Глава 10
Чем ближе мы подходили к двери квартиры, тем сильнее билось сердце. Как я не старалась убедить себя, что причин для волнения нет – душу бередили подспудные, непонятные страхи. Олег вызывал у меня какое-то иррациональное беспокойство. Что было его причиной?
– Ужинать будешь? – парень втащил в квартиру продукты.
– Нет, тетя Надя накормила на весь завтрашний день…
– Чаек на ночь?
Вопрос напомнил нашей с соседками традиции чаевничать перед сном, за нее я и уцепилась:
– Пойду к себе, надо с девочками созвониться, а потом – спать. Завтра понедельник, день тяжелый: в институт, затем на подработку.
Вопрос в том успею ли я с учетом нового местообитания толком пообедать задала себе мысленно. Но со всем этим предстояло разобраться на практике.
Взгляда Олега избегала: чуть потоптавшись в прихожей, метнулась умываться. Пришлось сбегать в «свою» спальню, покопаться в вещах в поисках зубной щетки. Вновь вернуться в ванную, чтобы приготовиться ко сну. Все это делала как-то дергано, перемещаясь рывками, в сторону Олега бросала взгляды украдкой. Он спокойно разбирал покупки, раскладывая еду по полкам и холодильнику. И выглядел при этом крайне довольным…
Оказавшись в спальне, вспомнила, что про замок мы забыли. Впрочем, межкомнатные двери тут не производили впечатление нерушимых, смысл в замке?..
Волнение никак не улегалось, поэтому я намеренно старалась занять себя чем-то: застелила кровать, мысленно вспоминая жену крестного добрым словом, собрала рюкзачок с лекционными тетрадками, воткнула в розетку зарядный блок, переоделась в пижаму, только после этого забралась в кровать, намереваясь написать сообщение в чат с соседками. И все это время чутко прислушивалась к происходящему в квартире. Судя по звукам, Олег, закончив на кухне, отправился в душ.
«Девочки, как дела? Еще не спите? Созвонимся?»
Инна ответила сразу:
«Я вот тоже собиралась предложить, я готова».
Но Маришка отозвалась с задержкой:
«Аааа… девочки, я не могу!!! Уболтала Кирилла погулять по ночной Москве, хочу постримить на фоне огоньков. Давайте завтра после четвертой пары встретимся в столовой за вторым корпусом? Поболтаем?»
Мы согласились, что поделать с будущей звездой соцсетей?.. Но не успела я отложить телефон, твердо решив попробовать спать, как наш чат «забрякал» групповым звонком – Инна все же решила поболтать.
– Ты как устроилась?
– Очень хорошо, – невольно бросив взгляд на дверь, за которой уже минут пять как пропали звуки льющейся воды. – А как у вас с девочками?
– В принципе, тоже все неплохо, – соседка махнула кому-то, из чего я сделала вывод, что в комнате она не одна. – Но у меня как-то неспокойно на душе… Вот и решила тебе позвонить.
По мимике Инны я понимала, что она говорит не все, скорее намекая на возможную причину переживаний – Олега. Но и я опасалась ответить ей, сама осознав, что двери совсем не заглушают происходящее в комнате.
– Завтра в обед увидимся, – решила отшутиться. – Если я не приду – можно паниковать.
– Хорошо, тогда спокойной ночи, – Инна с облегчением подмигнула.
Я ответила ей тем же.
Но слова соседки заставили призадуматься. Прислушиваясь, знала, что Олег прошлепал на кухню, налил воды, на обратном пути громко пожелал мне хороших снов. Я, сиплым от волнения голосом, ответила аналогично. А немного позже, уже выключив свет и повертевшись с бока на бок, осторожно встала и подтащила к двери стул… Всячески стараясь не производить шума и чувствуя себя параноиком, я подперла им дверную ручку. Как-то так…
И резко проснулась, сев в кровати, обнаружив, что уже глубокая ночь – телефон показывал начало третьего. Озираясь в потемках, подсвеченных светом из окна, глубоко дыша, чтобы унять трепещущее сердце, я пыталась понять: что стало причиной пробуждения? Что меня напугало?
Кажется, сон…
В нем я тонула?.. Рука сама взметнулась к горлу – настолько натуральной была боль от удушья. Такая отчетливая картинка: я словно в реальности видела пестрящую бликами воду. Как кисель, мягко и необратимо обволакивающий со всех сторон, вода затягивала меня в свою утробу. Вопреки пониманию, я не сопротивлялась, не рвалась назад – причина в жутком смирении, понимании – гибель неизбежна. Ужас осознания сковал сердце, разум и тело. Я проснулась, трясясь от паники, в реальности ощущая леденящий холод воды… Крик оборвался, не родившись, я в реальности полутемной спальни молчала как немая, при том что мысленный вопль рвался из глотки.
– Лиса? – услышав тихий вопрос Олега, сопровождавшийся легчайшим постукиванием по двери. – Ты спишь? Все в порядке?
– Д-да… – сипло выдавила из себя, несказанно обрадовавшись вмешательству нового соседа-филантропа.
