Глава 17

Лиля даже удивилась, насколько сильно она проголодалась, хотя после завтрака прошло не так уж много времени. Тем более она перекусила ягодами… Как их Нибул назвал? Аклуника? Возможно, в них-то как раз и спрятан корень зла? – Съешь, – махнула девушка рукой в сторону миски. Фархат, покосившись на свою странную госпожу с недоумением, безропотно выполнил приказ. С переменным успехом, но он все же начал улавливать настроение новой хозяйки. И смирился с тем, что придется выполнять ее прихоти. А сейчас Лиля не была настроена на пререкания, у нее внутри зудело желание поэкспериментировать. – Ничего не ощущаешь? – уже не закидывая в рот все, что подвернулось, а выбирая самые вкусные кусочки на подносе, поинтересовалась девушка, наблюдая за подопытным. Тот с отрешенно-обреченным видом жевал третью ягоду. – Язык жжет, – буркнул Фархат, но при этом потянулся за добавкой. – И чувство во рту странное. – Кисло? Сладко? Заметив искреннюю озадаченность в глазах мужчины, Лиля сообразила, что для него таких понятий просто не существует. – Жжет как? Неприятно? А что значит «странное»? – Покалывает, и щекам изнутри тепло. – После описания вроде бы неприятных ощущений последовало довольно неожиданное признание: – Но мне нравится. – Забавно, – прокомментировала итог эксперимента Лиля. – Но пока давай остановимся. Раз ты раньше никогда не ел, надо понять, как отреагирует твой желудок. – Хорошо, – послушно согласился Фархат, ухватив напоследок целую горсть. – Говорят, изначальные пьют напитки из таких ягод. Девушка постаралась сохранить безразличное выражение лица, потому что заметила, как самоцвет тут же испугался. И, чтобы не усиливать напряжение, сделала вид, что пропустила услышанное мимо ушей. Но кое-какие выводы буквально напрашивались. Изначальные приручают драконов, пьют сок или вино из ягод, возможно, еще и едят… Но запрещают все это остальным кристаллам. Не явно, напрямую, а ловко их дезинформируя. Драконы и гномы – враги. Потребности в еде нет, следовательно, и пробовать не надо. Животные все под охраной. Экосистема, однако. – Ладно, приберитесь здесь… А я хочу поговорить с самым старым из живущих в доме. Знаешь такого? С вожделением глядя на миску, Фархат помотал головой, но потом все же задумался. Остальные близнецы с подозрением косились на своего старшего. Причем самые шустрые уже умудрились стащить по ягодке. – Так, без моего разрешения не брать! – запаниковала Лиля, как только заметила, что в эксперименте прибавилось участников. Как минимум два сюрприза у этой аклуники уже обнаружилось. Она возбуждает аппетит, а еще чуть ли не сама в рот запрыгивает. К тому же Нибул кошмары обещал. Нет уж, от такой ягоды лучше держаться подальше. Но ведь так и тянет съесть еще штучку… С трудом пересилив желание захватить с собой всю миску, Лиля грозно оглядела остающуюся без присмотра шестерку близнецов и снова предупредила: – Не трогать, не есть, не смотреть! – Да, госпожа, – понуро кивнул один из братьев. – А с куста можно? – оживился тот, кто помогал новой хозяйке со сбором ягод. Остальные посмотрели на него, как на предателя. В каждой паре глаз буквально читалось: «Не мог промолчать, идиот?» Мужчина стушевался и виновато потупился. Но Лиля одобрительно улыбнулась и небрежно погладила проболтавшегося близнеца по щеке, ближе к уху. Рука буквально сама потянулась, инстинктивно. Это потом уже в голову пришла осознанная параллель с поведением подруги-собачницы. Та своему псу за хорошее поведение иногда еще лакомство давала. Вот только сейчас у девушки ничего, кроме ягод, не было. – Нельзя, – ласково проворковала Лиля, сурово зыркнув на остальных притихших близнецов. – Ничего без