ноги, она огляделась, они вышли в небольшую природную пещеру уходящую далеко во тьму.

— Нам туда, — Яська взяла Еву за руку и потянула вперед. — Здесь на стенах факелы есть, но они очень высоко.

Ева бы достала, но чем их зажигать она не знала, поэтому так и шли в темноте, ориентируясь лишь на легкое свечение стен. Сухой прохладный воздух пещеры ничем не пах, в полной тишине слышались только их шаги и дыхание. Яська крепко держала Еву за руку и сосредоточенно шла вперед. Через несколько десятков шагов Ева поняла, что пол под ногами уходит вниз.

— Мы спускаемся? — спросила шепотом, но в тишине пещеры голос прозвучал очень громко.

— Ага! — отозвалась звонко Яська. — Здесь недалеко. Вот если по лестнице идти, то долго, зато там светло и люди ходят.

И правда скоро они уперлись в толстую кованую решетку за которой виднелся большой овальный зал в центре которого возвышался колодец.

— Там всегда светло! Всегда! — шепнула девочка. — Вот из того колодца гремит.

— Отправь девочку назад, — распорядился таль и слетел с плеча, сверкнул в воздухе росчерком зеленого крыла. — Ей здесь оставаться опасно.

— А мне?

— А тебе полезно, — довольно ответил архимаг и полетел вперед. — Я жду тебя, иномирянка!

— Ясенька, — Ева присела перед девочкой. — Ты не побоишься одна вернуться в мою комнату?

— Я ничего не боюсь! — гордо заявила бесстрашная Яська и тут же надулась. — Но мне тоже интересно посмотреть.

— Ты должна вернуться и лечь на мою кровать, накрыться одеялом и сопеть погромче, чтобы все думали — это я сплю в своей комнате. Сейчас это важнее, чем взлом замков и проникновение на запретную территорию, — сказала Ева командирским голосом, напуская таинственности. — Никто не должен знать о нашей ночной вылазке. Кроме тебя мне некому доверить это секретное дело. Справишься?

Яська приосанилась, расправила плечи и как заправский наемник ударила себя кулачком в плечо.

— Сделаю!

— Верю в тебя. Беги! Я скоро вернусь и все тебе расскажу. — Ева обняла девочку поцеловала в лоб и легонько подтолкнула в сторону прохода. — И не оглядывайся! Обещаешь?

— Обещаю!

Яська скрылась во тьме, а Ева вернулась к решетке, прошла вдоль нее, но так и не нашла дверь. И как через нее проникнуть?

— Как с вами неучами сложно! Крепость твоя по праву крови, — тоном «как можно этого не знать» прокаркал издали таль. — Кровью активируй проход, бестолочь!

— Будешь оскорблять, развернусь и уйду, — Ева не спешила доставать нож. Застыла у решетки глядя на летающего под потолком пещеры таля.

— Ну, прости, — нехотя проскрипел архимаг. — Цель так близко, а ты копаешься.

— Еще бы знать, что там?

Она, скривившись, порезала палец и выдавила каплю крови на решетку. Это только в кино смотрится здорово, когда маг одним легким движением кинжала разрезает себе ладонь, а в реальности и жалко себя, и страшно, и больно.

— Не сработало, — констатировала она. — Видно потому что я не Ева.

— Глупости, ты — она! Магические умения передаются через древнюю кровь, а разум и душа лишь тонкий инструмент для настройки.

Решетка вдруг стала исчезать, Ева сперва опешила от неожиданности, она никак не могла привыкнуть к проявлениям магии, а потом ее толкнуло порывом ветра и она влетела в зал с колодцем. Пробежала по инерции несколько метров и застыла у высокого каменного борта.

— Слышишь?

Шепот, треск горящих дров, шум прибоя, завывания ветра, грохот камнепада и тихий заунывный вой — ровный, переливчатый, тоскливый.

— Что это?

— Каверна. — Таль опустился на каменный борт и повернул к Еве голову. — Как думаешь, откуда приходят тали?

Ева об этом никогда не думала. Не нужно ей это было. И все равно она попыталсь ответить

— Если это духи стихии, то в стихии они и должны жить. В воздухе, в воде, в огне, в земле.