Сам факт его присутствия разогнал туман кошмара, мгновенно вернув в реальность: мне приснился сон! И все… Такой яркий, пугающий, реалистичный, но сон. Со всеми бывает.
– Мне показалось ты… хрипела, вот и решил проверить все ли в порядке, – Олег мялся под дверью, словно не решаясь отойти. – Может быть воды попьешь? Или молока?
Встряхнувшись, я обежала комнату более осмысленным взглядом, и заставила себя встать с кровати. Без раздумий подбежала к двери и, отодвинув стул, резко ее распахнула, чтобы… встретиться со взглядом Олега. И на мгновение остолбенеть: в его глазах увидела себя. Четкое отражение меня, подсвеченной лунным светом, что заливал комнату позади. Но прежде чем я осмыслила увиденное, парень моргнул, скрыв образ в своих глазах и одновременно разрушив магию момента.
– Лучше кефира, – брякнула совершенно невпопад.
Молоко я как-то не очень, а вот кефирчик, да еще с утра… Мое средство воскрешения при любом кризисе – без вариантов.
Олег нахмурился:
– Кажется, у нас есть кефир?..
– Обижаешь, – я фыркнула, непроизвольно реагируя на его растерянную физиономию. – Я же продукты выбирала. Кефир не забуду в любом состоянии души и тела.
– Ааа…
Возглас передал нечитаемую гамму эмоций от облегчения до прозрения, а взгляд сместился ниже, молниеносно скользнув по мне. К счастью, в моей пижаме не было ничего крамольного, да и пятиться назад, с визгом кидаясь переодеваться, было бы уже нелепо, поэтому… я ответила соседу аналогичным осмотром. Ничего возмутительного – он стоял напротив в пижамных штанах и футболке. Можно же и почаевничать вместе, вернее… покифирничать?..
– Инна бы мне за это устроила… выговор, – через силу хихикнула, стремясь разрушить неловкую паузу, когда мы уже расселись друг против друга за столом на залитой светом лампы кухне.
Отпивая кефир маленькими глоточками, я намеренно держала кружку на весу, прикрываясь ею и украдкой наблюдая за соседом. Олег налил себе стакан воды, но так к нему и не притронулся.
– Почему?
– Кто же ночью ест?.. – дала я риторическое пояснение очевидное любой девочке.
– Прямо так и ешь…
Взгляд, брошенный на ополовиненную кружку кефира, выражал сомнения, чисто мужское сомнение. Поймала себя на мысли, что так благодарна ему за всю эту чепуху, которой мы перебрасывались, сидя поздней ночью на кухне. Как я не силилась переключиться, как не старалась затолкать отрывки сна «поглубже», как не стремилась отвлечься на другие мысли и воспоминания – жуткие «кадры» не отпускали. Сбросить с себя липкое ощущение удушливых объятий воды не получалось. Тщательно скрывала страх, но я боялась.
Взгляд уперся в жидкость в прозрачном стакане Олега, и сердце снова застучало быстрее… Вода!
– Страшный сон?
– Угу.
– Расскажи, – и острый взгляд, на миг пришпиливший меня к стенке как игла энтомолога бабочку. – Говорят, это помогает перезагрузиться.
Несколько минут я мялась в сомнениях, пыталась подобрать слова, понимая, как нелепо они прозвучат.
– Ну, что я ребенок? – нашлась с ответом, избегая взгляда соседа, почему-то казалось он мгновенно заметит там мой страх. – Из-за сна переживать… Сейчас допью и пойду досыпать, просто на другом боку.
– Расскажи, – совершенно неожиданно Олег протянул руку и взял мою ладонь. Не столько от неожиданности, сколько от ощущения «кольнувшего» по пальцам разряда, я подалась навстречу, одновременно встречая взгляд парня. И словно вновь ухнула в воду… – Это точно поможет.
Чувствуя себя совершенно опустошенной, я неожиданно даже для себя начала:
– Мне снилось что я тону… Медленно погружаюсь в воду, видя над собой сквозь призму воды светлые блики уплывающего все дальше неба. И я ничего не делаю, чтобы устремиться к нему, не пытаюсь выплыть. Просто смиренно и обреченно тону, проваливаясь все глубже, тело словно сковано неподвижностью, но я чувствую… проживаю каждый миг этой кошмарной гибели. Это так страшно!
В глазах Олега неожиданно вижу… полное понимание и сочувствие. Он словно сам видел все это и до малейшего оттенка эмоции знает, что я ощутила в момент, когда переживала его.
– Чем завершился сон?
– Не знаю, я проснулась… – оторвать взгляд от лица Олега не получалось, чем больше я смотрела в глубину, тем больше меня утягивало тепло и сияние его глаз.
Взгляд успокаивал, навевая умиротворение, замерев, я не сразу осознала, что парень еще и осторожно поглаживает мои ладони, которые держит в своих руках. Смутившись, заерзала на стуле, вспомнив, что мы вообще-то посторонние люди, сидим ночью вдвоем на кухне квартиры, которую будем делить ближайший месяц.
– Додумай финал, – удивил Олег. – И пусть он станет хорошим? Тогда страх и тревога отступят, а разум и сердце успокоятся.