моего разрешения есть нельзя, – подстраховалась она на всякий случай. – И пить тоже! – Да, госпожа, – горестно вздохнул самоцвет. – А что будет, если вы не выполните мой приказ? – уточнила девушка у Фархата, когда они уже поднимались по лестнице. – Мы обязаны выполнить. Вы же госпожа Дома. То есть не вы… – Я! – рыкнула Лиля. – Хочешь другую госпожу, могу продать. А пока у тебя есть я… и у меня – ты, – устало закончила она и вздохнула. За всплеском злости накатила апатия. Захотелось лечь, закрыть глаза и… проснуться дома. Но надо было идти, со ступеньки на ступеньку, вслед за поникшим, ссутулившимся Фархатом, а потом еще по длинным коридорам третьего этажа. – И?.. – Лиля оглядела большой зал, а потом вопросительно посмотрела на мужчину. – Где-то есть ящики со старыми нефритами. С теми, кто жил здесь еще до госпожи Фрины. Их госпожа построила этот дом, но не справилась с затратами. – А где? Какой из?! – за развешанными на стенах картинами пряталось множество встроенных стеллажей, и в каждом из них скрывались кристаллы. В первый обход по дому Лиля решила, что они все разложены по одному, но сейчас, открыв несколько ящиков, заметила встречающиеся кое-где парочки, а в одном было сразу три камня. Фархат лишь пожал плечами: – Мы здесь всего лет тридцать успели пожить до полета. И истории впавших в стазис нас не интересовали. Ищите, вы же госпожа. Девушка даже рассердиться как следует на эту шпильку не сумела. Ну не получается из Фархата союзника, по крайней мере пока. Главное, чтобы врагом не стал, остальное мелочи. Ей нужен наставник из самоцветов, и она его найдет! Закрыв глаза, Лиля попыталась полностью расслабиться. Медитация даже в ее мире помогала, а уж в этом, магическом, тем более должна. Дом же намагичен по маковку, вот пусть и подсказывает… «Не смей!» – вяло рыпнулось в голове сознание Фрины, лишь убедив девушку, что она на правильном пути. Лиля ни на грамм не доверяла кристаллице, или как тут принято называть кристаллов женского пола? А ведь та вроде бы заинтересована в спасении своей семьи, значит, должна помогать. Но девушка интуитивно видела во Фрине врага. Соперницу – за тело, за камень, за жизнь. Поэтому подозревала, что основная цель самоцветки – подкорректировать итог слияния. А семья? Семью она потом спасет сама, вселившись в Лилю. Девушка бродила по залу, вслушиваясь в странный вибрирующе-звенящий звук, похожий на гудение электропроводов перед грозой. Громче, тише, значит, надо шагнуть левее; громче, еще громче, тише – надо вернуться. Громче, громче… Кристалл размером с Лилин большой палец лежал в стеллаже совсем один. Все остальные ящики были пустые. – Бессемейный, – со смесью презрения и сочувствия буркнул Фархат. – И в стазисе уже давно – камень тусклый. – Значит, мы нашли того, кто нам нужен. – Вам! – Мне, – с улыбкой кивнула Лиля. И с удовольствием отметила, как только что агрессивно настроенный Фархат напрягся. Столь быстрое согласие почему-то его не обрадовало, а, скорее, напугало. «Довыделывался?» – мысленно хихикнула девушка, внешне оставаясь спокойной и сосредоточенной. Выводить самоцветы из стазиса ей уже приходилось, пусть она и не понимала тогда, что делает. Так почему бы теперь не повторить осознанно? Тем более в самом верхнем из ящиков лежал небольшой перочинный нож. Быстро резанув себя по пальцу, Лиля тщательно размазала кровь по камню и замерла, выжидающе гипнотизируя нефрит. Через несколько секунд он слабо заблестел, словно на него попали солнечные лучи. А спустя пару минут за спиной у девушки послышалось вежливое покашливание. Ойкнув, Лиля обернулась, чтобы встретиться взглядом с самым красивым мужчиной, которого она когда-либо видела!