— Так и есть, слабые безмозглые сущности легко находятся в реальном мире, их просто поймать и просто заставить себе служить. Им все равно греть воду в доме аристократа или в горячих источниках в горах, они просто часть стихии. А вот те, кто обладает некоторым разум существуют в другом измерении, и проходы к ним есть лишь в нескольких местах нашего мира. Называются они каверны.

— И мы стоим у одной из них?

Ева оперлась руками о борт и заглянула внутрь колодца. Где-то очень-очень далеко разливалось многоцветное сияние.

— Одна из четырех крупных каверен. Мелких хватает по миру, но таких больших и чистых проходов осталось всего четыре. Контролировать такую каверну значит иметь в руках грозное оружие, жаль ими никто не может управлять в полную силу…

— Вейн может.

— И сколько сил он отдает взамен? — фыркнул архимаг. — А ведь раньше заклинатель получал силу, а не отдавал. Взаимовыгодный обмен с талем! Не принуждение, а партнерство, при котором каждый получал пользу. Понимаешь, ученица, — Зеленая птица рядом с каверной налилась силой и светом и переливалась всеми оттенками изумрудного, — для талей воздух нашего мира как для нас изысканное вино, пьянит и побуждает ум к новым свершениям, но если взять лишнего, то может случиться беда.

— Поэтому многие ритуалы были запрещены? Что-то случилось и люди испугались?

— Возможно и так, — кивнул архимаг. — Я пока не добрался до закрытых библиотек. Но есть еще кое-что, что ты должна знать.

— И что же это? — Ева перегнулась через борт, чтобы рассмотреть хоть что-нибудь.

— Во времена процветания магических наук, во времена, когда тали боролись за честь стать партнером мага, кавернами управляли женщины. Великие заклинательницы прошлого могли общаться с разумными талями. Они их понимали и легко подчинили своей власти!

— Думаю, мужчинам это очень не нравилось, — хмыкнула Ева.

— Еще бы! Уже при мне в совете магов осталась всего одна заклинательница. Леди Натанелла. Перед самым моим слиянием она погибла, ее убил таль воздуха, с которым она, якобы, не смогла справиться. Чушь! Просто кое-кто в совете рассчитывал, что сможет контролировать каверну без хозяйки. Ха!

— Судя по тому, что сейчас нет ни одной женщины заклинателя, им удалось, — пробормотала Ева ошарашенная такой подлостью. — И мой дядя пытается вернуть былое могущество женщинам рода Иорхонов? Поэтому он и держит представительниц древней крови у каверны? — Мозаика сложилась сама собой. Еще были белые пятна, но Ева знала, стоит сесть и хорошенько подумать, она со всем разберется.

— Думаю, ты права, — довольно кивнул мэтр. — Иногда древняя кровь дает о себе знать в самых причудливых воплощениях. Например, в слабой затюканной девчонке. Как случилось с твоим телом. Не появись в нем сильный дух, этот мир еще долго бы ждал явления новой хозяйки каверны.

— Шутишь? — не поверила Ева. Вот только этой головной боли ей не хватало! — Ты ведь понимаешь, что если это правда, то за мою жизнь и ломанного гроша не дадут!

— Поэтому нужно провести инициацию и, конечно, пока сохранить все в тайне. Тебе еще многому предстоит выучиться, если выживешь после нее, — спокойно сообщил таль и взлетел, увеличиваясь в размерах.

— Выживу после инициации? Эй, я не согласна. Мне этого не нужно!

— Нужно!

Налетел вихрь и не успела Ева заорать, как ее подхватило ветром и швырнуло в колодец, прямо навстречу яркому многоцветию.

— Я тебя убью, мэтр! — успела прокричать она, прежде чем мозг перестал воспринимать действительность и погрузился в калейдоскоп звуков, цветов и ощущений.

* * *

Проснулась рывком, ощущая странное умиротворение и легкость в теле, словно не она вчера скакала верхом, потом бродила по подземным ходам, а потом…

Ева распахнула глаза и резко села. Она же упала в колодец! А там было…Что там было? Осмотрелась и нахмурилась. Знакомая спальня, открытое настежь окно, вместе с солнечным светом в комнату ворвался легких ветерок, ласково коснулся лица и выпорхнул в окно, оставив после себя запах свежести и хвои, а еще ощущение радости и удовольствия.