Додумать? Идея застала врасплох, но одновременно и окрылила надеждой. Я сама инстинктивно пыталась сделать нечто подобное, всячески отвлекала сама себя на кефир, на присутствие Олега – на все что угодно, лишь бы стереть из памяти ужасные картинки! Вопреки опасениям согласилась на эти посиделки на кухне. Но нелепо было признаться в том, что испугалась кошмара. Особенно себе! И вот, когда Олег запросто озвучил эту мысль, она уже не казалась такой нелепой…
– Я пытаюсь, но не выходит – мысленно снова и снова в итоге переключаюсь на момент, где тону.
– А что представляешь?
– Ну… – я определенно покраснела, – что мчс успевает добраться до места, с лодки прыгает спасатель и вытягивает меня на берег…
Я реально пыталась заставить разум поверить в такой сценарий, но он словно отвергал его, возвращаясь на исходную точку.
– Возможно, это слишком… реалистичный вариант? А в момент безнадежной трагедии лучше верится в… чудо?
– Как это? – я не поняла.
– Представь, что ты бездействуешь не просто так, не пытаешься вынырнуть, потому что не можешь – всесильный некто сковал твое тело, лишив способности к сопротивлению. И ты обречена утонуть, именно понимание этой истины – причина твоего ужаса.
– Ничего себе, – вздрогнув, округлила я глаза, – это называется хороший финал?!
Слова Олега отзываются в душе реальной болью.
– Погоди, я еще не закончил, – он смотрел в ответ пытливо. – Чудо в том, что твоя душа, покинув привычный мир, вдруг пробуждается в новом мире и новом теле? Это как второй шанс – вторая жизнь. И ты проживаешь ее, забыв о прошлом, только… иногда это прошлое прорывается во снах. Как тебе такой финал?
– Думаю, со спасателем лучше. Ты явно фэнтези перечитал, не зря все сказки рассказывать готов. Я его не люблю, не понимаю. Бред же: другие миры, переселение души, какие-то оборотни, вампиры, драконы… Да люди куда ужаснее любого кровожадного монстра.
– Никогда не представляла себя героиней романа? Роль попаданки в другой мир на себя не примеряла? Как бы ты действовала на месте героини?
– Нет.
Серьезно: какие фантазии? Вот парень явно живет легкую жизнь, мечтает, фантазирует. Не сдержавшись, я продолжила:
– Мне вообще не до этого. В роли переселившейся в тело темной «властелинши» себя не вижу. Мои «мечты» куда скромнее.
– И какие они?
– Закончить институт, найти работу, что позволит мне купить свое жилье и стать независимой.
– Да уж, – Олег неожиданно широко заулыбался, – в этом совсем нет героического фэнтези.
Я фыркнула:
– Ни героического, ни приключенческого, ни любовного! Я – не фантазерка. Я – реалистка. Такие сказки не про меня. Я сама всего добиваюсь, учусь всему. Это мое решение и не смей мне перечить!
Выдав последний приказ – а иначе слова и интонация не воспринимались – я резко смолкла, ужаснувшись тому, как себя веду. Да, я – дилетант широкого профиля, самоучка, хватаюсь за любое дело, но не самозванка и грубиянка. Всё освою и со всем справлюсь, но не в чужом теле или мире… Но, чтобы выдавать такие требования?! Мне? Вчерашней школьнице? С чего вдруг? И кому? Малознакомому парню, протянувшему руку помощи в трудный момент? Лютая грубость и неблагодарность…
Фантазии Олега вызвали неожиданную бурю в душе, распалившись, я не заметила, как вскочила со стула и замолчала, уже осознав, что спорю, нависая над собеседником. Возмущаюсь и негодую! Такие эмоции вообще не в моем духе…
– Прости, – пристыженно метнулась к дверному проему, желая сбежать, но совесть не позволила, напомнив про грязную кружку.
Пришлось вернуться, с нарочито чинным видом подхватить использованную посуду и помыть ее. Все это под насмешливым и неоправданно понимающим взглядом временного соседа. Да что мне в голову ударило?!
Так с пылающими от стыда ушами и щеками, избегая прямого взгляда, я вновь направилась в спальню, пробурчав:
– Доброй ночи!
И только в кровати, укрывшись одеялом и забыв подпереть дверь стулом осознала, что все страхи по поводу недавнего кошмара меня покинули, вытесненные негодованием. На себя в первую очередь.
До утра спала спокойно, мой сон охраняли звезды, которые порой начинали напоминать сияющие восхищением глаза моего соседа. Будильник вернул привычный настрой – я сорвалась с кровати, опасаясь проторчать в очередь к раковине слишком долго и опоздать на первую пару, когда опомнилась: очереди нет и не будет ближайший месяц.
На этом хорошие сюрпризы от судьбы не закончились: на кухне меня уже ожидала тарелка с бутербродами, вареные яйца и кружка кефира. Завтрак атлета какой-то! А самое важное – не мне его готовить. Сам воплотитель утренних грез сидел тут же – за столом на стуле напротив и радушным жестом приглашал присоединиться:
– Будешь чай или кофе?
