Глава 16

– Кстати, об укусах, – решила сменить тему Лиля. – Я знаю, чем буду обедать, а вот чем кормить тебя… – и, закусив губу, она озабоченно оглядела дракона. – Это не наша проблема, – тут же открестился Фархат. – Мы же тупые, женщины у нас недостойные, вот и пусть сам о себе заботится. Нибул смешно наморщил задранный кверху нос: – Давай я сменю форму и… – Нет. – Лиля покачала головой, с удовольствием наблюдая за мимикой парня. Он и звериной мордой умудрялся выражать множество эмоций, а уж в человеческом облике отрывался вовсю. По одним только глазам можно было прочесть всю гамму его переживаний. Сначала хитрый прищур, потом надежда, затем быстрое разочарование и гордое безразличие, типа не очень-то и хотелось! – Пойдешь рыбу ловить, – подумав, решила девушка. Начинать первые сутки с нарушения местных законов ей не хотелось. Хотя привязывание драконов властями тоже не поощряется. Если их тут за диких неразумных тварей выдают, значит, и привязка, и смена облика – государственная тайна, которую Лиля между делом рассекретила, причем не в одиночку, а с сообщниками. – Фархат, отправь кого-то из братьев присмотреть за Нибулом, – с едва заметной повелительной интонацией произнесла девушка, даже не взглянув на главного близнеца. – Но ловит пусть сам! – продолжил настырно выставлять условия самоцвет. – Это мне решать, – спокойно напомнила Лиля. – Да, я услышала твое пожелание и понимаю возмущение, – хотя бы на словах поддержала она представителя условно своей расы. – Нибул ведёт себя вызывающе, а ты пытаешься защитить честь кристаллов, особенно женщин. Только ему такое поведение простительно, а тебе – нет. Девушка ощущала себя отвратительно занудной взрослой, объясняющей поругавшимся детям прописные истины. Причем она действительно понимала Фархата и даже радовалась его реакции на подначки дракона. Хуже бы было, если б мужчина смотрел на Нибула именно как на неразумное животное или как на нечто недостойное его внимания. А раз возмущается, обижается, пытается что-то доказать, значит, воспринимает как равного. И это здорово. Даже то, что ставит условия, отказываясь заботиться о зелёной пакости – хороший знак. В отношении самой ухмыляющийся пакости. – Это ещё почему?! – Фархат с недоумением уставился на Лилю. – Потому что ты взрослый, а он не так давно из яйца вылупился, – удовлетворённо улыбнулась девушка, заметив, как с лица Нибула сползла насмешливая ухмылка. – Мне уже сто девяносто! – недовольно огрызнулся парень. – И рыбу я сам поймать в состоянии, без присмотра. – Это мне решать, – повторила Лиля, окинув обоих спорщиков уверенным взглядом. На самом деле, глубоко внутри она здраво оценивала собственное поведение как не совсем привычное, и от этого ей было неуютно. Можно продолжать валить все на Фрину. Однако девушка уже начала догадываться, что причина кроется именно в ней самой. Да, между властью с кучей прилагающихся к ней неприятностей и местом стажёра на родной планете Лиля без раздумий выбрала бы второе. Но раз уж выбора никто не предоставил, она расслабилась и теперь пыталась получить удовольствие от первого варианта. Причем ей реально понравилось ощущать свою власть над мужчинами, вот только… пока что это была случайно свалившаяся на нее власть. Как пятерка за списанную контрольную. «Если тебя незаслуженно обидели, вернись и заслужи», – почему-то вспомнилась Лиле старая шутка. Наверное, с властью то же самое. Досталась она ей незаслуженно, но ведь ничто не мешает взять и заслужить. – Значит так, еду добываешь себе сам, не нарушая законов кристаллов. Брат Фархата пойдет с тобой – и для быстрой связи, и чтобы следить за соблюдением законов. Мне проблем новых не надо. Тебе, надеюсь, тоже. Не сбегать, не хамить, не провоцировать. Домой вернуться сегодня, как можно быстрее. Лиле очень хотелось добавить в конце «Уф!», ведь все эти условия надо же было придумать, проанализировать, убедиться, что вроде бы ничего не упустила. – А брату Фархата ты такой же список выкатишь? – с сарказмом поинтересовался Нибул. – Или это только для неразумных, недавно из яйца вылезших? Проигнорировав обиженку, Лиля повернулась к самоцвету. – Выбери самого ответственного. И спокойного, – подумав, добавила она. – Фандар справится, – тоже после секундной паузы отреагировал Фархат. – Хорошо, – удовлетворенно кивнув, девушка направилась обратно за дом, к остальным близнецам. Один из них, любитель поговорить об экосистемах, уже стоял, поджидая, сразу за углом. Остальные толпились у крыльца. – Сопровождаешь Нибула. Без надобности не вмешиваешься. Если вежливо попросит помощи, можешь помочь. Если будет нарушаться закон, предупреждаешь и нас, и Нибула. Он должен тебя послушать. Если грозит опасность – вмешиваешься. Если Нибул спровоцировал эту опасность сам, – отметив, как подозрительно вдохновенно засияли глаза дракона, Лиля решила подрезать чешуйчатой хитрозадости крылья, – значит, пусть сам и спасается. Не хамить, не ехидничать, не обзываться, не драться… всем! – повторила девушка самое важное напутствие. – Я рассчитываю, что вы оба взрослые, – окинув взглядом будущих спутников, Лиля с трудом сдержалась, чтобы не рассмеяться. И самоцвет, и дракон стояли с обреченными лицами и недовольно косились друг на друга. Прямо акт насилия, а не совместная прогулка… – И чтобы не затягивали с рыбалкой. Корзинок возьмите, под грибы и ягоды. Хорошо, что в самоцветном хозяйстве водились нормальные плетеные корзины, скорее всего, под цветы. Ну или для каких-то иных целей, уже не важно. – А я хочу обедать, – уведомила Лиля Фархата, усаживаясь в кресло. – Организуй все, как я утром объясняла. И не разочаруй меня, – добавила девушка холодным, равнодушным тоном. И все оставшиеся самоцветы зябко поежились. С момента попадания Лили в Динвишвуд прошло меньше суток. Но между нею вчерашней и сегодняшней была очень ощутимая разница. Не пропасть, конечно, но хорошая такая стоковая канава. И весь земной менталитет постепенно утекал в эту канаву, оставляя крепкий такой, жёсткий стержень. «Прорвемся», – мысленно успокоила себя девушка, небрежно кивнув кому-то из близнецов, опустившемуся перед ней на колени с подносом, на котором лежала очищенная от костей рыба. Подогреть ее, правда, никто не догадался. А она-то обрадовалась, что еду так быстро принесли…