— Неужели все приснилось?

Ева оглянулась в поисках следов своего путешествия, но ничего не нашла. На кресле лежал халат, из приоткрытой двери пахло выпечкой и слышались тихие голоса. Ева посмотрела на руки, ей снилось, что они горели… Но руки были чистые, даже заусеницы пропали. Гладкие ногти, длинные пальцы, худое запястье и знакомое колечко. А снилось, что вокруг обоих запястий образовался четырехцветный узор, причудливое переплетение голубого, черного, алого и зеленого.

— Ничего не понимаю, — пробормотала обескуражено. — Я же уходила… Гленна!

Горничная появилась через пару секунд, она улыбнулась и с порога затараторила:

— Утречка доброго, ваша светлость! День сегодня замечательный, а тама уже пришла мастерка Агапья, как вы и велели. Завтрак приказывать подавать, или пока чаем с булочками живот возбудите?

— Погоди, Гленна, не тарахти, — Ева надела халат, отметив, что она в ночной сорочке, и села на пуфик, чтобы горничной было удобнее ее расчесывать. — А где Яська?

— Где ей быть? — фыркнула девушка. — Ждет пока вы позовете. С самого утра уже под дверью сидела.

— Почему под дверью? — Она же отправила ее спать в свою кровать!

Ева ничего не понимала, если это все было сном, то слишком он реалистичен. А если не сон, то, что это за провалы в памяти? И где этот гадский таль, когда он нужен? Она позвала Яську и когда сияющая девочка вбежала в комнату, спросила:

— Как спалось?

— Сладенько! — весело ответила Яська. — Мастер лекарь велел передать, что ждет вас для… приватного разговора! Во! Когда вам будет удобно, шата Ева.

— Ясь, — когда Гленна вышла чтобы отдать распоряжение насчет завтрака, тихо спросила Ева. — А ты видела, как я вернулась?

— Ага, — так же шепотом ответила девочка. — Уже почти утро было, как вы пришли. Разделись и спать легли, а я к себе побежала.

— Я что-нибудь говорила? — Ева ничего этого не помнила.

— Не, только руками помахали, будто кого-то выгоняли и строго сказали, что вы не немочь дряхлая, чтоб вас на руках носили, но спасибо. Думаю, это вы со своим воображаемым другом разговаривали… Или друзьями.

— Ага, наверное… — Ева потерла виски, силясь вспомнить хоть что-нибудь. Не помогло.

— А еще как вы зашли лампы загорелись, а как легли — потухли. А еще одежка сама улетела в шкаф.

— Не может быть! — Этого только не хватало! — Ясь, тебе, наверное, приснилось. Как одежда может сама летать?

— Ну так вы же заклинательница! — уверенно заявила девочка. — У вас глаза точно так горели как у шата Вейна, когда он огневого призвал.

— Глаза горели? — испуганно переспросила Ева.

— Ага! Как праздничные фонарики! Жуть как красиво. — Яська заерзала на стуле. — Только у нашего шата они красным горят, а у вас голубым.

— Давай это будет наш с тобой большой-большой секрет, договорились? — Ева протянула малявке руку, которую та с деловым видом пожала.

— Я умею хранить секреты, — важно кивнула девочка. — А зачем вы тетку Агапью вызвали?

— А сейчас узнаешь.

Ева подтолкнула ее к выходу и сама вышла следом, решив, что раз ничего не помнит, то оно ей сейчас и не надо. И точка! И никакое это не сумасшествие, а защитная функция организма, чтобы не свихнуться.

— Глаза горят, платья летают, на руках невидимки носят… Да тут любой себя ненормальным почувствует, — пробормотал едва слышно. — Придет время все узнаю, а пока займемся делами насущными.

В гостиной ее ждала величавая дородная женщина в светлом льняном платье расшитом по подолу и рукавам алыми цветами. Он Агапьи пахло травами и мылом. Она чинно поклонилась и замерла сложив руки на животе. Спокойная, уверенная в себе женщина понравилась Еве. Сработаемся, решила она.