Я от растерянности брякнула:
– Кефир… – и немедленно покраснела, припомнив до чего довело его ночное распитие.
Олег же спокойно, словно я не изображала в три ночи его госпожу и повелительницу, поднялся и достал из холодильника расчатую бутыль с кисломолочкой и рядом поставил кружку.
– Готово, иди завтракать.
И я пошла, еще как пошла, ведомая непреодолимым для меня ароматом свежей малосольной семги. Выходит, и ее я накануне закинула в тележку с покупками. Вот же хватательный рефлекс на мою голову!
Таких деликатесов мы скромные студентки себе позволить не могли, только и оставалось «поедать» красную рыбку глазами на витринах рыбных отделов, и вот… на тарелке передо мной высились те самые «правильные» бутерброды, где кусок рыбки в три раза толще куска хлеба. Грандиозно!
Не раздумывая о резонности, я впилась зубами в первый бутерброд. И съела его в три укуса, заглатывая вкусняшу как удав невезучую добычу. Серьезно, словно никогда ничего вкуснее не ела…
Олег напротив не отставал, составляя достойную компанию. Только кофе прихлебывал из кружки. Я же даже не запивала, упиваясь вкусом свежей жирненькой семги. И только после четвертого бутерброда поняла, что увы, не бездонна. Глазами готова была съесть больше, но живот недвусмысленно намекал: стоп!
– Как же я ее хотела… Очень вкусно!
Опять очередное мое заветное желание сбылось.
Неожиданно поняла, что накануне и не подумала купить ветчины или какого-то еще мяса для бутербродов. Да я вообще мяса не брала, если задуматься. Задним числом осознала: накидала в тележку только рыбной продукции.
Прежде такого игнорирования мяса в пользу рыбы за собой не замечала, уж не помираю ли? Говорят, люди перед смертью меняются…
– Хочешь с собой парочку? В контейнер сложу? – предложил Олег.
Он вообще вел себя так словно и не было нашего ночного спора.
Собрав всю волю в кулак, отказалась:
– Спасибо, только на обед с соседками договорились вместе сходить. Как-то неловко будет явиться со своим…
Неужели не понимает: лопать та-а-акой «бутербродец» при девочках будет не очень гуманно, точно подумают худшее.
– Ясненько, – Олег спорить не стал. – Тогда салат из водорослей обязательно возьми. В институт подвезу, не торопись.
– Не надо, – я и не торопилась. – Тут пять минут идти, времени еще полно.
Рюкзак еще с вечера собран. Себя тоже кое-как собрала, осталось встряхнуть, выйти из ступора, в который неизменно вгонял меня этот парень и… сбежать на учебу. Конечно, так, чтобы этот маневр не напоминал бегство.
Впрочем, прислушавшись к себе, признала: отношение к моему соседу-работодателю изменилось, я стала доверять ему больше. Но отвертеться от сопровождения не удалось: Олег появился в прихожей одновременно со мной, натягивавшей пуховик, спустился со мной на лифте и неумолимо утянул к машине. Так и получилось, что несчастные триста метров до института мы проехали.
– Давай в выходные на родник съездим? – разорвал он тишину в салоне, совершенно неожиданным вопросом.
Изумленная, обернулась к водителю и уже открыла рот, чтобы спросить, что за родник и зачем на него ехать зимой, когда… ощутила необъяснимую тягу согласиться. Меня буквально потянуло к неведомому источнику.
– Хорошо…
Олег просветлел лицом, явно довольный моим ответом, ему важно было заручиться согласием? А я, пользуясь благоприятным моментом, выпорхнула из машины и, помахав на прощание, поспешила к проходной. При этом мысленно твердила себе, что всему свое время, и сейчас время – учиться.
Диплом, высшее образование – моя основная цель, но с момента как я заключила сделку с Олегом, он своим присутствием начал оттеснять этот приоритет, все больше времени я размышляла не об учебе. Но сейчас заставляла себя собраться и переключиться на конструктив!
Первые две пары прошли незаметно: на практику по психологии восприятия я ответила на вопросы лектора, процарапала в конспекте сочетания понятий «образ» и «значение», а на семинаре по социологической методологии жадно записывала примеры для будущего анализа. Между делом представила себе, как после экзаменов плотно займусь поиском летней стажировки: помониторю сайты с вакансиями, обзвоню компании, загляну в кадровые центры и, конечно, не упущу шанс снова зарекомендовать себя на киносъёмках. Ведь каникулы дают шанс не просто заработать пару тысяч, а найти что-то на три месяца, что можно будет включить в резюме будущим работодателям.
Пара по иностранному языку, где студентов делили на группы для подготовки к устному зачету, в очередной раз подтвердила: приложенные усилия дают свои плоды – я владела материалом уверенно, не зря встала накануне рано и учила лексику по теме. Вдруг поймала себя на ощущении, что в последние дни запоминаю любую информацию слёту. Неужели умнею с возрастом?.. Время неумолимо приближалось к большому перерыву, пора было собираться на встречу с соседками. Затолкав флешку в рюкзак и подхватив пуховик со спинки стула, я вслед за сокурсниками направилась в столовую. По пути осмысливала учебные планы: до сессии три недели, в ближайшее время преподаватели обещали задания для итоговых рейтингов и сами зачёты для допуска к сессии. Но образ Олега то и дело всплывал в мыслях: поскрипывая снегом, что опять успел присыпать бетонные дорожки, я вглядывалась в заснеженную красоту парка, все казалось, что его глаза неотступно наблюдают за мной. Это так раздражало! Нельзя терять инициативу в самый ответственный момент.
В столовой уже толпились студенты: у кассы мигал знак «Комплексный обед» – щедрая порция салата, суп и куриная отбивная с гарниром, и все по вполне сносной цене. Но почему мой взгляд скользнул мимо?.. В итоге, я предпочла всеобщему выбору салат из кальмаров с морской капустой. И только шагая с подносом к столу, где уже устроились Инна с Мариной, споткнулась: я же собралась кушать именно то, что упоминал Олег… Подруги махали, приглашая присоединиться, чем и вывели меня из ступора. Но мысль угнездилась в голове: почему все пути теперь ведут к Олегу?
– Я взяла у старшекурсников конспекты по социологии, – радостно заговорила Марина, пока я пристраивала свой поднос к тарелкам с комплексным обедом. – Там все разбито на готовые ответы на вопросы экзамена.
Именно социология по причине бескомпромиссности преподавателя грозила всем первокурсникам нашего ВУЗа первыми «потерями».
– Отлично, спасибо! – Инна улыбнулась и, недолго думая, перевела разговор на самый актуальный вопрос: – А как ваши дела? Про меня даже не спрашивайте – без вас так скучно, только и остается, что учиться. За половину воскресенья я уже выучила кучу билетов. Мои новые соседки такие «ботанки», учатся похлеще Лизы. Я вас уверяю, – в голосе соседки промелькнула вселенская скорбь, – мой результат на сессии предопределен, он будет стопроцентным.
– А я наоборот, – вздохнула Марина, уверенно набрасываясь на куриную отбивную, – без вас совсем разленилась. Вот что значит отсутствие правильного примера. Вчера ни одной лекции не открыла. К счастью удалось договориться с преподавателем, что сдам эссе в среду вместо понедельника.
Но наша красотка совсем не выглядела опечаленной, наоборот – сияла как медный таз.
– Кирилл отвлекал? – мы с Инной думали в унисон.
Но интригующе поджатые губы Маришки и энергичное мотание головой озадачили: как нет?
– А кто тогда? Или… стримила?
Мало ли, может на человека «роботун» напал. Все же угроза оплаты аренды – прекрасная стимуляция продуктивности.
– Нет, я и не работала, – Марина отмахнулась. – Делала кое-что поважнее. Устанавливала полезные связи.
– С кем?
– Познакомилась с приятелями Кирилла. Девочки… – она картинно закатила взгляд, заговорив с придыханием, – там та-а-акие мужчины…
– У тебя совесть есть? – опять хором возмутились мы, привлекая внимание посетителей за соседними столиками. – Кирилл тебе в трудный момент лапу помощи протянул, а ты его через пару часов уже предпочла каким-то приятелям? Марин, ну, это вообще бесчестно.
– С природой не поспоришь, – невозмутимо пожала плечами соседка, ковыряя салат. Никакие воззвания к совести ее не трогали. – Каждая самка выбирает для себя лучшего самца. А я познакомилась именно с такими, вчера гуляли по ночной Москве. Дух от мужиков захватывает. Они обалденно ухаживают! Я себя почувствовала богиней.
– Так, стоп, – мы даже есть перестали, пораженные стремительностью перемен в личной жизни соседки. – А их сколько вообще? И что, все разом бросились ухаживать за тобой? Как-то нереально странно… Тебя ничего не смущает? Ты вообще безбашенная, не опасаешься? Опять же, все на глазах Кирилла?
– Момент, – Маришка принялась деловито листать фото в телефоне, нисколько не проникнувшись нашей тревогой. – Я вам сейчас их покажу. Эта троица просто бомбическая. Девочки, там такая харизма… и тела… и внешность… и, главное, возможности. Все женщины вокруг глаза мозолили, слюной капали.
Глаза нашей звезды соцсетей сияли неподдельным восторгом и обожанием. Она словно витала в облаках или мечтах, в которых царили эти самые новые приятели. Конечно, назвать Марину сердобольной и человеколюбивой язык бы ни у одной из нас не повернулся, но прежде она неизменно обожала себя куда больше других. Сейчас же… сама на себя не была похожа. Люди же не меняются?.. Мы с Инной переглянулись, встревоженные не на шутку.
– И тебя не смущает, что такие парни так вот и заинтересовались тобой? – соседка не скрывала скепсиса: еще миг и начнет крутить пальцем у виска.
– Цыганский гипноз какой-то, Марин, ты головой успела стукнуться? – солидарно закивала я.
Но никакие возражения её не задевали, наша красотка словно пропускала их мимо ушей.
– Взгляните! – Марина в победном жесте протянула нам телефон.
Разумеется, мы с Инной только что лбами не столкнулись, потянувшись к экрану – женское любопытство штука страшная. Сейчас же к нему примешивался какой-то навязчивый и липкий страх. Но стоило всмотреться в лица окруживших Марину мужчин, как мы дружно охнули. Я так и вовсе – содрогнулась, мгновенно опознав троицу из числа главных «задир», пристававших ко мне в ночном клубе.
– Эти кретины… – вскрикнула не сдержавшись, но мгновенно опомнилась, опять взбудоражив окружающих, и развернулась к соседке, заговорив тише: – Марин, они – уроды моральные, не связывайся, не обманывайся их трюками, обещаниями и смазливыми рожами.
– Однозначно, играют тобой ради забавы, – горячо поддержала Инна. – Цели у них определенно гадкие. Мы их уже встречали! Помнишь, я рассказывала, про типов, что пристали к Лизе, когда мы на подработке были? Это они, Лиза, я же права? Эти мужчины… опасны! Ты лучше задумайся о том, что они знакомы с Кириллом. Вот уж нежданчик… а казался пай-мальчиком, не к добру это, не зря у меня на сердце неспокойно в последние дни. Но я на Олега думала, о Лизе тревожилась, а оказалось – беда к тебе подкралась, – соседка перевела дух и уже умоляюще предложила: – Марин, а давай ты к нам съедешь? Уговорю сокурсниц, потеснимся, мы с тобой и на одной кровати поспим, пока не найдем другой вариант.
Я истово закивала, лишившись дара речи от новой «встречи» с напугавшими меня негодяями – даже с фотографии взгляд мужчин поражал угрозой. Их в буквальном смысле хищные оскалы вновь встали перед глазами, сердце застучало от одних воспоминаний. От тех мужчин шел четкий сигнал: волки, истинные волки в обличье людей. И как соседка могла счесть их… лучшими? Инстинкт самосохранения помер заодно со зрением? Такое поведение не вписывалось в ее привычную манеру.
– Марин, серьезно, что с тобой? Очнись! Откуда такое доверие к незнакомцам? Ты собралась влипнуть в передряги?
Маринка в ответ мгновенно надулась:
– Девочки, я считала вас подругами. И что? Стоило мне встретить кого-то достойного, как вы хором меня уговариваете с ним не общаться.
– С ними! – Инна словно с языка сняла. – Сразу с тремя будешь встречаться? Уже одно это должно насторожить.
Наша красотка, явно рассчитывала на другую реакцию, поэтому разочарованно отвернулась от нее в моем направлении.
– А у тебя как, Лиз? – спросила она и наклонилась вперёд, словно ожидая сенсации. – Олег ничего так тоже. Ты же воспользуешься шансом?
– Всё нормально, – отозвалась я ровно, силясь совладать с затопившей душу тревогой. Как и Инне мне новые знакомые Марины не понравились. А еще не отпускал вопрос: как в самом огромном городе Европы я вновь с ними столкнулась, пусть и не лично? – Он серьезный парень, выделил отдельную спальню, помог обустроиться и даже к крестному вчера свозил. Но вообще мы мало общались, каждый занимался своими делами, я вот к практикуму по английскому готовилась. Надеюсь, что не буду обременять его долго, про ремонт что-нибудь известно?
Рассказать о ночных посиделках не смогла, настолько личные струны задевали эти подробности.
– Почему сразу обременять? – любопытно прищурилась Марина. Вот уж кто совсем не выглядела обеспокоенной. – Когда я вчера его увидела… В общем, используй время с пользой. Ты явно ему интересна. Может быть и возвращаться в общежитие не придется?.. Чем он по жизни занимается узнала?
– Тоже учится, только на старшем курсе. Я благодарна ему за помощь, ничего большего. И в общежитие вернусь, планирую сосредоточиться только на учебе и подработках. Не думаю, что будем видеться с ним часто… Сами же знаете, я только ночевать прихожу.
– Студент? – с ухмылкой переспросила Марина. – Всего-то. Ну, возможно, ты и права, нечего на первого встречного бросаться, когда вокруг имеются варианты получше. А учеба? Где гарантия, что диплом обеспечит тебя престижной работой с хорошей зарплатой? Нет, я хочу все и сразу!
– Спасибо, но предпочту идти прежним путем, – я нахмурилась и сосредоточенно подтянула гофрированный стакан с чаем поближе. Марина сегодня буквально раздражала, хотелось от души надавать ей подзатыльников, в надежде, что от встряски прояснится в ее мозгах. – Хочу сохранить собственное достоинство и знать, что всего добилась сама. Как уж там все сложится – не знаю, но буду стараться.
– Достоинство, слышишь? – Инна немедленно встряла, качнув головой в направлении Марины. – Ты сама на себя не похожа. Когда это ты бегала за мальчиками? Опомнись!
– Усугублять не буду, – Маринка подскочила со стула как ошпаренная. – Давайте на этом прекратим разговор и разойдемся на пары. Завидовать другим неправильно, ясно, девочки?
С этим заявлением наша драматичная героиня громко фыркнула и понеслась на выход, демонстративно натягивая на ходу пальто. Нам только и осталось, что провожать ее оторопелыми взглядами.
– Что вообще творится? – Инна выглядела очень расстроенной. – Она нас вообще не слышит.
– Ага, цыганский гипноз какой-то, ее словно одурманили.
– Чужой вселился. Но нам-то что делать? Это же очевидно, что у этих типов нет хороших намерений. Позабавятся только. Не понимаю только с чего она им это позволяет? Уж чего, а норова у Маринки всегда было сполна. Чтобы она кому-то распевала дифирамбы? Парням? Себя обесценивала на их фоне? Нет, точно в нее вселился кто-то другой.
Освободив подносы от остатков еды, мы водрузили их на столик для использованной посуды и тоже потопали к выходу из столовой.
– Давай попробуем с ней вечером поговорить? Созвонимся? Уверена, долго это не продлится. Зная Марину, она обязательно за что-нибудь зацепится. Обидится, что-то в их действиях ее расстроит… Тогда и посмотрит на всю ситуацию с другой стороны?
– Что там еще остается, – Инна только вздыхала. – Свой ум в чужую голову не вложишь, но… мне так тревожно.
– Мне тоже.
– Сегодня еще сон приснился дурной, – я споткнулась, услышав соседку. Мы стояли на стыке двух дорожек, где предстояло разойтись по своим учебным корпусам. – Кажется то-то тонул, или я тонула… смутно все так, и не сообразить. Но проснулась в холодном поту от ужаса.
Замерев, я вслушивалась в ее слова и не могла проронить в ответ ни звука. Мистика какая-то: меня тоже мучил схожий сон, только помнила я его отчетливее.
– Смотри как странно все сходится, – продолжала соседка делиться мыслями. – Еще и эти типы? Такое совпадение – сначала ты на них напоролась, теперь Марина с ними познакомилась. Меня пугают такие знаки судьбы, не к добру это.
– Давай успокоимся, – скорее себе пролепетала я в итоге. – Надо все обдумать. Мы будем пробовать убедить ее съехать от Кирилла и не общаться с его приятелями. Я попробую уговорить Олега разрешить Марине пожить со мной тоже. Понятно, он изначально не хотел, но когда расскажу про тех уродов… Он же их видел. Будем надеяться на лучшее.
На том мы и разошлись, договорившись созвониться перед сном. Но тревога Инны передалась и мне, как не старалась сосредоточиться на лекциях, думала только про череду странностей, что волна за волной накатывали на меня в последнее время со всех сторон. После занятий не стала возвращаться в квартиру Олега: пообедать мы сходили, готовить соседкам не надо, а срочный визит в читальный зал больше не было возможности откладывать. Ноутбука у меня не было, а дедлайн по подготовке доклада стоял уже к пятнице. Сегодня я и решила им заняться и села за один из свободных компьютеров. Библиотека после занятий совсем пуста, и за окном уже стемнело, но для меня окружающая тишина и лампы над головой были бесценными ресурсами, дающими гарантию плодотворной работы.
Через пару часов, когда пальцы уже отказывались печатать, но доклад наконец принял завершённую форму, я закрыла документ и заметила время.
– Ой, надо бежать, как бы не опоздать, – бормотала, на ходу заталкивая флешку в рюкзак.
По всему выходило, что я слишком заработалась – не успею на смену даже на автобусе, придется брать такси. Решение сопровождалось мысленным стоном – опять лишние траты.
Несясь по пустым аллеям студгородка, вдруг ощутила слабую дрожь: снова показалось, что кто-то наблюдает со стороны. Однако, на улице был лишь ветер, шуршавший в ветвях деревьев, и припорошенные сугробы, отражавшие свет фонарей.
Подбегая к центральному входу на территорию института, вытащила из кармана телефон, намереваясь вызвать такси через приложение, когда… увидела Олега, стоявшего у машины на противоположенной стороне дороги. Он тоже меня заметил, махнул рукой и пошёл навстречу. Ошеломленная, я словно сомнамбула двинулась вперед. Как? Откуда он здесь? Меня ждет? Хотя, кого еще… неделю назад он и не знал о существовании института культуры.
– Поехали? – спросил он без тени эмоций.
Серьезно, лицо как у Сфинкса, одним видом отбивает желание задавать вопросы, поэтому я только послушно кивнула и, не колеблясь, села в машину. Сейчас помощь Олега явилась так своевременно, впрочем, как и в других ситуациях. Аж в горле засвербело, так захотелось сказать ему о том, что он – мой спаситель. Душу переполняла благодарность, но какая-то нелепая робость сдерживала, так и не позволив губам разомкнуться, а словам прозвучать. В тёмном салоне стояла знакомая тишина. Именно так: Олег не слушал музыку, если я не говорила, то он обычно тоже молчал.
Мы в тишине проехали по ночным улицам – на машине добираться до клиники оказалось почти мгновенно, и пяти минут не прошло как мы затормозили на парковке. Обернувшись к Олегу, я все же собралась сказать спасибо, когда увидела два пакета на заднем сидении и уловила запах: суши же? И выпечка?
– Решил прихватить ужин, – пояснил парень. – Покушай перед работой, минут пятнадцать должно остаться.
– Спасибо… – меня хватило только на глупую и совершенно бессмысленную улыбку. – Ты зачем так много для меня делаешь, тут же целое пиршество…
А предательский рот наполнился слюной: оказывается, одним завтраком и салатом на обед долго сыт не будешь. Во взгляде моего спасителя мелькнула теплая улыбка:
– Беречь тебя – моя главная цель.
Ответ настолько обескуражил, поразив необъяснимой глубиной, целой глыбой мыслей и чувств, которых я боялась коснуться, что я молча ретировалась. Чувствовала – стоит начать говорить и остановиться не смогу.
Морозный ветер пахнул в лицо, освежая и прогоняя магию момента. Но я продолжала глупо улыбаться, пока, прижимая пакеты с едой, спешила к женской консультации. Счастливо улыбалась и пока жадно ела в одиночестве комнаты для персонала. Быть объектом чьей-то заботы оказалось так чудесно и… незнакомо. Тревога отступила, смытая воодушевлением. Рабочие часы промелькнули, окрыленная неведомыми чувствами, я только что не порхала со шваброй. Усталости после вкусного ужина как не бывало, и даже поджидавший меня после смены на парковке Олег с машиной не удивил – сейчас я ожидала встречи.
Снова мы ехали молча, а я мысленно суетливо искала повод заговорить.
– А о каком роднике ты утром говорил? – нашлась в итоге с вопросом.
– Он с целебной водой, его называют «слюдяной родник», находится в области, говорят, что там особый минеральный состав воды – выравнивает мыслительный поток и снимает тревогу.
Отлично! Я вдохновилась: то, что необходимо. И тут же споткнулась о мысль: еще одно совпадение? Но нарушать умиротворяющую идиллию рассказами о хамах из ночного клуба и новых знакомых Марины я не решилась. При случае упомяну… За завтраком! Заодно попрошу пустить на постой и Маришку?
Мы уже запарковались у дома. Захотелось отринуть все грустные мысли, помыться, созвониться с соседками и лечь спать. День отнял много сил, пусть и сделано было многое.
– Спокойной ночи, – оставив одежду и обувь в прихожей, я быстро прошмыгнула в направлении своей комнаты. Отчего-то оставаться наедине с Олегом становилось все смущающей и оттого сложнее.
– Спокойной… – его тон звучал загадочно. – Кстати, если хочешь в ванной полежать – можешь воспользоваться. Я пока планирую на кухне за ноутбуком поработать.
Так заманчиво… Я представила, как в воде расслабляются усталые мышцы и решилась:
– Спасибо, я тогда быстро, и помою ванну за собой.
– Можешь не спешить, у меня работы много.
Уже прихватив халат и полотенце, закрывшись в ванной, где с блаженством погрузилась в теплую воду, я ощутила укор совести: наверняка, он многое не успевает потому, что столько времени тратит на меня. Но долго валяться себе не позволила – специально взяла с собой телефон, намереваясь совместить приятное с полезным и позвонить девочкам. Инна ответила сразу, а вот Марину мы ждали долго. И даже присоединившись к групповому звонку она недовольно сообщила, что говорить сейчас не может так как собирается на свидание. И отключилась. Посетовав с Инной о несговорчивости подруги, мы утешились тем фактом, что пока она в порядке, и решили списаться с утра. Что, если мы зря суетимся?..
Ванна меня переродила, расслабив и навеяв сонные мотивы, окончательно смыв все заботы и подарив телу ощущение тепла. Поспешно выбравшись и накрутив тюрбан из полотенца на голове, я, мягко ступая по полу, направилась в свою спальню. Для этого надо было пройти через комнату Олега. По пути сюда я прошмыгнула, не осматриваясь, а сейчас взгляд скользнул в сторону, упав на медальон, лежавший на столе рядом с фонариком и открытой книгой.
Это был изящный кулон на тонкой цепочке: сильно потертое изображение рыбки или русалки виднелось на поверхности – я не сразу распознала рисунок, но точно узнала – видела его во сне сегодня. Переливчатая гравировка металла мягко отбрасывала на стену блики от света настольной лампы. Именно это «сияние» и привлекло изначально мое внимание, заставив оглянуться в поисках его причины. Как в реальности могла появиться вещь из сна? Или я додумываю?..
Рука невольно потянулась к кулону… но я остановилась, словно услышала шёпот предчувствия: осторожно. И отступила, устыдившись собственного поведения. Неблагодарность! Легко перешагнуть грань нездорового любопытства.
На кухне Олег сидел, что-то печатая в ноутбуке. Выглядел он сосредоточенным и задумчивым, но обернулся ко мне в полголоса попрощавшись:
– Утром можешь не спешить, поспи подольше, завтрак я сделаю сам.
Смутившись я благодарно кивнула, снова уверившись: никакая девушка его не бросала. Если он не скрывает страшную тайну, то таких неадекватных девушек просто в природе не водится.
Под одеялом, уже закрыв глаза, подумала: «Никогда ещё я не жила так легко… и так не полагалась на другого человека. Не пожалею ли об этом? Или же возможна жизнь, где рядом есть тот, кому можно верить».